Том 3. Ради того, кто дорог

      Рей поднялся с коленей, поморщившись от слабости и боли в обожжённой руке и ушибленных падением на острые камни, рёбрах. Устало вздохнув - всё таки бой был очень тяжёлым, он собрал волю в кулак и, не теряя времени, ринулся вниз, испытывая до боли знакомое чувство самопожертвования. Он вымолил жизнь князя, обменяв на свою, и теперь ему осталось жить только три года.       Осознание всей картины к нему пришло не сразу, пока он мчался по многочисленным ступеням вниз, тоска пробиралась в душу. Он уже давно не надеялся, что умрёт от старости, но знание собственного смертного часа сильно обескураживало и выбивало почву из-под ног. Пару раз он даже чуть не полетел с лестницы, запнувшись от усталости и слишком погрузившись в свои мысли.       Добежав до первого яруса и увидев бесчувственного князя, лежавшего на полу у потухшего костра, он отбросил терзания, решив, что сейчас не время об этом думать, нужно спасать дорогого его сердцу человека. Он подбежал к нему и попробовал привести в чувства.       - Ваше высочество, очнитесь! – юноша тряс его за плечи, но князь был без сознания, бледный, но очень горячий, губы слегка посинели. - Повелитель! Не умирайте, пожалуйста! Марк, прошу, очнись! Пожалуйста!       Но князь не приходил в себя, что же ему оставалось делать? Снова навьючить бедных лошадей и попробовать добраться до людей? И тут на груди у повелителя, сквозь плотную ткань, что-то засветилось и зашевелилось. Из-под тёплого кафтана выползла маленькая ящерка с крыльями. Рей удивлённо смотрел на неё затаив дыхание, а потом узнал.       - Гран! Слава Создателю, это ты! – радостно воскликнул он. – Пожалуйста, отвези нас во дворец, скорее, Марк умирает! Ему нужен врач, срочно!       Дивный зверь сразу всё понял и превратился в огромного дракона. Рей обомлел от такой красоты и мощи. Гран занял собой всё помещение, притом, что крылья у него были сложены. Как и при любом другом превращении, он сохранил свою дымчатую масть с полосками и пятнами. На голове красовались характерные рожки. Шею и спину покрывала густая шерсть, а нижнюю часть туловища, живот, лапы и голову – серебряная чешуя.       Увидев неожиданно появившегося дракона, лошади испуганно заржали и устремились к выходу, Юноша не успел их остановить, только крикнул в догонку на древнем языке: - Хурикан, возвращайся домой! Я буду тебя там ждать! - ему оставалось только надеяться, что умные лошади смогут сами найти дорогу.       После того, как Гран превратился в дракона, князь немного очнулся и застонал. Сердце Рея радостно забилось - он ещё жив! Схватив его под руку, в глазах на секунду потемнело от тяжести, он вытащил его из полуразрушенного храма на свежий воздух, который стал ощутимо теплее и, натужно охнув, усадил на спину Грану.      Надев свой кафтан, который до этого оставил и закинув за спину сумку, Рей уселся на дракона сзади, поддерживая совсем ослабевшего и очень горячего князя одной рукой, а другой держась за густую шерсть.       Князя снова била лихорадка, жар от его тела грел даже через многочисленные слои одежды. Рей чувствовал это тепло, и его сердце колотилось как бешеное, он надеялся, что источник этого трепета не почувствует спиной его предательский стук. Сердце юноши словно стало в несколько раз больше и норовило выскочить из груди. Тем временем Гран расправил свои огромные крылья и мощным рывков взмыл в небесную высь.       Богиня сменила свой гнев на милость, и буря стихла, на небе остались только редкие облака. Ветер перестал быть таким холодным и пронизывающим, ярко, и словно по-весеннему светило солнце, воздух был чистым и как будто обновлённым. Этот полёт очень сильно отличался от предыдущего их с Граном путешествия, когда тот был гиппогрифом. Дракон был большим и летел выше и быстрее. Спасаясь от порывистого высотного ветра и боясь, что б их не сдуло на такой скорости, Рею пришлось очень сильно наклониться вперёд, ещё теснее прижав князя к меховой спине дракона. Он крепко обнимал его, что б они не свалились, а у самого в голове бушевали самые разные эмоции.       Юноша испытывал и страх, и счастье, и радость, и грусть, и горькую обиду, и сожаление, и надежду, и отчаянье и всё это на фоне смертельной усталости.       Они летели уже больше часа, как вдруг князя начала бить сильная дрожь. Рей очень испугался и пытался судорожно сообразить, что можно сделать в такой ситуации, находясь в воздухе? На ум приходила только целебная сила священных слов. Покопавшись в памяти и вспомнив, чему учила бабушка Фруа, он прижался к князю ещё сильнее, чувствуя волнительный запах его волос и стал шептать на ухо, что б ветер не унёс его слова - молитвы на древнем языке. Сила древних слов подействовала, через несколько минут дрожь прекратилась, и князь задремал, но Рей продолжил и дальше свою тихую речь.       Священные слова успокаивали и его самого, вселяя надежду на лучший исход. Ведь сколько трудностей он преодолел, сколько боли вытерпел, а сколько раз его страшила неизвестность, когда казалось, что за следующим шагом его ждёт неминуемая смерть. И всё равно, он до сих пор жив, и теперь знает, сколько ему отпущено. Не многим такое дано, знать, когда конец и успеть к нему морально подготовиться.       Солнце постепенно стало клониться к закату, а так как они летели на запад, казалось, что этот свет впереди словно согревает их изнутри. Только вот князю снова стало хуже и уже священные слова не помогали. Рей почти отчаялся, но тут впереди он увидел знакомые очертания стен столицы и через несколько мгновений Гран приземлился на широкий балкон, ещё в полете превратившись сначала в гиппогрифа, а после приземления, в огромного рогатого пса. Они были дома.       Рей еле-еле приподнял князя, находящегося в полубессознательном состоянии и затащил внутрь. Налившееся словно свинцом тело очень нехотя его слушалось, всё это время юноша держался на одной только силе воли, но, хоть они и прибыли в столицу, расслабляться было рано. Тут же в комнату вбежали стражники, но увидев, кто перед ними, нерешительно застыли в замешательстве, а Рей закричал:       - Врача, быстро! Приведите Мундо! – несколько самых сообразительных ринулись в госпиталь, остальные сначала хотели последовать за ними, но Рей на них снова рявкнул, - не все сразу, помогите мне уложить повелителя на кровать!       Двое крепких телохранителей, среди которых и знакомый Рею бородач, подняли князя и перенесли на кровать, а Рей меж тем продолжил отдавать указания. Осознание, что он, наконец, может что-то сделать для спасения любимого человека, придало сил. По его распоряжению принесли полотенце, тазик с тёплой водой, лёгкую льняную рубашку и лёгкие штаны.       Гран, превратившись в кота, устроился рядом с хозяином на подушке. Рей помог полностью раздеть князя и стал обтирать ему руки, шею и лицо влажным полотенцем, в это время в покои вбежал Мундо. Он подбежал к кровати и ощупал лоб больного, мечущегося в лихорадке, потом посмотрел на действия Рея, утвердительно кивнул и спросил:       - Что произошло, как долго он в таком состоянии?       - У него началась сильная лихорадка больше двух дней назад, он ослаб, промёрз, вчера начался сильный кашель, повелитель часто терял сознание, а с прошлой ночи почти постоянно находится в таком состоянии, крайне редко приходя в себя.       Выслушав про кашель, Мундо приложил ухо к груди князя и прислушался, потом нахмурился и стал пальцами простукивать грудную клетку в разных местах, сначала с одной стороны, потом с другой, хмурясь всё больше. Он попросил перевернуть бесчувственного Марка на живот и простукал пальцами спину пациента.       Закончив с обследованием, он закрыл глаза, тяжело вздохнул, а потом посмотрел на Рея, и у того дыхание перехватило от его взгляда.       - У него сильное воспаление лёгких, удивительно, что он до сих пор жив, если учесть, как быстро развилось заболевание и как сильно ослаблен организм, - печально сказал врач, а Рей не стал говорить, что на этом свете его удерживает Богиня, согласно их уговору.       - Но что-то же мы можем сделать? – воскликнул Рей, - у вас так хорошо развита медицина, помоги же ему!        - Я попробую, но боюсь, шансов не много… ему бы магов-целителей, но в Элсе их нет... - сквозь слёзы заключил Мундо, ведь у него на руках умирал брат, и Рею было слишком хорошо знакомо это чувство.       - У вас же есть столько лекарственных растений, давай пробовать всё, что можно, Мундо, не сдавайся! Мы его спасём, во что бы то ни стало! Когда я вчера ночью ему дал отвар из корня окопника, ему ненадолго, но стало немного легче! Но у меня просто только он был в наличии, но есть и другие, более сильные травы, способные убирать отёк и снимать воспаления! На моей родине использовали в таких случаях одно средство, брали жгучий красный и чёрный перец, смешивали с корнем турмерика, у вас его куркумой зовут, затем перемешивали с мёдом и имбирём и давали больным с похожими симптомами. Но применяли это средство крайне редко, так как у нас не часто люди болели подобным, да и стоили эти ингредиенты довольно дорого. Я хорошо о нём знаю, так как один раз им лечили мою сестру, весьма успешно.       - Хорошо, попробуем всё! Ты прав, рано ещё сдаваться, готовь своё средство. Слуги принесут тебе всё, что нужно! А я пока за своими лекарствами…       Он погладил брата по голове, со словами: «Ты только держись, не умирай, я скоро» - и стремглав вылетел из комнаты. А Рей тем временем продолжил обтирания, про себя отметив, что у князя очень красивое тело, но страшных шрамов на нём не меньше, чем у него.        Скоро жар немного спал и юноша, с помощью слуг, переодел его в лёгкую льняную пижаму и положил на лоб холодное полотенце. Дыхание князя стало ровнее, в это время вернулся Мундо с загадочными склянками и влил странную жидкость Марку в рот. Тот сморщился и закашлял, потом застонал и перевернулся на бок.       Рей дал князю воды, тот посмотрел на него мутным взглядом, но воду выпил, судорожно вздохнул и снова закашлял, а потом снова застонал от боли. А через некоторое время ему стало гораздо хуже, резко повысилась температура, появилась судорога, Марк застонал, и его вырвало желчью. Пришлось его снова раздевать и сбивать жар обтиранием. Слуги быстро поменяли испачканную простынь.       На Мундо было жалко смотреть, он схватился за голову – его лечение не помогало, и теперь он не знал, что делать, ведь в их княжестве он был самым лучшим врачом, а те немногие маги с даром исцеления, что были в их мире, сейчас находились недосягаемо далеко - в Благословенном Озёрноном краю. Теперь вся надежда была только на иномирские методы лечения.       Ингредиенты, которые Рей приказал принести слугам, были весьма специфические, и посреди ночи их было тяжело достать, но им повезло. Самый расторопный слуга принёс склянку с эвкалиптовым маслом. Рей тут же добавил несколько капель в воду, смочил этой ароматной водой полотенце и снова положил на лоб князю. Потом смешал с небольшим количеством льняного масла и натёр этой смесью грудную клетку больного. По всему помещению разнёсся приятный аромат, через некоторое время дыхание у князя немного выровнялось, судорога прекратилась, и жар снова спал.       Спустя пол часа принесли другие ингредиенты и небольшую жаровню, под которой располагалась чёрная плита из греющего камня. Залив в эту ёмкость немного воды, Рей удивился, как быстро она закипела, потом добавил туда перец, красный и чёрный, хорошо проварил, немного остудил и добавил куркуму, имбирь и мёд. Хорошо всё перемешал, проверил, что смесь не сильно горячая, развёл одну ложку в чашке тёплой воды и дал выпить князю.       Он знал, что для любого лекарства, что б оно подействовало, нужно время, а ещё нужны силы, поэтому, не теряя времени, он приготовил и лёгкий мясной бульон, с луком и базиликом. Вместе с Мундо они напоили князя этим отваром.      Марк был очень плох, но, по крайней мере, от иномирской медицины ему не становилось хуже и это обнадёживало. Теперь осталось только ждать, и периодически смачивать полотенце на лбу.       Рей запарился, пока возился со снадобьями и снял свой тёплый кафтан, и лишь потом сообразил, в каком состоянии сейчас находится его рубашка и что ему самому бы сейчас не помешала медицинская помощь. Мундо посмотрел на него уставшими, но круглыми от удивления глазами и спросил:       - Рей, что с тобой случилось?       - Это долгая история, - поморщился юноша.       Ссадины на лице уже зажили, синяк на горле тоже почти прошёл, даже на месте выбитого зуба уже проклюнулся новый, трогая его кончиком языка, Рей ещё раз удивился такой регенерации. Но обожжённая рука нестерпимо болела, а так как она была правой, её было очень тяжело перевязать в одиночку, поэтому Рей спросил у Мундо:       - Можешь немного помочь? У меня тут небольшая проблема…       Только вот эта «небольшая проблема» хорошо его помучила. Наскоро намотанная перевязь присохла к ранам и отдиралась с большим трудом, а сами раны после этого снова сильно кровоточили. Мундо с ужасом посмотрел на глубокие ожоги и спросил:       - Ох ёй, как ты так умудрился? И что это вообще? На огонь не похоже, скорее, на сильную кислоту…       - Да, она самая, подробностей рассказать пока не могу, - устало поведал Рей, - это страшная тайна и я не знаю, имею ли право без разрешения князя о ней говорить.       - Ох, какие вы загадочные, - вздохнул Мундо, - потерпи немного, будет больно.       И было действительно очень больно, даже терпеливый Рей сжал пальцы в кулак и тихо зарычал, когда лекарь обрабатывал его раны. Рука после этого ещё долго словно огнём горела. Поблагодарив Мундо за помощь, вконец измотанный боец устало сел на пол, облокотившись спиной о кровать, на которой лежал князь.       Держась за свою раненую руку другой рукой и что б отвлечься от боли, воин стал прислушиваться к дыханию повелителя. Этот звук успокаивал, и Рей ненадолго задремал.       Его разбудил один из слуг, принёсший новую рубашку, взамен испорченной. Поблагодарив его и переодевшись, Рей заметил, что цвет лица у князя стал гораздо лучше, температура нормализовалась, дыхание хоть и было тяжёлым, но стало более ровным. Мундо сидел рядом на стуле и внимательно следил за состоянием своего пациента.       Усталость, накопившаяся за эти долгие и тяжёлые дни, навалилась на юношу разом, как огромный булыжник. От него уже ничего не зависело и Рей, протяжно вздохнув, позволил себе расслабиться - без сил опустился на пол и снова прислонившись спиной к кровати, моментально уснул. Он спал как убитый и во сне случайно прислонил голову к свисавшей руке князя, с которым теперь делил одну жизнь на двоих.