Том 3. Амь-Герел

      Юноша вернулся в свою комнату и с облегчением вздохнул, всё-таки хорошо, когда есть место, которое можешь, хоть и с натяжкой, но считать своим домом. Оглядевшись, он увидел, что здесь всё осталось как прежде. Он покинул это место всего четыре дня назад, но ему казалось, что с той поры прошла целая вечность.       Не откладывая, Рей направился в соседнюю комнату, где находился бассейн для омовений, разделся и с удовольствием погрузился в тёплую воду. Как долго он мечтал об этом! Юноша с наслаждением отмокал в бассейне, стараясь не намочить больную руку. Эта дивная вода снимала тяжесть в теле и расслабляла мышцы, Рей даже немного задремал, но вовремя спохватился и вылез из воды, проведя в ней больше двух часов, свежий и хорошо отдохнувший. Он переоделся в чистые штаны и рубашку, неуклюже перевязал свои ожоги, так как повязка всё-таки намокла, и принялся расчёсывать волосы, с грустью обнаружив в них несколько седых прядей. Видимо, испытания последних дней не прошли для него даром.       Закончив с гигиеническими процедурами, Рей задумался, что ему делать дальше? Как жить после всего, что произошло? Как смотреть в глаза князю, которому должен подчиняться? Вот именно, Завет и Клятву ещё никто не отменял, он должен ему служить, оставшиеся три года, а потом обретёт настоящую свободу, от всего.       Придя к такому выводу, Рей немного успокоился, он сделает, что должен, а потом уйдёт навсегда, без сожалений сольётся с божественным светом. А чувства, пусть будут, в конце концов, они сделают его последние годы более яркими и насыщенными. Обида пройдёт, просто нужно время. Ведь он и сам отчасти виноват, он уже совершил один раз подобную ошибку, сделал из неё выводы, но видимо, судьба дала понять, что даже на похожие ситуации нет одинакового решения, и если тогда его совесть была чиста, то в этот раз его мучили сомнения.       Рей сожалел, что не рассказал всё князю сразу, ведь он мог подобрать слова так, что б ему поверили и тогда бы они смогли не наделать столько глупостей, чуть не стоивших им всем жизни. Но прошлого не вернуть, осталось только снова учиться на своих ошибках.       Решившись, он вышел из комнаты с твёрдым намерением попробовать смирить свою обиду и всё нормально объяснить князю, если тот будет в состоянии его выслушать. К тому же, повелитель должен знать, что всё у него получилось, и Великая Мать больше не гневается.       Он был уже недалеко от княжеских покоев, как вдруг дорогу ему преградили трое дружинников, а двое других внезапно появились у него за спиной. Они не нападали, поэтому Рей остановился и спросил:       - Что такое, что вам нужно?       Вперёд вышел крепкий мужчина средних лет, юноша узнал в нём одного из воевод, кажется, его звали Самад. Тот свысока посмотрел на Рея и спросил:       - Знаешь, кто я? – Юноше очень не понравился этот взгляд, обычно от таких людей ничего хорошего ждать не приходиться.        - Да, вы воевода Самад, - сказал Рей, слегка прищурившись, он пытался понять, что тому нужно.       - Если ты знаешь, кто я, тогда живо отвечай, что произошло? Куда вы с князем отправились? Почему он вернулся в таком состоянии? Вы нашли убийц, нарушивших Непреложный закон и поэтому Богиня больше не гневается?       До Рея дошло - из него хотели вытянуть правду и таинственные подробности княжеских дел, только вот не на того напали. Он не станет разглашать подобную информацию без разрешения своего повелителя.        - Это государственная тайна, я не могу вам ничего рассказать. – Сказал Рей, холодно посмотрев в глаза воеводы - плавали, знаем.       - Ах ты, щенок! Ну-ка живо выкладывай всё как есть! Государственная тайна, видите ли! А я кто, по-твоему, оруженосец? Я воевода и ты обязан исполнять мои приказы и обо всём мне рассказывать!       - При всём уважении к вам, - сквозь зубы начал Рей, - я состою в личной гвардии князя и подчиняюсь только его непосредственным приказам, вы не имеете права меня допрашивать и задерживать, а теперь, будьте так любезны, освободите дорогу.       - Так, значит, - хмуро заключил воевода, - по-хорошему не хочешь. Что ж, сам напросился, терпеть не могу таких выскочек.       Он коротко кивнул, и на юношу набросились четверо крепких дружинников. Как назло, Рей был слишком погружён в свои мысли, когда выходил из комнаты и не взял с собой саблю, и теперь оказался безоружным против противника, превосходившего его числом. Он пробовал драться в рукопашную, но силы были неравные, сказывалась тяжёлая неделя, хотя пару рёбер, носов и рук он всё же сломал, пока сам не получил мощный удар под дых. Согнувшись от боли, он пропустил ещё пару ощутимых ударов и уже не смог больше сопротивляться, два матёрых воина скрутили его руки за спиной, чуть не вывихнув ему плечо.       - Силён, гадёныш! – проворчал один из дружинников, державших его.       - Заприте этого недомерка в моей личной камере, - сказал воевода и гадко ухмыльнулся, Рею очень не понравился этот взгляд.       - Вы в своём уме, - хрипло сказал он, - нападать на княжеского гвардейца?       - И что мне за это будет? – засмеялся воевода, - кто узнает? Князь многое не знает о том, что творится у него под собственным носом! Увести!       Сопротивляющегося Рея повели по запутанным коридорам замка, а когда он попробовал кричать, его просто вырубили очередным мощным ударом по лицу и дальше уже тащили в полубессознательном состоянии. Он смог немного прийти в себя, только когда его приволокли к какой-то глухой деревянной двери и зашвырнули внутрь тёмной комнаты.       Оказавшись там, Рей сразу почувствовал сильное зло, обитавшее в этой темнице. Что-то похожее было и в осквернённом храме, только вот он не мог убежать из этой крохотной темницы и явственно ощутил себя беспомощной жертвой. А когда в дальнем углу комнаты, над маленьким окошком, через которое еле-еле пробивался солнечный свет, он увидел зловещую бесформенную тень и понял, с кем столкнулся, то завопил от ужаса и ринулся к двери, пытаясь её открыть.       - Выпустите! Прошу вас! Тут Амь-Герел! Умоляю, откройте! Вы не понимаете, какого монстра вскармливаете! – Но все его усилия были напрасными.       Всхлипывая и дрожа от ужаса, он повернулся в сторону этого монстра, который был гораздо страшнее, чем та огромная многоножка, которую он убил вчера. Амь-Герел заинтересовался им, но дневной свет пока мешал ему приблизиться к своей добыче, поэтому он терпеливо выжидал, притаившись в тёмном углу, когда наступит ночь, что б полакомиться своей беспомощной жертвой.       Ещё на уроках у Бабушки Фруа Рейна сильно испугалась, узнав, что в мире могут существовать подобные твари и долго боялась темноты, пока наставница не заверила её, что в Улаане подобные монстры практически не встречаются. Но кто же знал, что уже в другом мире Рей столкнётся со своим давним страхом лицом к лицу.       Эта бесформенная тень была самым страшным и загадочным существом на свете, сгустком зла и тьмы в чистом виде. Весь ужас состоял в том, что тварь пожирала свет, уничтожая его, а человеческие души по своей сути из этого света и состояли, поэтому Амь-Герел пожирал душу. Это было самое страшное, что могло бы случиться с человеком.       Во время битвы с жуткой многоножкой, Рей боялся умереть и не справиться с заданием Богини, но знал, что даже после смерти его сущность останется, его неупокоенная душа будет существовать. Но эта тварь уничтожит его суть и не останется ничего, просто пустая физическая оболочка. А ведь только он нашёл спасение для своей многострадальной души, которая, согласно их с Богиней договору, по истечению трёх лет соединилась бы со Светом. Но теперь он пропал, потеряет свою душу и не станет больше Рейны.       Это его сильно разозлило, и он судорожно стал думать, как ему спастись. Попробовал выбить дверь темницы, но она была сделана добротно и на совесть, он только плечо ушиб. Юноша понял, что физически выбраться не получится и нет никакой гарантии, что каким то чудом его выпустят до темноты - похоже воевода просто решил избавиться от неугодного ему человека и это самая настоящая камера смерти. Осталась только одна надежда, что князь захочет его видеть, что б узнать о битве со стражем тьмы и начнёт искать. А пока нужно продержаться как можно дольше, только вот каким образом?             Этот монстр был бесплотным, отбиться в рукопашную не получится, стоит только приблизиться и он уничтожит его свет, а значит, нужно как-то по другому защититься. Рей судорожно обдумывал ситуацию, стараясь не поддаваться панике, он решил применить весь свой ментальный арсенал, что б хоть ненадолго оградить душу от зла. Вспомнив защитный символ, который висел на груди у мага, и его слова, что это часть магии этого мира, он решил воспользоваться этими знаками, которые были основой священного языка. Юноша помнил древние защитные молитвы и письмена, которым Рейну учила бабушка Фруа, они не раз его выручали, должны были помочь и сейчас, хотя бы на какое-то время. Вот только как их написать? У него не было ни угля, ни мела, а вокруг только гладкий грязно-бежевый камень.       Не раздумывая, он содрал со своей правой руки повязку, кровь снова потекла из глубоких ран, Рей стал ей, как краской, писать на полу. Он помнил много защитных молитв и символов, а когда стал их воспроизводить, с удивлением обнаружил, что законченный красный знак начинал светиться нежным жёлтым светом. Твари это не понравилось, но пока ей мешал свет, она ничего не могла сделать.       Рей судорожно писал, шепча молитвы, а у самого сердце сжималось от ужаса. Он исписал половину камеры, медленно двигаясь спиной к двери, когда солнце стало садиться за горизонт. Зло возбуждённо зашевелилось. Оно стало постепенно приближаться к нему, но первый ряд защитных рун засветился, и словно стена света выросла между ними. Тварь разозлилась, но не могла пройти дальше. А потом стала давить своей тёмной сущностью на эту стену. Рей почувствовал давление колоссальной силы, от которого волосы на голове встали дыбом, а по телу пробежали мурашки.       Постепенно символы первого ряда стали медленно гаснуть и из золотых становиться чёрными. Всхлипнув и тихо заскулив от страха, Рей судорожно продолжил вырисовывать заветные письмена своей кровью - ему нужно продержаться до утра и тогда дневной свет снова прогонит тварь в тень и не даст ей до него добраться. Лишь бы продержаться до утра, но символы слишком быстро гасли, только он заканчивал рисовать один ряд, как тьма тоже гасила половину ближайшего к ней ряда.       Он уже уткнулся спиной в дверь, места для письма больше не было. Такими темпами, совсем скоро ему придёт печальный конец. Тут на ум пришёл один символ, который укрепляет волю человека и тем самым, усиливает действие защитных чар. Он нарисовал его на своей правой ладони, добавив к нему изображение знака, который увидел у мага - знака защиты от тьмы и выставил руку вперёд, шепча священные слова, эти символы тоже загорелись светом. Рей чувствовал, как зло давит на его душу и усилием своей воли пытался как-то ему помешать, мысленно окружив себя светящимся коконом.                  Символы стали гаснуть гораздо медленнее, но Рей испытывал чудовищное напряжение.       Закрыв глаза, он продолжал видеть перед собой тьму Амь-Герела и чувствовал, как тот тянется к его душе. Это было самое страшное, что он испытывал в своей жизни. Все остальные его страхи и переживания по сравнению с этим были такими пустяками. Каждая секунда длилась словно вечность, он уже выбился из сил, голова раскалывалась от напряжения, по лицу текли слёзы, а по руке, которую он выставил вперёд и придерживал левой рукой, тонкой струйкой сочилась кровь, смачивая рукав рубашки. Больная рука дрожала, но Рей понимал, что стоит ему отвлечься и опустить её, как тварь разметает его защиту в пух и прах. Юноша держался из последних сил, но символы медленно гасли, один за другим. Тёмная тень неумолимо приближалась. Он потерял счёт времени и не знал, как долго длится его мука. Сердце сжала ледяная рука, осталось только три ряда символов, зло давило с небывалой мощью, окружая его со всех сторон, Рей чувствовал его гадкое предвкушение.       Осталось только два ряда символов, но некоторые из них не горели, так как на них попали капли крови, бегущие по его раненой руке, и сквозь эту лазейку к нему потянулись щупальца тьмы и коснулись души. Рей закричал от боли и ужаса, когда его душу стали медленно убивать, по капле высасывая свет. Он понял, что сейчас умрёт и перед смертью снова вспомнил князя. Его переполнило чувство любви и нежности, которую он всё-таки к нему испытывал, даже несмотря на обиду. Щупальца тьмы брезгливо отдёрнулись, но через секунду принялись за него с новой силой.       Последний ряд гас, стена защиты таяла, он заглянул во тьму и понял, что это конец. И тут, уже находясь в почти бессознательном состоянии, чувствуя, как медленно гаснет его душа, он словно в замедленном сне понял, что куда-то летит. Дверь, в которую он вжался спиной, неожиданно открылась и, не удержавшись, Рей полетел на пол коридора.       Тень потянулась за ним, но неожиданно отступила, так как коридор был наполнен ярким светом восходящего солнца. Тьма зашипела и отступила. Из последних сил, Рей приоткрыл глаза и увидел взволнованное лицо своего князя.       - Не входите туда, там зло… - слабо прошептал он, и его сознание погрузилось во тьму.