Глава 57. Эх, повседневность

      Наступил долгожданный день экскурсии на большой корабль в компании Мируко и Андрэ. Капелька разнообразия в опасной жизни авантюриста.              Мы облачились в парадные наряды — куда более презентабельные, чем наша походная экипировка для Подземелья, и даже чуть наряднее повседневной городской одежды. Правда, настоящей «яркой вспышкой» стала, как обычно, только Мируко. Она надела элегантное приталенное платье сочного оттенка и подобрала к нему изящные туфли на невысоком каблуке.              Всё-таки дорого до портового города займет минут сорок с учетом прохождения осмотра около ворот и медленного шага.              Вообще, Мируко обожала одежду, способную выделить её из толпы. Достаточно вспомнить тот самый красно-белый халат с вышитым белым кроликом и замысловатыми узорами, в котором я впервые увидел её на горячих источниках. Единственное место, где на ней трудно было увидеть что-то броское — это мрачные коридоры Подземелья.              В отличие от неё, я с Андрэ в обычной жизни ценили прежде всего практичность и комфорт, предпочитая сдержанные, чаще всего тёмно-серые тона. Тёмные эльфы везде за пределами нашего королевства привлекают внимания. Так хоть одежда это внимание разбавляет.              На этот раз под дружным напором Мируко нам пришлось слегка отступить от привычки: мы заранее сходили с ней к портному и заказали кое-что, что она сочла бы «приемлемо выглядящим». Хотя, конечно, обошлось без кричащих цветов — наш стиль остался верен себе.              Покинули мы город ранним утром, сразу после плотного завтрака. Из вещей взяли лишь небольшой рюкзак с лёгким перекусом и необходимыми мелочами: платком с бурдюком воды, деньгами и, конечно, карточками, подтверждающими наше гражданство Орарио. На поясах у меня и Андрэ, на всякий случай, висели в ножнах одноручные мечи — привычка авантюриста. Даже внутри Орарио авантюристы часто ходят с оружием.              Нашей целью был гигантский корабль, пришвартованный у специального причала неподалёку от рыбацкого городка Мелен. Это было легендарное судно с магической школой на борту, способное месяцами находиться в плавании. Впервые удастся поглядеть вживую. Видел изображения на холстах в городе и слышал описания, но все это, мягко говоря, не идёт в сравнение с живым просмотром. Все-таки здесь нет видео и фотографий, которые хоть как-то могут заменить личное присутствие.              Любой, у кого были средства, мог приобрести билет. Со слов Харухиме, успевшей побывать на экскурсии с подругой, он простоит там целый месяц, как сообщали знакомые, уже успевшие его посетить. Но вот на доступ посторонних на палубу оставалось уже всего пять дней.              Мы вышли через юго-западные городские ворота и двинулись по широкой, ухоженной дороге в сторону Мелена. Путь был недолгим — всего каких-то три километра по прямой, с лёгким уклоном вниз к морю.              Вдоль главной дороги по бокам на удалении возвышались маленькие деревушки, к которым вели узкие тропинки, шириной в полторы телеги. Деревьев маловато, так что видно пасущихся животных вдалеке.              Изменения на дорогах стали заметны практически сразу, как только «Хрингхорни» бросил якоря у побережья. В обычное время тут не так оживлённо.              — Впервые вижу, чтобы из города выезжало столько телег на запад, — не удержался я от комментария. — Даже у самых популярных ворот на востоке нет такого ажиотажа.              Мимо нас одна за другой проезжали запряжённые лошадьми или более экзотичными вьючными тварями повозки. Они растянулись вдоль дороги, сохраняя разную дистанцию. Все они были доверху загружены чем-то, укрытым брезентом или упакованным в прочные ящики.              — Пополняют запасы на корабле, — пояснила Андрэ своим обычным немногосложным тоном.              Мы шли в одну линию. Ширина дороги позволяла идти таким образом и не мешать повозкам. Дорога походила на римские, что неудивительно, ведь в прошлом по ней возили все необходимое для строительства порта и корабля для боя с Левиафаном. То есть, по качеству она не уступала дорогам внутри города. И такой она будет до портового города.              — Это я понял. Просто удивительно, что они всё ещё что-то везут. Не первый же день корабль стоит. Должны были уже всё завезти.              На этот раз ответила Мируко, знающая больше меня:              — А там не только припасы везут. Ещё материалы для ремонта, всякую всячину… Да и гоняют их в основном по утрам. После полудня телег почти нет, зато дорогу заполняют желающие попасть на экскурсию.              Я вспомнил восторженный рассказ Харухимэ после её визита в порт:              — Судя по всему, ближе к вечеру в Мелене начинается чуть ли не ежедневный праздник.              — Ещё бы! — воскликнула Мируко, её глаза загорелись. — Одно только возвращение Хрингхорни — грандиозное событие для всего городка! Мелен просто оживает: улицы полны народа, повсюду палатки с угощениями и выпивкой, десятки блюд из свежайшей рыбы…              — Семьи с корабля зарабатывает на следующую экспедицию, — сухо, но метко добавила Андрэ, прерывая оживлённо болтающую девушку.              — Я-то думал, их основной доход — это экскурсии на сам корабль, — признался я.              Мируко лукаво улыбнулась и положила ладонь мне на плечо:              — О-о-о, нет, Отриус. Сам праздник — тоже их рук дело, при поддержке Семьи. Они ещё и целый музей под огромным шатром разворачивают на площади: показывают редких рыб в хрустальных аквариумах, диковинные растения с дальних островов… А на самом корабле за дополнительную плату проводят уроки магии для начинающих и учат кузнецов правильно… — она вдруг запнулась, поняв, кому это рассказывает. — Ну, ты же и сам всё знаешь, ты ведь кузнец.              — Что знаю? Про магические кристаллы?              — Ага. Там целый класс посвящён их применению.              — Ну тогда да, в курсе. Гефест подробно всё объясняла, даже на практике показывала.              Вообще, забавно осознавать, что в этом мире роль электричества повсеместно играют магические камни, а вместо проводов — тонкие пластины из руд вроде Сейроса, проводящие магическую энергию.              Есть ещё один простой способ применения магических камней — просто держать заряженный камень в руках, когда истощена энергия разума, чтобы ускорить восстановление. Правда, эффективность такого метода, честно говоря, так себе — дорого. Я иногда использовал этот метод, если кончались зелья, а хотелось подольше использовать магию.              Через пару километров неспешной прогулки и лёгкой беседы перед нами наконец открылся вид на рыбацкий город. По меркам моего прошлого мира его вряд ли можно было назвать крупным населённым пунктом, но в реалиях Теккая это был настоящий город, снабжающий рыбой весь Орарио и окрестные деревни.              Город раскинулся широко, с преобладанием невысоких, крепких построек, при чём каменных. Над ними возвышался лишь шпиль административного здания рядом с центральной площадью. Главный порт с его лодками и кораблями был скрыт домами, зато в глаза сразу бросался дополнительный причал, сооружённый в отдалении от берега, у правого края поселения. Он был буквально вмонтирован в скальную породу в сорока метрах от суши — специально, чтобы такой гигант, как «Хрингхорни», мог швартоваться, не рискуя сесть на мель или повредить основной порт.              Я упомянул шпиль городской администрации? Забудьте. Рядом с тем, что возвышалось сейчас на горизонте, он казался спичкой. Даже с такого расстояния было ясно: высота центральной башни Школьного Округа превосходила большинство зданий в самом Орарио.              — Семь сотен метров в длину и шестьдесят в высоту… — я невольно произнёс вслух запомнившиеся цифры. — И всё же… какая же махина.              Шестьдесят метров — это высота основной палубы. А центральное здание, та самая башня, вздымалась больше чем на сотню. К его вершине со всех сторон были прикреплены шесть массивных тросов, уходящих к краям корабля, — для дополнительной стабилизации во время штормов и качки.              Одно важное уточнение стоит сделать насчёт длины. От сюда было видно, что треть длины корабля занимает нос, исполняющий роль Биврёста из скандинавской мифологии, соединяющий корабль с портом. По носовой части корабля можно было везти телеги. Без учитывая носовой части длина сравнима с контейнеровозами. В ширину же Хрингхорни их заметно обходил.              Мируко, не скрывая трепета, взяла мою руку в свои и прижалась поближе.              — Отсюда вид совсем не тот, но все-равно красиво.              За нашей спиной раздалось недовольное, почти неслышное фырканье. Не удостоив нас взглядом, Андрэ стремительно обогнала нашу неспешную пару и резко ускорила шаг, её стройная фигура быстро стала удаляться.              — Хватит медлить.              Пришлось последовать её примеру и перейти на более энергичный темп, чтобы не отстать.              Уже через несколько минут мы оказались в пределах рыбацкого города, но царившая вокруг картина разительно отличалась от моих первоначальных ожиданий. Первый раз сюда прихожу, несмотря на год жизни в Орарио.              Было ещё довольно рано, и утренняя тишина лишь изредка нарушалась отдалёнными звуками с причала. Основная суета, судя по всему, была сосредоточена там — в порту или на борту самого «Хрингхорни», где кипела работа по техобслуживанию плавучего гиганта.              Мы проходили мимо крепких, добротных домов, больше напоминавших ухоженные городские из камня. Каждый был окружён небольшим огородом, пестревшим зеленью различных растений и овощей. По здешним меркам это, безусловно, был город, но сама атмосфера, ритм жизни — всё дышало размеренным, почти деревенским уютом. Впрочем, инфраструктура выдавала его особый статус: Мелен явно строился не как простая рыбацкая слобода, а как стратегически важный и хорошо финансируемый район Орарио. Отличные дороги, магические фонари, а главное — признаки настоящей цивилизации вроде продуманной канализации и даже простейших механических кранов в порту говорили сами за себя. Богатый городок. Неудивительно, что работали в городе целых четыре рыбацких Семьи.              По мере приближения к центру нам открылся небольшой, но оживлённый рынок. Сюда уже стягивались ранние торговцы и скупщики, готовые забрать самый свежий улов для ресторанов и магазинов Орарио. Воздух был напоён солёным бризом и сладковатым запахом морской свежести.              — Видишь того старого крепыша с седой бородой? — внезапно прошептала Мируко, едва заметно кивнув в сторону небольшой группы важного вида людей у одного из прилавков. — Это губернатор Мелена, Борг Мердок. А рядом с ним стоит бог Ньорд.              Я скользнул взглядом по фигуре коренастого, лишённого растительности на голове, но щедро наделённого ею на подбородке мужчины. В его осанке, во властном взгляде чувствовалась бывалая сила; этот человек в прошлом определённо не раз сжимал в руках не только перо, но и рукоять меча — бывший авантюрист.              — Что ж, наша цель явно не в светских беседах с местными, — пожал я плечами. — Я тут никого не знаю.              — Это точно, — отрезала Андрэ, не замедляя хода и даже не оборачиваясь. Её голос прозвучал сухо и по-деловому. — Здесь смотреть не на что.              Не останавливаясь, мы последовали за уверенной походкой Андрэ и вскоре оказались в порту. Он предстал перед нами широкой, шумящей жизнью дугой, огибающей весь город. Бесчисленные причалы, подобно деревянным пальцам, тянулись в спокойные воды залива. Вдалеке, уже на просторах открытого моря, виднелись силуэты рыбацких лодок. Среди более крупных судов выделялся один корабль с чуждыми, строгим черно-красным парусами и флагом, который, судя по всему, принадлежал далёкой северной империи. Плавучих средств здесь было в избытке — всех мастей, размеров и предназначений.              Даже не верится, что чуть вдалеке от берега, где дно резко уходит вниз, находится запечатанный вход в Подземелье. Именно от сюда в прошлом вырвался Левиафан.              Но нас в данный момент не волновали давно убитые монстры. Наша цель просто имела главную роль в убийстве этого монстра.              Догадаться, как добраться до той самой удалённой пристани у скал, не составило труда. У левого края основного порта был организован специальный перевалочный пункт. Перевозки на гигантский корабль осуществлялись с помощью небольших, но вместительных барж с крытыми кабинами и рядами сидений. Приводились они в движение не вёслами, а вращающимися пропеллерами, чей механизм явно питался энергией магических камней — практичное и эффективное решение. Весла оставались в качестве запасного плана.              Вообще, так подумать, благодаря удлинённому носу, способному взять на себя роль моста, Хрингхорни запросто мог бы подплыть к основному порту. Люди и телеги могли бы сразу ступать на плоский и длинный нос корабля. Но в таком случае он бы мешал рыбакам, так как занимал бы слишком много места.              — И чего я ожидал... — невольно вырвался у меня усталый вздох, полный смирения с местной логикой.              — О чём ты, Отриус? — тут же отозвалась Мируко.              Она продолжала стоять рядом, обнимая меня за руку, так что все слышала.              Наша тройка замерла у края нужного причала, наблюдая за организованной суетой.              Там, в конце причала, группа молодых людей в одинаковой, но слегка варьирующейся форме помогала торговцам загонять на баржу лошадей вместе с телегами. Всего семеро.              Самими плавсредствами управляли загорелые, видавшие виды рыбаки, хотя сами баржи, стопроцентно, были сконструированы специально для обслуживания «Хрингхорни». В другое время они, наверное, мирно покоились бы у причала или в том самом закрытом ангаре на воде, что виднелся у правого края порта.              Молодые помощники тем временем не просто направляли телеги. Они деловито осматривали грузы, сверялись со списками, делая пометки на вощёных табличках, и следили за порядком — работа кипела под их чутким руководством.              Понять, что это ученики Школьного Дистрикта, было нетрудно. Выдавали их и возраст, и одежда. Их форма была любопытным аналогом школьной, пропущенным через призму фэнтезийного средневековья. Эта «поправка» ярче всего проявлялась в кротких, подозрительно коротких юбках у девушек, которые в лучшем случае доходили до середины бедра — немыслимая вольность для настоящего Средневековья. Галстуки у них были, но заправлены под рубашки. Основной цвет формы — белый, а вот отделка — линии, воротники, эмблемы на груди — пестрела разными оттенками, вероятно, обозначая принадлежность к разным классам.              Одна девушка добавила к униформе собственные детали: тканевые наплечники, повязки на рукаве. Сначала я подумал, что им разрешают вносить небольшие изменения, но быстро переменил мнение, прислушавшись к отрывочным командам. Девушка с золотистым наплечником и повязкой на руке явно руководила процессом. Староста, что ли?              — Эй! — фыркнула Мируко, обиженно тыча меня пальцем в бок, когда поняла, что её игнорируют. — Тебя спрашивают!              — Одежда, — отозвался я, не отрывая взгляда от интересного зрелища. — Меня удивила их одежда.              — А что в ней такого? — настороженно протянула она.              Я оставил при себе сравнения с образами из японской анимации, которые первыми пришли на ум. Вместо объяснений я лишь развёл руками в неопределённом жесте и сделал шаг в сторону причала.              Мне вслед прозвучал ледяной, отточенный как клинок голос Андрэ:              — Озабоченный.              — Чего? — не понял я, даже обернувшись.              — Ты пялился на тех девчонок, — она едва заметно кивнула в сторону учениц в коротких юбках, её лицо оставалось бесстрастным.              — Конечно, я на них смотрел! Я же сказал — меня удивила их одежда! Это же очевидно!              Андрэ небрежно скрестила руки на груди, и этот жест был красноречивее любых слов. Ситуацию усугубил пристальный, сощурившийся взгляд Мируко, в котором читалось немое осуждение.              У меня не было ни малейшего желания оправдываться под синхронным давлением этих двух взглядов — будто моё искреннее изумление от неожиданного фасона можно было приравнять к низменному любопытству. Плевать мне на этих юных магичек в их игривых униформах, когда рядом шла та, чья красота была совершенной и абсолютной, чьё одно присутствие затмевало любые мимолётные впечатления... мулатка с кроличьими ушками и большими формами.              Не говоря ни слова, я резко развернулся и твёрдо шагнул вперёд, к ожидающей барже, намеренно крепче сжав в своей руке ладонь Мируко. Пусть этот безмолвный жест говорит сам за себя.