Глава 58. Двоякие впечатления

      Баржа, управляемая опытным и сильно загорелым рыбаком из портового города, неторопливо приближалась к древесной пристани среди камней, встроенной в скалы. С каждым оборотом винта ее движение становилось всё более плавным, почти неощутимым, пока она не начала аккуратно заходить на одно из свободных мест у пирса.              «Скоро пришвартуемся», — промелькнула мысль у каждого на борту.              Минутой раньше нас от той же пристани отошла другая баржа, уже успевшая завершить маневр. На ней-то ранее на наших глазах ученики Школьного Дистрикта как раз и помогали загрузить ту самую телегу с лошадью. Скоро с неё сгрузят телегу с лошадью под присмотром подростков.              Телеги приходилось аккуратно сгружать, так как они были доверху набиты всяким ценным и полезным добром, за которое уже уплачено. Специальные заказы, сделанные в городе богами, заправляющими на Хрингхорни.              Да, главным тут вроде как считался Балдур, но не он один руководил кораблем и обучением. Они делились на классы — это означало отдельные Семьи...              Мои познания о Школьном Округе удручали. Надеюсь, исправим после экскурсии. А пока вернёмся к реальности вокруг.              Объем провизии, стройматериалов и разнообразных реагентов, которые перевозили на этих телегах, красноречиво свидетельствовал: склады корабля заполнялись всерьез и надолго. Неудивительно, что на пути в порт мы встретили десятки повозок, тянущихся к Мелену. Обратный поток был куда скуднее — логистика явно была выстроена вокруг водного пути, где баржи «Хрингхорни» служили основной тягловой силой.              Процесс переноса ресурсов на корабль занимал много времени. До порта дотащи, на баржу завези с баржи свези, по мосту провези...              Богиня Гефест, ну почему ты не сделала телепорт на магических камнях? Слишком дорого или боги не шарят за лучший способ перемещения? Надо подбросить идейку...              Баржа тем временем сильно замедлилась, приближаясь к месту остановки. Я прям видел части скал между деревянных построек. Как бы не затануть.              Впрочем, опасаться за целостность судна у этих скал не приходилось. Несмотря на мнимую угрозу подводных камней, все действительно опасные выступы были давно срыты или перестроены в укрепления мини-порта. Остальные же оставались на безопасной глубине, не доставая даже до киля солидного корабля.              Тут безопасно проплывать. Главное не задеть постройки, а вместе с ними скрытые под деревом скалы.              Наша баржа уже почти вписалась в предназначенный ей паз. На носу, прислонившись к перилам, стояла девушка в школьной форме с отличительными знаками. Ещё утром я видел, как она умело руководила товарищами в порту. Немного поодаль двое других учеников готовили механизмы для разгрузки.              Перед отправкой я успел перекинуться лишь парой слов со старостой — Алисой Ларгаст. Она с заметным сожалением сообщила, что сегодня на неё возложили надзор за прибывающими припасами, а потому провести для нас экскурсию не сможет. Сожалела она, впрочем, не столько о нас, сколько о упущенной возможности продемонстрировать своё, как она сама уверяла, непревзойдённое знание Школьного Округа среди всех старост.              Девочке свойственна показная гордость. Уважаемо. Внешность на семерочку из десяти по меркам прошлой жизни и четверочку по нынешним меркам. Зато с виду умная и имеет третий уровень — красава. Не обязательно быть реально умным. Главное таким казаться. Так что в любом случае: студентка, комсомолка, спортсменка, наконец, она просто не в моем вкусе.              Внезапно мое внимание во второй раз короткий промежуток времени привлекла юная полуэльфийка, стоящая чуть в стороне. Поймав мой очередной пристальный взгляд, она смущенно опустила глаза и заерзала складками своей юбки.              В бок мне тут же пришелся болезненный и выразительный тычок кулаком от Андрэ. Костяшки оставят синяк.              — Эй, какого хрена? — я аж сморщился и потёр место удара.              — Перестань пялиться на неё.              Ладно хоть моя девушка пристально пялилась на красивый корабль, а то бы пришлось два тычка с разных сторон.              Наш тихий спор не ускользнул от внимания старосты. Алиса поправила очки и вопросительно посмотрела на нас:              — Что-то случилось?              — Кхм, простите, — смущенно хмыкнул я. — Просто её лицо кажется мне до боли знакомым. — Я снова взглянул на маленькую фигурку, девочке на вид было лет десять от силы. — Извини, малышка, скажи, а тебе случайно не знакома Эйна Тюль?              Девочка растерянно перевела взгляд на Алису. Та лишь усмехнулась, качнула головой и ответила за смущенную особу:              — Это Нина Тюль. Они сестры.              — О-о-о, тогда всё понятно! — воскликнул я, вскидывая руку в осознании.              Сходство, конечно, бросалось в глаза с первого взгляда, но в суматохе посадки я не придал этому значения. Молодость вносила свои коррективы в черты лица и роста. Однако теперь, разглядев поближе, я ясно видел: Нина была почти точной, лишь более юной копией своей старшей сестры.              — Сестра Эйны? Администратора из Гильдии? — удивилась Мируко, опустившись в полуприсиде, чтобы быть с девочкой на одном уровне. — И правда, вылитая Эйна.              — Мы общаемся с сестрой только письмами, — тихо, словно извиняясь, проговорила наконец Нина, нарушив молчание. — Вы… вы с ней знакомы?              Я не мог сдержать ухмылку:              — Ещё как знакомы! Она была моим гидом и путевым ориентиром по Подземелью, когда я только-только ступил на путь авантюриста. Она тебе никогда не упоминала в письмах… свою первую любовь? Уверен, там мелькало моё имя.              — Пожалуйста, не слушай этого идиота, — тут же вмешалась Мируко, крепче сжимая мою руку в предупреждении.              Этот нелепый и внезапный разговор, возникший исключительно по моей вине, был прерван мягким толчком... И нет, не кулаком по мне. Баржа окончательно пристала к массивной деревянной платформе причала.              Ученики Школьного Округа дружно подошли к тому месту борта, где часть обшивки отъезжала в сторону, образуя широкий проем для сходен. Через точно такой же на другой барже должны будут спустить телегу. Ловко справившись с засовами, половина ребят первыми выпрыгнули на пристань, чтобы принять груз. Мы последовали за ними, а оставшиеся на борту быстро задраили проем. Рыбак тут же дал задний ход, направляя свое суденышко обратно в порт за новой партией туристов или телег.              — Хорошей вам экскурсии! — крикнула нам вдогонку Алиса, весело помахав рукой. — Надеюсь, вам у нас понравится!              — В это легко поверить, даже отсюда, — ответил я, и мой взгляд сам собой потянулся к впечатляющему сооружению, которое служило носовой частью Хрингхорни и длинным мостом соединялось с пристанью.              Мы не стали больше отвлекать занятых учеников. Группа направилась к первой барже, чтобы помочь вывести на берег ту самую телегу с лошадью, а мы, в свою очередь, двинулись по массивным деревянным плахам в сторону легендарного корабля.              Мы двинулись дальше, поднимаясь по пологому настилу, который плавно взмывал вверх, ведя к самому носу «Хрингхорни». Наконец наши стопы ступили на длинное, белоснешное подобие моста, соединяющее корабль-город с каменным причалом. Мы едва успели отойти к перилам, пропуская очередную телегу. Та, запряженная усталой лошадью и управляемая видавшим виды стариком, с лязгом и скрипом медленно съезжала с носа корабля на пристань.              И тут мой взгляд, оторвавшись от грандиозных линий корабельных корпусов, приземлился на неожиданную деталь. Пол под ногами был поразительно чист.              — Интересно, — невольно вырвалось у меня, — лошадей тут по утрам, судя по всему, не меньше, чем учеников. А мост — как новенький. У них что, животные обучены ждать, пока не сойдут на берег? Или здесь дежурят специальные уборщики с ведрами и щетками? Где говно лошадей?              У Мируко дёрнулся уголок губ, а на лице проскользнуло полное недоумение.              — Серьёзно? — спросила она. — Из всех чудес, что нас сейчас окружают, твой ум цепляется за… лошадиный помёт?              — А что такого? Вопрос практический, — парировал я, разводя руками в недоумении.              Андрэ, до этого молча созерцавший окрестности, вздохнула и вступила в спор на её стороне:              — При всём уважении к твоей житейской логике, я вынуждена согласиться с Мируко.              Я фыркнул, делая вид, что глубоко оскорблён. Значит видеть лошадиный помет на дороге по пути в Мелен — это в порядке вещей, а как чистый белоснежный мост без воняющих куч — так нормы жизни меняются.              — Скучные вы обе. Ладно, знаете, что, как скажете, — махнул я рукой, сдаваясь под их единодушным осуждающим взглядом. — Пойдёмте тогда смотреть на «чудо инженерной мысли». Но я ещё вернусь к этому вопросу на обратном пути. Может к тому времени что-то появится на мосту.              И, бросив последний любопытный взгляд на безупречный белый нос корабля, я последовал первым ко входу.              Первое впечатление было сродни тому, как если бы я ступил на радужный мост Биврёст, ведущий в сам Асгард из киновселенной Марвел. Сходство казалось неслучайным — подобно тому, как волшебный мост асов открывал пути в иные миры, этот длинный, белоснежный нос Хрингхорни служил величественным переходом, соединяющим основную громаду корабля с чужими берегами, к которым он мог причалить.              И пусть этот плавучий город даже отдалённо не мог соперничать с золотыми чертогами Асгарда в масштабе, он обладал собственной, неповторимой красотой. Особенно завораживали огромные паруса. Их плотная кожа, добытая в Подземелье, переливающаяся под солнцем призрачными оттенками голубого, зелёного, фиолетового и розоватого на самых кромках, делала их похожими на гигантские плавники неведомого исполина. Особенно задний, расположенный на противоположном от нас конце корабля — он в точности напоминал мощный спинной плавник, разрезающий небо.              Пройдя примерно три четверти моста, мы наконец смогли как следует рассмотреть массивное кольцо, опоясывающее весь корабль по периметру. Оно располагалось выше основного корпуса, всегда оставаясь над водой верхней частью, и служило стабилизатором, удерживающим судно в ровном положении даже при сильном волнении. От главного корпуса к этому кольцу на равном расстоянии друг от друга тянулись крепкие перемычки-переходы, внутри которых, судя по всему, можно было свободно прогуливаться. И учитывая наличие странных отсеков в некоторых частях кольца, внутри него тоже можно было ходить.              Сам город на воде был выстроен ярусами, в три четких уровня. Второй примерно на половину меньше первого. Третий примерно на столько же меньше второго. Мы приближались к самому нижнему, первому. Его защищали высокие стены, а сам он был приподнят над основной палубой, создавая надежный барьер, сквозь который не проникла бы ни одна волна даже в шторм.              У самых ворот, уже на территории города, нас встретила новая группа из Школьного Дистрикта во главе со старостой одной из Семей. Мы внесли плату за экскурсию — что, по сути, было платой за право входа, — и двое учащихся повели нас вглубь. В основном говорила староста. Её напарник иногда дополнял.              Был, впрочем, один нюанс: всё оружие пришлось сдать на хранение в специальный склад у ворот. Право носить его внутри города принадлежало только четырём правящим Семьям: Бальдура, Идунн, Браги и Вар.              Две богини и два бога, давшие им имена, приняли бразды правления Школьным Округом после масштабной перестройки изначального «Хрингхорни». Они изначально вкладывали силы и знания в создание корабля-крепости для борьбы с Левиафаном, так что в итоге логично, что легендарное судно перешло под их начало.              На протяжении всей экскурсии нам подробно, с почти благоговейным трепетом, рассказывали историю корабля — от первых чертежей до сегодняшнего дня. Нас провели по всем трём уровням, начиная с шумного нижнего и заканчивая самым верхним, попутно объясняя тонкости быта, учёбы и внутреннего устройства этого микрогосударства.              Кульминацией стал подъём на смотровую башню центрального дворца. По кругу были установлены огромные стекла, позволяющие из одного места осмотреть всё это чудо с высоты. Оттуда, как на ладони, были видны белоснежные здания с лазурными крышами, между которыми в аккуратных клумбах ютились маленькие деревца и разноцветные цветы со всего мира; учебная арена на втором уровне, где во время уроков шли спарринги; и даже подобие небольшого огорода в кормовой части, где в долгих плаваниях выращивали свежие овощи и фрукты.              Этот огород особенно позабавил. Казалось бы, в условиях долгого морского похода невозможно добыть достаточно пресной воды для полива. Однако проблему решали мощные опреснители. На их работу уходила уйма магических камней, зато корабль никогда не знал нужды ни в питьевой воде, ни в возможности выращивать зелень. Помимо опреснителей дождевая вода стекала по дождевым канализациям в одно место, где очищалась и позже использовалась на корабле. Дождевая канализация не была соединена с основной, которая уходила в море.              Как пояснил наш гид, один из «классов» — так здесь называли Семьи, что поначалу вызывало путаницу — углублённо изучает применение магических камней в быту и инженерии. Этим направлением традиционно заведует Семья Браги. Хотя, со слов самой старосты этой Семьи, все четыре клана активно учатся друг у друга, но основное время всё же посвящают углублению в свои, узкоспециальные дисциплины.              На обратном пути в город, когда утихли первые впечатления, наконец-то прозвучала первая оценка:              — Прости, великая Гефест, но какая же это смертная тоска! — взмолился я, обращая взор к небу, хотя и не всерьёз надеялся, что богиня услышит подобный пустяк. Да и правильно ли просить у неё прощение? Она ведь помогала строить корабль, а не составлять принцип работы странной организации.              — В каком смысле «тоска»? — нахмурилась Мируко, не понимая, что могло не понравиться после всего увиденного. — Корабль потрясающий. Буквально плавучий город, и притом невероятно красивый.              — Дело не в корабле, не в городе, — махнул я рукой, будто отмахиваясь от назойливой мысли. — Вся их система… этот Школьный Округ… брр.              Девушки переглянулись, пытаясь в глазах друг друга найти ключ к моей внезапной разочарованности. Не найдут. На мгновение я словно провалился назад, в тот момент экскурсии, когда нам расписывали их устройство. Это какая-то странная гибридная форма — не школа и не университет, а что-то посередине, где на первом месте стоит настоящая учёба, а прокачка навыков авантюриста — лишь на втором. Теперь понятно, почему среди их немаленьких рядов так мало по-настоящему сильных бойцов. Моё отрицательное отношение к школе и университету в прошлой жизни с самого начала ставили крест на хорошем впечатлении от Школьного Округа.              Вспомнился, к примеру, Леон Варденбург, второй авантюрист седьмого уровня. Он стал сильным не благодаря Школьному Округу, а задолго до. Ему, наверное, лет не меньше, чем Андрэ, за сорок наверняка. И прогресс его, кажется, застопорился как раз тогда, когда он начал преподавать. Не будь этого, у него были бы все шансы обогнать Оттара по уровню... или умереть в попытках.              Короче говоря, весь мой мысленный бунт сводился к одной простой вещи: уклон Школьного Округа — это фундаментальные исследования, теория, наука. Как в Орарио ремесленные Семьи в основном куют, варят, строят и шьют (что логично), так и Семьи здесь в основном учат и учатся.              А мне-то по душе другое: становиться сильнее, сшибать морды монстрам, иногда мастерить себе новую броню или клинок. Причём последним я занимаюсь исключительно из-за своего дара — «Скоростного обучения». Не будь его, я бы и близко не подошёл к ремесленной гильдии, предпочитая покупать готовое. Слишком много времени и сил надо тратить на ремесло, чтобы добиться мастерства.              — Одни слабаки? — Андрэ своим вопросом неожиданно близко подобралась к сути моего недовольства.              — Отчасти, — пожал я плечами. — Но, Андрэ, по твоим-то меркам почти все авантюристы — слабаки.              Она мерзковато ухмыльнулась, и в её глазах вспыхнул знакомый холодный огонь:              — Включая вас двоих.              — Ну, это мы ещё посмотрим через годика три-четыре, — парировал я, стараясь звучать уверенно. Как же я надеру её зад, когда стану сильнее. Будет ходить с красными булками по дому от шлепков. Эх, мечты.              — Обязательно посмотрим. Буду ждать с нетерпением, — она медленно, с откровенным намёком, провела кончиком языка по верхней губе, словно прочитав мысли и испытав к ним неподдельный интерес.              От этого жеста мне стало вдруг немного не по себе — знакомое чувство смеси неловкости и первобытной опаски сковало грудь. С ней шутки были плохи даже на словах.