Глава 60. Четыре года до...

      Меня заранее предупреждали держаться подальше от определённых богов. В первую очередь речь всегда шла о Фрейе или Иштар из-за их известности. Об этом неоднократно говорила Андрэ. Ещё до моего прибытия в Орарио она настойчиво советовала не только не вступать в контакт, но даже не смотреть в сторону Семей Фрейи, Локи и Иштар. Любое взаимодействие с ними, по её словам, сулило проблемы, которых лучше было избежать с самого начала.              Поначалу эти предупреждения не казались мне чем-то критичным. Я склонен был воспринимать их как отголоски старых конфликтов и личной неприязни. Всё-таки именно Фрейя и Локи в прошлом сыграли ключевую роль в окончательном падении Семей Зевса и Геры. После потери основной боевой силы те быстро лишились лидерских позиций и фактически скатились во второй эшелон. Вакантное место на вершине иерархии Орарио заняли новые силы, и в первую очередь именно Семьи Фрейи и Локи. Вполне логично было предположить, что Андрэ просто не хотела иметь ничего общего с богинями, напрямую причастными к той истории.              С Иштар ситуация выглядела ещё более однозначной. Она открыто контролировала квартал борделей, и её репутация не оставляла пространства для двойных трактовок. Андрэ собиралась вступить в ту же Семью, что и я, поэтому особенно активно отговаривала меня от любых связей с богиней разврата. В первые недели после прибытия в Орарио я действительно часто бывал в том районе. Однако с самой Иштар я так ни разу и не столкнулся. А после того как у меня появилась постоянная женщина, интерес к кварталу исчез сам собой, без усилий и сожалений.              На этом фоне мой выбор в пользу Гефест выглядел вполне рациональным. Он был осознанным и, как мне тогда казалось, безопасным. Она полностью соответствовала моим ожиданиям и превосходила. Личные уроки кузнечного дела быстро выявили мои слабые стороны и помогли начать их системно исправлять. Кроме того, Гефест прямо дала понять, что в будущем готова обучить меня созданию магических предметов. Для авантюриста подобное предложение было серьёзным преимуществом, которое сложно переоценить.              Если рассуждать трезво, возникал простой и практичный вопрос. Есть ли реальный смысл стремиться в сильнейшую боевую Семью, когда у тебя уже есть собственный арсенал в виде тёмных копий, созданных из поверженных монстров, и бесплатный доступ к развитию ремесленных навыков? Семья Гефест в этом плане выглядела комфортным и выгодным вариантом. Минимум контроля, отсутствие давления со стороны других авантюристов и возможность развиваться в спокойном темпе.              Разумеется, всё не могло быть настолько просто. По классическому закону подлости неприятности нашли меня сами, без приглашения.              После личной встречи с Фрейей стало очевидно, что эта богиня обладает крайне навязчивым интересом к так называемым перспективным авантюристам. Более того, ради своей цели она без колебаний готова перейти дорогу другому богу, не особенно задумываясь о последствиях. Я же по чистой случайности и собственному нежеланию сближаться с кем-либо долгое время оставался вне поля её активных действий. К сожалению, пока я держал дистанцию, другая сторона методично и терпеливо сокращала расстояние.              В какой-то момент у меня возник закономерный вопрос. Почему из всех авантюристов внимание обратили именно на меня? Ответ я получил позже, когда Гефест решила обсудить со мной происходящее и напрямую заговорила о Фрейе.              Если быть честным, во время очередного спуска в Подземелье я вообще не задумывался о прошедшей неловкой встречи и последствиях отказа. Тогда меня интересовали только маршрут, глубина и выживание. Последствия настигли меня позже. Уже поздним вечером Гефест пришла к нам домой с крайне неприятными новостями. Она в общих чертах пересказала разговор, состоявшийся между ней и Фрейей в её личном кабинете, и сразу дала понять, что в этот раз богиня красоты отступать не намерена. По её словам, без серьёзных последствий дело не закончится.              Как выяснилось, у Фрейи уже был подобный опыт. И, что удивительно, всего один.              Гефест не стала тянуть время и говорить намёками. Она прямо сказала, что нынешняя ситуация отличается от предыдущей. Тогда объектом интереса Фрейи была одна из ключевых фигур Семьи Локи, и любое давление автоматически означало прямой конфликт с равной по силе стороной. Сейчас же всё складывалось куда удобнее для богини красоты.              Около десяти лет назад Фрейя пыталась перетянуть к себе Риверию. Это произошло практически сразу после окончательного развала Семей Зевса и Геры. Тогда попытка провалилась, и до Военной Игры дело так и не дошло. Судя по всему, она достаточно быстро оценила возможные последствия и пришла к выводу, что риск не оправдан. В тот период разница в силе между Семьями Локи и Фрейи считалась минимальной, и любая эскалация могла привести к серьёзным потерям для всех участников.              Со временем интерес Фрейи к Риверии угас. Либо желание заполучить эльфийку ослабло, либо она просто признала задачу слишком сложной и затратной.              Проще говоря, на фоне всего этого я выглядел безопасной целью.              Гефест прекрасно понимала, что на данный момент ей нечего противопоставить в ответ. По её поведению в тот вечер это было заметно особенно чётко. Раздражение она старалась скрывать, но без особого успеха. Впервые за все годы в Нижнем Мире она столкнулась с ситуацией, где её возможности были откровенно ограничены.              Тем вечером мы подробно обсудили происходящее у меня дома, выслушали возмущение Мируко и редкие, но точные комментарии Гефест. Андрэ отнеслась к новости спокойнее. По крайней мере, внешне. Она, похоже, заранее допускала интерес ко мне со стороны богов. Однако это спокойствие было показным. Даже на расстоянии было видно, как подрагивает её челюсть и руки, насколько сильно её злит сложившаяся ситуация.              Мне совершенно не хотелось втягивать Семью в прямое противостояние с Фрейей. В конце концов, причина происходящего была проста и банальна. Желание богини заполучить меня к себе. Поэтому я решил попробовать разобраться с этим самостоятельно. Гефест неохотно согласилась с моим планом, признав, что альтернативы выглядят ещё хуже. Мируко смотрела на меня с откровенным недоверием. Андрэ, напротив, одобрила идею и даже похвалила за расчётливый подход.              После ухода Гефест сон так и не пришёл. Я долго лежал, глядя в потолок, прокручивая разговор снова и снова. Мысли были тяжёлыми, но предельно прагматичными. Я никогда не стремился становиться чьей-то ценностью в глазах богов. Для меня Орарио всегда был городом возможностей, а не ареной для чужих игр. Однако реальность упрямо напоминала, что в подобных вещах выбор зачастую делают за тебя.              На следующий день я отправился на личную встречу с Фрейей. Цель была простой и одновременно рискованной. Предложить свой вариант разрешения конфликта до того, как он окончательно выйдет из-под контроля. Я заранее готовился к долгому разговору, был настроен задействовать всё доступное обаяние и красноречие, шаг за шагом подводя богиню к нужному мне решению. В голове это выглядело как обычный спор с условиями. Победитель получает желаемое. Проигравший признаёт поражение и живёт дальше.              На практике всё оказалось куда проще.              По итогу хватило одного озвученного предложения. Фрейя согласилась почти сразу, без торга, без уточняющих вопросов и без малейших признаков сомнений. Она даже не попыталась скрыть, что не воспринимает меня всерьёз.              Если смотреть на ситуацию со стороны, её реакция выглядела вполне логичной. Для постороннего наблюдателя это действительно казалось фантастикой. Авантюрист, который совсем недавно достиг третьего уровня, предлагает через четыре года сразиться с сильнейшим бойцом Семьи Фрейи. Даже если за это время чудом подняться до одного уровня с Оттаром, по всем негласным правилам жанра у тебя должны быть низкие или в лучшем случае средние характеристики. А с такими показателями победить того, кто на каждом уровне выкладывается на максимум и по праву считается сильнейшим авантюристом современности, практически невозможно.              Фрейя не могла знать, что в моём случае скорость повышения уровня никак не сказывается на качестве. Мои характеристики на каждом уровне не уступают Оттару, а по магической силе и вовсе превосходят его. Этот нюанс кардинально меняет расклад, но именно он оставался для неё скрытым.              У Оттара, разумеется, хватает козырей. Причём не каких-то мифических, а вполне известных. Два ключевых навыка: «Вана Аргантура» и «Стортус Оттар». Первый трансформирует его тело и временно наделяет дополнительными характеристиками, эквивалентными целому уровню. Второй постепенно восстанавливает жизненные силы и разум. В связке они работают идеально. «Вана Аргантура» резко увеличивает нагрузку на выносливость и разум, а «Стортус Оттар» перекрывает большую часть потерь. Не полностью, но достаточно, чтобы поддерживать боеспособность в затяжном бою.              Тем не менее это меня не пугало. Мои навыки обладали куда большим потенциалом.              И главное, я был не единственным, кто это понимал. О возможностях Гримуара и Повелителя теней знали не только я, но и три собеседницы, с которыми мы обсуждали ситуацию прошлым вечером. После холодного анализа стало ясно, что шансы одолеть Оттара действительно существуют. Это не было самообманом или пустой бравадой.              Днём, сразу после встречи с Фрейей, я по пути заглянул к Гефест, чтобы сообщить о достигнутом соглашении. Хотелось закрыть этот вопрос как можно раньше, прежде чем по городу поползут слухи.              Гефест задумчиво ходила по кабинету, медленно меря шагами пространство, а я тем временем удобно устроился на диване и неспешно пил чай с приятным ягодным вкусом. Атмосфера казалась почти мирной, если забыть о содержании разговора.              — То есть ты хочешь сказать, что Фрейя согласилась без уговоров, без раздумий и без малейшей доли сомнений?              — Именно. — Я сделал медленный глоток, наблюдая за тем, как у богини в голове прокручиваются варианты. — Если честно, я не вижу причин для отказа. С её точки зрения всё выглядит слишком выгодно.              — Она не знает всего о твоих навыках, — задумчиво произнесла Гефест. — Иначе вряд ли согласилась бы на фору в четыре года. Тебе даже не обязательно выходить на седьмой уровень. Шестой уже даёт шесть слотов под призыв. Можно собрать крайне неприятную комбинацию именно против Оттара.              Я озвучил другую мысль, которая не давала покоя.              — Или она просто меня недооценивает. Они ведь явно следили. Фрирен могла что-то рассказать про Гримуар.              — Та эльфийка… — Гефест резко остановилась и посмотрела на меня. — Насколько хорошо она вообще знает о твоих навыках?              — Только в общих чертах. Приходилось делиться информацией, чтобы получать в ответ новые заклинания. Я помогал ей с их разработкой.              — Помню, ты вроде говорил об этом…              Неожиданно богиня потянула меня за щёку. На её лице мелькнуло откровенное недовольство.              — И вообще, нарушать договоры некультурно. Вы ведь договаривались держать навыки друг друга в секрете.              — Эй, какого гоблина, богиня? — я чуть отодвинул голову. — Мы договаривались не распространяться без причины. Никто не запрещал рассказывать, если того требует наша богиня.              Я быстро допил чай, поставил чашку на стол и демонстративно скрестил руки на груди, выражая напускную обиду.              — Да? А жене ты тоже рассказал.              — У меня две богини. Вы и жена.              — Ой, ладно, — фыркнула она. — Тебя невозможно смутить. Скорее всего, они ничего не выведывали у девушки. Намного проще было наблюдать за тобой в Подземелье. Так информации собирается куда больше.              Гефест наконец села рядом со мной на диван и принялась наливать чай. На небольшом круглом столике перед нами стояли два чайника. В одном горячая вода, в другом заварка. Между ними аккуратно расположилась сахарница. Она заодно налила и мне добавку.              После короткой паузы, которую она посвятила чаю, Гефест спросила:              — А что насчёт встречных требований?              — Она даже не стала слушать, — я театрально положил ладонь на грудь и откинул голову назад. — Это было жестоко. Моё сердце не выдержало такого пренебрежения.              На моё пафосное заявление Гефест лишь недовольно проворчала прямо в чашку, явно не воспринимая его всерьёз. Судя по тону, подобные выходки она давно научилась игнорировать.              Когда чай подошёл к концу вместе с разговором, богиня поднялась с дивана и неожиданно направилась к широкому сундуку, стоявшему в углу кабинета. Раньше я не обращал на него особого внимания, но вблизи стало ясно, что это не обычное хранилище. Прочный, массивный, с усиленными металлическими накладками. Гефест достала сразу два ключа, поочерёдно провернула их в замках и только после этого открыла крышку.              Она достала наружу один длинный предмет и закрыла сундук.              — Катана? — спросил я, прикидывая форму клинка по очертаниям ножен и рукояти. — Неужели подарок?              — Почти, — коротко ответила она. — Ответ подходит сразу к обоим вопросам.              Она протянула мне ножны с мечом.              Пришлось встать, чтобы удобнее принять оружие и как следует его рассмотреть. Уже в руках стало заметно, что клинок внутри заметно шире стандартной катаны. Рукоять имела выраженную изогнутость, повторяющую линию клинка, что сразу выдавало нестандартную работу.              Я опустил ножны и свободной рукой извлёк меч. Первое впечатление было странным, но чётким. Казалось, будто кто-то попытался совместить катану и китайский дао, причём сделал это осознанно. Острой была только одна сторона, но также заточен был и кончик. Сам клинок был заметно шире катаны, однако ближе к острию он не расширялся, как у дао, а наоборот постепенно сужался. Примерно на двадцать процентов от исходной длины, причём в три отчётливых перехода.              Я аккуратно положил ножны на диван и сосредоточился на самом мече. Клинок был выполнен из сплавов нескольких металлов, образующих сложный, почти художественный узор. Особенно хорошо он просматривался на затупленной стороне. Чем ближе к режущей кромке, тем однороднее становился металл, словно мастер сознательно разделил функциональность и эстетику.              — Этот меч называется «Острие Художника», — с теплотой в голосе произнесла Гефест. — Он давно лежит в моей личной коллекции. Думаю, пришло время использовать его по назначению.              — Почему ты не продала его раньше? — спросил я, не скрывая интереса. — Судя по первому взгляду, он стоит целое состояние.              — Я не готова расстаться с ним дешевле, чем за сто двадцать миллионов валис.              От озвученной суммы по спине пробежал холодок.              — Кхм-кхм… богиня, я только недавно выплатил долг за дом. За этот меч мне придётся продать душу. А если он ещё и сломается?              — Этот меч подходит далеко не каждому авантюристу, — спокойно ответила она. Её палец легко скользнул вдоль гладкой линии клинка. — Направь в него ману. Тогда сам всё поймёшь.              Я без возражений подчинился. Медленно направил поток маны к рукояти. Энергия разума тут же начала впитываться в оружие. Без остатка, без сопротивления, словно клинок был создан именно для этого. Убедившись, что мана не рассеивается, я перестал сдерживаться и увеличил поток.              Комната, которую до этого освещали лишь солнечные лучи из окна, наполнилась мягким, но ярким сиянием. Клинок заиграл множеством цветов. Розовый и фиолетовый сменялись голубым и синим, затем проступал белый с редкими жёлтыми всполохами. Даже зелёный оттенок каким-то образом вписался в общую палитру.              — Сам по себе этот меч прочен и при должном уходе прослужит долго, — продолжила объяснять Гефест. — По моим оценкам, «Острие Художника» полностью удовлетворит потребности авантюристов пятого уровня. Но его настоящая ценность раскрывается в руках того, у кого высокий запас Магической силы.              Я несколько раз осторожно взмахнул мечом. Мана, переданная ранее, по-прежнему находилась внутри клинка и не спешила рассеиваться. Во время движения оставался короткий след в пару сантиметров.              — Он ведь не просто красиво светится? — уточнил я.              — Пока в нём достаточно маны, растёт прочность и острота, — кивнула богиня. — При желании накопленная энергия может покинуть клинок. Луч при колющем ударе или дуга при взмахе.              — Крутотень… — искренне протянул я. — И правда ни один маг не попытался купить «Острие Художника»?              — Высокая цена, серьёзные требования к Магической силе и необходимость драться в ближнем бою, — пожала плечами Гефест. — Ты всерьёз думаешь, что на него много желающих?              — Тогда, видимо, я один.              Я продолжал рассматривать меч, меняя хват, примеряясь, пытаясь на ощущениях понять, сколько маны он способен вместить. Где-то в стороне всё это время Гефест молча наблюдала, не спеша прерывать эльфа, получившего новую игрушку.              Наконец я аккуратно убрал клинок обратно в ножны и задал главный вопрос:              — И как мне за него расплатиться?              — Победой, — быстро ответила она. — Через четыре года.