Часть 17.

— Салазар, прости за него, — выдохнул Драко, как только они с Грейнджер остались одни в палате. — Я подумать не мог, что он посмеет… Гермиона, лежащая на больничной койке (врач решила оставить ее на пару часов для дополнительных обследований) накрыла своей ладонью его: — Все в порядке, Драко. Ты не виноват. Хотя, думаю, твой отец сейчас больше всех расстроен, что привел меня сюда. На ее губах расцвела легкая улыбка, и Драко стало легче дышать. Когда он принес в кабинет Гермионы кофе, и понял, что ее нет, а коллега из соседнего кабинета удачно подсказала, что видела в коридоре его отца, он не мог думать ни о чем, кроме грозящей Гермионе опасности. Драко тут же отправился к матери, но та понятия не имела, куда отец мог направиться. Счастье, что в тот момент в Мэноре появился серебристый гриф — патронус Невилла Долгопупса: — Малфой, твой отец сейчас в Мунго с Гермионой. Мне сказала коллега, к которой они записаны на прием, и кажется, Гермиона не выглядит слишком довольной. Тебе стоит прийти сюда. После аппарации он даже не дал себе время отдышаться, хотя голова от волнения и тряски шла кругом. Просто бежал. Бежал по коридорам этой сраной больницы, пока не наткнулся на отца, сидящего с почти что злорадным лицом на скамье у палаты магической диагностики. — Какого черта ты устроил?! — закричал Драко. — Хочу закончить ваш с девчонкой Грейнджер цирк. Нет у вас никаких детей. И, поверь, не будет. Ещё никогда у Драко так не чесался кулак заехать ему по лицу. Он бросил в ответ что-то — что-то чертовски злое. Отец ответил. Драко повысил голос. Пара слов — и он правда думал, что кинется на отца, но в этот момент из палаты вылетела недовольная врач. А за ней — Грейнджер, поправляющая на животе рубашку. Мисс Грейнджер абсолютно противопоказано любое волнение! Беременным нельзя нервничать. После этих фраз отец и его козни просто перестали существовать. Драко даже не знал, куда он в итоге делся. Все, о чем он мог думать: Грейнджер реально носит его ребенка. Как давно? Неужели с той первой ночи? Или это случилось в их последний раз, когда он не сумел себя проконтролировать? Гребаный Салазар, он так ждал ответа врача… Сейчас, сидя в палате, они с Гермионой вместе ждали, когда вернется доктор, и Драко ощущал себя так, будто наконец вышел из тьмы на свет. Несколько недель назад у него готовилась фальшивая свадьба, он днями и ночами пропадал на работе. Жил в огромном особняке рядом с отцом, кривящим губы от любого слова, и матерью, которая вечно спрашивала, когда же будут внуки. От нелюбимой женщины. Но теперь — одна встреча выпускников, и все изменилось. Фальшивая помолвка расторгнута. У него есть любимая женщина. Они съезжаются. И у них будет ребенок. Все его друзья, все преподаватели и даже родственники в один голос твердили, какой Драко безответственный и сокрушались, как трудно будет его будущей жене. Но сейчас на него легла ответственность сразу за двоих, и… это ни капли его не пугало. Чего не скажешь о Грейнджер. В ту минуту тишины, что возникла между ними, пока он был в своих мыслях, она, кажется, тоже о чем-то подумала. И с беспокойством спросила: — Драко, мы ведь оставим его? Ты… ты не против? — Ну ты чего? — он рассмеялся и, склонившись ближе, погладил ее по щеке. — Я счастлив, Грейнджер. И кстати… Он и так планировал сделать это. Позже. Как назло, сейчас под рукой не было ничего подходящего, хотя… Драко окинул взглядом палату и обнаружил на столике у постели стеклянную бутылку газировки, которую Грейнджер попросила у медсестры. Встал, открутил крышку, оторвал от нее маленькое колечко. Гермиона все это время наблюдала за его действиями с расширенными от шока глазами. И только когда он встал на одно колено перед ее кроватью, держа в руке это самое колечко от газировки, прошептала: — Драко, что ты делаешь?.. — Тебе пора перестать быть Грейнджер, — сказал он, протягивая ей колечко. — Да, возможно, это самое ужасное предложение в твоей жизни. Поверь, я исправлюсь позже, и про твое кольцо Пророк будет писать минимум месяц. Но сейчас… Гермиона… Голос сорвался. Рука дрожала. Черт. Он не думал, что это будет так волнительно. — Ты будешь моей женой? В карих глазах появились слезы. Драко лишь надеялся, что это не слезы смеха от комичности ситуации. — Это самое лучшее предложение, — улыбаясь, прошептала она, — потому что искреннее. И… я согласна!

***

— Добрый вечер будущим родителям! — врач постучала в дверь и с улыбкой заглянула в палату. — Я к вам с результатами анализов. Гермиона, так и не сняв с руки это колечко от бутылки, села на кровати и улыбнулась с покрасневшими глазами: — Да-да, конечно, проходите. — Судя по анализу на уровень ХГЧ, у вас очень ранний срок. Буквально дня три-четыре. Насколько я знаю, у магглов беременность определяется лишь на шестой-восьмой день, но… мы несколько продвинулись в этом. Врач улыбнулась, и Драко не сразу заметил, как сам улыбается вместе с ней. — Магическая диагностика тоже показывает беременность, о чем-то большем говорить ещё рано, но биохимия крови отличная, общий анализ тоже… немного понижены ферритин и железо, но это не страшно, я подберу Вам необходимые витамины. Пока по всем прогнозам беременность будет проходить отлично, — врач протянула Гермионе лист консультации. Драко невольно протянул руку вместе с ней и коснулся бумаги первым. Отдернул руку, позволяя Гермионе взять его и прочесть. Это ведь было ее право. — Вы сказали, что нужны витамины? Где мне их заказать? — спросил он. Врач тепло улыбнулась, глядя на него: — Нечасто видишь участливых молодых отцов, мистер Малфой. Мисс Грейнджер очень повезло. Но, кажется, вам уже не нужно беспокоиться о витаминах, — врач смутилась, — там ваша мать… в общем, она уже скупила пол нашей аптеки. — Моя мать? — Да, миссис Малфой прибыла около часа назад, главврач отвела ее ко мне. Она уже видела все анализы и побежала покупать для Гермионы необходимые препараты. Драко хлопнул по лбу рукой, а Гермиона мягко засмеялась. В этот момент в палату раздался стук: — А вот и я-я, — в комнату, как лебедь, вплыла Нарцисса, держа в руках увесистый пакет с зеленым крестом. — Гермиона, принесла вам пару витаминчиков! Настал черед Драко смеяться вслед за Гермионой. Да уж. У мамы явно были проблемы с математикой, когда дело касалось покупок. — Так, ну я сообщила всю необходимую информацию, — сказала врач, очевидно, чувствуя себя неловко рядом с безумным темпераментом ее матери, — и, пожалуй, оставлю вас наедине. До свидания, мистер и миссис Малфой, мисс Грейнджер, вам легкой беременности! Однако, едва врач вышла за дверь, атмосфера радости и счастья сменилась напряженностью: мама перевела взгляд на Драко и нахмурила брови: — Драко, а почему Гермиона до сих пор мисс Грейнджер? Она ведь носит твоего ребенка! — Драко… сегодня сделал мне предложение, — тихо сказала Гермиона, подняв руку с колечком от бутылки на безымянном пальце. Мамины брови взметнулись вверх, и Драко напрягся под ее тяжелым взглядом: — Матери… моего будущего внука… кольцом от бутылки?! — она почти взвизгнула. — Драко Малфой! Я воспитывала тебя не так! — Миссис Малфой, не нужно, этот момент был прекра… — Нет-нет, Гермиона, не вздумайте его оправдывать! — мама замахала руками. — С мужчинами всегда так: только покажете, что согласны на меньшее, они и расслабятся! Вот твой отец всегда в тонусе! Она вновь повернулась к Драко, будто разъяренная фурия, но он лишь фыркнул: — Оно и видно. — Не переживайте, за сегодняшнюю ситуацию он ещё получит, — мама сжала губы в тонкую линию. — А ты, — ее палец ткнулся прямо в сторону Драко, — завтра же купишь девочке приличное кольцо! — Я так и собирался… — пробурчал он. Гермиона наблюдала за перепалкой со смущенной улыбкой. Ему вдруг стало стыдно за это дурацкое предложение. Грейнджер действительно заслуживала гораздо лучшего, и Драко меньше всего хотел, чтобы она решила обратное. Она заслуживает самого великолепного предложения, и он исправится. Завтра. Обязательно. — Ладно, оставлю вас вдвоем, дети, — мама поставила пакет из аптеки на кресло у входа и послала им воздушные поцелуи. — Мне ещё нужно выбрать изумруды для ложки… Столько дел! Когда дверь за ней закрылась, Гермиона с округлившимся глазами спросила: — Изумруды для ложки?.. — Ну… да, — Драко неловко усмехнулся. — У Малфоев есть такая традиция: наследнику дарят ложечку. Что-то вроде насмешки над фразой «родился с золотой ложкой во рту». — Но у нашего ребенка, она, видимо, будет инкрустирована ещё и изумрудами… — вздохнула Гермиона в полной растерянности. — Даже не хочу думать, на какой факультет Хогвартса он попадет.