75. Провалы в защите

      Роза сидела в столовой и ждала Скорпиуса. Во-первых, она надеялась, что он спустится, во-вторых, что он помнит вчерашнее принятое ими решение. Она нервно ерзала на стуле.       Сначала ей хотелось приготовить Скорпиусу завтрак самой и отнести к нему в комнату. Но потом ей показалось, что в таком случае она будет слишком навязчивой, испугает его, что отношения что-то меняют. Нет, ей хотелось показать Скорпиусу, что у них ничего не изменилось, что на деле они уже давным-давно в отношениях. Только конфетно-букетный период затянулся, а потом резко завершился, минуя еще один важный этап. Впрочем, Роза не особо спешила теперь и с сексом, у них все будет.       Сейчас она настраивала себя выключать всю ревность. Конечно, Скорп был прав, что ей будет неприятно его близкое общение с девушками. Но она надеялась, что после согласия на отношения Скорп будет чувствовать хотя бы минимальную ответственность за свои действия. Но если что-то у него и будет с Шаффик, то она должна будет молчать, чтобы ничего не испортить. А лучше всего и не знать. Роза помнила, что Скорпиус упомянул, что она чувствует его интимные связи, потому что хочет их чувствовать больше, чем что-либо. Значит, ей нужно сейчас как-то переключиться.       Выход, конечно, был. Работа. Роза уже по опыту знала, что если уйти с головой в работу, то можно забывать поспать и поесть, какие там личные переживания по поводу того, кто с кем спит.       А работы у нее было много. Взять хотя бы тот эксперимент с переливанием крови, который придумала Кристина. Розе хотелось участвовать в нем более полноценно.       Ей нужно подтягивать дуэльное мастерство, а также не забывать тренировать окклюменцию. Кстати, Дельфи будет рада. Вот только как сообщить ей об успехах Розы? Вряд ли Скорпиус придет в штаб оппозиции и скажет, что теперь они точно встречаются по настоящему, а то все было притворством. Люциус точно не обрадуется. Поэтому ей нужно было сообщить Дельфи в частном порядке. Какой кошмар…       — Доброе утро, — сказал Скорпиус, присаживаясь на свой стул напротив нее.       Роза вздрогнула. Она настолько ушла в свои мысли, что не заметила, как Малфой появился в столовой. Вот, метод отвлечения работает.       — Доброе утро, — ответно поздоровалась Роза, чуть закусывая губу. — Как ты себя чувствуешь?       Да, и правда, ничего не поменялось. Их обычный завтрак. Хотя Роза надеялась, что он все же ее поцелует в знак приветствия. Да, для Малфоя их статус просто сожителей не запрещал ему такое делать. С чего Роза решила, что статус пары, наоборот, разрешит самому себе это делать?       — Скверно, — признался Скорпиус.       Парень и девушка. Да, конечно. Она слишком многого хочет. В первую очередь они всегда останутся пациентом и целителем. Потому что она такая и ее не исправить.       — Расскажи мне все, — потребовала Роза. — Правду, Скорпиус. Тот мой Патронус был очень импульсивным решением. Если тебе он как-то навредил, я попробую исправить все…       Скорпиус поднял на нее взгляд. У Розы участилось сердцебиение и дыхание. Его взгляд был таким несчастным.       — Я бы сказал, что эффект был неоднозначным, — уклончиво сказал Скорпиус.       Роза терпеливо ждала его продолжения. Она давно знала, что в такие моменты лучше его не торопить. Да и прекрасно понимала, как порой пациенту сложно донести до целителя определенный вид боли, который сравнить зачастую бывает не с чем.       — Когда ты впустила в меня Патронус… — неуверенно начал Скорпиус. — У меня было ощущение какой-то легкости. Я бы мог это сравнить с зельем Удачи. Да, наверное, это будет наиболее точное сравнение. У тебя ничего не болит, твое тело словно пушинка, кажется, что у тебя есть крылья и ты способен взлететь так высоко. Потом меня немного отпустило.       — Через сколько? — спросила Роза, доставая из своего кармана блокнот и магловскую шариковую ручку, потому что вчера он говорил ей что-то похожее, когда она уходила, но когда она вернулась, кажется, у Малфоя не было никакого чувства легкости, ей казалось, что таким количеством алкоголя он пытался заглушить боль.       — Наверное, минут через двадцать, как ты ушла, стало все ровно также, — прикинул Скорпиус. — Хотя нет, я все же чувствовал, что что-то во мне поменялось. Я не знаю, как это описать. Но я на сотую долю стал ощущать себя не так, как раньше.       Роза записывала за ним каждое слово.       — Тебе было больно? — спросила она.       — Нет, мне не было больно, но я в своем теле чувствовал, будто какая-то мизерная часть отделилась от меня, мне хотелось ее достать, — продолжал пытаться объяснить Скорпиус. — Знаешь, как заусенец на пальце. Вроде еще часть тебя, но хочется его выдрать с корнем. Потому что он мешает.       — Ага, поняла, — пометила Роза.       Только вопрос, что это было. Неужели отделилась часть сгустка? Но нет, Роза видела, что он поглотил Патронус по итогу. Может, она ошиблась и сделала выводы слишком рано? Может это не сгусток поглотил Патронус, а он проник внутрь в самое основание и начал разрушать ту самую крепкую связь, тот корень, который цеплялся за душу и сердце, что не могли достать ни они с Берком, ни руны?       — Совсем странно я почувствовал себя ближе к вечеру, наверное, около семи часов, — сказал Малфой. — Я стал чувствовать себя каким-то уязвимым, незащищенным, будто бы не собой. Мне кажется, что у меня пала даже ментальная защита. Я сам не помню как напился. Хотелось забыться окончательно. Будто бы с алкоголем понятно, почему ты испытываешь такое состояние.       Вот это было уже тревожным звоночком. Но Роза понимала, что для чистоты эксперимента им нужно провести все повторно. Согласится ли он?       — Помнишь, что было, после того, как ты напился? — осторожно спросила Роза.       — Вообще ничего, — покачал головой Скорпиус. — Только в общих очертаниях. Помню, что пришла ты и вроде как довела меня до спальни. Дальше все как в тумане.       — Ясно, — сглотнула Роза.       Он не помнил. Он ничего не помнил. То, чего она так боялась, укладывая его спать, случилось.       Мог ли он все помнить и врать, чтобы не брать ответственность за свои пьяные обещания? Вполне. Хотя с другой стороны, Роза не думала, что для Малфоя будет проблемой взять обратно свои слова. Или вывернуть все в свою пользу. Но при этом Роза не чувствовала от него какой-то лжи, ей казалось, что он искренне не помнит вчерашний вечер.       Может, это все к лучшему? У нее есть воспоминания, и она может показать Дельфи, что она на верном пути. Скорпиусу ни к чему знать все это. Тем более, что ничего не изменилось. Да, помечтала и хватит, пора снова окунаться в суровую реальность.       — А что-то было? — напрягся Малфой.       Роза усмехнулась. Неужели он думает, что напился до такой степени, что не помнит, как они переспали? Жаль она не слизеринка, которая могла бы ему сейчас соврать и сказать, что все было.       — Если ты о сексе, то нет, — честно ответила Роза. — Хотя мы с тобой и обсуждали наши непростые отношения.       — Надеюсь, что я ничего лишнего себе не позволил? — с надежной спросил Скорпиус.       — Нет, не позволил, — тихо сказала Роза. — Ты в очередной раз сказал, что нам нельзя быть вместе и все такое.       — Это хорошо, — выдохнул с облегчением Скорпиус. — Надеюсь, ты не обиделась в очередной раз.       — Ага, — кивнула Роза.       Да, совсем не так она представляла это утро. Роза даже не понимала, почему не рассказала ему правду. Наверное, не хотела жалко выглядеть в его глазах. Если бы он не поверил ей и решил, что это ее манипуляции, было бы стыдно вдвойне. Да и Розе так не хотелось, чтобы Скорпиус не помнил, как согласился на отношения. Она лучше подождет еще, но дождется его осознанного согласия в трезвом виде. А может, даже и предложения с его стороны.       — Каков вердикт, целитель? — спросил Скорпиус, когда Роза молчала и думала об их отношениях.       — Нужен повторный эксперимент, — неуверенно произнесла Роза. — Так сразу я не могу сказать, Патронус ли это повлиял на твои странные ощущения после. Тем более, что ты сказал, что чувствовал себя уязвимым в плане ментальном. Думаю, лучше это проверю я и дома, чем мы начнем лечение и по итогу вскроется этот побочный эффект совсем не в том месте и не в то время, что сможет навредить тебе.       — Управимся в первой половине дня? — спросил Скорпиус. — Мне в пять часов надо быть у Яксли.       Роза кивнула. Учитывая тот факт, что Патронус вчера растворился в теле Малфоя слишком быстро, то значит и эффекты настигнут тоже быстро. Пробовать надо.       — Подкрепись, — сказала Роза. — Силы понадобятся.       Видимо, Скорпиус не очень сопротивлялся, потому что это были не руны, а значит не такая адская боль. Возможно, это даже приятно. Розе ни разу не приходилось применять зелье удачи, но она понимала эту описываемую Малфоем легкость. Что-то здесь было и от магловских наркотиков. Хьюго описывал именно это чувство, объясняя, почему подсел на эту гадость. Чувство полета без полета. Чувство прекрасного, когда вокруг весь мир разрушается и сгорает.       — Я пойду за палочкой, — сказала Роза, когда завтрак кончился. — Думаю, проведем эксперимент в гостиной.       Через пять минут Малфой уже снова сидел с оголенным торсом перед ней, а она сквозь скрежет его зубов помещала кончик палочки в вырезанную на его теле руну.       — Экспекто Патронум, — сказала Роза, представляя объятия и поцелуи Малфоя.       Раздалось свечение, отчего руны буквально стали гореть изнутри приятным серебристо-голубым оттенком, а потом все снова померкло. Роза достала палочку из раны, вытирая ее кончик заранее приготовленной салфеткой. На ней оставалась мазь против заживления руны и еще какая-то жидкость, не похожая ни на кровь, ни на сгусток, что-то прозрачное.       — Как ты себя чувствуешь? — спросила Роза, создавая диаграммы.       Она снова с большим увлечением смотрела на динамику показателей, которые менялись на ее глазах. Внутри Малфоя словно был ураган, но внешне он был абсолютно спокоен, даже очень расслаблен. Поразительно. Роза видела его довольную улыбку на лице, будто бы он только что испытал оргазм. Какое странное внешнее проявление таких внутренних процессов.       — Хорошо, — блаженно сказал Скорпиус. — Снова эта легкость. Дышать проще. Жить нравится.       Очень странные эффекты. А главное, невозможно провести этот эксперимент ни на ком другом. Ей достался уникальный пациент.       — И не хочется ничего делать, — сказал Скорпиус, удобнее устраиваясь на диване. — Только лежать и наслаждаться этим состоянием.       Как и вчера, Патронус вскоре поглотился полностью. Может, это не сгусток его поглощает? Патронус в целом не та вещь, которая будет с тобой бесконечно. Рано или поздно он пропадет. Может, если бы создал Берк, он пробыл бы в теле Малфоя иное время?       Вместе с исчезновением эффекта Патронуса, тело Малфоя перестало быть таким расслабленным. Роза видела, как улыбка медленно сползла с его лица, возвращая его привычный вид. Так, первая закономерность есть. Выходит, что эффект полного расслабления и свободы активен только пока активен сам Патронус. Возможно, он оставляет за собой некий шлейф и после, но явно не такой сильный.       Роза внимательно наблюдала за Скорпиусом.       — Хочешь что-то сделать, сказать? — допытывалась Роза. — Чувствуешь что-то необычное?       — Наверное, какую-то слабость, — пожал плечами Скорпиус. — Будто бы пробежал кросс и просто хочется пожелать и отдохнуть. Причем, как в физическом плане, так и морально. Я сейчас себя чувствую так, будто бы сдал все экзамены СОВ в один день.       — Кажется, самое время проверить твои ментальные навыки, — сказала Роза. — Легиллименс!       Либо она застала Скорпиуса врасплох, либо он был прав, что ментальная защита страдает после таких экспериментов с телом. Роза достаточно легко проникла в его сознание. Сейчас его сознание было защищено приоткрытой деревянной калиткой, а не как обычно, кирпичный стеной, на которой нет даже железных ворот.       Роза быстро нашла вчерашний день. Во-первых, она хотела и правда убедиться, что Скорпиус ничего не помнит, а во-вторых посмотреть, как у него отображается вчерашний вечер. И правда, она не нашла почти никаких воспоминаний, лишь размытые образы ее самой то в гостиной, то в его спальне.       Что-то было очень надежно защищено даже в таком уязвимом состоянии. Россия. Роза так и не смогла проникнуть за занавес этой тайны.       — Хватит, — сказал Малфой.       Роза вышла из его сознания. Видимо, он не смог поставить ментальный блок, чтобы ее выбросило, пришлось просить словами. Выходит, его подозрения были не беспочвенны.       — Убедилась? — хмыкнул Малфой.       Роза пожала плечами. Здесь опять могло быть столько трактовок. Может, Скорпиус был уязвим только перед ней? Может, его сознание не чувствовало угрозы от нее, потому что небольшая частичка ее в виде Патронуса была теперь в нем? Но они снова никак не смогут это проверить.       — Думаю, что не все так плохо, — пожала плечами Роза. — Может, это только мне удалось. А даже учитывая тот факт, что мне удалось, твои стены внутри по прежнему такие же крепкие. Я уверена, что если бы ты чувствовал реальную опасность своему сознанию, то ты смог бы найти силы проконтролировать проникновение. Это же как с Империусом. Он берет абсолютно всех, вопрос лишь в том, как быстро ты его распознаешь и заставишь себя слушать себя, а не его. Так и тут. Не страшно проникновение. Главное, что ты его почувствуешь и сможешь закрыться.       Хотя, конечно, теории у нее были. Пусть этот сгусток плохой по своей сути, но не для своего хозяина. Скорее всего он защищает Скорпиуса, только делает это по-своему, так как умеет. Если хозяину его тела угрожает опасность, он мотивирует его защищать, всеми возможными способами. То, как они влияют на него сейчас, заставляет его стать слабее, а значит, сосуд в котором он хранится, то есть Скорпиус, тоже становится уязвимым.       Но тем не менее Роза была против такой защиты. Если им удастся избавиться от сгустка, то они найдут новую защиту для Скорпиуса. Светлую. Хотя признавать тот факт, что темная защита может быть эффективнее было трудно и неприятно. Впрочем, сейчас говорить об этом было рано.       Роза предложила Скорпиусу ждать. Он сказал, что его накрыло ближе к вечеру. Но в этот раз она использовала Патронус, как ей казалось, сильнее, может эффект дойдет быстрее.       — Чувствуешь что-то? — спросила Роза спустя час, который они провели в абсолютном молчании.       — Все как и в тот раз, — Скорпиус чуть поморщился и съежился, будто ему было холодно. — Во мне есть эта часть какой-то легкости и свободы, но ощущения будто бы это не я…       — Может, ты сам противишься этой свободе? — предположила Роза. — Попробуй позволить себе расслабиться как в самом начале, только сам.       Было видно, как Малфою тяжело это сделать. Жизнь в постоянном напряжении. Его голова и тело почти забыли, какого это.       — Получилось? — спросила Роза.       Но Скорпиус вместо ответа сел на диване, приближаясь к ней почти вплотную. Она видела перед собой лишь его глаза. Дыхание тут же сбилось, да и вовсе стало необязательным, она словно дышала его энергией.       Его взгляд был другой. Не такой как обычно. Сколько раз она себе уже говорила эту фразу? Скорпиус каждый день будто бы был разный. Но сегодня, сейчас, было что-то особенное.       Он смотрел на нее так, как будто видел впервые. Роза почувствовала, как его правая ладонь легла на ее левую щеку, а большой палец начал почти невесомо поглаживать кожу. Роза боялась выдохнуть, боялась спугнуть этот момент, боялась упустить этого Скорпиуса.       — Роза, — прошептал Малфой.       Он смотрел на нее не отрываясь. Наконец, он прикрыл глаза и осторожно приблизился к ней. Будто и правда в первый раз.       Через секунду Роза почувствовала вкус его губ на своих. Он осторожно к ней прикоснулся, а затем захватил нижнюю губу. Так нежно, будто пробовал ее на вкус.       Роза заставляла из всех сил сдерживаться. Она была в клетке с опасным зверем, где одно неловкое движение может спровоцировать совсем иное поведение. А это поведение хищника ей слишком нравилось, чтобы осознанно его прекращать.       — Скорпиус, — ответно прошептала Роза, все же чуть выдыхая.       Либо тот факт, что она подала признаки жизни, либо Скорпиус просто осмелел, потому что чувствовал, что у него получается держать себя в руках лучше, чем когда-либо, он немного углубил поцелуй. Роза наслаждалась тем, что их языки сплелись в медленном танце. Когда все было так искренне, нежно и по-настоящему, ей не хотелось ничего больше, лишь бы этот момент никогда не заканчивался.       Но он закончился. Не как обычно, когда Скорпиус отлетел от нее, смотря бешеным взглядом. Он просто закончил поцелуй, поставив будто бы его финальную точку легким чмоком в лоб.       Роза на него изумленно смотрела, когда он отодвинулся от нее, совсем не изменившись в поведении. Она чувствовала легкое возбуждение. Но совсем не то, как раньше, когда хотелось снять собственную кожу, потому что она невыносимо пылала.       — Что это было? — тихо спросила Роза.       — Ты же сама сказала прислушаться к себе, расслабиться, — сказал Малфой. — Это то, чего мне захотелось.       — Вот как, — задумалась Роза.       Это были приятные новости лично для нее. Казалось, что сейчас сгусток будто бы на время уснул, позволяя самому Скорпиусу выйти на свободу. Если раньше ей и могло временами казаться, что вся эта похоть, исходящая от Скорпиуса вина сгустка, то сейчас, если ее прежние выводы и доводы верны, они убедились, что и сам Скорпиус без этого сгустка испытывает к ней искренние чувства, нежные и настоящие. Когда он отвечал сам за себя, а не боролся с желаниями тьмы внутри него. Сейчас Роза четко видела грань любви и похоти. Внутри все ликовало.       — Необычно, — проговорил Малфой. — Я еще никогда не испытывал к тебе таких чувств.       — Я это заметила и почувствовала, — сказала Роза.       — Я хочу еще раз попробовать, — сказал Скорпиус, вновь приближаясь к ней.       На этот раз поцелуй был более интимным. В шею. Роза чувствовала, как сейчас возбуждение снова нарастает. Руки Скорпиуса ползут вниз по ее телу. Все снова начинает гореть.       — Стоп, — сказал Малфой сам себе и отстранился от нее. — Снова началось…       Роза кивнула.       У нее были некоторые идеи, но как узнать, что это правда? Ей казалось, что раз она передала Скорпиусу часть своей магии, то он ее чувствует. Это бы объяснило вчера его согласие попробовать отношения, ведь он реально просто согласился с ней, а не предложил сам.       Но это было уже хоть что-то.       — Мне надо обо всем подумать, — Скорпиус встал с дивана. — Пойду прогуляюсь.       — А я на работу, — кивнула Роза, понимая, что он хочет остаться наедине. — До вечера.       — Надеюсь, — хмыкнул Малфой и вышел из дома.       Роза отправилась следом за ним на работу. Сегодня у Кристины был выходной, поэтому ей придется со всем справляться самой. Впрочем, раньше она любила подобное, но не сейчас. Кристина фонтанировала гениальными идеями и, действительно, вносила очень весомый вклад в ее исследования, попутно предлагая свои. Но все же пока ее нет, Роза могла заняться анализом сгустка Малфоя.       В перерыве Роза прочитала выводы о первом переливании и дальнейшем самочувствии девушки. В ней было ничтожно маленькое количество магии, что ее даже сквибом назвать было бы сложно. Кажется, Кристина слишком сделала упор на внушаемости человека, скорее, им нужно выбирать маглов по крови.       На удивление, в больнице сегодня было мало народу. Роза поняла это, когда вышла на обед и, конечно, не могла не зайти к дедушке, у которого уже по традиции сидела бабушка. Несмотря на то, что Артуру каждый раз рассказывали, что это Роза — его внучка, каждый раз он не узнавал ее снова, пытаясь назвать Джинни. Хьюго уже выписали и он был дома, поэтому Роза пошла в столовую. Она заметила, что сегодня на работе отсутствуют большинство открытых оппозиционеров.       — Мисс Уизли, — послышался за ней голос Булстроуда. — Давно я Вас не видел, давно.       — Да, я редко выхожу из лабораторий, — сказала Роза. — Последние пару лет в нашем отделе почти нет отравлений.       — Это-то и странно… — прищурился он.       Роза сглотнула. Разумеется, отравления бывали. Но так как Яксли сейчас расставлял другие акценты, Роза уже создала ко всем имеющимся в его арсенале ядам противоядия, что даже если кто-то к ним попадал, лечение проходило быстро и успешно. Да, Булстроуд мог догадаться, что Розе помогли создать противоядия, но прошло достаточно много времени, чтобы все не выглядело так подозрительно, более того, с официальными поставками нужных ингредиентов от Берка в больницу ей не требовалось излишне изворачиваться и пытаться что-то доказать. Роза давно услышала Скорпиуса и действовала редко и очень аккуратно, чтобы как-то себя скомпрометировать, что, разумеется, злило главного целителя, который за столько лет будучи ее начальником не смог ничего доказать.       — Почему? — изобразила невинность на лице Роза. — Для этого я тут и работаю, чтобы спасать людей.       — Как твоя напарница? — спросил Булстроуд, переводя тему, поняв, что ему не удалось ее спровоцировать.       — Кристина отличный специалист, — похвалила свою ученицу Роза. — Даже сейчас смешно вспоминать, что я не хотела ее брать к себе.       — Вот видишь, Роза, я никогда не посоветую тебе ничего плохого, — довольно улыбнулся Булстроуд.       — Я никогда Вас в таком и не подозревала, — сухо ответила Роза.       Не нравилось ей все это. Булстроуд всегда говорил какими-то намеками о Плишковой. Именно после разговоров с ним Роза начинала сомневаться в Кристине. Вряд ли Булстроуд бы ей намекал, что она у Яксли. А даже если бы и намекал, то в положительном ключе. По факту она тоже с Яксли, они напарницы. Либо же Булстроуд доверял Яксли во всех вопросах, но кроме Розы. Все его поведение кричало, что он буквально уверен, что она все равно на стороне своей матери. Либо же, наоборот, его целью было, чтобы именно она сдружилась с Кристиной и затащила ее к Яксли. Что-то вроде того, как Скорпиус провернул с ней. Но это тоже было странно. За такую стажировку он мог заставить делать Кристину все, что ему было надобно. Роза понимала игру Яксли, понимала игру Дельфи, понимала игру Скорпиуса, но она совсем не понимала Булстроуда. Даже Берк о нем отзывался с небольшой опаской, приговаривая, что за ним нужно активнее наблюдать.       — Как поживает юный мистер Уизли? — Булстроуда, кажется, пробило сегодня на поболтать, либо же у него какое-то задание, что-то узнать, поэтому все эти разговоры — большая прелюдия для отвлечения ее внимания и расслабления концентрации.       — Спасибо, все нормально, — Роза старалась не выдавать в голосе волнения. — Долечивается дома.       — Ах, ну да, у бывшего Министра теперь же нет работы, заняла место домохозяйки, — с наигранной грустью в голосе сказал Булстроуд. — Что ж, и такое случается.       — Это неправда, — не выдержала Роза, тут же вступаясь за свою семью. — Мама до сих пор работает!       — Только вот к ее решениям никто не прислушивается, — довольно сказал Булстроуд.       Он направился на выход из столовой.       Может, она дура? Может, он это и хотел узнать? По сути Хьюго и правда не всегда находится дома с кем-то. Координаты дома у них давно есть. Что она наделала.       Роза судорожно начала думать, как исправить ситуацию, но Булстроуд вдруг резко развернулся и посмотрел на нее.       — Мисс Уизли, я знаю, что Вы отсутствуете на работе чаще, чем того позволяет Ваш график, — сказал он. — С этого дня я буду лично проверять, во сколько вы уходите и во сколько приходите на работу.       Он не дал ей ничего ответить, лишь снова развернулся и зашагал по пустому коридору.       Если весь их разговор ей казался странным, то конец их взаимодействия в целом повысил эту планку странности еще больше. Она им определенно нужна в больнице, иначе для Булстроуда это был бы прекрасный повод ее уволить, она и правда не всегда появлялась на работе, доверяя все Кристине и концентрируясь на других делах против оппозиции. Возможно, Булстроуд хочет доказать Яксли, что это она помогает Гарри, что когда ее нет на работе, оппозиция всегда проигрывает. Либо же сегодня что-то случится с Хьюго. Он убедился, что Роза сегодня будет на работе, возможно, они знают, что и мама задержится, значит Хьюго будет один.       Роза поплелась в лабораторию. Может, ей стоит как раз не беспокоиться? Если Булстроуд сегодня будет за ней наблюдать, то через ее волнение или даже внутреннюю панику сможет почувствовать, что она напугана. Если показывать, что находиться до конца рабочего дня для нее не проблема, то она спасет Хьюго или любого, на кого они сейчас ведут охоту. Да, так и нужно поступить.       — Привет, — вдруг раздался голос, когда Роза спустя три часа своих исследований легла на кушетку и прикрыла глаза.       Ей пришлось резко сесть и уставиться на незваного гостя. Это была Кристина. Она была одета в короткую юбку и легкую персиковую блузку. Совсем не похоже, что она собиралась идти на работу. Да и зачем, если у нее выходной? Лицо девушки было тоже не совсем довольное. Будто бы ее срочно вызвали, заставив отвлечься от более приятных дел.       — Кристина? — спросила Роза. — Ты чего тут делаешь?       — А чего мне одной делать дома? — фыркнула она, начиная осматривать пробирки с образцами созданных ими зелий. — Скукотища.       — Не похоже, что ты собиралась проводить этот вечер в одиночестве, — фыркнула Роза, снова осматривая ее наряд.       — Не собиралась, — кивнула Кристина. — Но, к сожалению, планы на вечер зависят не только от меня.       — Расскажешь? — невинно спросила Роза.       Что, если Булстроуду пришлось срочно отлучиться, поэтому он приставил за ней Кристину? Хотя в оппозиции все всегда занимались своим делам, даже собственная инициатива редко приветствовалась, все ограничивалось приказами, которые Яксли умело распределял между своими членами. Впрочем, Булстроуд все же мог нарушить протокол, если дело касалось уничтожения ее семьи.       — Все до банальности просто, если ты решаешь ходить на прогулки с ярым борцом политического режима, — недовольно сказала Плишкова. — Думаю, что в этой колбе осадок уже достаточно опустился, можем убирать в холодильник…       — Подожди, — поморщилась Роза, Кристина сбила ее таким резким переходом на работу. — Ты сейчас про Альбуса?       — Ага, — только лишь ответила Кристина и начала левитировать колбы в холодильник.       Роза удивленно смотрела за ее действиями. Кристина сейчас была как никогда похожа на обычную обиженную девушку. Роз еще никогда не видела ее такой настоящей.       — Серьезно? — Роза даже рассмеялась.       — Не вижу ничего смешного, — Кристина силой закрыла холодильник. — Это вообще все из-за тебя!       — А я тут причем? — Роза попыталась приобрести серьезный вид. — Это же не я выдернула его со свидания с тобой.       — Ты нас познакомила, — поморщилась Кристина.       — Вообще-то я только попросила тебя его отвлечь, ты могла спокойно не продолжать с ним общение, — парировала Роза.       Ей все равно было смешно. Хотелось расхохотаться с голос и так искренне. Но из-за легкого сочувствия Кристине она держалась. В конце концов, она сама всегда страдала от внезапных вызовов, которые прерывали не только прогулки, но и весьма интимные моменты. Поэтому она Кристину понимала, как никто другой.       — Значит, Альбус все же тебя добился, — констатировала факт Роза. — Интересно.       — Чего? — удивилась Кристина. — Он…       — Ну, ты ему очень понравилась после первой встречи, — сказала Роза. — Я ему пояснила, что ты едва ли похожа на его бывших подружек, которые были достаточно легкомысленными. Мне показалось, что он принял это как вызов. Ну, точнее, что ты ему понравилась сильно, и он был готов добиваться твоего расположения.       Кристина явно была удивлена. Мерлин, да что у них там происходит? Розе никогда не была интересна чужая личная жизнь, но она бы хотела посмотреть на этих двоих как пару.       — Ну, либо что-то случилось, либо он устал меня добиваться, — пожала плечами Кристина. — Потому что после моего очередного мягкого отказа зайти ко мне после прогулки и всех его намеков, он просто посреди улицы резко сказал, что у него есть срочное дело и ушел. И вот что мне думать? Ему по каким-то внутренним каналам кто-то что-то передал, или он все же плюнул, что такая сложная девушка одна морока?       — А он не смотрел на руку перед этим или не издавал какой-то звук, будто бы его чуть-чуть обожгли или ударили током? — спросила Роза.       — Да, было такое, — кивнула Кристина.       Черт. Значит, его вызвали на сражение. Ну да, было очень глупо надеяться, что Яксли вызывает Скорпиуса просто поговорить, когда он на ее прощание до вечера ответил «надеюсь».       — Скорее всего его вызвали на бой, — покачала головой Роза. — Так что можешь быть спокойна.       Вот только спокойствия Кристине она не прибавила. Скорее излишнее беспокойство за исход сегодняшнего сражения. Но вот злость на него определенно ушла. У Розы сначала была надежда, что Альбус кого-то увидел во время их прогулки, поэтому резко ушел, решив проследить за одной из семи точек. Но сейчас она понимала, что это точно был вызов. Все сходилось. Булстроуд не собирался нападать на ее дом (хотя и это пока была неточная информация, может у них две операции происходят одновременно), он хотел убедиться, что сегодняшнее сражение со стороны Гарри пройдет без ее вмешательства. Видимо, он уверен, что шпион Роза. Но если Гарри знал от Скорпиуса об их планах, то они были подготовлены. Подобное сможет отвести подозрения от нее. Но направит больше внимания на Малфоя. Хотя, едва ли Скорпиус успел предупредить. Он валялся дома то пьяный, то под обезболивающими. Да и такой внезапный вызов Альбуса лишний раз доказывал, что все случилось спонтанно. Видимо, Гарри очень нужна была помощь, раз он вызвал сына.       — Ну, если это очередное сражение, то мы скоро узнаем, — сказала Роза. — Надеюсь, к нам поступят раненые, а не трупы.       Они молча принялись ждать. Роза пыталась мысленно активировать свои руны, но там была тишина. Она приняла во внимание замечание Скорпиуса, что ей интересен только его секс. Сейчас же она была искренне настроена узнать о происходящем на поле боя. Вот только Скорпиус, кажется, не собирался делиться этим.       — А почему ты против отношений с Альбусом? — спросила Роза, желая отвлечься от этой гнетущий тишины и пробиться сквозь этот железный занавес рун Малфоя.       — Я не против отношений, — пожала плечами Кристина. — Я против близких отношений.       — Почему? — удивилась Роза, у которой всегда все внутри горело от близости Скорпиуса. — Хоть Альбус мой брат и я не могу его воспринимать как парня, но вроде в школе девчонки считали его весьма привлекательным.       — Значит, ты даешь любому привлекательному парню всегда на первой встречи? — усмехнулась Плишкова.       — Что? — покраснела Роза. — Нет, конечно…       Любому нет. А вот Скорпиусу была готова. Почему он для нее оказался таким магнитом?       — Ну вот и я нет, — отозвалась Кристина. — Я хочу быть уверенна в этом парне.       — Уверенна? — Роза услышала нотки доводов Скорпиуса. — Ты девственница?       — Мерлин, конечно нет, — рассмеялась Кристина. — Мне уже двадцать лет вообще-то.       Хорошо, что они друг на друга не смотрели. Роза чувствовала, как горят ее щеки. Интересно, что сказала бы Кристина, узнай она, что Роза будучи старше ее почти на семь лет все еще девственница? Да, в двадцать лет она не считала это чем-то постыдным. Наверное, если бы не Малфой, она бы не считала это постыдным и сейчас. Но когда есть парень, которого ты любишь и который любит тебя, а ты все еще девственница. Вот что самое ужасное в этой ситуации.       — Просто… — кажется, Кристина хотела поделиться этой историей, потому что ее смех был скорее защитной реакцией, чем истинным весельем. — Мой первый сексуальный опыт был очень неудачным. Я потеряла девственность с парнем, которого едва знала. Разумеется, он меня бросил, как только получил свое, хотя до этого говорил столько красивых слов. Не сказать, что он мне оставил какую-то травму, что я теперь ненавижу всех мужиков и больше никогда в жизни никому не дам, но теперь я точно подхожу более основательно к этому вопросу. Меня больше не купить красивым личиком и щенячьими глазками.       — Так легко говорить, когда вы с человеком только знакомитесь, — начала умничать Роза. — А если ты уже давно и крепко любишь человека, то даже измены ему прощаешь.       — Нет, это не моя история, — отмахнулась Кристина.       Разговором они сумели скоротать время, когда прибыли первые пострадавшие. Разумеется, не на их этаж. Роза лишь отнесла парочку костеростов и обезболивающих зелий. В этот раз пострадавшие были не так сильно ранены. Сумели разгадать тактику или же Яксли и не планировал убивать никого сегодня? Что, если это было отвлечение внимания? У Розы сердце снова было не на месте.       — До завтра, — попрощалась с Кристиной Роза, как только ее официальное рабочее время закончилось.       Она все же решила зайти к Хьюго. Намеки и вопросы Булстроуда не отпускали ее весь день. А учитывая, что снова были нападения, скорее всего мама припозднится домой.       — Привет, как ты тут? — спросила Роза, чуть выдохнув, когда увидела брата живым и невредимым.       — Порядок, — сказал он. — Если ты к родителям, то папа заграницей, а мама на работе.       — Нет, я к тебе, так проведать, тем более, как оказалось, что ты тут один скучаешь, — улыбнулась Роза.       Почти час они с Хьюго пили чай и обсуждали всякие приколы. Как в детстве. Розе даже удалось расслабиться и выкинуть из головы этот неприятный и напряженный день, пока в гостиной не раздался хлопок, а она с ужасом поняла, что это Долли.       — Мисс Уизли, — поклонилась эльфийка. — Хозяину плохо, нужна помощь мисс Уизли, срочно…       — Это кто? — удивился Хьюго, а Роза понимала, что если Долли пришла за ней на запрещенную для нее территорию, то случилось что-то ужасное, Скорпиус в сильнейшей опасности.       — Это эльф одного моего частного пациента, — сказала Роза.       — Эльф? — нахмурился Хьюго. — Частный пациент? Но ты же никогда… Да и эльфы и такие замашки бывают только у этих мразей.       — Не только, — отрезала Роза. — Прости, мне надо срочно идти, я еще зайду к тебе.       Она взяла Долли за руку, и они трансгрессировали. Да, так быстрее, чем через камин. Да и называть при Хьюго адрес поместья Скорпиуса было бы совсем не рациональным решением.       — Где он? — спросила Роза, когда они очутились прямо в спальне Скорпиуса.       Долли лишь указала на дверь, ведущую в ванную. Роза слышала, как оттуда льется вода. Значит, он не совсем при смерти, смог дойти до ванной и открыть кран с водой.       Роза дернула ручку двери, но она не поддалась. Она достала палочку и произнесла отпирающее заклинание. Тоже ничего. Странно, если слышны звуки воды, то заклинание должно быть не блокирующим. Почему не открывается?       Роза постучала в дверь.       — Скорпиус, открой, — попросила она. — Дай я посмотрю, что там.       Тишина.       — Ну что ты как маленький? — Роза прислонилась головой к двери и начала царапать ногтем дверь. — Бегаешь от целителей, хотя знаешь, что я могу помочь.       И снова никакой реакции.       — Я сейчас выломаю эту чертову дверь, Малфой, — разозлилась Роза и начала стучать кулаками. — Открой немедленно, что бы там ни было!       Звук воды стих, а затем послышался щелчок замка. Роза открыла дверь в ванную и посмотрела на Скорпиуса. Он стоял лицом к зеркалу и смотрел на себя. На первый взгляд Роза не увидела на нем ни одного признака ранений. Вот только весь пол ванной был усыпан белыми полотенцами, пропитанными кровью. А затем Роза увидела и рану, когда Скорпиус чуть повернулся к ней и в зеркале отразился его правый бок.       — О Мерлин, — только выговорила Роза.       Рана была огромная. Казалось, будто часть его спины разорвало взрывающим заклинанием. Оголенные куски мяса, разорванные мышцы. Роза не понимала, как он еще стоит. Кровь лилась по его правой ноге.       — Быстро ложись, — скомандовала Роза. — Долли, слушай внимательно, что нужно принести.       Почти три часа Роза поливала рану Бадьяном и различными растворами, вручную сращивала все мышцы, и только в самом конце нанесла мазь, которая генерировала рост новой кожи. Малфой послушно терпел все это время ее манипуляции. Роза надеялась, что та мазь, которую он наносит на руны, не распространяется на все тело, здесь им не нужна открытая рана.       — Это все из-за тебя, — сказал он.       — Ты всегда так говоришь, когда я тебя лечу, — сказала Роза, чуть улыбнувшись.       — Нет, это из-за твоего чертового Патронуса, — сказал Скорпиус. — Я не смог создать сегодня даже обычное оглушающее проклятие!