Часть 2. История со словами "невыносимая боль"

      Баба Яга сидела на лавке, сгорбившись, и с ожесточенным лицом штопала старый чулок. В руках у нее была зажата огромная иголка самого зловещего вида, каких не делают уже лет двести. Рядом валялось несколько клочковатых клубков ниток. Кот прятался под лавкой, время от времени тянул было лапу к клубкам, но баба Яга каждый раз замечала и молча грозила иглой, похожей на древний пыточный инструмент. Кот лапу отдергивал, но попыток не прекращал, клубки обладали для него невероятной притягательной силой.       За дверью избушки неуверенно квакнули, не то хрюкнули.       «Пошла ты… в болото!» — злобно выкрикнула хозяйка. — «Ненавижу лягушек!»       Снаружи затихли, но немного позже опять раздался не то всхрюк, не то квак.       — Чегой-то расквакалась? — пробурчала Яга, явно радуясь предлогу оторваться от работы. — Отвори дверь, избушка, посмотрим, кто у нас там!       Кот прекратил гипнотизировать клубки из-под лавки горящими глазами и с новой надеждой уставился на порог, где сидела крупная, на редкость бородавчатая жаба.       — Ишь ты, красавица какая! — умилилась баба Яга, срываясь с лавки и проворно подхватывая гостью на руки. — Жабка это совсем другое дело, жаб я люблю.       Кот за ее спиной, воспользовавшись тем, что хозяйка отвлеклась, вытянул лапу на невероятную длину в попытке притронуться когтем к ближайшему клубку.       — Прокляну! — скороговоркой пообещала Яга, не оборачиваясь. — Лихоманку нашлю, боль невыносимую, тоску звериную, да к тому ж косоглазие. Больше ни одной, даже хромой, мышки не словишь!       Потрясенный кот отпрянул глубоко назад, под лавку, там, судя по всему, ударился о стенку, мявкнул и свечой взлетел на печку, привычно брякнув горшками.       Но Яга больше не обращала на него внимания, внимательно разглядывая гостью, которая в ответ исподлобья недоверчиво и даже испуганно щурилась на нее.       — Ква? — слабо спросила жаба.       — Да нет же, не в том смысле люблю, — усмехнулась старуха. — Не в котел, об том даже и не сумлевайся, лапушка моя.       Но так как жаба все еще смотрела недоверчиво, Яга со вздохом промолвила:       — Никто в лесу этого, почитай, уже и не помнит, а ведь была у меня сестрица любезная. Жили мы с ней душа в душу. Ну то есть ругалися, конечно, но чисто по-родственному. Она мне гадость, я ей две. Все по-честному. Но вдруг втемяшилось ей непонятное. Болтала про Бразилию, не то Карибию, мол, чакры проветрю, перейду на сыроедение…       Я ей: «Так какого тебе сыра дома не хватает: козьего али овечьего?! Мож, вовсе из птичьего молока? Нужно тебе оно, переться за край света?» Да разве такую удержишь? Ступу снарядила, метлой отмахнулась, и след простыл... Только дошло до меня через пару веков, что поселилась в тех краях огромная жаба по имени Жаба-Ага.       Это сколько же с той поры минуло, как мы не видалися?! Вот смотрю на тебя и думаю — одно лицо с моей роднулей, такая же милашка, — нежно проворковала баба Яга. Примечание к части: Согласно Википедии «Жаба-ага, или ага (лат. Rhinella marina) — бесхвостое земноводное из семейства жаб, родом из Южной и Центральной Америки. Является крупной наземной настоящей жабой, которая была завезена на различные острова Океании и Карибского бассейна, а также в Северную Австралию...», но все совпадения, разумеется, чисто случайны.