Часть 3. История со словами "слабое место"

      Жаба вроде и недавно объявилась, но успела совсем освоиться в избушке. Соскочив с колен бабы Яги, она проворно подползла к двери (а что жабы не скачут, а ползают, это каждому известно). И оттуда требовательно поманила бабку за собой, согнув зеленовато-серый палец передней лапки. — И что же там такое стряслось, что случилось, что внезапно о старухе вспомнили? — ворчала баба Яга, собираясь. — Пойду только потому, что ты такая славная жабка. За кем другим и не подумала бы… Что у меня, дома делов нету? Да и костяную ногу топтать неохота. И поясница у меня…       Кот щурил глаза. Он знал, что несмотря на все ворчание, старуха втайне довольна, что опять кому-то понадобилась. Любопытство было ее слабым местом. Если в лесу что-то затевалось, то не участвовать в этом или хотя бы не узнать, что происходит, было немыслимо.       Баба Яга проворно перевязала платок, влезла в башмаки и нетерпеливо махнула рукой на забытое на лавке неоконченное шитье. Повинуясь жесту хозяйки, огромная железная игла, подскочив, проткнула один из клубков, и тот, немного спотыкаясь об нее, покатился в шкатулку, что молча раззявила зазубренную крышку. За ним следовали остальные. Те катились ровно, аккуратно. Докатившись до края скамьи, клубки один за другим попадали в пасть шкатулки. Стоило упасть последнему, как шкатулка сама собой захлопнулась.       К тому времени бабка уже стояла в дверях. Жаба напряглась и перепрыгнула порог, потому что если очень надо, прыгать они умеют, хотя и не любят…       Черный котяра, распластавшись на крыше избушки, поближе к трубе, внимательно наблюдал, как старуха бредет между деревьями за невидимой в высокой траве жабой, и уже смекнул, что движутся они в сторону лесного озера. Ему тоже было любопытно, что там стряслось, но свои лапки зря топтать он точно не собирался, не сомневаясь, что все и так узнает в свое время.       У кота тоже были свои секреты и страшные тайны. Ему будет, разумеется, чем заняться, пока хозяйки нет дома. И он торжествующе потеребил когтем лохматый шерстяной клубок неопределенного цвета, зажатый между передними лапками, который все-таки умудрился похитить так, что старуха не заметила.