Будем танцевать!

Первые лучи проникают сквозь густую листву, озаряя утренний летний лагерь теплым золотистым светом. Каждый луч, словно нежное прикосновение, будит мир от сна. Листья деревьев, еще окутанные росой ночи, играют в танце под ласковыми лучами, создавая великолепный узор из теней и света. Теперь эти деревья не пугают, не устрашают и не выглядят как незримые монстры, обитающие только на обложках детских книжек, теперь это обычные красивые деревья, словно с восходом солнца вся тьма из них исчезла, а кладбище из устрашающего места превратилось в место последнего покоя. С рассветом все тени детских страхов начали исчезать. Облака, как медленные путешественники по небесному океану, плывут, нежно прикасаясь к голубому простору. Их формы постоянно меняются под влиянием ветра, создавая узоры и фигуры на бескрайнем холсте небосвода. Сегодня они были особенно красивые, пушистые, объёмные, сделанные из пуха и ваты. Весь лагерь постепенно начинает пробуждается от ночного покоя, будучи окутанным атмосферой спокойствия и гармонии. Звуки природы сливаются в мелодию утренней жизни: щебетание птиц, шелест листвы, далекий журчание ручья. Эти звуки наполняют воздух свежестью и энергией, поднимая дух и настраивая на продуктивный день. Сонные вожатые с термокружками ходят от домика к домику, будя свои отряды, помогая им выбраться из объятий сна, хотя сами были бы не прочь оказаться в уютных, теплых постелях. Кровати и сон искушали, но кофе, что был налит помогали отогнать этих злобных и мягких монстров. –Доброе утро,–сказал Дмитрий Иванович, что, зевая почёсывал затылок. –Доброе утро,–сказала Наталья или же Рыжая, она пила уже остывший кофе с молоко, признать честно её уже тошнило от него и она просто не могла представить как Сенечка пьёт его постоянно. –Сегодня тяжёлый день, верно? –сказал кареглазый мужчина неловко улыбаясь. –Да, надеюсь сегодня всё пройдёт спокойнее чем в прошлую смену. –А что было в прошлой смене? –они продолжали общаться пока шли к домикам второго и первого отряда. Они решили начинать со страших, ведь младших мало только разбудить, нужно ещё проследить, чтобы все почистили зубы, умылись и собрались на линейке, а старшие, они более благоразумные, как минимум на это надеялись их вожатые. –Один из мальчиков ногу сломал,–она отхлебнула кофе,–а тебя кстати почему не было на прошлой смене? –Кхм, дела там были,–на самом деле он просто забыл собрать все медицинские документы, поэтому опоздал на прошлую смену и ему пришлось вернуться работать в свой офис и взять отпуск позже. Да, Дмитрий Иванович странные мужчина, после того как он закончил институт и отучился на экономиста, он пошёл работать по профессии, но каждый год берёт отпуск как раз чтобы поработать в лагере вожатым, конечно не только ради того, чтобы увидеться с Натальей, хоть он её довольно таки сильно любил и переписывались они вне лагеря тоже, но довольно редко ведь были из разных городов, но даже без неё он бы так делал. Уж слишком ему нравилась атмосфера детских летних лагерей, ещё с самого юного возраста, поэтому для него – это было действительно хороший отдых. Вскоре Рыжая отворила дверь в тринадцатую комнату впуская свежий утреней воздух внутрь. Илья уже не спал, выглядел как всегда помято словно бы ему приходилось всю ночь пробегать. Вова же тянулся и ласкался в проникающих лучах солнца, на удивление не мурчал, а Антон? Он зарылся посильнее в одеяло, словно замёрз или чего–то боялся всю ночь. Кошмары – вот ответ на то почему Петров так сжался, всю ночь ему снились различные картины вчерашнего приключения. Которое благо для него закончилось успехом, но как бы Антону не хотелось пробыть в плену сновидений хотя бы ещё несколько минуток, пробуждение уже пришло, и оно стоит в дверях и громким голосом выводит из транса. –Доброе утро! Пора вам вставать! – громкий голос вожатой заставлял пробраться сквозь свинцовые веки. –Мря…откуда в вас столько энергии,–промурчав и закутавшись сильнее в одеяло спросил Кот, который был явно не рад такому раннему пробуждению, как в целом и все обитатели этой комнаты. Пока внутренние часы ещё не пристроились на лагерное время. –У меня всегда много энергии! Ведь это же новый день, а значит и новые возможности! Давайте же, всем умываться, застелить постели и на линейку все, чтобы в восемь сорок были там и не дай Бог, вы снова что–то сделаете с умывальниками сразу же вылетите,– с улыбкой продолжила вожатая, явно смотря на Кота и Антона, а затем вышла убедившись, что все поднялись. –Ага как же, кофе всё это,–сказал Илья, желая плюнуть на пол, но сдержался,– хоть бы нам подавали его. –Так ты спроси у Кофе, у неё точно есть кофе,–сказал Вова, потягиваясь на кровати. –Ч–чего? –Антон непонимающе поглядывал на них. –А точно мр, ты же не знаешь, есть одна девочка, что кофе постоянно пьёт и вот её лагерное имя Кофе. –Не шибко оригинально,–сказал Блондин. –Зато вот у Ильи оригинальное, Кайот. –Ч–что, а п–почему Кайот? –Падальщик потому–то, –улыбнувшись сказал патлатый и обратно лёг в кровать. –Ты с нами не пойдёшь? –Нет, я лучше посплю. –Тц, тебе полезно было бы зубы хоть иногда чистить, с учётом, что ты куришь как паровоз,–поднявшись наконец–то с кровати заявил Кот. –Ты чё мамочка моя? Свали давай уже,–грубиян отвернулся в сторону стенки, а Вова лишь вздохнул и взяв все свои умыльно–рыльные принадлежности направился к выходу позвав за собой сонного Антона, который в целом был не против и молча согласившись пошёл следом. И вот они вдвоём вышли из домика и направились в сторону умывальника, Петров ещё несколько раз оборачивался на дверь позади них. Соседская пустая комната, в которой когда–то была девочка и исчезла, и всё это оказалось правдой, хоть и Слон сомневался, но блондин почему–то верил, верил, что она действительно попала под влияние старой ведьмы. «Вожатая Ольга, она больше ведь не приезжала в лагерь? Надо спросить у нашей, она должна наверняка знать, правда ли это, хотя…расскажет ли она мне? Навряд–ли, взрослым свойственно врать и недоговаривать нам и откуда у них это? Неужели и я когда встану взрослым, стану таким же?». По дороги им встретилось пару ребят, которых Антон пока плохо запоминал, зато вот Кот со всем здоровался, но среди толпы невольных ранних пташек особенно выделялась одна девушка, Полина и почему она так приковывала внимание? Почему из–за неё сердце начинало биться быстрее? Болезнь? Волнение и невольный наплыв адреналина что заставлял прорваться через пелену сна, что как пыль налипла на роговицы. Вскоре и она удалилась по своим делам не обратив внимание на Петрова, а те тем временем подошли к памятнику вчерашнего происшествия. Который был до сих пор не починенным и холодные воспоминание накатили волной и заставили улыбнутся. –Вот, улыбка тебе больше идёт,–сказал Кот положив руку на плечо своего товарища, в его голове были горькие воспоминание панической атаки Антона в которой он не нашёл ничего лучше, чем сорвать покровы. –Спасибо,–немного покраснев и открыв противоположный кран с прохладной, но не ледяной водой парень принялся чистить зубы и умываться, в общем готовиться к новому дню в этом лагере. И не заметив для себя, Антон очутился на площади где выстроились все отряды дабы послушать план на сегодняшний день. Младшие отряды на удивление были бодры, а вот средние и старшие клевали носом в надежде поскорее вновь оказаться в своих кроватях, хоть такого шанса им и не выдаться. Антон был позади всего своего отряда, совсем как тогда, когда он впервые сюда прибыл, почему–то не было желания вставать впереди всех. Находясь позади слова Адольфовны до него не достигали, да и плевать было на них. Сейчас парень наслаждался моментом спокойствие, прохладней утреней ветерок и шелест листвы. Одним словом, природа, что завораживала и заставляла задуматься о том, а стоит ли ему вообще отсюда уезжать? С одной стороны, клубок тайн начал постепенно распутываться и жизнь налаживаться с другой стороны тут по–прежнему остался Семён, который спокойной жизни ему явно не даст и что же делать в такой ситуации? Бежать? Снова инстинкт самосохранение твердит о побеге и неужели у каждого так? Неужели абсолютно все, всегда думают о том, чтобы сбежать, но вот кто–то как например Рома может подавить его в себе, а кто–то нет. И от чего это зависит? Смелость или безрассудство? Антон отошёл чуть подальше от толпы, на площади вышло несколько ребятишек, что уже успели отличиться среди всех прочих и пока всем им аплодировали, блондин стоял позади всех и погружался всё глубже в свои мысли, пытаясь найти ответы на старые вопросы в новом месте. Привычка, от которой он так избавиться и не смог. Смотря на небо его мысли поплыли по голубому небосводу. «Голубое небо, такое безмятежное, такое свободное… Странно, что именно оно, а не костер, не звезды над лагерем, заставляет меня задуматься о надежде. Я ведь здесь, в этом лагере, потому что уже не мог терпеть издевательства в школе, не мог терпеть пустоту в глазах родителей и именно поэтому сюда поехал. Я сломался, свернулся в клубок от страха и одиночества, заставил себя поверить, что родители насильно меня вынудили туда поехать, но будь у меня искрение желание остаться, я бы остался. Плевать, чтобы они сказали, я бы потерпел пару скандалов и спокойно бы отдохнул, но что–то меня манило в лагерь, и вот словно по наитию, не особо споря взял чемодан в руки. И вот я здесь, в месте, где все равно, кто ты и откуда, если верить их словам. Никому не интересны мои шрамы, мои потери, моя история. Но небо… Оно не судит, не издевается, не отворачивается. Оно просто есть. И в этом есть какая–то необъяснимая надежда. На что я надеюсь в этом лагере? На что я надеюсь, глядя на это голубое небо? На силу? На смелость? На то, что здесь, среди этих странных людей, я смогу найти то, что потерял? Может быть, но возможно, я просто надеюсь на то, что небо не будет судить меня так же жестоко, как судили меня в школе и дома. Может быть, я надеюсь на то, что здесь, среди этих глаз, я найду хотя бы какую–то дробинку сочувствия, хотя бы какую–то искру понимания. Я не прошу о любви, не прошу о дружбе. Я просто хочу увидеть, что мои шрамы не отталкивают людей, что мои потери не делают меня недостойным их внимания. Я не знаю, как смогу выжить в этом лагере. Не знаю, какой помощи хочу. Я просто смотрю на голубое небо и надеюсь, что оно не отвернется от меня. Может быть, в этой тишине, в этой бесконечности голубого, я найду силу продолжать бороться. Может быть, в этой тишине, в этой бесконечности голубого, я найду себя». Ища глазами ответы в небосводе, Антон пропустил всю линейку. За всем его молчаливым спектаклем наблюдала девочка по имени Кофе, она вновь стояла и зевая попивала свой любимый напиток из своих запасов и наблюдала за этим. Она уже ни раз видела подобные моменты, когда люди погружались и уходили из своей физической оболочки и каждый раз задумывалась о том, свойственно ли это всем? Или же это особенность «сломанных». –Ты снова пьёшь эту дрррянь!–Протяжно прорычав сказала девочка с осветлёнными волосами, что как всегда были собраны в один хвост. На её голове можно было заметить различные заколки, в основном с морской тематикой. Звали эту чудную девочку Пиратка, она была в первом отряде точно так же, как и Кофе, но получила своё прозвище девушка совершенно не из–за её странной манеры протягивать букву «р», и не из–за морской тематики, а всё потому что эта девушка не имела левой руки. Бывшие старшие дали ей это имя дабы поиздеваться, а она только и рада ему. –Я постоянно его пью. –Ну конечно! Это ведь всё из–за твоего имени,–она гордо поставила руку на пояс и гордо выпятила грудь. Явно гордилась этим умозаключением. –В отличие от тебя я ненавижу своё имя,–сказала Сенечка и поднялась со скамейки,–ладно пошли, что ты там хотела показать. –В общем! Я нашла карту сокро…–они начали удаляться с площади, как и все остальные ребята. Все спешили на завтрак и вырвав Антона из размышления, Кот позвал парня за собой, и они вдвоём побрели в сторону столовой, которая находилась буквально в минутной ходьбе, но даже такое расположение вызвало трудности у старших. Поэтому когда они вдвоём вошли, то увидели, что столы на которых обычно сидел первый и второй отряд были почти что пустые, за редким исключением несколько ребят. –Не все любят завтракать, кто–то сейчас пойдёт досыпать свои заслуженные часы, а другие же планировать чем им заняться сегодня,–сказал Кот забирая свой поднос и ведя Антона. Они вдвоём сели за столик рядом со Слоном, Сергеем, Бяшей, каким–то парнем с ухоженными волосами и Журналисткой, что заняла половину стола перебирая какие–то бумаги. Сказочника и Ромы Антон не нашёл, как и Семёна с Койотом. «Столько имён, уже голова кругом»,–отметил про себя парень и поставил свой поднос. На тарелке был кусочек хлеба, для масла, что стоял на общем столе, рисовая каша, стакан дымящегося чая и небольшая горстка свежих ягод, что можно было добавить в кашу или съесть отдельно. Неплохая трапеза. –По аккуратнее! Не пролей! –Крикнула единственная девушка за этим столом. –Ты вообще, что делаешь? –спросил незнакомый Антону парень с уложенными каштановыми волосами и небольшими бакенбардами на его переносице были очки, модель была схожими с теми, которые носил Петров. –Я между прочим ищу ответы! –Какие ещё ответы? –Тебе всё и расскажи такие как ты всегда всё возьмут да всё переврут, а нам потом до истины докапываться,–усмехнулась Журналистка и продолжила, переписывать текст с какой–то бумажки себе в блокнот. –Такие как ты? –спросил Антон тихо у Кота. –Мря? А ну точно, ты же не знаешь, знакомься, Историк,–парень с бакенбардами на мгновение приподнял глаза остановился посмотрел на Вовку, а затем кивнул в знак знакомства с новичком и принялся спорить с девушкой. –Ребят, нашли о чём поговорить, давайте лучше о чём–то более весомом, на!–сказал Бяша улыбаясь во все свои тридцать зубов? Ну два двух зубов не хватает. –О чём ещё? –скептически приподнял бровь Историк. –Тю ты! О танцах конечно! –Они же несколько раз за смену проходят, что тут такого исторического. –Тут ты не прав,–сказал Слон своим басистым голосом,–это наши последние танцы. –Во, на! –Не последние, Слон ещё как минимум два раза они будут, а если повезёт, то ещё три,–стоял на своём зализанный паренёк. –Тут я с Бяшей согласна, эти танцы первые в нашей последней смене, они явно отлежаться в нашей памяти, особенно если что–то случиться,–сказала Журналистка и подмигнула Антону, что непонимающе посмотрел на неё,– а вообще надеюсь у вас есть танцевальные костюмы. –Мы парни, нам они не нужны,–заявил Кот. –Значит девушки должны передаваться, а вы нет? Дискриминация! –Не кричи,–сказал Сергей. Под его глазами были большие мешки, но видимо недостаток сна его не особо заботил. –Ещё и затыкает! –Давайте не сорится, ну пожалуйста! –Жалобно промолвил Кот и после этих слов все услышали стук в окно столовой. Это был никто иной как Сказочник, который казался запыхавшемся. –Так я пожалуй оставлю вас в покое, благодарствую за приятный завтрак,–поднявшись сказал Историк и быстро направился к выходу снова сбегая и следом за ним встал Слон. –Не хочу снова во что–то вляпаться. Кот же оглядев двоих покинувших стол людей лишь вздохнул и пошёл к окну, открыв его странный паренёк тут же валился тяжело дыша. Как он потом скажет перед тем как опустошить стакан с остывшим чаем: «Убегал от Медузы»,– слова которые заставили всех вздохнуть с некой усталью, всех кроме Антона который все ещё совершенно не понимал, происходящих событий. –О Антон со всеми? Это хорошо–хорошо, держи,–протянув из кармана какую–то переливающуюся коричневую пуговку и положил рядом с блондином,–так и что вы обсуждаете с самого утра? –Танцы, надеюсь ты не нарядишься в смокинг как в прошлый раз, уж поверь моему женскому взгляду выглядел ты не благородно, а потешно. –Тю тебя, действительно как СМИ, всё перевирают! Выглядел бы я как глупец, не был бы я на первых строчках в твоей же газете! – Журналистка лишь махнула рукой на слова Сказочника,– в любом случае Антон ты то пойдёшь? Обязательно иди! Рома тебя там ждёт,–он подмигнул. –Чего, на? Рома ждёт, а мне почему ниче не говорил? –Всё Бяш, ты у него не в приоритете. –Хмпф! Ну и к чёрту его, на! –Слушай ты больше его,–сказал Серёга,–явно же лжёт. –Да чтобы я врал? –Да ты,– другие кивнули. –Вы раните мою тонкую духовную организацию,– он по театральному вздохнул опустив свою руку на лоб. –Тебе бы валить, там медуза, на,–указав большим пальцев на окно произнёс Игорь. И действительно шла темноволосая девушка с круглыми очками в которых виднелся взгляд уничтожения от которого становилось не по себе. По спине невольно пробегают мурашки, её внешность была странной ей словно одновременно было шестнадцать и сорок. В руках же у этой девушки был довольно увесистый камень. –Ладненько мне пора бежать,–сняв невидимую шляпу и неуклюже поклонившись парень выбежал из столовой из–за чего в спину услышал пару ласковых от поварих. После этого события произошло неловкое молчание, все просто принялись за трапезу и один за другим покидали стол, а затем и столовую. Вскоре как тарелки и стаканы опустели, и Антон ретировался с этого места обратно на человеческие магистрали лагеря. Солнце, уже взошедшее достаточно высоко, чтобы разогреть землю, посылало свои лучи сквозь густые ветви сосен, окрашивая их хвою в золотистые тона. Воздух был пропитан запахом хвойного леса, сочетающимся с легким ароматом свежескошенной травы и дымком от утра угасшего костра. Лагерь, недавно бурливший жизнью, спокойно дышал в тишине, оставшись в ожидании новых событий в ожидание вечерних танцев. Уже опустевшая столовая пахла остывшим чаем и сладкой кашей. Неубранные тарелки и приборы лежали кучками, словно ждущие возвращения своих владельцев. На стенах висели яркие плакаты с рекламой кружков и мероприятий, приглашающие детей поучаствовать в жизни лагеря. В одном из углов беседки стоял большой деревянный сундук с различными игрушками, который недавно был охвачен шумной битвой маленьких воинов, но теперь он спокойно ожидал нового приключения. В пластмассовых батальонах явно не хватало парочку солдат, они вовеки потеряны где–то в закоулках детских воспоминаний. Рядом с столовой находилась небольшая библиотека. В ней были завсегдатае её обитатели, как всегда взяв свои любимые книги и усевшись на свои любимые места. Каждое лето они проводили там, и какая–то магия в ней действительно была в этой непримечательной для большинства детей месте. В библиотеке пахло старыми книгами и деревянными полками. На столе лежали разбросанные журналы с яркими иллюстрациями и заголовками, приглашающими в мир фантазии и приключений. В самом центре комнаты стояло несколько квадратных столов, что формировали букву «П», создавалось ощущение словно за этим столом собирается парламент местных ребят. Двор перед лагерными корпусами был покрыт мягкой травяной подушкой, из которой торчали яркие цветы и несколько каменных плит, что представляли из себя мостики посреди этого зелёного моря. Свежий ветер нежно шелестел листвой деревьев, растущих по краям двора, и отдаленно доносились звуки смеха и шума от тех, кто уже отправился заниматься своими любимыми делами. На песчаной площадке стояли разбросанные игрушки – ведерки, лопатки, формочки для песка, оставшиеся от недавней стройки песочных замков. Рядом с площадкой располагалась беседка, окруженная красивыми кустами, за которыми явно следят, с качающейся деревянной качель и небольшим столом для чаепития. За лагерем располагался густой лес, который словно окружал его своими зелеными руками. На лесной полянке стояла старая сосна с толстым стволом и густыми ветвями, окруженная маленькими елями, которые недавно были украшены яркими лентами. В тень от сосен прятался тот самый домик, что снился Антону в кошмарах, а сейчас не представлял никакого беспокойства. Ветер нежно шептал о новой жизни, которая закипала в лагере. Дети постепенно выходили из корпусов, наполняя воздух смехом и шумом. Лагерь просыпался, отряхивая с себя сон и ожидая нового дня, полного ярких красок и волнующих приключений. И все эти эмоции сразу же передались парню и желание куда–то уезжать с каждым часом подвергалось под сомнение. В любом случае долго по наслаждаться природой так и не давилось ведь вожатая улыбаясь приближалась к блондину в лучах разыгравшегося солнца казалось, что её волосы стали ещё ярче. Через некоторое время она, стремительно сократив дистанцию оказалось прямиком перед Петровым закрывая ему всякую возможность дальнейшего побега. –Позавтракал? –спросила она, сияя от радости. –Д–да, а вам что–то нужно? –Конечно, как ты наверное помнишь сегодня же танцы поэтому сейчас все кроме младших отрядов подготавливаются,–Антону совершенно не нравилось куда клонила вожатая. Конечно она хочет запрячь его на работу, но может это не так уж и плохо? Всяко лучше, чем без цельно шататься,–ну так что ты решил чем займёшься? –Нет? –Отлично, тогда иди на склады и возьми метлу поможешь девочкам на площади,–спрашивать для чего убирать площадь если есть здание для танцев, блондин не стал и просто кивнул,– вот и отлично! Если что–то понадобиться ты знаешь где меня искать и смотри не отлынивай. «Я вообще без понятия где вас искать»,–сказал парень вслед уходящей вожатой. Вдохнув полной грудью и оглядевшись по сторонам и не увидев никого, направился в сторону складов, благо Ромка на экскурсии показал где они находятся. По дороге встретилась библиотека, в окнах которых виднелся Историк, что что–то читал, а рядом с ним сидела какая–то незнакомая ему девушка, а так здание пустовало. Смотря на них двоих Антон задумался, а действительно ли тут все заняты сейчас делом по подготовке к танцам или только он? А что если вожатая его обманула? «В следующий раз нужно действительно послушать, что на линейке говорят»,–заключив про себя парень направился дальше. Следующую здание, которое необходимо было пройти мимо представляло из себя здание электротехники. «Ну, это радиорубка старая, раньше через неё объявление крутили, а сейчас всё через администрацию запускается»,–вспомнил слова Ромки, Антон. Так же вспомнилось, что именно так сидит Сергей, один из немногих людей, что ему симпатизируют в этом лагере. «Надо будет заглянуть потом туда»,–всё–таки радио Антон любил и он не мог объяснить почему. Ему нравилось слушать радио, но ему нравились скорее не песни, а передачи которые там крутили, особенно нравилось слушать записи советского радио с различными дикторами, что–то в нём было такое…необычное? Возможно, тяжело сказать, но что–то притягательное в радио всё–таки было и отрицать это было бы глупо. «А может организовать собственное радио в лагере? Хотя нет, кому оно тут нужно будет, да и кто мне разрешит? Верно никто, но может всё–таки стоит заглянуть»,–вглядываясь в тёмные окна, парень прошёл дальше к складам, которые напоминали «гаражи». И вот оказавшись между ними всеми Антон понял, что совершенно не понимает в каком из складов находиться необходимая ему метла. Обойдя несколько «гаражей», и не найдя никаких опознавательных знаков, парень решил просто стучать в каждый из них, а затем заходить. Тактика скажем так сработала и вскоре минуя склад со спортивным убранством и с постельным бельём, он наконец–то смог найти полупустой складское помещение, в котором стояло несколько мётел, совков и мешков для уборки. Взяв метлу и совок, парень хотело бы отправится назад, пока не услышал странные разговоры откуда–то с улицы. Это были голоса двух девушек, один из которых был ему явно знакомым они медленно отдалялись и вскоре дверь одного из складов заскрипела. Интерес взял вверх, и блондин пошёл делать то, что ему совершенно не свойственно, пару дней назад он бы в жизни не поверил, что пойдёт подслушивать двух девчонок, а сейчас он медленно заходя за угол прислушивался сквозь железную, но тонкую стенку ловя обрывки фраз, пока наконец–то не настроился. –Ты уверена, что оно тут? –сонно говорила девушка со знакомым голосом, но только кому он принадлежал? –Конечно! Карта же говорила, что сокровища зарыты здесь. –Может это просто дети игрались,–зевнув сказала девушка. –Кофе! Ты серьёзно решила, что меня могут обмануть простые дети? У меня чуйка на сокровища и различные тайны, просто нужно повнимательнее поглядеть, оно явно где–то тут…только где… –Как знаешь. –Ты давай мне тоже помогай, не буду же я тут одна искать, о! Кажется, что–то есть… –Антон? Ты чего тут делаешь?–позади послышался ещё один знакомый голос, но его владельца Антон помнил как никого другого, это была Полина и лицо сразу же залилось краской, было стыдно от того, что она увидела его занимающимся этим… –П–полин? Д–да так,–парень неловко почесал затылок,–я вот шёл на п–площадь подметать. –О, я тоже, пошли вместе. –Д–да,–не думая не о чём согласился Петров и направился прямиком за девушкой от которой его сердце начинало стучать в разы сильнее, красивая и грациозная девушка с которой у него не будет шансов. Краем глаза Антон заметил, как две девушки у одной из которых не было руки вынесли какой–то ящик из склада, неужели и правда клад? Хотелось бы узнать, но не получится, и эта история войдёт в очередную копилку тайн этого лагеря. В любом случае сейчас всё внимание было сконцентрировано на девушке с красивыми тёмными волосами, что шла и улыбалась, держа в руках метлу, от неё пахло ежевикой, запах вызывал головокружение. Казалось, что весь лагерь растворился, но стоп, что происходит? Такого не бывает, как и любви с первого взгляда, почему эти странные ощущения настолько сильны? Они ведь почти не общались и не виделись, тогда почему? Нет – это просто влюблённость, оно и логично, девушка то красивая не о каких высоких чувствах и речи идти не может. «О чём я вообще думаю, что за глупости, надо успокоиться»,–сделав несколько вдохов и выдохов наконец–то самообладание вернулось в руки Антона. На площади на скамейке уже сидела одна девушка, она болтала ногами и о чём–то говорила, по её лицу было видно, что такое времяпрепровождение в лагере ей явно не нравится и не об этом она мечтала. Светло–русые волосы и зелёные глаза, девушка выглядела довольно милой и красивой, её он почти не видел за всё пробивания в лагере, мельком среди толпы или за столом, но внешний вид девушки был очень знакомый…нет, Антон видел её и раньше, но вот только где? –О…–сказала светло–русая увидев Полину, а затем перевел вопросительный взгляд на Петрова,–а этот чего тут забыл. –Принцесса, его тоже поставили с нами убираться,–сказала спокойно темноволосая. –У меня имя есть! Не называй меня так, бесит, меня Катя зовут. –М–меня А–антон,–девушка, что сидела на скамейке совершенно не излучала добрый настрой, её парень наоборот начинал слегка побаиваться. –Да знаю я и хватит уже мямлить,–она поднялась взяв свою метлу. –Прости. –Да не извиняйся ты! –Прости,–не подумав ответил Антон, Полина улыбнулась, а вот Катю это разозлило,–ой, прости я не хотел…то есть… –Пхахаха,–смех заставил Петрова покраснеть, а вот Принцессе было совершенно не смешно. –Издевается ещё, бери метлу в руки и давай уже поскорее с этим покончим,–решив, что лучше помалкивать Антон кивнул. И вот теперь ему суждено подметать площадь под жарким солнцем вместе со Скрипачкой и Принцессой, не самая плохая участь и кампания. Прохладный ветерок помогал не умереть от пекла, по дорогам бродили вожатые и различные дети из самых разных отрядов, где–то даже среди них парень замечал знакомые лица. Пыль сметалась в совки и грусть уходила с потом. И вправду работа – сделала из обезьяны человека. Принцесса морщила носик и чихала от пыли, да и подметала она так себе, видно никогда таким не занималась или делала это крайне паршиво. Возможно, она просто притворяется, Антону приходилось сталкиваться с подобным типом людей, Оля была из таких. Из тех, кто будет специально делать всё из ряда вон плохо, чтобы за него всё сделали другие, ведь так получится быстрее и качественнее, небольшая хитрость которая тебя ни к чему не обязывает и никого не оскорбляет. Через некоторое время часть работы была закончена, и Принцесса предложила передохнуть, совершенно не устав, те кто действительно работали переглянулись и согласились. Конечно дело то было не трудное, житейское, простое – это тебе не Сизифа труд, но и они не заковывали Танатоса в цепи, а всё–таки просто отдыхают в летнем лагере. Они втроём сидели на скамейке и молчали, Антон смущённо поглядывал на Скрипачку, пытаясь найти филактерий, чтобы наконец–то победить её волшебный облик и узнать причины своей болезни, Полина же в свою очередь не особо обращала внимание на блондина и расплываясь в лучах солнца закрыла глаза. Она весь год ждала этой поездки и не желала думать о том, что это её последний год в этом лагере, сейчас на это было абсолютно плевать. Сейчас они сидят на скамейке под лучами тёплой звезды, и никто их не беспокоит кроме редкого детского смеха, что танцует в унисон вместе с пением птиц, а вечером–то как раз танцы! Все птички разлетятся, оставив земных и их странное веселье. Принцесса посматривала на Антона, она была заинтересована им, в ней тлела надежда, что он её узнает, должен узнать, а иначе как? Не мог же он забыть! Хотя, помнил ли? Может он и позабыл, но Катя прекрасно помнила его истерику и как он был посреди поля и сжигал дневник. Как тогда на поле он казался самым одиноким человеком на свете, словно весь мир бросил его умирать на улетающем астероиде. Она единственная кто смотрела на него тогда и была с ним до самого конца, даже если он не видел, даже если он не ценил и даже если позабыл, тот момент в голове Кати храниться глубоко в сердце ведь тогда она впервые увидела, как у человека спадает его персона, как она ломается. Девушка впервые увидела это со стороны и тогда поняла, что ей говорили летом, она поняла, что значит «сломанные». И если надо, Принцесса готова подождать, подождать когда воспоминание настигнут и он примет себя. «Этим вечером на танцах, его скорее всего примут. Эх, Тош, бежать бы тебе отсюда, а то можешь не выдержать и по итогу закончишь всё…надеюсь ты не привяжешься ко всем здешним обитателем. Бойся их, не слушай, остерегайся, а иначе, как ты будешь жить по окончанию этого лета? Покончишь с собой как некоторые? Нет…»,–проглотив горькую мысль и шмыгнув носом, русая девчонка резко вскочила со скамейки и взяв метлу начала яростно ей мести из стороны в сторону поднимая клубы дыма. –Принцесса! Стой же! –Вскочила Полина и побежала к своей подруге. –Хватит прохлаждаться! Надо за работу, мне надоело тут сидеть с вами, быстрее закончим, быстрее разойдёмся! –На повышенном тоне говорила девушка, держась за метлу, которую пыталась вырвать Скрипачка. Антон слегка усмехнувшись и взяв свою, направился помогать к двум своим спутницам по этой трудовой обязанности. Всё закончилось с оповещением о наступление обеда. Убрав метлы обратно на склад, они направились в столовую. Блондин несколько раз по пути обратно оборачивался назад, стараясь разглядеть то, что искали те девчонки, но ничего так и не обнаружил. Видимо – это и вправду та история, которая произойдёт не с ним, и он никогда её не узнает и не станет её участникам, чужая история не затрагивающая его самого. В столовой на этот раз было значительно больше людей чем на завтраке, те кто решил подольше поспать сейчас с урчащими животами ожидают своей порции, поднимая довольный гул ведь скоро они все пообедают. В столовой было шумно и многолюдно, вожатые старались успокоить детей, но выходило скажем так, не особо и хорошо, дети конечно же слушали и переходили на тон пониже, но со временем разговоров забывали об этом и гул снова поднимался. Стол старших был полностью почти занят оставалась несколько мест, одно из которых было рядом с Историком, но у Рыжей были свои планы на Петрова. –Антон, давай сюда, поговорить нужно,–сказала вожатая, приглашая за свой стол, там сидело несколько незнакомых вожатых и Наталья собственной персоны. –Удачи,–положив руку на плечо и тепло улыбнувшись сказала Скрипачка и прошла к столу, Антон же, сжимая поднос с едой направился обедать вновь отдельно от всех. Прямиком напротив вожатой. –Ну как уборка? Всё прибрали, я ведь после обеда проверю,–парень лишь молча кивнул и приготовился к трапезе, особого желания говорить с вожатой у него не было, ведь из–за неё он снова сидел отдельно от всех и это было достаточно неприятно. –Как бы оно не было, ты ведь уже познакомился с ребятами? –Не совсем, но с некоторыми. –Вот и отлично, тогда поспрашивай их и вступи в кружок, чтобы у тебя было чем заняться. –Ч–что?–Антон непонимающе взглянул на вожатую. –Ну чего не понятного? Лагерь создан не только для отдыха, но и для вашего развития. А ты все ещё ходишь без дела. –Но в–ведь прошёл всего два дня, как я бы успел найти,–Рыжая на мгновение задумалась. –Я и забыла, что ты новенький, просто все старшие уже разошлись по своим привычным местам…что ж, чтобы не выделяться тебе тоже нужно найти сегодня! Давай, заодно подружишься! –Улыбалась вожатая, а Петров даже не смотрел в её глаза «Если бы вы меня не звали за свой стол, я бы и так не выделялся, в любом случае идея не такая и плохая. Нужно будет расспросить у Кота…хах, я уже начинаю их называть по вторым именам?»,–на лице Антона невольно появилась улыбка. «Моя заслуга»,–посчитала гордо вожатая. Когда тарелка опустела, а дети начали покидать здание, тогда и блондин встал из–за стола и попрощавшись с вожатой направился в сторону выхода ища глазами Кота и нашёл, правда разговаривающего с незнакомой девушкой, которую Антон ранее не видел и кажется у неё на поясе была…шпага? Не успел озадачить себя вопросом Петров, как девушка вскоре начала удаляться в сторону ждущей Принцессы, по–видимому они друзья. «Сколько же тут странных людей…и почему они все в старших отрядах, должны же быть дети странными, но никак не мы. Взрослые и адекватные в своей степени»,–проворчал про себя парень и направился в сторону Кота, который же в свою очередь куда–то шёл, по–видимому в сторону здания кружков. –Антон, а ты куда?–спросил Кот, остановившись и заметив попутчика. –П–привет, да я хотел попросить п–помощи,–неловко потирая затылок сказал блондин, ему было всегда неловко от кого–то просить помощи, всегда странное ощущение, что человек точно откажет. –Ну? И какой? –спросил Вова улыбаясь. –Ты можешь рассказать о кружках, которые могут меня заинтересовать? –А откуда я знаю, что тебя заинтересует,–этот вопрос поставил Антона в тупик. –Ну к–как, ты же меня немного знаешь. –Себе то не ври,–он подмигнул,– я тебя совершенно не знаю, как и ты меня. Тут мало кто знает друг друга в этом, и магия этого места…стой, я начал говорить, как Сказочник? Чёрт, надо заканчивать с ним общаться,–обеспокоено осматривал себя на парень,– в любом случае, сходи в библиотеку, клуб электротехники, можешь к Журналистке присоединится. –Только не к ней,–моментально вырвалось. –Пх, хорошо я тебя услышал, но тут много какие есть, спортивные, художественные, музыкальные… –А ты в каком?–перебил Антон. –В театральном, но там увы места закончились,–Кот развёл руками,–точнее оно есть, но просто нас и так много поэтому по–хорошему тебя бы распределить в другой кружок по интересам. Оно видишь, как работает, старшие могут создавать свои кружки и заниматься в них к ним могут присоединиться из среднего, если захотят, а вот младшие с вожатыми и воспитателями. Вот взять например рисование, там много ребят маленьких или вот спортивные там вообще клуб волейбола открыла наша вожатая. Вот кстати, волейбол? –Н–нет, спасибо,– в голове сразу же всплыло мерзкое воспоминание из прошлого,–мне бы там, где не так много детей. –Хм,–он призадумался,–ну у медиков свободно в журналистике, но ты не хочешь, в электротехнике, так ещё где… –С–спасибо думаю выберу что–нибудь из этого. –Хорошо, удачки, я в театральном кружке в зале кружков,–он подмигнул и напевая какую–то песенку и продолжил свой путь. «Так Библиотека, клуб электротехники и мед.корпус, каждое из этих мест звучит спокойно и это неплохо. Последнее, что мне хочется находиться в окружении мелких. Дома Оли хватало с головой»,–прикинув куда идти было ближе, Антон решил направится в библиотеку. Дверь распахнулась, впуская в мир тишины и книг. Воздух был наполнен запахом старой бумаги, чуть сладковатым и пыльным, и ароматом соснового леса, который, казалось, проникал в библиотеку сквозь окна. Пол, выложенный светлым паркетом, приглушал шаги, а на стенах висели яркие плакаты, призывающие к чтению. В центре зала стоял большой стол, формой напоминающий букву «П», покрытый потертой скатертью с вышитыми красными мак – классический атрибут советской библиотеки. За ним обычно сидели дети, углубленные в книги, иногда шептали друг другу цитаты или спорили о сюжетах. На столе, рядом с карандашами и ручками, стояла ваза с пластиковыми цветами, ярко–желтыми и красными, как в самых радостных детских книжках. Высокие книжные полки доходили до потолка, заполненные рядами ярких переплетов с детскими книжками. На верхних полках стояли толстые тома классической литературы, а на нижних – книги с яркими иллюстрациями, рассказывающие о приключениях, фантастических существах и волшебных странах. Антону на глаза сразу же попалась книжка «Волшебник изумрудного города», – та книга которая нравилась ему в детстве, и та книжка которую Оля совершенно не читала. То ли ей было неинтересно, то ли её просто не заинтересовали и сейчас она где–то лежит на полках вся в пыли и гниёт. В дальнем углу стоял старый шкаф с выдвижными ящиками, в которых хранились журналы и альбомы с иллюстрациями. На стене висела картина с изображением леса – яркие, живые краски создавали иллюзию солнечного дня и шума листьев в ветру. В библиотеке царил мир и спокойствие, а единственные обитатели в нём было четыре человека, что так и посматривали на новенького. Антон среди них всех узнал только двоих Историка и Кофе? «Не знал, что она увлекается чтением»,–блондин посматривал на сонную девушку с кружкой кофе в руках, что листала какой–то журнал. Историк же сидел недалеко и переписывал что–то с учебника в тетрадь, выглядел как студент, что в последний день готовится к сессии. «Находиться в лагере, где нужно отдыхать, а вместо этого он учит и что–то читает, неужели для него – это отдых?». За столом библиотекарши сидела девушка в форме вожатой, у неё были серые волосы и маленькие мышиные глазки, что увеличивались под бабушкиными очками на верёвочках, именно из–за этой необычности её прозвали Мышью, но дети обращаются к ней как Елизавета Петровна. Она мирно спала в обнимку с книгой и уткнувшись лицом в стол. В другом же конце кабинета сидела последняя обитательница этого места, она выглядела недоброжелательно и слегка младше Антона, у неё были длинные чёрные волосы, круглые очки и серёжки в виде змеи, но Медузой её прозвали не поэтому, а по тому что она была вредной и постоянно держала зрительный контакт от которого становилось не по себе. *** –Будто на Медузу Горгону смотрю…точно! –Сказочник весело подпрыгнул и повернулся к своим друзьям,–отныне она Медуза! –Ха, а ей подходит,–заметил Бяша. –Ничё так,–кивнул Рома. –Я вас прибьюссс…–прошипела Медуза и по спине Сказочника невольно пробежал холодок. И не оборачиваясь он решил, как можно скорее сбежать оттуда. *** Антон прошёл к Кофе и Историку и сел напротив них, стараясь подбирать слова, он даже не представлял, о чём ему спросить, конечно с одной стороны нужно побольше узнать об этом клубе, но с другой желание тут находиться куда –то испарилось, хотя отнять того, что тут было спокойно ну никак нельзя. В этом здание действительно царила тишина и спокойствие, казалось даже какая–то шумоизоляция есть, а иначе как объяснить, что уличное веселье не проникал в эти стены? Тихий час всё равно наступает примерно через пол часа, так что сейчас пока эта загадочная особенность здания как нестранно останется загадкой. –Ты что–то спросить хотел? –начал диалог Влад, оторвав свой взгляд от книги и посмотрев на сомневающегося блондина. –А п–привет, на завтраке в–виделись,–Антон ощущал себя так словно он собирается устраиваться в эту библиотеку и сейчас должен пройти собеседование, взгляд продолжил гулять по полкам и корешкам старых книг, куда угодно лишь бы не в глаза. –Да, я помню, так чего хотел? –В руках Историк крутил карандаш. –Н–ну как у в–вас в кружке? Записаться х–хочу, вот,–откуда эта странная привычка заикаться, когда он волнуется? Антон совершенно не знал, хоть и догадывался, что возможно это как–то связанно с детством, криками и как его пытались заткнуть. –Сам же видишь,–сказала Кофе,– отдыхаем от внешней суеты. –И читаем, в основном читаем. –О–обсуждаете книги? –Что? Нет, мы читаем абсолютно разное, я побольше части историю, она журналы. –Не только, ещё детективы. –Ты это своё бульварное чтиво так короновала? Боже правый, не стоит оскорблять детективы твоей…безвкусицей? Да, верно, хорошее слово. –Да завались, нудный, нормальные я книги читаю, люблю нуарные детективы. –Потому что в них есть кофейни? –От того, что я Кофе, не значит, что я помешана на кофе, так же как ты на Истории. –Да ну? А что ты сейчас пьёшь? –Кофе… –Бинго! –Заткнитесь оба! –выкрикнула Медуза где–то из–за стеллажей,–вы мешаете. Кофе и Историк замолчали, а Мышь проснулась от крика, поморгав своими глазками, продолжила дальше спать, не заметив новенького. –Тц Медуза, в общем как–то так,–пожал плечами Историк,–пройдись осмотрись, если что приходи. –У–угу,–кивнув головой и встав из–за стола Антон побродив и почитав различные корешки, покинул это царство спокойствия выходя на не менее спокойную улицу, что было довольно странно. «Видимо сон час начался, что ж, а мне дальше»,–время пролетало незаметно, и парень направился в клуб электротехники. Не подозревая, что на другом конце лагеря сейчас происходит преступление, в которое Петров будет невольно втянут и из которого сухим ему выйти не удаться. Внешние здание электротехники по–прежнему удивляло имея миниатюрный размер жилого домика и со странной пристройкой на крыше, которая выглядела как небольшая будка охранника, ну может слегка побольше и так же она имела что–то наподобие балкона? Веранды? Выглядело скорее даже как наблюдательный пост, здание завораживало своими необычным внешним видом, ещё и большинство проводов выходило отсюда. Ещё на прогулке с Ромой оно отчётливо осталось в памяти, а сегодня обросло ещё несколько красивых деталей. Собравшись смелости, парень открыл дверь. Дверь в кружок скрипела, как старая сосна, отдававшая смолистым ароматом. Внутри пахло древесиной, паяльной кислотой и чем–то сладковатым, напоминающим старую, забытую карамель или же оставленный чай с тремя ложками сахара на солнце. Пол был выложен деревянными досками, местами выцветшими, как старые фотографии. В одном углу, словно посреди моря времени, лежал обрывок линолеума с выцветшими красными розами – тихий намек на создавшийся в этом месте склад былого величия лагеря. Стены, обшитые вагонкой, хранили следы времени, потрескавшись здесь и там, но по–прежнему были выкрашены в цвет яичной скорлупы, а нижняя часть стен была украшена деревом. На стенах висели постеры – электросхемы, лампочки, радиоприемники, – все, что будоражило воображение юных изобретателей. В центре комнаты, словно остров в этом маленьком мире, стоял стол, покрытый столетней фанерой. На ней были выжжены шрамы от паяльника и рубцы от отверток, – своеобразный манускрипт на котором запечатлены пройденные путешествия и истории. Рядом с ним, в полном порядке, лежала целая куча инструментов – паяльники, плоскогубцы, отвертки, ножницы для проводов – каждый на своём месте, солдаты, готовые к новому походу. Над столом, как два светлячка в сумерках, висели лампы с абажурами, напоминающими грибные шляпки. Теплый, мягкий свет окутывал комнату уютным ореолом, делая её похожей на домашний очаг, где можно было укрыться от холода и непогоды. В дальнем углу, тайный храм техники, стоял шкаф с полками, забитыми всякой электроникой. Были там старые транзисторные приемники, и ламповые радио, и всякие непонятные блочки с проводами, и даже старый телевизор “Горизонт”, экран которого давно выцвел и больше не сможет радовать детей различными передачами и мультиками. Это было место, где царила особая атмосфера, смесь ностальгии по прошлому и ожидания будущего смешались воедино. В правом углу притаилась лестница и совершенно скрылась под светом лампы, хоть на улице и был день, все окна были плотно прикрыты жалюзи, из–за чего свет не проникал, что не мешало обитателям клуба заняться своими делами, а обитателем клуба тут был лишь один человек Сергей. Как открылась дверь и уличный свет проник, Инженер сразу же поднял глаза на новенького. –Антон? –Неуверенно спросил парень, всё–таки запоминать имена и лица был явно не его конёк и в действительности ему это и не особо было нужно. –В–верно, привет в–виделись,–закрывая за собой дверь и проходя внутрь сказал Петров, то и дело оглядываясь по сторонам – это место просто завораживала парня, оно очень сильно отдавала прошлым, но не просто абстрактным прошлым, а именно что его прошлым, личной историей откуда–то давно, но блондин всё никак не мог вспомнить откуда ему знакома эта атмосфера. –Чего пришёл? Если что–то починить, то кинь туда,– он показал пальцем на картонную коробку у входа, из которой уже торчали части техники. –Нет, я в–вступить,–Антон уже всё для себя решил, он уже бывал в медпункте и ему не особо понравилась та чистота, проблема не в самой чистоте, а в том, что его точно заставят всё вновь и вновь натирать до блеска, поэтому и приходить туда он смысла не видела так что решился здесь и сейчас, что было…несвойственно для него? Верно, он никогда не принимал так резко решение и всегда сомневался, думал, привычка прошлого, что за него всё решат, а тут сам и сразу, Петров был поражён своей смелостью. –Ты первый кто хочет вступить в Чуланчик,–усмехнулся блондин с подпалинами кончиками волос. –Чуланчик? –Так называют это место,–Сергей поднялся и открыл жалюзи, из–за чего солнечный свет влился в эту небольшую комнату,–сюда приходят только за тем, чтобы починить вещи, да и всё, а тебе то тут что делать с починкой я и сам справляюсь. –А…–Антон задумался, а что он действительно будет делать в этом кружке? Паять он не особо умеет, как и что–то мастерить, но атмосфера таившееся тут просто пленила, да и количество человек всего один, вполне устраивала парня. Поэтому перебирая варианты в голове, он сказал,–мне радио нравится, д–да я не особо умею паять, з–зато по дереву могу помочь и…–он увидел уставший взгляд Инженера и замолчал. –Ладно, будем считать, что взял тебя из–за радио, не против тогда помогать мне иногда бегая на склады за материалом? –Р–разумеется! –Радостно улыбнулся блондин, это оказалось гораздо проще чем он думал,–буду рад п–помогать. –Хорошо держи,–он кинул небольшой ключик,–он есть только у меня и у тебя. Если что–то пропадёт…ну думаю сам понимаешь, располагайся, только особо не мешай и да на второй этаж поднимись думаю тебе понравится,–впервые улыбнувшись сказал Инженер и потянулся. Петров воодушевлено кивнул и сжав ключ стал подниматься наверх. Инженер же смотрел ему вслед, ощущая чувство выполненного долга перед Ромой, всё–таки он обещал ему в случае чего согласиться на желание Антона прибыть тут. «Зато теперь я у него не в должниках и как только он догадался, что Антон захочет быть тут? Они со Сказочником два сапога пара, оба странные, что постоянно что–то замышляют. Тц, надеюсь его пребывание тут мне ничего не аукнется в каком–то негативном ключе. Прошлый раз это закончилось не очень хорошо»,–думал про себя Сергей, смотря в окно. На второй этаж вела узкая, крутая лестница, скрипучая, как старый корабль. Дверь, закрывающаяся на ключ, открывала проход в будто бы птичье гнездо, от силы тут поместилось бы человека два, вот настолько оно было небольшим. Окна, почти панорамные, открывали вид н, на густые сосны, окружающие лагерь, складские помещение и вдалеке можно было разглядеть главные ворота, почти просматривалась центральная улиаца. В центре комнаты стоял высокий стул из дерева с деревянными подлокотниками, на нем удобно должен был располагался диктор радиопередачи. Сзади него располагались большие, как старинные часы, радиоприемники, излучающие негромкое шуршание эфира. Рядом с ними стояли микрофоны, наушники с толстыми проводами и множество пультов управления, усыпанных переключателями и кнопками. Воздух наполнен звуками радиоэфира, шелестом наушников, негромким шуршанием и щелканьем переключателей. Всё горело, шумело, оно выглядело как пилота самолёта, страшно, но по–своему чарующие, а справа была небольшая дверца, ведущая на небольшую площадку на крыше похожую на веранду. Старый стул и походный сложены столик, давно завядший цветы. Сама пристройка, как и этот небольшой балкончик шатался под наплывом сильных ветров и выглядел крайне небезопасно, но по–своему чарующе. Хотелось просто сейчас нацепить наушники и начать ловить разные радиосигналы переключая рубильники, окунутся в мир чистот, но было нельзя, не сейчас, пока не время. –Забыл выключить,–сказал Сергей, поднявшись по лестнице и подойдя к аппаратуре радиоведущего всё по отключал, – тебе повезло, это всё было сломано, я вот недавно починил. Правда не всё. –И–инженер…э–это просто супер! –Антон как ребёнок в игрушечном магазине с большими глазами полных огоньков осматривал это всё, впервые за столь долгое время его что–то настолько увлекло,–к–как думаешь, а м–можно открыть с–свою радиостанцию? –Чего? Антон ты…–Инженер не смог сдержать смех и начала смеяться,–Боже, я никогда не видел столь заинтересовано человека, ты прям как ребёнок! Петров улыбнувшись почесал затылок, сейчас он и вправду ощущал себя ребёнком. Конечно про радиостанцию он ляпнул, не подумав и больше в шутку, в кураже от находки, но он даже и не подозревал насколько его просьба починить тут всё, повлияет на жизнь всех обитателей лагеря. Сейчас смеясь, они начинают обратный отчёт, до неизбежной находки. Что изменит их жизни навсегда. –Ладно, пошли я покажу тебе основы,–сказал Инженер и направился вниз по лестнице. –Сейчас,– последний раз пробежался глазами по всему этажу и вдохнув полной грудью направился вниз, закрыв за собой дверь. Антон, взяв булочку с полдника шёл в сторону своего дома, чтобы пакет с молоком отдать Коту, когда тот вернётся. Блондин сам не особо любил этот напиток, иногда мог попить, но страсти или любви никогда не испытывал. Парень развернул булку и аромат свежеиспеченного теста ударил в нос. Румяная корочка, покрытая едва заметными трещинками. Мягкий мякиш, еще теплый от печи, манил своей пушистостью. Антон не смог удержаться. Хруст! Корочка треснула, и он почувствовал, как сладкий, теплый воздух вырвался наружу. Он откусил, и во рту сразу же начался праздник вкуса. Нежная, сладкая тестовая ткань таяла во рту, оставляя после себя приятное послевкусие с легким карамельным оттенком. Он закрыл глаза, отдаваясь наслаждению. Зубы вновь и вновь вбивались в мягкую и пышную выпечку, которая рассыпалась и растворялась во рту. Каждый укус был сравним с укусом зефирного облачка, настолько булочка была мягкая и упругая, а также очень горячая, что довольно–таки странно, ведь никакой пекарни в лагере он не видел. Жуя, он чувствовал, как вся его душа наполняется теплом и удовлетворением. Это была идеальная булочка, просто идеальная. Он не мог остановиться, пока не съел ее до последней крошки. Когда закончилась булочка, закончилась и его дорога, он взялся за ручку двери и открыл дверь, вошёл в пустующий дом и вздохнул с облегчением. Сегодня ничего не произошло, да конечно ещё не вечер, а если верить остальным, то вечером и вовсе танцы будут, но тем не менее, сегодняшний день складывается на удивление удачно. «По закону Архимеда», после сытного обеда полагается поспать», –сказал Антон про себя и прилёг на кровать, на часик. Парень не особо то любил спать, особенно днём, но это место так умиротворяло, а утренний сон был так резко прерван, что не поспать хотя бы часик было бы кощунством. Разбудил парня динамик, в котором голос Клавдии с некой злостью созывал всех обитателей на площади. В полусне с нежеланием открывать глаза, Антон поднялся и направился в сторону, куда стекались все дети и вожатые. Каждый из них был вырван из своего обыденного алгоритма действий, кто–то прям из кружка, как например Инженер, а кто–то и вовсе пришёл со своими вещами, ни на минуту, не думая даже заканчивать работу, например, как Журналистка, что притащила свою стенгазету с новостями и прямо во время суматохи поклеила прямиком на всю доску объявления, за что и получила в дальнейшем нагоняй от Рыжей. Когда все собрались в стандартный полукруг совершенно как на школьной линейке, Клавдия начала свою триаду. –И снова здравствуйте! Я хочу обратиться к вам с очень серьезным вопросом. К сожалению, в нашем лагере произошло нечто абсолютно недопустимое! Кто –то из вас, не понимая всей серьезности своих действий, написал на стене нашего любимого здания слова, которые не только оскорбляют администрацию, но и противоречат тем ценностям, которые мы все здесь разделяем. Это недопустимо! Почему это так важно? Потому что каждый из нас является частью этого лагеря. Эта надпись – проявление неуважения к нашим общим правилам, к нашей общей атмосфере и к нашему общему желанию провести лето в идиллии. Это непростительно, и мы обязаны найти виновного. Мы все здесь, чтобы учиться, развиваться, дружить и поддерживать друг друга. Когда кто–то решает написать такие слова, это несет только разрушительную энергию. Мы должны быть едины и заботиться друг о друге. Именно такая атмосфера делает наш лагерь уютным и безопасным. Теперь я призываю каждого из вас отнестись к этому инциденту со всей серьезностью. Мы должны выяснить, кто это сделал! – Все серьёзно напряглись, Антон совершенно не понимал о чём идёт речь и оглядывался по сторонам замечая на лицах старших некоторое удивление и недопонимание, Семён же выглядел невероятно довольным и от этого становилось ещё больше не по себе. – Проведение расследования означает, что это не просто игра, а наша общая ответственность. Если у вас есть какая–либо информация или вы стали свидетелями, пожалуйста, сообщите об этом. Это не предательство, а проявление истинной дружбы и заботы о нашем коллективе. Не оставайтесь в стороне! –Шёпот и тихий гул пошёл по всем рядам детей, абсолютно всех возрастов. –Не нравится мне это,–сказал Рома, он находился рядом с Котом и Бяшей, ему хотелось бы сейчас закурить, но рядом с вожатой так ещё и на площади – это гиблое дело. –Это бред, на! О каком коллективе может идти речь, если мля сейчас все друг друга подозревать будут. –Во–во, это прросто отврратительно,–немного рыча от разочарования говорил Кот. Тем временем Клавдия, поправляя микрофон и улыбаясь глядела на толпу обеспокоенных средних отрядов, младшие уже давно сдали бы друг друга, будь это правда кто–то из них, но виноваты старшие и это было ясно, правда те стояли как восковые статуи, никто ничего не собирался говорить, что невероятно раздражало. –Также я хотела бы напомнить вам о правилах поведения, которые мы установили на нашем общем собрании. Эти правила не просто буквы на бумаге, они являются основой нашего лагерного общения. Каждый из вас должен помнить, что деструктивное поведение, включая оскорбления, ненависть или любой вид насилия по отношению к другим, является недопустимым! Мы здесь, чтобы поддерживать друг друга, а не разрушать. Нарушение этих правил не только приведет к наказанию, но и подрывает доверие между нами. Мы все должны учиться работать вместе, и действия одного человека могут повлиять на всех. Каждый из вас должен осознавать свои действия и их последствия. Я уверена, что вы сможете сделать выводы из этой ситуации и поддержите друг друга в стремлении создать по–настоящему дружную и веселую атмосферу. –Заканчивая, я хочу, чтобы вы знали – ваше поведение важно. Мы все хотим, чтобы этот лагерь стал лучшим местом для каждого из нас, но для этого нужны усилия всех. Не допускайте, чтобы одна проблема разрушила то, что мы с вами строим! А теперь если у вас есть совесть прошу пусть виновник сознается, а иначе танцы будут отменены для всех! –Последнее её слова стали добивающим фактором, поднялся гул который Вожатые были не в состоянии остановить, все хотели выставить хоть кого–то виноватого, дабы спасти вечерний досуг остальных, но это не казалось старших. Те, что чтили лагерные законы и знали их, они продолжали молча стоять дожидаясь пока этот цирк не закончится. –Сегодня без танцев? –Спросила Скрипачка у Принцессы,– и зачем мы только убирались сегодня. –По–видимому, кто–то из средних это сделал либо…–она перевела взгляд на Семёна и тем самым застала не самую лучшую сцену. Антон старясь внимательно рассмотреть всю ситуацию подошёл достаточно близко для того, чтобы здоровяк взял и толкнул его со всей силы вперёд. Петров совершенно ничего не понимая выронив очки вылетел из ровного ряда старших прямиком в центр площади. –Твою же…–сказала Принцесса, прикусив зубами подушечку пальца. –Так и кто у нас? Антон верно? Это были вы? –спросила Клавдия. Блондин стараясь нащупать руками очки начал со всей силой мотать головой в знак отрицания. –Это он был! Сам видел! Проверьте его! –Раздался гогочущий басистый голос Семёна прямиком из толпы. Антон просто не мог ничего возразить, его голос исчез, а слова комком встали в горле, ноги слегка подкашивались, а все из–за того, что сейчас абсолютно весь лагерь на него смотрит, наблюдают и жаждут его смерти. Дмитрий Иванович, покинув отряд подошёл к Антону, Рыжая стояла в стороне и старалась успокоить перевозбуждённый младший отряд. –Прости парень, но надо проверить, ты не против? –Спросил спокойно вожатый, он был в полной уверенности, что Антон не мог этого совершать, поэтому делал для галочки. Вожатые оглядывал парня по сторонам и на своё удивление ему показалось, что он что–то обнаружил,–Петров покажи–ка руки… Ничего не подозревая Антон сделал так как ему велели, Клавдия уже к тому времени подошла, и сама всё увидела. На руках Петрова была белая краска. –А вот и виновник! –С улыбкой на лице заявила Адольфовна,–мальчик ну ты и попал, всего три дня в лагере, а уже такое. –Ч–что, н–но я н–ничего не делал! –Твои руки говорят об обратном! И не смей спорить, когда с тобой говорят старшие. Вожатый же отвёл взгляд от Петрова и перевёл на старший отряд, все были удивлены не меньше, если не сказать, что больше, Рыжая кажется всё поняла и собиралась подойти и всё разузнать, но другая вожатая её остановила. Лишь Семён гоготал стоя рядом с Ильей, который явно не хотел особо кому–то смотреть в глаза. Администраторша вывела Петрова в центр, а сама встала у микрофона. –Дорогие друзья! Я рада вам сообщить, что всё решилось просто замечательно! И благодаря общим усилиям виновник найден. Это был Петров Антон из первого отряда! И благодаря его честному отряду, что не стал покрывать преступника я с радостью могу вам объявить, что танцы будут! –Раздались радостные возгласы и хлопки,–а наказание понесёт только он! Хочу вам ещё раз всех поблагодарить. Казалось, что Антон сейчас разревётся, очки он нашёл, но так и не надел, не хотел видеть смеющиеся рожи детей, что его окружают их радостные улыбчивые лица, пускай они так и останутся смазанной краской. Петров продолжал посматривать на свои руки на которых была действительно белая краска и не понимал, как такое могло произойти, как такой хороший день мог закончиться этим…Тем, что теперь все младшие и средние отряды будут считать его деструктивной личностью, что приносит лишь разращение. Возможно – это действительно просто преувеличение, но дети всегда всё гиперболизируют и куда–то его явно уже не позовут. Слёзы так и подступали к глазам, но комок в горле они так и не протолкнули. Хотелось просто исчезнуть раз и навсегда. *** Рома, Слон, Кот и Бяша сидели в беседке напротив большого корпуса на фасаде которого красовалась большая надпись: «АДОЛЬФОВНА – СТАРАЯ ОНДАТРА», – что была написана белой краской. Антон совершенно один с губкой и тряпкой оттирал её, то и дела о чём–то молча думая. –Это был Свинья–сказал серьёзно слон. –К гадалке не ходи, по–моему, и так очевидно,–ответил Рома. –И почему он так прристал к Антону? –По–моему очевидно, он новенький над ними всегда издеваются. –Над тобой Рома не издевались! –Когда я был новеньким тебя в лагере вообще не было. –В любом случае! Я хочу ему помочь, он же всё–таки мой сосед, но как… –Забудь Кот, ты и так уже достаточно помог ему всё рассказав. –Ром, на! Это только тебя волнует,–возразил Бяша. –Потому что если бы не волновало, всё давно развалилась бы к чёртовой матери! Вы посмотрите хотя бы на средников исключая пару человек, остальным абсолютно плевать на традиции. –Ром, это понятно,–басисто ответил Слон,–душа лагеря другая, возможно Антон вообще последний «сломанный», что оказался тут. Других не зовут,– в ответ Пятифанов лишь цокнул языком. –Ну Свинья конечно сделала своё дело, на! Написать такое, потом запачкать внизу ручку, а потом и вовсе вытолкнуть, вот те на! Бляха от ремня. –С ним всегда пррроблемы. –И что ты предлагаешь убить его?–Без шуток сказал Рома и все замолчали, а Слон значительно напрягся. –Ты что такое говоришь, совсем из ума вышел? –Я просто озвучиваю один из очевидных вариантов, мля, я вообще не понимаю, что вы хотите, мы не можем запретить ему приезжать в этот лагерь. С учётом, что он действительно сломанный и у него ив правду только тут друзья. –А во внешнеке, на там звиздец я с ним учился. –О внешнеке не говорим. –Само собой,– шепеляво ответил Бяшка. –Ну так и что делаем,–решил спросить ещё раз Слон, смотря на невольного лидера старших. –Ничё не делаем, я уже вам говорил, Антон немаленький сам сможет разобраться со своими проблемами…нет даже не так,–парень поднялся,–он обязан разобраться со всеми проблемами. –Так мы прримем его?–спросил Кот в ответ Ромка лишь улыбнулся и пошёл дальше, подзывая к себе Бяшку. –Вы куда? –В могильник у нас там дела, давайте, снюхаемся вечером,–помахав рукой Игорь побежал за Ромкой. Слон и Кот продолжали наблюдать за Антоном, к которому было запрещено подходить вожатыми. Сегодня он был наказан и после уборки остаток дня обязан был провести у себя в домике и соответственно пропустить все танцы. –Мы ведь это так просто не оставим? –Рразумеется нет! *** Время подходит к вечеру. На улице заметно начинает темнеть и все дети радостно идут с ужина в свои домики дабы подготовится к вечерним танцам. Всеми силами активистов лагеря была украшена площадь, принесена аппаратура. На деревьях были развешаны гирлянды и выставлен искусственный свет. Вожатые сопровождали своих юных подопечных и одновременно наблюдали за всей остановкой, для них танцы никогда не являлись отдыхом. Скорее напряжённое событие, в котором кто–нибудь да наровяться сбежать, что–то сломать или с кем–то поссорится. Дети же радостно примеряют свою парадную одежду и жаждут музыки. Если младшие были рады любому событию, то в настроение средних входят комплексы и сомнения, мысли о том: «Как я выгляжу? Как же всё это глупо, не хочу ничего делать. Лучше бы дома сидели»,–оно и понятно, но когда танцевать начнёт один, остальные как по цепочке потянутся. По всему лагерю загорелись оранжевые, тёплые фонари, что создавало невероятную уютную атмосферу, а дополняло эту теплоту, слегка прохладные вечерний ветерок. Сегодня все были счастливы, ведь сегодняшний день был можно сказать официальной отправной точкой в это незабываемое лето. Первое лагерное мероприятия именно с него всё начнётся и лагерным мероприятием всё и закончится. Каждый это понимал и предвкушал, завтрашние и последующие события в которых произойдёт много нового, они испытают целую перечень эмоции и проживут свою новую маленькую жизнь. Всем без исключения, даже Антону, что сейчас находиться взаперти и может лишь с окна наблюдать на несколько деревянных домиков соединённых каменной тропинкой. У Петрова в руках был его дневник в которую вылилась вся обида и злоба за сегодняшний день, уже было неважно, что произойдёт дальше, внутри чувствовалось некое опустошение, даже говорить особо желания не было. Парень просто лежал на кровати и думал о том, как бы уснуть, чтобы очутится поскорее в новом дне. Правда уснуть не позволяют воспоминание как на него все смотрели, ведь именно его выставили козлом отпущения, он подставил под угрозу сие долгожданное мероприятие, да даже если и не он, все всё равно не поверят. Блондин посмотрел на свою руку, краска оказалась на ручке, так его и толкнули на съедение гиенам, всё оказалось до банальности просто и почему он раньше ничего из этого не заметил? Может получилось бы избежать? Хотя навряд ли Семён придумал ещё тысячи и один способ как унизить Антона и это неизбежно. Остаётся лишь сжать кулаки и терпеть или же сбежать, да побег…уехать из лагеря обратно. –И снова эти чёртовы мысли, сколько уже можно,–сказал Антон вслух и услышал стук в окно, что конечно же испугало и даже слегка заставило его опешить. Собравшись с мыслями и сжав кулаки, блондин подошёл прямиком к окну. За окном стоял Кот, Слон и Сказочник, последний радостно махал рукой и явно намеривался кинуть ещё один камень, но Петров успел быстрее открыть окно. –В–вы чего? –Пришли тебя спасать принцесса,–сделал поклон Сказочник и тут же получил подзатыльник от Слона, а тот видимо не рассчитал силу и плюхнулся лицом в землю,–ой, больно… –Прости. –Паррни вы чего? Мх, Антон вылизай, мра, и поскорее! –Улыбчиво сообщил Кот. –М–мне ребят з–запретили и боюсь вы проблем не наберётесь. –Да забей ты на них, мы же тебя зовём! Верно ребят? –Да,–кратко ответил Слон. –Тебе судьба благоловит оказаться на танцах,–отряхиваясь продолжил Сказочник,–ну давай же у нас мало времени. –Я в–ведь могу просто в дверь выйти. –Ну так не интересно! –Слон молча потвердел слова Кота. –Окно, окно! Мы же уже пролазили, какой это побег будет если ты просто выйдешь через дверь. –Шухер, Рррыжая,–сказал парень и тут же бросился в ближайшие кусты, примеру же последовал лысый парень, а вот кудрявый продолжал стоять. –Давай, вылазь всё но….эй куда, мммм,–широкая рука Слона закрыла рот странному пареньку и потянула за собой в кусты. Антон же, увидев, что вожатая действительно направлялась в его сторону закрыл окно. И сел на своё место, стараясь стереть из памяти ту забавную сцену, что он наблюдал только что, она казалось такой мимолётной, но при этом такой значимой ведь они пришли за ним, невзирая на запреты, рискуя своим положением…и ради чего? Чтобы вытащить глупого, зажатого и одинокого паренька в круглых очках? Дверь открылась и вожатая посмотрела на Антона в её голове пробежала какая–то мысль, но она была не важна ведь тут же испарилась в эхе её слов. –Антон, я знаю, что ты это не сделал,–она посмотрела на него тяжело вздыхая,–все мы знаем, вот только без доказательств мы бы не смогли найти преступника, а… –Всё х–хорошо. –Нет, не хорошо, это как минимум не честно, ты не должен ради блага других сидеть тут, но мы правда не можем повлиять на её решение, держи, это конечно не компенсация, но я думаю хоть немного поможет,–она протянула небольшой кулёк с конфетами, а затем краем глаза заметила кудрявые пряди, который за мгновение исчезли, словно их носителя куда–то затянула. На лице невольно появилась улыбка. –С–спасибо, не стоило в–всё хорошо. –Надеюсь на это Антон, не против как–нибудь поговорить? И всегда обращайся ко мне за помощью. Правда, ты наверное считаешь меня плохой вожатой, раз я не с вами постоянно, но такой устой в этом лагере, но то что я не с вами, это не значит, что я не могу вам помогать. В общем если что всегда можешь обратиться ко мне за помощью, хорошо? –Антон лишь кивнул, а Рыжая сделав вид, что не заметила непрошенных гостей попрощался и направилась обратно в сторону танцев. Вскоре окно вновь отворилось и увидев выползающих своих спасителей, Петров не задумываясь вышел в окно. Благо маленькое расстояние от земли не сулила никакой проблемы. И так они вчетвером направились прямиком на танцы. В тот момент Антону было действительно радостно, он улыбался, он чувствовал странное ощущение дружбы? Да, точно, то ощущение которое угасает с возрастом… Вечерний воздух был пропитан запахом сосен. Небо, затянутое глубокими синими тонами, было усеяно звездами. Музыка, пульсирующая в ритме современных хитов, доносилась от колонок, установленных на деревянном подиуме. Свет гирлянд отбрасывал яркие пятна на листву деревьев. Девочки, в ярких платьях и с блестящими заколками в волосах, верещали от радости, кружась в центре танцпола. Мальчики, в расслабленных футболках и с уверенной походкой, щеголяли перед девочками. Некоторые сидели на скамейках по краям площадки, смеясь и общаясь, наблюдая за танцующими. Среди них даже были видны знакомые, правда Скрипачку Антон глазами так и не отыскал, да и времени не было, друзья подталкивали его всё дальше. Пока в какой–то момент они не покинули танцевальную площадь и не направились к выходу. Охранник как всегда спал, а все вопросы Антона другие игнорировали, они не слушали его из–за чего было немного некомфортно, как и такой побег из лагеря особенно ночью, но блондин не знал что ему дальше делать, он не хотел сейчас сбегать и бросать их. –Ну всё ребятки, теперь он сам,–сказал Сказочник и остановился. –Ты уверен? –спросил неуверенно Кот. Слон же молча стоял уже позади. –Ну разумеется нет! Для меня это всё абсурд, но на правах уважение к «выпустившимся», мы должны послушать его. Всё–таки обещали. –Р–ребят о чём вы и г–где мы?–Антон оглядывался по сторонам было действительно немного страшно, ведь стояли они на небольшой тропинке посреди леса, да конечно справа от них виднелись ворота и сразу было понятно, что они скорее ходили вдоль забора нежели леса, но тем не менее пугающий лес был слева и так манил. –Послушай парень, тебе просто нужно будет сделать выбор, иди прямо и всё поймёшь, дальше ты должен сделать это сам. –Ч–что именно? –Принять решение глупышка, ну разумеется принять одно из важнейших решений в твоём пребывание тут. Просто дам совет, иди прямо, чтобы не случилось. Антон боялся, ему не нравилась сама идея идти прямо по тропинке, что идёт уже через лес. В полном одиночестве, он хочет сбежать, вернутся обратно, они просто издеваются над ним. Сейчас он зайдёт, а они уйдут и всё нет мальчика по имени Антон, его нету. Правда и сбежать они не дадут – это видно по лицу Слона, что выглядел очень серьёзно, впрочем, как и всегда. Кот стоял в стороне, а Сказочник, достав из кармана импортную зажигалку «Zippa», зажёг её и протянул. –Погаснет свет, и тьма поглотит тебя,–улыбчиво и спокойно сообщил ему кудрявый парень и толкнул в спину, – а и не оборачивайся, а иначе призраки прошлого поглотят и это даже не шутка, так дети пропадают. Удачи,–последние его слова и слышны шаги, они уходят. «Всё–таки подставили, бросили одного ещё и такую глупую задачу дали»,–Петров двинулся, страх сковывал и не позволял повернутся, как и потушить единственный источник света. Тропа извивалась между стволами, их корявые корни прорастали сквозь землю, словно скелеты гигантских героев прошлого, великанов. Ветви деревьев переплетались в непроходимую крону, затемняя и без того мрачный лес. Воздух стоял тяжелый, сырой и холодный. Антон чувствовал на себе взгляд, не видимый, но ощутимый. Словно сотни глаз следили из глубины леса, из тени деревьев и из–за корней. Они не двигались, но он ощущал их присутствие, чувствовал их зловещее внимание. Листва деревьев шелестела на ветру, создавая странные звуки, похожие на шепот или хихиканье. Останавливался, прислушиваясь, но звук пропадал, как только движение прекращалась, из–за этого парень ускорил шаги, дабы поскорее закончить это всё, но блуждающий огонёк в руках не позволял бежать. Если этот единственный источник света пропадёт, он ведь действительно исчезнет, раз и навсегда, позади даже казалось, что кто–то следует. Руки дрожали и потели, а вместе с этим и огонёк так и наровился выскользнуть. Вокруг стояли глубокие и темные щели, которые казались глубокими, как пропасть. Не смел вглядываться в них, потому что не хотел видеть то, что там скрывалось. Воздух резко начал пахнуть гнилью, плесенью и сыростью. Чувствовалось, как влажность проникает в кости, словно пытаясь поглотить изнутри, размягчить их, дабы этому живому организму было проще переварить остатки мальчика по имени Антон. В глубине леса раздавались странные звуки, похожие на стоны или вопли. Пока в конечном итоге не послышались знакомые голоса. –Ха, да он неудачник, ничего не сможет,–говорил один одноклассник. –Эй, я сказал на колени, ты чё не понял,–грозно зарычал следующий зверь прошлого. По щекам полились слёзы. –Хахаха, я устрою тебе ад в этом лагере, вы посмотрите на него, посмешище, надеюсь ты хорошая игрушка для битья,–заявил уже Семён. –Я разочаровано,–неожиданный женский голос матери,– я думала хотя бы с учёбой ты справишься. –Где дневник…что ты сделал? Антон, я тебе разве не говорил, что спички детям не игрушка?!–Срываясь на крик сказал отец,–посмотри на свои пальцы! –Разве таким я тебя воспитывала... –Ты об Оле то подумал? А если тебя кто увидел? Подумают же, что старший брат псих! Ей же жизни не дадут. Так, где ремень. –Думаешь с ним всё нормально? –Да куда он денется. –А не жёстко ли смывать его вещи? –Ты чё к нему хочешь присоединится? Поделом ему, может расплачется и свалит из школы. –Тц, опять проиграли из–за того, что он с нами. А ты чо смотришь, катись к чёрту! Ноги подкосились, а зажигалка потухла. *** –И зачем ты ему наплёл про «грехи прошлого», тьму и зажигалку? –Спросил Слон, они уже втроём были на танцах,–любишь ты запугать, он глядишь и поверит. –Да пускай верит, это же хорошо,–улыбнулся Сказочник, потянувшись на скамейке,– если он поверит – значит будет видеть в лесе угрозу, придумывать себе всякие страшные вещи. Проще говоря использовать фантазию, а это значит он не разучился ещё быть ребёнком. –У тебя омерзительная логика,–сказал Кот, переводя взгляд на толпу,–надеюсь с ним всё норрмально. –Да куда он денется, всё–таки он сломанный, тут ему самое место,–подмигнул Сказочник,–и вообще, чего вы такие тухлые? Давайте танцевать! –Крикнул парень и пошёл в самый центр импровизированного танцпола. –Знаешь, Кот, иногда я задумываюсь, почему мы его ещё в прошлую смену на плот Колумба не привязали и не пустили по реке,–неожиданно заявил спокойный Слон. –Э–эй! Ты мр, чего?–немного опешил парень, а потом улыбнулся когда понял, что это была лишь неудачная шутка,–а возможно ты и пррав…принесёт же нам эта смена проблем. *** Ноги Антона принесли к концу тропинки, которая заканчивалась у небольшого спуска к реке. Глаза были все красные, а зажигалка отправилась прямиком в карман. Дорога была недолгая, но длилась словно вечность. Хотелось уже просто упасть, но вместо этого парень лишь приподнял глаза. Ночь приносила слабый ветерок, а поверхность реки отражала звёздное небо, которое выглядело совсем иначе нежели голубое покрывало со звёздочками у него дома. Полная луна, висевшая над верхушками деревьев, отбрасывала на воду серебряный свет, заставляя реку искриться. Лес, окружающий реку, словно отступал в сторону, давая пространство ночному пейзажу. Темные силуэты деревьев на противоположном берегу рисовали на небе нежные черные штрихи. Воздух был пропитан запахом влажной земли, сосновой смолы и цветов, которые только ночью распускают свои лепестки. Петров вдохнул глубоко, впитывая в себя этот аромат, и закрыл глаза. Тишина вокруг была просто невообразимая. Лишь звук медленного течения реки и щебетание ночных птиц нарушали тишину, создавая нежную мелодию о мире и спокойствии. Блондин открыл глаза и снова посмотрел на реку. Отражение луны на воде казалось ему живым существом, которое дышит и переливается в такт с ночным ритмом природы. Время медленно тлела как сигарета, незваного гостя рядом, хотя можно ли его назвать незваным? Всё–таки – это именно, Антон ворвался в его личную меланхолию. Рома сидел на берегу реки в полной тишине и смотрел на водную гладь, Антон не решившись разрушать эту идиллию, вытерев слёзы и поправляя свои очки сел рядом опустив ноги в прохладную траву, захотелось даже снять обувь с носками, но страх насекомых оказался сильнее. Снова страх... –Почему не убежал как всегда? –Гром слов, что нарушил это полотно. –Н–незнаю… –Необычный у нас лагерь, да?–сделав затяжку задал риторический вопрос. –В д–других не был. –По тебе заметно, как и заметно, что ты такой же как и мы только почему–то все ещё не принял тот факт, что тут всем плевать на твоё прошлое. –Я п–понимаю…–его перебили, спокойным голосом. –Нет ты не понимаешь. Понимал бы переставал себя вести как из вне. Прекрати быть тем, кем ты был раньше. Тут твоя новая жизнь, я не мастер речей или нечто такое, поэтому скажу прямо,–он усмехнулся и выпуская клубки дыма продолжил,– в этом месте твой последний шанс изменить себя полностью и начать с чистого листа, а потом уже решить кем ты хочешь стать. –Н–но я это ведь и так я. –Ты был собой когда оказался в кружке радиотехники. –О–откуда? –Не бери в голову. Главное то, что тогда ты был действительно собой, а не тот образ, что сыпется с каждым днём. Тут ты можешь быть полностью собой и плевать, что о тебе подумают, ты их всё равно больше никогда не увидишь. Это лето – твоя последняя возможность побыть ребёнком, возможность не думать об ответственности и отправится в приключение. Дальше тебя ждёт взрослая жизнь,–он почесал затылок, – а там либо ты станешь скучным взрослым, либо сохранишь в себе частичку ребёнка, которую ты так пытаешься подавить. Конечно процесс не быстрый и я не совсем уверен, что ты успеешь к концу смены, но всё же хотя бы маленькие шаги, можно уже начать делать здесь и сейчас. –Я…–почему–то стало некомфортно в собственном теле, а Рома же в свою очередь докурил. –Подумай хорошо, готов ли ты собирать из сломанных кусков ту версию себя которую именно ты хочешь, а не другие, или же продолжишь плыть по течению в надежде на лучшее? – Он поднялся и посмотрел в глаза блондину протянув руку, –готов ли ты начать свою жизнь заново? Антон, смотрел в глаза Ромы, но был уже не тот, он утопал в своих мыслях, как в русле реки, опускаясь на самое дно. Совсем как тогда на площади. «Я уже три дня здесь, в этом лагере, но всё равно никак не могу избавиться от этой чертовой привычки – сбегать. Сбегать из лагеря, сбегать от мыслей, сбегать от себя самого. Что же меня так беспокоит? Что я все время пытаюсь забыть? Школа была моим первым “лагерем”, только не с кострами и песнями, а с издевательствами и насмешками. Я тогда не понимал, что быть “отличником” не значит быть “лучшим”. Для них я был “не такой, как все”, “неинтересный”, “тихий”, а значит, “мусором” о котором никто не будет беспокоиться. И эти ярлыки приклеились ко мне намертво, как невидимые цепи. Холодные усмешки, смятые тетради, одинокие обеды – это было моё каждодневное мучение. Я сжимался в себе, стараясь быть незаметным, не слышным. Сбегать из этого кошмара хотелось каждую минуту. Но куда? Дом не стал убежищем. Родители были слишком заняты своими проблемами и Олей, чтобы замечать меня. В их глазах я был просто тенью, незаметным пятном на их картине жизни. Они не пытались понять мой страх, моё одиночество. Никогда не пытались компенсировать холодные стены школы теплотой дома. Их «безразличие» было самым жестоким издевательством. И я сломался. Не физически, а морально. Внутри меня растёкся страх, как ядовитая жидкость, охватывая всё моё естество. Со временем утратил веру в людей. И что по итогу? В очередной раз я сбегал от мира и от себя самого. Теперь я здесь, в этом лагере, где никому не интересна моя история. Здесь важно лишь умение постоять за себя и свои интересы, начать жизнь заново, но я же слабый… Я не уверен в себе. Я сбегаю от всего, что может причинить боль, хотя в глубине души знаю, что бегать вечность у меня не выйдет. Эта тень из прошлого будет преследовать меня всегда. Она делает меня слабым, бесхребетным, неспособным стоять за себя, но может быть я могу изменить это? Могу научиться бороться? Могу сделать свою тень своей силой? Мысли о побеге не пропадают, но они стали менее яркими. Я все ещё слабый, но у меня есть желание измениться. Я хочу вырваться из оков прошлого, хочу начать жить заново. В этом лагере я не найду ответы, но может смогу найти себя? И я не сбегу. Я буду бороться. Переступлю через себя. Ведь где мне ещё дадут возможность начать всё с чистого лица? Где если не здесь? Повторюсь, тут всем плевать на меня и мою жизнь до этого, в этом месте я смогу найти в себе силу начать сначала и что же мне остаётся? Протянуть руку и принять помощь? Приготовиться к новому ритму жизни? Постараться забыть себя и построить заново? А смогу ли я? А узнаю ли я на это ответ? Конечно нет, если не попробую и сейчас мне нужно перешагнуть через себя и решиться, один раз. Один единственный раз не сбежать, а просто согласится на чужую помощь». И зажмурив глаза Антон протянул и пожал руку Роме, что смотрел на сомневающегося парня с небольшой, но довольной ухмылкой. Так и началась его смена в этом необычном лагере, что станет для него возможностью измениться, раз и навсегда.