Глава 15. Белое платье

Каково было удивление Киры, когда она узнала, что Диана не присмотрела себе даже свадебное платье. Лишить себя торжества, гостей и подарков – это уже был нонсенс. Но тот факт, что она лишила себя главного женского свадебного достояния – белого платья с фатой, это ее просто повергло в шок. Порывшись на чердаке, она достала свадебное платье, которое надевала еще ее матушка в день ее бракосочетания. Оно оказалось на Диане великовато и нуждалось в ловких хозяйственных руках. － Кожа да кости, это же ненормально! – Причитала женщина, рассматривая здоровое платье на хрупком теле девушки, – надо что-то делать же с этим! Диана стояла посреди комнаты, утопая в выцветшем тряпье. Все ее тело было напряжено, как струна. Она, затаив дыхание, наблюдала за каждым движением свекрови. Девушка казалось, в любой момент она может воткнуть нож в спину. Но сейчас она вряд ли это сделает – побоится испортить платье. － Откормить тебя не успеем... － тетя Кира схватила подол платья обеими руками, – не хочу портить платье, но из-за тебя придется это делать. Будем подшивать. Снимай давай, вечером к тете Марте пойдешь, она тебе подошьет. Диана стала медленно вылезать из балахона. На ее полуголом теле было множество ссадин и побоев. Она знала каждый из них. Помнила, как именно она получила эти трофеи. Белоснежные руки были расцарапаны шипами роз, ладони покрыты мозолями от постоянной работы, плечи и шея покрыты синяками. Хрупкое тело было испятнано, словно в грязи. Тетя Кира заметила это и прикусила губу. Пока Диана осторожно складывала платье в чехол, женщина принесла ей белую водолазку и отдала в руки: － Надень, как пойдешь. Под вечер холодно. И не снимай, желательно. Продует – заболеешь. Невеста с соплями нам не нужна. Свекровь вышла из комнаты, а Диана быстро надела водолазку и белые брюки. Совершая любое движение, она прислушивалась ко всему, что происходит вокруг. В любой момент что-то могло произойти, она была в этом абсолютно уверенна. － Давай поедим, потом пойдешь. – свекровь крикнула из кухни. Девушка, немного подумав, взяла в руки чехол с платьем и отправилась к выходу: － Нет, я не буду. Я пойду сразу. － Подожди… Услышав, что тетя Кира пытается догнать ее, она ускорилась, и в панике выбежала из дома, захлопнув за собой дверь. На улице пахло вечерней свежестью. В темно-синем небе уже проглядывались ранние звездочки. Диане некогда было наслаждаться видами, она как можно скорее желала уйти со двора, пока ее не остановили. Сердце забилось чаще, а дыхание перехватывало. Она бежала, спотыкаясь, схватившись обеими руками за чехол с платьем, пока не выбралась на улицу. Та шла по улице и все время оглядывалась. Преследователей не было. Но все равно ее не покидало чувство, будто кто-то пристально за ней наблюдает. В сумерках ей казалось, что каждый куст вокруг нее дергался, пряча в себе недоброжелателя. Во дворах, мимо которых она проходила, то и дело лаяли собаки. А высоко в небе, около верхушек высоких тополей, кружили грачи. Солнце давно утонуло за горизонтом и на небе восседал только бледный диск луны. － Не страшно идти одной? – Раздалось над ее левым ухом. Она отпрыгнула в сторону, громко завизжав. На том месте, где она только что была, стояла Мария и обхохатывалась. － Мария, черт возьми! – Диана топнула ногой. – Ты напугала меня! Но подруга стала смеяться еще сильнее. Невеста толкнула ее кулаком в плечо и обиженно продолжила свой путь, игнорируя девушку. － Ой, да ладно тебе, я просто пошутила. В ответ Диана промолчала, все еще изредка поглядывая на кусты. Вскоре они дошли до места назначения. Калитка была открыта, их точно ждали. Они вошли в достаточно узкий двор, окруженный виноградной лозой. Ориентиром для них служил одинокий фонарь, расположившийся над входной дверью. － А домик-то какой! – Мария разглядывала окна с резными ставнями, – в два этажа, да еще и с виноградником. Тут бы я пожила. － Все лучше, чем твоя хата на отшибе. Они подошли к двери и постучались. Открыли им не сразу. Через пару минут дверь отварилась, а на пороге стояла низенькая старушка. － Проходите, девушки. – Баба Марта освободила им проход. Диана вошла, а Мария осталась стоять на улице. － С вашего позволения, я перекурю. Марта бросила недовольный взгляд на девушку, но решила промолчать. Мария довольно улыбнулась, иногда ей приносило удовольствие, когда люди всячески давали ей понять о своем недовольстве в ее сторону. Она достала тонкую сигарету и закурила ее. Вкус никотина на языке очищал ее мысли и расслаблял тело. Вдыхая дым, она чувствовала легкое головокружение, а иногда ощущала, как по венам течет кровь. От курения она получала особое удовольствие. Каждая сигарета для нее это некий, отступ, остановка времени. Короткий промежуток, в котором она делает выводы. И не важно, подводит ли она итоги после бурной ночи или же проклинает съемочную площадку за неудачный кадр. В голове мелькнули воспоминания о крайней съемке, которая проходила примерно в таких же декорациях. Она в образе молодой доярки в картине «Добрый молочник». Сигарета резко стала горьковатой на вкус. На девушку напал кашель. Мария отбросила от себя бычок в виноградные заросли. Ей не хотелось вспоминать о работе во время своего заслуженного отпуска. Девушка не спешила забегать обратно в дом. Она еще немного решила постоять и посмотреть на мерцающие звезды. Она даже и не знала, что в этом же дворе, в паре метров от нее, Дамир совершал вечерний обход сада. С металлической лейкой в руках он заливал виноград водой. За своим имением всегда нужно ухаживать. Рано или поздно оно будет принадлежать ему, поэтому бабушка приучала его к хозяйству с самых ранних лет. Она заставляла его поливать виноградники, полоть их. Кроме того они вместе красили забор, смазали дверь в сарае и посадили цветы в покрышки, найденные в сарае. Каждый год они вместе закручивали соленья и юноша спускал их в огромный подвал. Правда, бабушка никак не хотела учить его готовить вино, хотя Дамир очень часто просил ее об этом. Она наотрез отказывалась, утверждая, что это ему в жизни не пригодится. Все, что он мог делать с виноградом, это поливать его лозу. Но Дамир думал не о винограде, а о прекрасном ангеле, которого видел сегодня утром. Надо же, каким же ветром такую красоту занесло в нашу деревню? Или же это просто его разыгравшееся подростковое воображение? Что только не причудится восемнадцатилетнему парню. Вот бы снова на нее взглянуть, или даже познакомиться. Он бы написал ее портрет и вручил ей. Она могла бы и отблагодарить его, например, поцелуем, или чем послаще… Дамир так замечтался, что стал лить воду прямо себе на ноги. Подпрыгнув на месте, он уронил лейку, и та с громом упала на дорожку. Выругавшись про себя, он поднял ее и вновь направился к колодцу. Ну, ничего, ему остались только кусты у дома, и он может идти отдыхать. Набрав полную лейку, парень направился в сторону крыльца. Мария вдохнула полной грудью. Она пробегала взглядом в поисках большой медведицы. А что еще можно делать, когда смотришь на звезды? Будто кто-то знает еще какие-то созвездия. А этот звездный ковшик присутствует на небе всегда. Иногда просто приятно убедиться в том, что он где-то над тобой, висит и смотрит на тебя. Почему в нашем мире привыкли уделять внимание знакам зодиака? Созвездие каждого из них появляется лишь один месяц в году, и не факт, что ты его увидишь. А медведица рядом каждую ночь. Где бы ты ни был, как бы хорошо или плохо тебе не было, он всегда над тобой. Когда у Марии спрашивают, какой у нее знак зодиака, она всегда отвечает – большая медведица. － Мария! – Послышалось из окна. – Зайди, посмотри на меня! Нормально ли все с платьем? Мария закрутила головой и поспешила в дом. Дверь за ней медленно закрылась от легкого дуновения ветра. Через несколько секунд, как она вошла, мимо крыльца пошел Дамир. В его руках была тяжелая лейка, которую он тащил до виноградника. Парня перевешивало на правую сторону. Дойдя но нужного куста, он уронил лейку на землю, слегка расплескав воду. Дамир почувствовал пульсирующую боль в пояснице. Парень стал медленно двигать корпусом по сторонам. Немного размявшись, он бросил взгляд на землю и заметил потухший окурок и вздрогнул. Дамир огляделся, чтобы проверить, нет ли рядом бабушки. Вдруг она заметит и подумает, что это он его бросил. Убедившись, что вокруг никого нет, парень осторожно притоптал его, закапывая в землю. Диана стояла посреди большого зала, стены которого были увешаны крестами и иконами. Белый балахон был закреплен булавками вокруг ее груди и талии. Лишней ткани было много. То ли это мать Киры была настолько объемная, то ли Диана настолько миниатюрная. Возможно, два в одном. И это очень усугубляло ситуацию. Вокруг нее нарезала круги баба Марта в очках и с метром на шее. Она все никак не могла придумать, как поступить лучше с этим платьем. В комнату вошла Марина и закатила глаза. － Что такое? Тебе не нравится? – Диана сама поняла, что задала глупый вопрос. Она была уверена, что это платье не понравится никому, кроме самой тети Киры. Но Мария решила включить актрису. Подойдя ближе, она пощупала пальцами подол платья: － Ну, почему же? Винтаж сейчас в моде… － Аккуратно! – Баба Марта ударила ее по руке. – Сейчас все мне испортишь! Я итак не могу разобраться, что мне с этим сделать. Мария отошла в сторону. До нее долетел еле слышный шепот, звучавший как «прости господи». Это ее позабавило. － А водолазка входит в образ? – девушка заметила на Диане высокий ворот. Та захлопала ресницами, опустив взгляд в пол. － Холодно мне что-то. Знобит. Старушка еще раз оглядела невесту, затем взяла за руку и осторожно подвела к зеркалу. Диана посмотрела на свое отражение в пыльном зеркале, покрытом сетью разводов. Там, по ту сторону стекла, она увидела маленькую, тоненькую девочку, утонувшую в белом тряпье. Такую взъерошенную и забитую. Она не узнала саму себя. Это была совсем не она. Она не этого хотела, не об этом мечтала. Дианы становилось все меньше, а платья – больше. Белая ткань стала разрастаться, наполняя собой все пространство комнаты. Огромный подол мялся, растягиваясь по полу. Широкие рукава, словно змеи, забрались на Марию и бабу Марту и замотали их, будто бинты у мумии. Платье залезло на стены, скрыв все лики святых и медленно добиралось до потолка. Диана продолжала пялиться на свое отражение, пытаясь найти в нем знакомые черты. Ее дыхание участилось, а сердце застучало, словно стиральная машина. Огромное платье окутало ее с ног до головы. Зеркало, в которое она смотрелась, так же утонуло белой ткани. Диана замерла, как испуганный кролик. Ее тело дрожало, как осиновый лист, а на лбу проступил холодный пот. В одночасье из-под ног убежала земля. Она чувствовала, что под ней не было ничего, кроме тканей. Теперь стоять неподвижно у нее не получится. Девушка пыталась схватиться за свое же платье, но все равно не переставала тонуть в тряпье. Она медленно погружалась все глубже, на самое дно. Диана махала руками и ногами, пыталась ухватиться за каждый краюшек ткани, но тот стягивался и сползал вместе с ней. Она перевернулась на спину и чувствовала эту предательски ненадежную мягкость под собой. Свет остался где-то наверху, а она стремительно набирала скорость. Глаза наполнились слезами и Диана начала кричать, но коварная ткань стала заползать в ее глотку. Она лишилась возможности сделать вдох. От этого ей стало еще страшнее. Не переставая падать, она схватилась за тряпье у своего рта и стала его тянуть, но белая лента будто росла прямо внутри нее. Чем больше она вытаскивала из себя ткани, тем больше ее становилось во рту. Она пыталась бороться, но все бесполезно. Ее тело обмякло и стало таким же мягким и легким, как это платье. － Диана! – Кричал кто-то сверху, – Диана! －Диана, что с тобой? Что случилось? – Мария трясла девушку за плечо. Диана стояла посреди комнаты и ревела во весь голос. Она продолжала смотреть в упор на свое отражение в зеркале. Все тело тряслось от страха, но она продолжала стоять на двух ногах. Она не обращала внимания ни на кого в этой комнате. － Пусть наплачется, – Марта продолжала работать с иголкой за спиной невесты, – до венца нужно плакать. После уже нельзя. Так что пусть повоет. － Диана! – Мария не слушала старуху. Она подошла к подруге еще ближе, загородив ей зеркало собой. Девушка осторожно взяла ее за голову и смотрела в заплаканные глаза, – Диана, все хорошо. Я рядом. Диана захлопала ресницами и посмотрела на Марию. Из груди продолжали вырываться всхлипы. В глазах потемнело, и она почувствовала головокружение. Она схватилась руками за плечи Марии и уперлась на них. － Тебе плохо? Может, водички принести? Диана прикрыла глаза и молча кивнула головой. Мария встретилась взглядом с бабой Мартой. Та прочла в ее глазах вопрос «Где?» и указала пальцем в соседнюю комнату. Девушка вздохнула и направилась за стаканом воды. Старушка проводила ее взглядом и только цокнула вслед. На кухне с вертикальными полосами на обоях было все то же огромное количество икон и крестов. Кухня была сама по себе тесная, а огромный стол и куча шкафов только усугубляли положение. Буквально боком пробиралась Мария между мебелью, чтобы добраться до раковины. Она быстро нашла на столе граненый стакан и стала набирать в него воду. Ею тоже овладела дрожь. Давно она не видела никого в таком состоянии. Снова в голове той всплывали воспоминания, как другие девушки во время своих первых съемок нервничали, рыдали и ловили панические атаки. Ей иногда казалось, что некоторых из них затащили против своей воли. Мария пыталась с ними поговорить, но те боялись и ее, словно огня. А те, кто решались на разговор, просто говорили: «Мне нужны деньги». Вода лилась через края стакана прямо ей на руку. Мария выматерилась и закрыла кран. Сделав два глотка горьковатой жесткой воды из-под крана, девушка сдержала рвотный рефлекс и помчалась обратно к Диане. Обессиленный Дамир вошел в дом. Наконец-то водные процедуры закончились и он может отправиться к себе в комнату и продолжить работу над одной картиной, которой дал название «Ангел в розах». Он хотел как можно скорее завершить ее, чтобы при следующей встрече вручить ей эту картину. Вдруг, она ей понравится? Дамир снимал с ног калоши, как вдруг увидел пробегающий в коридоре знакомый силуэт. Огненный силуэт птицы феникса. Вслед за ним послышался нежный аромат кустовых роз. Дамир, забыв обо всем, побежал вслед за ней. Он хотел убедиться, что это точно была она, и никто другой. Проклятый коридор будто стал длиннее в шесть раз. Парень бежал по нему, пытаясь догнать своего ангела. Еще чуть-чуть… Он подбежал к желаемому дверному проему, но встретился лицом к лицу с бабушкой Мартой, выходившей из комнаты. Та вскликнула и выронила коробку с нитками и иголками. － Ты чего здесь насаешься? – Бабушка разозлилась, – Бес тебя попутал… Собери все и живо отнеси наверх. Дамир опешил. Он пытался заглянуть в глубину комнаты, но ничего не разглядел. Бабушка продолжала смотреть на него в упор. － Ты что, русского языка не понимаешь? Я сказала бегом! Парень покорно опустился на пол и стал собирать разноцветные мотки ниток. Старушка не собиралась никуда уходить. Краем глаза он пытался разглядеть между ее ногами, но обзор был ничтожно мал. － Снимай платье, я за ночь пошью. Завтра заберете. – Баба Марта опустила взгляд на Дамира, – ты чего заглядываешь туда? На баб голых посмотреть хочешь? Действительно, что ли, чертяка какой-нибудь залез? Бегом в свою комнату читать молитву Богородице! Дамир собрал все нитки и поднялся с пола. Он снова упустил ее. А если это только показалось ему? Его больное воображение играет с ним злую шутку. Парень медленно стал подниматься на второй этаж, удаляясь в свою комнату. Баба Марта провела его взглядом, перекрестилась и ушла на кухню. Диана выпила стакан воды до дна. Ее лицо все еще горело красным цветом. Она опустила грустный взгляд в пол, слегка наклонив голову вправо. Мария помогала ей расстегнуть платье, не порвав стяжки, сделанные Мартой. Диана выбралась из платья, оставшись в черных трусах и белой водолазке. Мария подала ей цветастую юбку, которую та тут же надела на ноги. Девушка так и не проронила ни единого слова. Мария смотрела на ее спину, и по телу бежали мурашки. Она не понимала, что происходит, и от этого становилось еще страшнее за подругу. － Я отнесу стакан и вернусь. – Мария развернулась и вышла из комнаты, оставив Диану одну у зеркала. Девушка продолжала разглядывать свои черты лица в поисках его прежних черт. Она провела рукой по волосам, пальцами прошла по линии челюсти и схватилась за шею. От этого касания под тканью заныли синяки. Диана осторожно взялась за края ворота и оттянула его вниз, оголив синие пятна на шее. Она дотронулась до одного из них и тут же почувствовала колкую боль. Девушка натянула ворот обратно чуть ли не по самые уши. Сердце снова застучало в бешеном ритме. Она продолжала играть в гляделки со своим отражением. Затем она взялась за нижние края водолазки и осторожно приподнимать. Чем больше она оголяла свой живот, тем больше темно-синих пятен виднелось на нем. Ее тело – словно космос, такое же темное и загадочное. На ней был изображен млечный путь и все соседние галактики. Она не обращала внимания на то, как ее голова слегка подергивалась, а уголки губ поползли в стороны. Она продолжала снова и снова трогать синяки, ощущая жгучую боль. － Диана… － Она услышала чей-то голос за спиной и испуганно стала оттягивать края водолазки вниз. Развернувшись, она увидела, как в дверном проеме стоял Евгений и испуганно на нее смотрел. － Диана, что это? Откуда они у тебя? – Парень стал подходить ближе. Она испуганно захлопала глазами. － Ничего такого… Упала… Не обращай внимания. Евгений затаил дыхание. Он схватился за правый локоть и отвернулся. Его охватила паника. Колени задрожали, и он никак не мог их контролировать. Чертова неизвестная рука вновь схватила его за горло. Он не понимал, как он должен сейчас поступить? Что ему делать? Ева сказала, что Диане плохо, но он никак не ожидал увидеть на ее теле кучу следов от побоев. Кто это мог с ней сделать? Неужели, это Кирилл? И он собирается что-то просить у него? А что, если он тоже побьет его? Или хуже того, и Еву тоже… Наверное, он должен был подойти к ней, сказать, что она не одна, что он ей обязательно поможет. Они вместе сбегут туда, где будет безопасно, и накажут преступника. Но вместо этого он смотрел в стену, на свою тень. Она была окружена десятком других теней, которые смотрели в упор на него. Ему казалось, что сейчас он обернется, и они снова сделают это…