Часть 22. Завтра так и не наступило

Две пары брюк, рубашка, потертые джинсы, пара старых замызганных кроссовок, несколько футболок, носков, нижнего белья и, конечно же, все то, что Женя носил на себе эти дни. Как просто собирать свои пожитки, когда их практически нет. Застегнув молнию на стареньком сиреневом чемодане, парень ненадолго замер на полу, бросив взгляд в окно. Небо затянула темно-серая пелена. Кое-где сверкали молнии. Ветер гудел, насвистывая в щели старого деревянного окна. Запахло дождем. Надвигалась гроза. Глубоко вдыхая воздух полной грудью, Женя невольно улыбался. В его груди впервые за долгое время зажглось что-то безумно яркое и пульсирующее. Пространство вокруг стало таять, словно воск. Не было ни непогоды за окном, ни этой деревни, ни гнилого дома, ни чердака на нем, ни старой рыдающей бабки на лестнице. － Женя, я тебе еще раз сказала, только попробуй уехать… － сквозь толстый склизкий ком, застрявший в горле, баба Рая пыталась достучаться до внука, － я тебя никуда не пущу, ты меня понял?! Я заперла дверь! Она лежала на нижних ступеньках, не в силах подняться наверх. Евгений ее не слышал. Дверь в его комнату словно покрылась черной слизью, не пропускающей звук. Старушка глотала слезы и не могла прийти в себя. Ее сердце неистово колотилось в груди с тех пор, как внучок решил порадовать ее с утра радостной вестью. － Сейчас придет этот твой Кирилл и я ему уши надеру! Чего удумал? Кто ему дал такое право! Никуда ты не поедешь, ты меня понял?! Внезапно дверь распахнулась и с треском врезалась в стену. В воздухе почувствовался разряд, запахло гарью. － Если ты посмеешь мне помешать, я спалю тебе дом вместе с собой, ты меня услышала?! – бешеный вопль, разрезающий гланды, вырвался из Жени вместе с волной истерики. － Ты старая ведьма! Вы все! Вы все знали, все до единого! А я ничего не знал! Я был с ней до последнего, каждую секунду, когда вы все предали нас, отвернулись и отказались. И ты была самая первая. Как ты посмела скрывать от меня мою мать? － В чем я виновата?... – Рая схватилась за грудь, － Что не сказала о том, что твоя мать проститутка? Что моя дочь так стремилась сбежать от меня, что была готова на что угодно, чтобы греть свою задницу рядом с высшим обществом? Тьфу. Что ее схватили в подворотне и там же забили до смерти?... Из дверного проема показалась лохматая голова Маленького мальчика. Его лицо было красным от гнева и мокрым от слез. Он встал двумя ногами на огромную деревянную ступеньку, словно на сцену, и стал вопить: － Ты не смеешь так о ней говорить! Она делала это ради нас! Ради меня… － Евгений умолк. Его тело словно отказало ему и отключилось. Он рухнул на деревянный пол и стал издавать звуки, подобные всхлипам и крикам одновременно. Осознание пришло, словно копье, пробившее его грудь насквозь. Его мать творила ужасные вещи. Но только зачем? Зачем она пошла на такую жертву? Они могли жить вместе с бабушкой и ни в чем не нуждаться. Евгений посмотрел на бабушку. Он никогда не видел ее такой растоптанной. Его сердце заныло. Неужели она права? Мама сделала это по своей глупости? Парень медленно поднялся на ноги. Рая продолжала умоляюще смотреть ему в глаза. Он уже готов был в слезах просить ее прощения, но в голову словно впустили яд, вновь отравивший его мысли. － Зачем ты мне столько врала? Я несколько дней провел в квартире, ожидая ее, когда пришла ты. Ты убеждала меня, что мама обиделась на меня, что она напилась таблеток и лежит в больнице. – Женя сжал кулаки. Бабушка спрятала лицо в ладони, － Когда я хотел поговорить с ней, ты меня не впустила. Когда она умирала, ты не пустила меня с ней попрощаться. Когда ее хоронили, ты даже не взяла меня на похороны! Как ты посмела лишать меня матери? Из-за тебя я не смог в последний раз сказать ей, что люблю ее! А теперь завела меня в это болото, чтобы я гнил так же, как гнила и ты всю свою жизнь. Кто ты такая, чтобы так поступать? Старушка подняла глаза, и побледнела. Рядом с маленьким мальчиком стояла женщина с черными волосами. Она обнимала его за плечи. Ноги Раи почувствовали холод. Обернувшись, старушка увидела, как по колено погружена в черную холодную воду. Всхлипнув, она зашептала: － Что я должна была сделать? Я не хотела, чтобы ты все это видел. Я просто хотела защитить тебя от этого. Хотела, чтобы ты помнил маму не такой, какой она стала… － Поэтому ты заставила меня думать, будто она бросила меня? Баба Рая не знала что ответить. Она схватилась за голову, и продолжала реветь. Вода поднималась все выше и выше. Ее тело сводило судорогами от холода. Она подняла голову, пытаясь забраться выше хотя бы на несколько ступенек, но увидев то, что было выше, лишилась возможности двигаться. На самой верхней ступеньке все еще стоял маленький Женя с большими добрыми голубыми глазками. Тот, которого она помнила когда-то. Тот Женя, который уехал от нее несколько лет назад и не навещал ее. Тот Женя, за которым она спешила в тот роковой день. Она хотела как можно скорее забрать его, такого маленького, доброго, наивного и беспомощного. Он стоял и смотрел на нее. Его глаза были полны слезами. За ним стояло то, что она увидела в той квартире, когда приехала на всех парах из деревни. Он забился в угол своей комнаты вместе со своей собаченкой и ревел. Она понимала, что нужно будет сказать внуку, что произошло, хоть и знала, что он уже все понял. Тощий, растрепанный и агрессивный переросток. Ярость в его синих глазах была совсем не той, что она помнила. Сжимая кулаки, он грозил накинуться на нее и разорвать на куски. А за его спиной, среди пылающего в кроваво-красном огне дома стояло огромное существо. Огромное мускулистое тело иссиня-черного цвета, а на его плечах бычья голова с огромными рогами и пылающе-красными глазами. Обеими руками он держал шею Евгения и сдавливал. Рая хотела крикнуть ему, чтобы он бежал, но не смогла. Голова ее полностью ушла под воду, она не могла сделать и вдоха. Ей оставалось только наблюдать, как Евгений берет за шею маленького Женю и начинает его душить… Все вокруг поглотила тьма. Всепоглощающая и абсолютная. Она лишила любой видимости и слышимости. Никого и ничего. Пусто. Что есть пустота, отсутствие чего-либо? Ничего. Просто ничего. Мир вокруг нее полностью исчез. Бесконечное черное пространство. Девушке казалось, будто бы она потеряла зрение, и передвигалась на ощупь. Она трогала темноту, которая была одинаково холодной. С каждым новым касанием она слышала вокруг себя жуткий визг, который нарастал все больше и больше. Во рту чувствовался привкус крови. Органы внутри нее превратились в фарш. Она уже не чувствовала никакой боли. Диану лишили даже ее. － Диана! Ты не можешь потише? Я не могу заснуть. Диана ничего не слышала. Она продолжала изучать новый мир на ощупь. Ее рука потянулась вперед и на кончике пальца она почувствовала что-то безумно холодное. Что-то кольнуло ее в руку, да так сильно, что темнота залилась белым светом, а визг оглушительным криком. Она сжимала руку сильнее и свет становился все ярче. Не выдержав, Диана отпустила находку и та со звоном упала на пол. Девушка увидела перед своими ногами металлический нож, с пятнами ее крови на лезвии. Аккуратно подняв ее, она резко почувствовала, как ее душу что-то наполняет. Что-то острое, холодное. Гнев. Злоба. Ненависть. Этого никто у нее не отберет. － Диана, ты меня не слышишь? Внезапно она стала чувствовать чье-то присутствие в ее пустоте. Этот кто-то очень громко дышал. Дышал так живо, полной грудью. Это раздражало девушку до костей. Она смотрела на отражение своих глаз в лезвии ножа и глубоко дышала, пытаясь себя успокоить, но противный храп резал ей слух все больше и больше. Тишина нарушена. Надо срочно убрать все, что ей мешает. Срочно избавиться от всего лишнего, что мешает ее абсолютной пустоте. Сорвавшись с места, она бегом направилась искать того, кто присутствовал рядом с ней. Этот кто-то катастрофически не вписывался в ее новый идеальный мир. Мир, где нет боли, страха и страданий. － Что тебе надо? – Кира в полудреме присела на кровати, как только девушка вошла в комнату. － Что это у тебя?... Господи… Что ты… Тишина. Ей нужна была только тишина. Для этого нужно сделать только одно. И вскоре тишина настала. Такая теплая, как и жидкость на ее руках, заменявшая кровь в сердце старой ведьмы. Черная жидкость, которая пропитала каждого жителя этой деревни. Каждое дерево, каждый куст и каждую травинку. Даже солнце было создано из этой смолы. И имя этой грязи лишь одно – грех. Грехи, в которых тонет это место, такие тягучие, пропахшие никотином и золой. Все давно в них захлебнулись и погибли. Теперь пришла и очередь Дианы. *** Черный автомобиль стоял у калитки в ожидании последнего пассажира. － Ты все-таки берешь его с собой? – Мария поправляла рыжие кудри, наслаждаясь собой в зеркале заднего вида. － Что, жалеешь, что мы не берем того сопляка, который рядом с тобой вчера весь вечер крутился? Девушка бросила неодобрительный взгляд на Кирилла. － Ну да, нужно было взять твою женушку, для полноты картины. Хорошее бы вышло групповое кино. Кирилл рассмеялся. Мария слегка подалась вперед, сверкая своими зелеными глазами. Кирилл не выдержал и прильнул к ней. Девушка одарила его коротким поцелуем и отстранила от себя одной рукой. Вскоре калитка распахнулась и на улицу вышел Евгений с небольшим чемоданом в руках. Открыв заднюю дверь автомобиля, он закинул свои вещи и уселся следом. － А где бабушка? – Кирилл обернулся к нему, － она не станет тебя провожать? － Она никогда никого не провожает… Не имеет такой привычки. Парень выглянул в окно и увидел во дворе дома белую собаку на крыльце, внимательно наблюдающую за происходящим. － Ее точно нельзя забрать? – С дрожью в голосе спросил Евгений. － Нет, с ней слишком много проблем у тебя будет. Здесь ей будет легче. Женя промолчал, скатываясь по сиденью, пока его голова полностью не скрылась за дверью. － Значит, трогаемся! – торжественно взмахнула руками Мария. Фары блеснули, машина быстро умчалась от калитки. Чапа пулей метнулась за ней, но та оказалась куда быстрее. Рая проводила ее взглядом из окна кухни. Опираясь на левую руку, она молча разглядывала заросший палисадник. Он был безжизненный, как ее правая рука. Никого. Теперь точно. Как ни старалась быть всем нужной, все равно осталась одна. Ни детей, ни внуков. Умрет, и похоронить некому будет. Остается только самой лечь в могилу и тихо ждать, когда сердце остановится. Столько лет она провела в одиночестве. Она надеялась, что внук закончит эти адские муки, но он снова сбегает от нее. Второй раз она это не стерпит. Ей ничего не остается, кроме одного – смириться. Машина мчалась между бесконечными еловыми деревьями. По радио играла музыка, которую заглушал не слишком приличный диалог молодого мужа и подруги невесты. Но Евгений не слушал их. Он с замиранием сердца наблюдал на дорогой. Его мысли были заняты только одним – как можно скорее найти могилу матери. Женя бросил вид на боковое зеркало и увидел в нем улыбающуюся Марию. Она была довольна собой. Ничем ни ответив ей, парень продолжил наблюдать за деревьями. Что-то в них явно поменялось. Их стволы стали изломаны, ветви похожи на руки, а у некоторых четко виднелась голова. Евгений встряхивал головой, но от этого только больше видел изломанных людей в этих деревьях. Он посмотрел в противоположное окно, но и там ничего не отличалось. Встревоженный непонятными картинами, Женя хотел спросить у спутников, не видят ли они то же, что и он. Но как только парень взглянул вперед, он тут же потерял дар речи. В машине никого, кроме него, не было. В эту же секунду автомобиль свернул с дороги и врезался в дерево. В ушах дико звенело. Перед глазами была лишь мутная картина. Руки были изрезаны в осколках, а в висках стучала острая боль. Парень пытался медленно прийти в себя. Оглядываясь, он стал вспоминать, что произошло, и поспешил выбраться из автомобиля. Снаружи пахло гарью. Алый закат накрыл небо кровавым цветом. Высокие ели приняли свой природный вид. Не было слышно ни одной птицы, ни лягушек на болоте, ни лая собак. Зато вместо них по лесу бегал противный смех. Тут и там что-то хлопало, топало, трескалось и кричало. Звуки окружали Женю со всех сторон. Ноги спотыкались друг об друга и Евгений несколько раз падал на высохшую траву. Голову продолжала пронзать боль, а в животе заколола тревога. Он совершенно не понимал где он и как здесь оказался. И самое страшное: он снова не знал, что делать дальше. Обернувшись, он не обнаружил разбившейся машины. Никого не было рядом, кроме леса. Дрожа от страха, он кружился на одном месте, пытаясь найди дорогу назад. Но с каждым его оборотом картинка перед глазами полностью менялась. Деревья словно передвигались с места на место, пока он этого не видит. Евгений внезапно замер. Он заметил в стволах деревьев что-то неестественное. Они стали серые и поменяли свою форму. Не сразу он заметил, что эти формы полностью повторяли очертания человеческих тел. Парень стал кричать, что есть мощи. Его голос эхом пронесся по лесу и исчез за горизонтом. － Мама! Мама!... – его тело бешено затряслось, － Чапа! Бабушка! Кто-нибудь! Никого. Только тишина, лес и холод. Женя остался совершенно один среди сотен деревьев, которые смотрели на него. Он чувствовал на себе их взгляд. Они не отрывались от него. － Помогите! Кто-нибудь! – Женя свернулся в клубок, － Ева!... － Что ты плачешь, Женя? – Раздалось над его ухом. Парень отскочил в сторону. Перед ним возникла она. В воздухе запахло гнилой вишней. Тревога сменилась радостью. Она спасет. Она всегда спасала. － Ева! Евочка!... – Он подполз к ней на четвереньках и обнял ее ноги, － Спаси меня, Ева!... － От кого тебя спасти? – Она погладила его по голове своей теплой ладонью. Из лесных глубин стали выглядывать существа. Они слушали их разговор и вот-вот уже были готовы наброситься на бедного парня. － От всех, Ева. Спаси меня от всех. Давай сбежим вдвоем, как мы хотели! Будем жить там, далеко отсюда. Мы поженимся, будем семьей и никогда-никогда не бросим друг друга! Девушка звонко рассмеялась. Именно так, как он любил. － Прости, Женя. – Она отстранилась от него, － ты уже меня бросил. От неожиданности парень рухнул лицом в землю. Встряхнувшись, он испуганно посмотрел на девушку. Парень не хотел верить в то, что она говорила. Он стал махать головой и подползать к ней, но та продолжала отходить. － Как так… Мы же хотели с тобой… Вместе… － Хотели, Женя. Но хотели разного. Ты хотел сбежать от проблемы. Бросить всех, думая, что это тебя все бросили. Я лишь хотела, чтобы ты бросил свою злобу и ненависть и наконец-то научился принимать ту любовь, которую тебе дают. Тогда мы смогли бы с тобой сбежать из Ада. Сбежать прямиком в Рай. Глаза Жени выглядели ужасно испуганные. Он был похож на загнанного кролика. － Что ты несешь? Ева подошла к нему ближе. Она села на траву напротив него и приложила горячую ладонь к его щекам. Внезапно все пространство вокруг них задрожало и замерцало. Формы исказились, деревья стали рваться и разрастаться, земля пошла трещинами, а на небе солнце с луной столкнулись в большом взрыве. － Ты умер, Женя. – Эхом пронеслись ее слова над всем миром. Они словно запустили обратный отчет, и все вокруг внезапно схлопнулось в одну точку и пропало навсегда. Эти слова стали пулей, вонзившейся е му прямо в голову. Но эта пуля не навредит ему. Он уже давно мертв.