25. Сплетница

Утром Паша встает пораньше, чтобы приготовить на двоих завтрак, состоящий из сырников с малиновым вареньем и хрустящих тостов с лососем и авокадо. К завариванию кофе он сознательно не притрагивается, прекрасно зная, что для его жены это уже превратилось в священный ритуал, традицию, нарушать которую не позволено даже ему. Поэтому мужчина на всякий случай достает из холодильника апельсиновый сок и усаживается за стол, чтобы дождаться, пока его королева выйдет из душа и они вместе поедят. — Доброе утро, моя прекрасная фея, — улыбается Паша, когда Мара заходит в кухню в своем шелковом халатике, верх которого уже привычно оставляет слегка приоткрытым. Она подходит ближе, чтобы поцеловать его в щеку, но мужчина тут же заключает девушку в объятия и усаживает к себе на колени. — Мне кажется, я заслужил награду посерьезнее… Он тянется к ней, чтобы коснуться ее губ, но Мара с дразнящей улыбкой отстраняется. — Мы опоздаем, мой рыцарь, — напоминает девушка, кивая на настенные часы. Они показывают половину десятого, в то время как свадьбу назначили на час дня. — Мне нужно еще сварить кофе и собраться, а тебе… подготовиться к тому, как мои родственники и другие гости будут перемывать тебе кости. — Уж к этому мне не привыкать, — фыркает Паша, все же отпуская ее и позволяя встать. Мара достает из шкафчика турку. — Я ведь работаю в школе, так что не проходило и дня, чтобы мне не перемыли кости коллеги, ученики и их родители… — Тогда просто будь лапочкой и улыбайся, — советует девушка, невольно усмехнувшись от мысли, что обычно эту роль отводят женщинам. Например, папа говорил ей так на каждом приеме. — Я хочу, чтобы все видели, как сильно мне повезло с мужем… На сборы уходит почти три часа, в течение которых Мара укладывает длинные темные волосы, делает макияж и выбирает образ, сокрушаясь по поводу того, что ее любимый черный цвет вне дресс-кода. В итоге она останавливает выбор на длинном нежно-зеленом платье из шелка, к которому подбирает белые босоножки на высоких каблуках. — Как тебе? — спрашивает она, возвращаясь в гостиную, где ее уже давно ждет Паша. Он успевает принять душ, побриться, переодеться в костюм и даже почитать книгу, но у него остается еще час, в течение которого разбирает рабочую почту. — Коварно, — усмехается мужчина, внимательно разглядывая жену. Тонкие бретельки открывают вид на ее плечи, а разрез, начинающийся чуть ниже бедра позволяет ему любоваться ее стройными ногами. — Не обязательно быть в белом, чтобы затмить невесту… — Ты даже не видел невесту! — фыркает Мара, но остается довольна комплиментом. Она подходит ближе, чтобы взять его за руку и повести за собой в сторону двери. — Да я ее и не увижу, ведь буду любоваться только тобой, — отзывается Паша, обнимая ее за тонкую талию. Тело девушки вспыхивает в его руках, но она старается не подавать виду, ведь они и так опаздывают на свадьбу. Джип Паши останавливается неподалеку от свадебной площадки примерно через пятнадцать минут после начала церемонии, и Маре приходится продемонстрировать все чудеса изобретательности и грации, чтобы бесшумно пройти на свое место на высоких каблуках. Но гости все равно оглядываются в их сторону. Еще бы! Дело ведь не только в опоздании, но наверняка и в том, что отец уже успел рассказать всем о ее тайной свадьбе и теперь они хотят посмотреть на жениха. По залу проносится шепоток, и девушка закатывает глаза, услышав свое имя. Паша ободряюще сжимает ее руку, улыбаясь минимум как голливудская звезда на красной дорожке, из-за чего позади даже раздается чей-то томный вздох. Это хоть немного поднимает Маре настроение. Когда церемония заканчивается, они с Пашей отстаивают небольшую очередь из гостей, чтобы подойти к молодоженам и поздравить их. Сводная сестра тут же заключает Мару в объятия, скромно улыбнувшись ее мужу, на которого смотрит с плохо скрываемым интересом. — Ой, а вы мне кого-то напоминаете! — вдыхает Лиза, когда он подходит ближе. Она прищуривается и тут же восклицает: — Точно! Генри Кавилла! Мы еще в кино на «Супермена» с его участием ходили! Миш, скажи?! Она поворачивается к новоиспеченному супругу, который только кивает, слегка покраснев от того, что его уличили в любви к фильмам по комиксам. Он ведь серьезный человек, наследник огромной империи, а тут кино про какого-то Супермена, а у него с ним — стыдно признаться — еще и плакат в шкафу висит. Правда, не с Кавиллом, а с Ривом. — Вам никто не говорил, что вы похожи на Генри? — спрашивает девушка, заметив недоумение в глазах гостя. Паша отрицательно качает головой. — Очень странно… Неужели и сами не видели? — У меня нет времени на фильмы, — возражает Ермолов, ведь если бы он еще и смотрел кино, то его бы точно сожгли на костре правосудия разгневанные подчиненные. В последнее время и вовсе стало не до этого, ведь теперь каждую свободную — а иногда и не только — минуту он посвящает жене. — Но если вы советуете, я обязательно посмотрю. — Еще «Ведьмака» не забудьте. Он там такой шикарный… Миш, скажи?! — она снова поворачивается к мужу, который только сильнее краснеет и спешит обратить внимание девушки на других гостей. Лиза еще раз обнимает Мару и убегает принимать поздравления от какой-то дальней родственницы. — С планами на вечер определились, — заключает Паша, усмехнувшись. Грех не поддержать бедного Мишу в его увлечении, а то так и будет переживать, что он тут единственный человек, у которого не получается быть достаточно серьезным. Мара хочет было возразить, что на вечер у них совершенно другие планы, но в этот момент к ним подходит ее вторая сводная сестра, которая, в отличие от Лизы, не выглядит столь воодушевленной и доброжелательной. И дело вовсе не в свадьбе, а в том, что Дану по жизни благодушие не посещает. — Это и есть твой муж? — интересуется она без всякого смущения, скрестив руки на груди. Девушка проходится по Паше оценивающим взглядом. — Так и знала, что ты нашла себе папика. — А ты все еще одна, да? — спешит парировать Мара, в то время как мужчина за ее спиной слегка напрягается. Девушка кажется ему не слишком приятной. — Точнее, нет… как это называется? «Принимаешь пожертвования от щедрых спонсоров», да? Тебе, очевидно, лучше знать, кто такие папики. — Милая, кажется, ты обещала познакомить меня со своей мачехой, — вмешивается Паша, решив увести жену до того, как начнется конфликт. А их он просто не выносит. — Прошу прощения, нам уже пора. Было интересно послушать о вашей профессии. Дана открывает рот от возмущения, но они с Марой уже теряются в толпе гостей. Конечно, ни о каком знакомстве с мачехой речи не шло, но девушка благодарно улыбается, ведь этот бессмысленный разговор со сводной сестрой мог затянуться. Они с самого начала друг друга невзлюбили. — Надеюсь, я не был слишком резок? — произносит Паша, пока они идут к шатру, где должен пройти свадебный банкет. Мара держит его под руку, осторожно ступая по вымощенной камнем плитке. — Когда завуалированно назвал ее эскортницей? — девушка усмехается, поймав его взгляд. Ее глаза загораются. — О нет… еще немного, и я бы назвала ее шлюхой, в чем вряд ли бы погорячилась, ведь один из парней, которому она публично наставила рога со своим бывшим мужем, даже сделал на плече туту с ее портретом и нецензурным словом на б, когда это случилось уже в пятый раз… Прости, Близнецы такие сплетники… вот и заболталась… — Нет, продолжай, — возражает Паша, умиляясь ее смущенной улыбке. Он и правда не замечает вокруг никого, кроме своей жены. — Я ведь твой муж, а значит, мой долг — выслушивать абсолютно все истории и сплетни про твоих друзей и родственников, получая от этого истинное удовольствие. Поэтому давай, рассказывай, кто там еще кому наставил рога и чем это обернулось… Когда они добираются до шатра, Мара находится в куда более приподнятом настроении, чем до встречи со сводной сестрой и даже, кажется, до приезда на праздник. На входе для гостей накрыт скромный фуршет, и девушка решает задержаться, чтобы взять несколько закусок, пока Паша ищет их столик. — Мара, дорогая! — сбоку раздается голос ее мачехи, и Мара оборачивается, чтобы тут же угодить в ее объятия. Ирина буквально светится от счастья. — Как же я рада тебя видеть, милая! Лев сказал, ты вышла замуж? Где же твой муж? Я хочу поскорее с ним познакомиться. Жаль, на свадьбе погулять не вышло. — Он сейчас подойдет, — обещает девушка, осматриваясь вокруг. Но Паша пропадает из виду, и она вздыхает. — Зато у Лизы получился просто шикарный праздник! Только почему вы не захотели провести его в доме? У вас потрясающий сад, да и гостей есть, где разместить. — У нас уже два сада, дорогая, и сейчас как раз занимаемся возведением третьего, — Ирина устало вздыхает, но Мара вдруг понимает, что что-то в ее словах ускользает от нее. Что-то очень важное. — Поэтому и не стали устраивать в доме, там как раз в разгаре стройка! Он будет под стеклянным куполом. Волшебная красота, но я, если честно, уже устала от этого шума и грязи… Она наклоняется, чтобы взять из вазочки с фруктами гроздь винограда, и Мара замечает, как с ее шеи свисает подвеска в виде ключа. В этот момент в голове девушки словно складываются кусочки мозаики, и она вздрагивает, осознавая, что только что разгадала загадку матери. Конечно! Кто может знать секреты отца лучше, чем его жена?! — Какая красивая у вас подвеска, — произносит Мара, с трудом сохраняя самообладание. Ирина улыбается. — Что-то не помню ее. — Спасибо, дорогая, — отзывается Ирина, мягко погладив ключик кончиками пальцев. Видно, что украшение ей очень дорого. — Это твой отец подарил. Сказал, что им можно открыть любой тайник. Приукрасил, конечно, но это ведь так красиво. Лев — настоящий романтик. — Знаете, это может прозвучать неожиданно, но… я могу заехать к вам в гости после свадьбы? — спрашивает девушка, чувствуя, как у нее дрожат колени от волнения. Не верится, что она подобралась ближе к разгадке. — Желательно, когда в доме не будет отца. Не хочу пока с ним встречаться, он зол на меня. — Конечно, дорогая! — расплывается в улыбке Ирина, которая вряд ли догадывается, какова ее истинная цель. Но это только к лучшему. — И в этом нет ничего неожиданного, нам ведь столько всего нужно обсудить! Твою свадьбу, Лизоньки… Знаешь что, приезжай во вторник! Лев как раз будет на совещании, а я приготовлю свой фирменный абрикосовый пирог. Мара спешно соглашается, едва скрывая торжествующую улыбку. В этот момент как раз возвращается Паша, чтобы сообщить, что их посадили в самом углу зала, но он договорился, и теперь они сидят почти напротив жениха и невесты. — А вот и мой муж, — сообщает Мара, прижимаясь к мужчине, который нежно обнимает ее за талию. Пока его не было, она успела соскучиться. — Уверена, он вам понравится…