Часть 10. Тоскующий по дому.

Таббо не пришел на ужин, что сразу же настораживает Фила. Подросток провел день с Томми, как он часто делал, но не пришел за едой ни для кого из них. Фил надеется, что он просто потерял счет времени или заснул, но щемящее чувство в груди побуждает его идти к камере так быстро, как он только может, чтобы не вызвать подозрений у других членов экипажа. Они даже не взглянули на него во второй раз, слишком поглощенные каким-то своим бессмысленным спором, и Филза незаметно выскользнул из комнаты. Он держит две тарелки с едой, по одной в каждой руке. Если все в порядке, он может просто сказать, что принёс ужин, он не хочет, чтобы Томми подумал, что у него паранойя. Последнее, что ему нужно, — это знать, что его нынешние подопечные ему не доверяют, но Фил думает, что этот корабль, возможно, уже отплыл. Когда Фил входит в коридор, его взгляд сразу же притягивается к Таббо, который сидит, прислонившись спиной к двери камеры Томми. Его голова уткнулась в колени, а плечи трясутся. Фил немедленно ускоряется, роняя принесенную им еду и подбегая к подростку. — Что случилось? — спрашивает Фил, запуская руку в волосы Таббо — маленькое утешение от того, что его расстроило. — Я сказал Томми, что мы не можем вернуть его на Землю, — несчастно говорит Таббо приглушенным голосом из-за того, что он уткнулся лицом в колени. Крылья Фила нервно вздрагивают, когда он осматривает Таббо на предмет травм. — Я так понимаю, он отреагировал не очень хорошо? — спрашивает Фил, садясь рядом с Таббо. Подросток качает головой, не поднимая глаз. — Он выставил меня из комнаты, — объясняет он, и Фил едва сдерживает вздох облегчения. — Но я слышал, как он кричал через дверь. Я думаю, он еще и что-то ломал. — Я его не виню, — бормочет Фил, нажимая несколько кнопок на панели управления дверью, чтобы узнать показатели жизнедеятельности Томми. Он заснул, но его сердцебиение все еще слишком учащенное. — Я тоже, — говорит Таббо. Он задвигался, чтобы встать позади Фила, и читает статистику Томми через плечо элитрианца. — Я бы поступил точно так же, если бы не мог вернуться домой, но я не думаю, что смог бы нанести столько разрушений. Филза морщится при виде изображения с камеры, что показывает камеру Томми. То немногое, что там было из мебели, было перевернуто. Содержимое книжной полки разбросано по полу в клочья, одеяла, на которых спал Томми, порваны и разбросаны в разные стороны. Томми спит посреди обломков, свернувшись калачиком. Фил видит высыхающие дорожки слез на его лице, и его сердце сжимается от сочувствия. Ему едва удается удержаться от того, чтобы самому не пойти туда и не утешить человека. У него есть предчувствие, что все пройдет не очень хорошо. — Бедняга, — вздыхает Фил. — Я бы хотел, чтобы правила не были такими строгими, чтобы мы могли вернуть его домой. — Они существуют не просто так, — печально говорит Таббо. — Если бы мы вошли в воздушное пространство людей, нас, вероятно, сбили бы еще до того, как мы смогли бы доставить Томми на планету. — Филза хмыкает в знак согласия, не отрывая глаз от свернувшейся калачиком фигуры в центре разрушенной камеры. — Я пропустил ужин? — спрашивает Таббо после нескольких секунд молчания, его голос звучит немного увереннее. ________________________ Когда Фил и Таббо возвращаются в столовую, Уилбур и Техно все еще спорят, хотя, похоже, теперь они перешли к совершенно другой теме. Ни один из них не поднимает глаз на этих двоих, когда они занимают свои места, и замолкают только тогда, когда Таббо говорит. — Я думаю, пришло время выпустить Томми из камеры. — Твердо говорит он, не прерывая зрительного контакта с Филом. Черт бы побрал Томми, учившего его демонстрировать доминирование. Фил... колеблется, и, судя по лицам, которые делают Техно и Уилбур, они тоже колеблются. Таббо продолжает, не обращая внимания на холодную реакцию на его слова. — Он не может вернуться на Землю, теперь он это знает. — Указывает Таббо. — Мы не можем оставить его в камере на всю оставшуюся жизнь, он умрет. Я спрашивал. — Фил вздрагивает при мысли о том, что Томми умрет в камере. — Людям нужно пространство и солнечный свет, и... и они не могут быть заперты вечно! — Другой корабль... — начинает Техно, но Таббо ударяет кулаком по столу, пугая их всех. — На другом корабле было полно ебанных браконьеров! — кричит он. — Они крали людей! Томми был последним на том корабле, я читал файлы. Они убили всех остальных. За столом воцаряется тишина. — Скажи... скажи мне, что ты бы не поступил так же, — твердо говорит Таббо. — Он сделал это не потому, что он человек, или потому, что он какой-то монстр, который не может себя контролировать, он сделал это, потому что он личность. Он хотел жить так же сильно, как и все остальные. — Таббо... просто... просто дай ему еще несколько дней. Пока ему не станет комфортно. — Говорит Фил, тихо шелестя перьями на хвосте. — Ты продолжаешь это говорить! — выкрикивает Таббо, не подавляя гнева. — Сколько еще будет этих "нескольких дней", Фил? — Таббо... — пытается вмешаться Уилбур, вставая, но Таббо только переключает свое внимание на него, указывая пальцем — еще один жест, которому он научился у Томми. — Нет! Ты тоже никогда не навещаешь его! Ты просто делаешь заметки через дверь, не думай, что я тебя не слышу! — Он не хочет меня видеть, ты сам это сказал! — защищается Уилбур. — Потому что ты появляешься только для того, чтобы делать заметки о нем!— кричит Таббо. — Он не хочет, чтобы с ним обращались как с животным, Уил! Тебе нужно относиться к нему как к человеку, приложить реальные усилия для изучения английского языка. — Он уже изучает коммон, зачем мне учить его язык? — Так он чувствует, что тебе не насрать! Таббо не осознает, насколько сильно он разозлился, пока Фил не оттаскивает их друг от друга за футболки. — Мальчики, — рявкает он своим самым властным голосом. — Достаточно! Таббо прав, Уил, тебе нужно с ним пообщаться. В конце концов, его выпустят из камеры, и я не хочу, чтобы ваша первая настоящая встреча состоялась в коридоре. Уил фыркает, но не спорит. — Я не пойду сегодня, — говорит он. Таббо раздраженно вздыхает, забирая тарелку Томми. — Обычно я бы накричал на тебя за то, что ты слабак, но я не думаю, что он сейчас в лучшем расположении духа, — говорит Таббо, направляясь к двери. Фил открывает рот, чтобы возразить против того, чтобы Таббо навещал его, пока он расстроен, но Таббо резко поворачивает голову и устремляет на капитана такой суровый взгляд, что рот Фила со щелчком захлопывается. __________________________ Таббо стучит в дверь и ждет ответа. Раздается шмыганье носом, а затем тихое: "Таббо?", от которого сердце подростка болезненно сжимается. — Да, это я, — тихо говорит Таббо. — Я принес ужин, ты хочешь, чтобы я оставил его для тебя или я могу войти? — Ты можешь войти, — говорит Томми после паузы. У него усталый голос, но Таббо это нисколько не удивляет. Честно говоря, он довольно шокирован тем, что Томми вообще проснулся после того, как, казалось, его нервный срыв отнял у него все силы. Таббо взмахом руки отодвигает дверь и заходит в комнату, морщась от разрушений. Его чуткое обоняние улавливает в воздухе запах крови, тяжелый и соленый. Она пахнет не так, как другие виды крови, которые он знал, это безошибочно человеческая кровь. Таббо чуть не роняет тарелку, но умудряется поставить ее на пол, прежде чем подлететь и окинуть Томми безумным взглядом. — Я чувствую запах крови, ты ранен? — спрашивает Таббо, проводя маленькой ладошкой по лицу Томми, чтобы проверить, нет ли каких-либо очевидных повреждений. Томми убирает его руку. — Я в порядке, мои ногти впились в ладонь. Это заживет. — Говорит он, и Таббо немного отступает, только из-за смертельной усталости в голосе Томми. — Ты выглядишь разозленным, что случилось? — говорит Томми, снова ложась на пол. Таббо игнорирует его вопиющую смену темы, чтобы взять одну из рваных подушек Томми и подложить ее под голову своего друга, чтобы у него не затекла шея, когда он встанет. — Ничего, — вздыхает Таббо. — Остальные просто ведут себя как идиоты. — Томми открывает глаз, внезапно становясь серьезным. — Что они сделали? — сердито спрашивает он, садясь. Таббо смеется и толкает Томми обратно на подушку. — Все люди такие заботливые? — дразнит Таббо. — Нет, я просто супер крутой и хороший друг, — говорит Томми с места, где он лежит. Таббо лежит рядом с ним, его голова на металлическом полу. Томми раздраженно фыркает и немного отодвигается, чтобы Таббо мог положить голову на подушку. Он укладывается. — Я пытался уговорить остальных выпустить тебя из камеры, — признается Таббо. — Они упрямятся, но я думаю, что изматываю их. Томми молчит, поэтому Таббо поворачивается, чтобы посмотреть на человека, который смотрит на него широко раскрытыми глазами. — Правда? — спрашивает Томми. — Ты пытался заставить их выпустить меня? — Ну да, — говорит Таббо в замешательстве. — По сути, я пытался убедить их с тех пор, как мы встретились. Ты не опасен, Томми. Томми снова поднимает взгляд к потолку, не отвечая. — Ты был бы готов поговорить с Уилбуром? — спрашивает Таббо, как только видит, что Томми не собирается продолжать этот разговор. Челюсть Томми нервно сжимается, и человек бросает на него настороженный взгляд. — Я был бы здесь все время, и тот, кого ты захочешь, тоже мог бы быть здесь. — Таббо поспешно исправляется. — Но ты не собираешься оставаться в этой клетке вечно, и он часть команды, рано или поздно тебе придется с ним встретиться. Рот Томми искривляется таким образом, что Таббо понимает, что он жует внутренней стороной рта — привычка, которая, по-видимому, появлялась у него, когда он думал или нервничал. Таббо сопротивляется желанию остановить его. У него чуть не случился сердечный приступ, когда Томми в первый раз сплюнул кровью. — Да, плевать, — говорит Томми подчеркнуто небрежно. — Но он не может прикасаться ко мне, на этот раз я начну кусаться по-настоящему. И... и я не хочу, чтобы он занимался какой-нибудь научной ерундой. Если он это сделает, ему придется уйти. Таббо кивает. — Ты хочешь, чтобы я был тут? — спрашивает Таббо, наклоняясь к Томми так, что их плечи прижимаются друг к другу. Томми не отодвигается. — Да, — тихо говорит Томми все еще хриплым голосом. Таббо не нужно спрашивать почему, он слышал крики сквозь стены. Высокотехнологичная звукоизоляция SBI сделала все, что могла. — Завтра? — спрашивает Таббо. Томми кивает, не двигаясь с места, оставаясь прижатым к Таббо. Они лежат так некоторое время, молча прижавшись друг к другу. Через некоторое время дыхание Томми замедляется, и как только он убеждается, что человек спит, Таббо встает, чтобы уйти. Далеко ему не удается уйти, рука Томми обхватывает его запястье, поначалу слишком грубо, но когда Таббо издает слегка болезненный звук, его хватка значительно ослабевает. — Томми? — спрашивает Таббо, не вырывая своего запястья из рук человека, хотя он легко мог бы это сделать, учитывая, насколько ослаблена хватка Томми. — Не уходи, — бормочет Томми, все еще почти спящий. Таббо мгновение смотрит на него, прежде чем снова лечь рядом. — Хорошо, — говорит Таббо. — Я останусь с тобой. Томми немедленно расслабляется, прижимаясь к Таббо совершенно бескостным телом и прижимая его к полу своим весом. Таббо смеется, слегка ерзая, чтобы давление не мешало ему дышать. — Подожди, подожди, я не буду спать на полу, — говорит Таббо, и Томми стонет у него на плече. — Нет... — ворчит он. Таббо легонько толкает его. — Я и забыл, каким прилипчивым ты становишься, когда устаешь, — говорит Таббо, и легкая улыбка приподнимает уголки его рта. — Отъебись. — Вставай, — приказывает Таббо, толкая друга в плечо. Томми повинуется. Таббо принимается за работу, устраивая место для сна среди разрушенных остатков камеры Томми, в то время как Томми дремлет в углу. В основном оно состоит из подушек и одеял, наваленных друг на друга, но Таббо заворачивается в это все и слегка ерзает, следя за тем, чтобы его крылья не были неудобно прижаты к ткани. Томми, кажется, совсем заснул в углу, тихо похрапывая. Таббо улыбается тому, какими безобидными бывают люди, когда они сонные, но улыбка сползает с его лица, когда он вспоминает, почему Томми такой усталый. — Томми, — зовет Таббо, и человек вскидывает голову, хотя его глаза все еще затуманены. Томми встает и, спотыкаясь, подходит к куче одеял, которую соорудил Таббо, прежде чем рухнуть на нее, а заодно и на Таббо. Таббо хрипит, когда Томми всей тяжестью давит на него, отчаянно постукивая по плечу. — Вставай, вставай! Не могу дышать! — пыхтит Таббо. Томми немедленно скатывается с него, усталость в его взгляде сменяется беспокойством. Таббо показывает ему поднятый вверх большой палец — жест, который он перенял у Томми еще в начале их дружбы. — Извини, — бормочет Томми. Прежде чем Таббо успевает сказать ему, чтобы он не беспокоился об этом, Томми обнимает Таббо и утыкается лицом ему в плечо. Таббо смутно припоминает, что слышал слух о том, что люди милые, но в то время он отмахнулся от него, учитывая их репутацию хладнокровных убийц. Томми храпит ему в ключицу, и Таббо думает, что слухи, возможно, все-таки имели под собой какую-то почву. ______________________________ Таббо слишком взвинчен, чтобы заснуть, даже когда теплая тяжесть руки Томми, скрещенной у него на груди, приносит ему утешение. Душераздирающий крик Томми все еще звучит у него в ушах, перемежаясь рыданиями, которые разрывают ему сердце. Таббо проводит пальцами по волосам Томми, заставляя человека что-то пробормотать во сне и прижаться ближе к Таббо. Подросток улыбается на это. Таббо даже представить себе не может, через какую боль проходит Томми, но он может быть рядом с Томми, пока тот принимает это на себя. Мысль о том, что он никогда не вернется на свою родную планету, вызывает у него неприятное чувство в животе, и мысль о том, что Томми вообще никогда не давали выбора покинуть дом, почти вызывает слезы на его глазах. Однако он не плачет, он просто продолжает проводить пальцами по волосам Томми, хмурясь из-за ощущения жирности, которое они оставляют на его руке. Он морщится от осознания того, что они точно не оставили Томми ничего, с чем можно было бы поддерживать чистоту. Просто еще одна причина вытащить его из этой камеры как можно быстрее. Таббо лежит так некоторое время, расчесывая узлы в волосах Томми рукой, которую не удерживает безжалостная цепкость Томми. Он фыркает от смеха при этой мысли. Если бы человек мог это слышать, он бы прямо сейчас поднял шум. Раздаются три стука в дверь, заставляющие Таббо нахмуриться. — Входи, — говорит он так громко, как только осмеливается, чтобы не разбудить Томми. Дверь открывается, открывая Фила, нервно стоящего по другую сторону. Его глаза расширяются, когда он видит их двоих, и на его лице появляется мягкая улыбка. — Ну, я пришел посмотреть, все ли в порядке, но, думаю, я зря волновался, — шепчет Фил. — У тебя это хорошо получается, — тихо поддразнивает Таббо. Взгляд Фила опускается на спящего Томми, и его глаза становятся печальными. — Как у него дела? — Нехорошо, — со вздохом говорит Таббо. — Очевидно, он был расстроен, и я не думаю, что содержание в камере ему помогает, — говорит Таббо с многозначительным взглядом. Фил вздыхает и проводит рукой по своим пушистым волосам. — Я знаю, — говорит Фил. — Я имел в виду то, что сказал за ужином, Таббо, он надолго здесь не задержится. — Конечно, — усмехается Таббо, возвращаясь к особенно неприятному узлу на неухоженных волосах своего друга. — Таббо, — твердо говорит Фил, заставляя Таббо снова посмотреть на него. — Даю тебе слово твоего капитана. Он находится под моей защитой как член этой команды, и я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь ему. Он скоро выйдет, хорошо? Я хочу завтра обустроить его комнату, и мне нужна твоя помощь, ты знаешь его лучше, чем я. Таббо улыбается Филу. — Ты хороший капитан, Филза Майнкрафт, — говорит Таббо. Решительное выражение лица Фила сменяется нежностью. — Так ты поможешь с его комнатой? — Не завтра, — говорит Таббо, тихо шикая на Томми, когда тот что-то бормочет во сне. — Он сказал, что поговорит с Уилбуром завтра, и он хочет, чтобы я был там. Фил расслабляется еще больше. — Хорошо, хорошо, — вздыхает он. — Я беспокоился, что он не захочет с ним разговаривать. Что... ты знаешь, у него есть на это право, но было бы трудно жить на корабле с кем-то, кого ты избегаешь как чумы. Таббо хмыкает в знак согласия, высовывая язык и пытаясь распутать еще один узел. — Почему... вообще, почему Томми так боится Уилбура? — нерешительно спрашивает Фил. Таббо прерывает свои действия. — Я... ну, у меня есть кое-какие идеи относительно того почему, но ничего конкретного. По большей части это просто догадки. — Говорит Таббо. Фил ждет, когда он продолжит. И Таббо продолжает. — Я думаю... Ну, я думаю, что бы ни случилось на том другом корабле, многое из этого было... экспериментами? Он по-настоящему паникует всякий раз, когда я рассказываю о своих занятиях наукой, и он чуть не начал лезть на стены, когда я сказал, что Уилбур корабельный ученый. — Черт, — говорит Фил, опускаясь и садясь на пол, скрестив ноги. — Мне придется сказать Уилбуру, чтобы он не занимался всякой дурацкой научной ерундой, когда навестит Томми. Таббо кивает в знак согласия. — Ты хочешь, чтобы я выпустил тебя оттуда? — спрашивает Фил, один из его когтей зависает над кнопкой, которая должна была открыть дверь. Таббо качает головой. — Нет, я не хочу, чтобы он был один, и я думаю, что люди в любом случае спят в стае. Он кажется гораздо более спокойным, чем обычно. Фил улыбается. — Хорошо, позвони мне, если я тебе понадоблюсь. — Говорит он, прежде чем выйти в коридор. Дверь становится непрозрачной, и комната снова погружается в темноту. Таббо вздыхает, снова проводя пальцами по почти распутанным волосам Томми. — Что с тобой случилось? — бормочет Таббо. Томми не отвечает, только слегка посапывает во сне. Таббо вздыхает и еще сильнее прижимается к человеческому прикосновению. Из-за дневного стресса на это уходит некоторое время, но сочетание тепла тела Томми и его медленного, ровного сердцебиения в конце концов убаюкивает Таббо, постоянно напоминая о том, что, несмотря на ад, через который прошел его друг, он все еще здесь.