2. Грешный бог

      Услышав до боли знакомый голос за спиной, Ифе вздрогнула, будто её ударили в живот — кинжалом. Порывисто обернувшись на пятках, она встретилась взглядом с Сетом. Он неподвижно стоял в нескольких шагах от неё. Внутри аментет что-то разорвалось. Как и незадолго до того, она поддалась душевному порыву и, резко сократив расстояние между ними, с размаху ударила его по лицу.       — Предатель!!! — с надрывом завопила она.       Не довольствуясь, как живописно завалилась в сторону голова её убийцы, Ифе ударила бога в живот, вложив в это весь свой вес. Грешный бог покорно охнул, согнувшись. Воспользовавшись тем, что он не сопротивляется, аментет с отчаянным криком огрела бога локтем в правую скулу. Он даже не закрывался от ударов. Используя силу аментет, Ифе вызвала из безжизненной земли тугие стебли лозы. Те, обвив запястья Сета, повалили его навзничь и припечатали к земле.       Анубис молча наблюдал за избиением младенца, скрывая полуулыбку за поднесённой к лицу рукой. Со стороны он отдалённо напоминал ценителя мистерии в самом разгаре представления.       Не помня себя от ярости, Ифе опустилась на грудь Сета и с криком «убийца!» и остервенением стала колотить и царапать его по лицу. Девушка не сдерживала злых слёз и поносила предателя, используя тот скромный словарный запас, который пополнила за время путешествия с двумя мужчинами и грешным богом.       «Может, всё же поможешь?» — раздался в голове Карателя страдальческий голос Сета.       — Нет-нет, пусть продолжает, — вслух отозвался тот, со сдержанным удовольствием наблюдая за процессом. Лишь спустя какое-то время, видя, что аментет выбилась из сил, Анубис, придерживая за плечи, оттащил её от жертвы. Ифе не сопротивлялась.       Грешный бог глухо застонал. Без видимых усилий оборвав связавшие его путы, Сет с кряхтением оторвал спину от земли и вальяжно упёрся локтями в колени, делая вид, что сам присел отдохнуть. Багровые кровоподтёки, ссадины и царапины на его лице затягивались и заживали на глазах. Бог стянул со лба треснувший обруч и небрежно отбросил в сторону.       «Аментет не слабаки, — мысленно отдал он ей должное. — Досталось побольше, чем могло бы от вора с хекау. Видит брат, им бы я такой вольности не позволил. Что ж, надеюсь, маленькой аментет стало легче».       В некотором отдалении Ифе молча опустилась на землю с отрешённым лицом. Выпустив наружу гнев и обиду, теперь она чувствовала горькую опустошённость.       Сдунув с лица взлохмаченную прядь алых волос, Сет заговорил как ни в чём не бывало:       — По правде, ожидал менее тёплого приёма. А теперь предлагаю обсудить насущные проблемы.       — Где Кейфл и Атсу? Их ты тоже убил?       За грешного бога ответил Анубис:       — Твои спутники в безопасности в Инпуте, как и твоё тело. И будут там, пока не очнёшься, — это их собственное решение.       Ифе замерла, борясь с подступившими чувствами, которые боялась показать. Облегчение боролось с недоверием.       «Анубис явился не для того, чтобы бросить меня Амт. Тогда для чего же?.. Главное, Кейфл и Атсу живы. Что произошло после моей… смерти? Неужели они снова поверили Сету?.. Нет. Не верю».       — Я не понимаю, — еле шевеля губами, прошептала аментет.       — Ифе, — услышав своё имя, она нерешительно повернула голову. Анубис, величественно опираясь о свой посох, смотрел на неё. — Копьё Анхура находится здесь. В Дуате.       Упёршись ладонью в мёртвую землю, аментет заставила себя с пол-оборота взглянуть на Сета. Тот уже стоял на ногах, скрестив на груди руки, и также глядел на неё. Увечья, что нанесла ему Ифе, зажили, будто их и не было. Опустошив закрома своей боли и обиды, девушка больше не могла его ненавидеть. Лишь равнодушно смотрела на того, кто жестоко её убил, пока сама к нему бежала.       — Это оправдание? — сухо спросила аментет, выдерживая тяжёлый взгляд серо-зелёных глаз, будто пронзающих насквозь, — как холодный кинжал. Дыхание перехватило, когда в памяти всплыла острая боль под рёбрами. Темнота в глазах… Нет, она больше не будет плакать.       Грешный бог продолжал молча смотреть на Ифе.       — Твой друг Кейфл несомненно умён, — отнюдь не чувствуя себя третьим лишним, проговорил Каратель, переместив посох из одной руки в другую. Многозначительный взгляд переместился на Сета. — Не дай он мне почву для размышлений, откуда было нам узнать о местонахождении Копья?       Не обращая внимания на финик в его поля, грешный бог не переставал пронизывать глазами Ифе. Та продолжала сидеть на земле, обняв колени.       — Зачем ты убил меня?       Сет на пару мгновений прикрыл глаза и незаметно набрал в грудь воздуха.       — Ты задаёшь правильные вопросы, маленькая аментет. Не «за что», а «зачем».       Ифе ждала.       — Мне жаль, — негромко произнёс он.       «По глазам вижу, что не лжёт. Наконец-то не лжёт, теперь я уверена в этом. Но от этого не легче».       — Можешь не верить, но в ту трагическую минуту я тебя спас.       Новый порыв раздражения захлестнул аментет, но она вдруг застыла, поражённая догадкой. Глубоко втянув в лёгкие бесполезный воздух Дуата, Ифе вскочила на ноги.       — Кези… — одними губами промолвила она.       — Увидеть её мне так и не удалось, но воительница с таким именем никогда не давала мне клятвы в служении, — вмешался Каратель, подойдя на пару шагов ближе. — И даже ни разу не посещала Инпут.       Сет потупил взгляд.       — Нет… — без сил прошептала Ифе, прикрывая ладонью глаза. — Я чувствовала, что с ней что-то не так. Она… Она повторяла это, будто заучила наизусть. Но… Кези ведь спасла меня! — Ифе вновь осуждающе воззрелась на Сета, безмолвно напоминая: «а ты! ты — убил!»       — Она спасала лишь себя, Ифе. — Дважды услышав из уст Карателя своё имя, девушка на пару мгновений выпала из своих мыслей. Отчего-то это стало много значить для неё.       «Каратель не хочет меня убивать. Мне кажется, я знала об этом и раньше… Почему меня согревает сама мысль о том, что он увидел во мне нечто большее, чем просто грешную аментет? Увидел личность. И как он отозвался на то, что Сет сделал со мной? Ведь сам изначально пришёл за тем же — убить меня».       Анубис глядел на Ифе всё так же бесстрастно, но с едва заметной морщинкой меж бровей, выдающей скрытую озабоченность.       — Тьма… Шезму, о которой Вы говорили, — более окрепшим голосом проговорила аментет, беспокойно глядя на Карателя.       — Она связана с тобой, — отозвался грешный бог, возвращая её внимание на себя.       — Почему? — с мольбой спросила она, переводя взгляд с одного бога на другого. — Почему?! Я всего лишь… хотела жить.       Каратель скосил взгляд на грешного бога. Тот молча прикрыл глаза.       — Правильно, молчи, — бросила Ифе. — Не лги только.       Без резких движений Сет приблизился к Ифе.       — Неведение — ваша защита, маленькая аментет. Думаешь, всё так просто? — Повысив голос, он глянул на Анубиса и сжал губы в прямую линию. — Думаете, мне нравится моя роль?       — Нам неизвестно о твоей роли, Сетх, в этом проблема.       — Я прошу лишь об одном — довериться.       — После того, что ты сделал?       — Именно, бойкая аментет. Что касается твоего… убийства… Можешь не верить, но это было одним из самых тяжёлых решений в моей жизни. А живу я достаточно долго, будь уверена. — В глазах грешного бога клубились тучи, его присутствие внушало инстинктивную тревогу. Несмотря ни на что, душа аментет всё помнила и трепетала в присутствии своего убийцы. — Если думаешь, что абсолютно всё было притворством, оглянись назад и подумай ещё раз.       — Довольно, Сетх, — холодно отрезал Каратель, до этого молча наблюдавший за лицом Ифе, — ты её пугаешь.       Грешный бог недоумённо нахмурился, глянув на «пугливую» аментет, что давеча его поколотила, и обратно на Анубиса.       Ифе в отчаянии сжала волосы у корней и сделала несколько шагов в сторону, как бы в попытке сбежать от ужасной действительности, но спустя несколько мгновений обернулась и с надеждой взглянула на Карателя.       — Что значит Атсу и Кейфл ждут, пока я очнусь?       — Я привязал часть твоей души к телу и смогу вновь соединить их.       — Другое дело, что вместе с тобой в мир живых вернётся и твоя новая подружка. Та, что тебя сопровождала с самого начала твоей «второй» жизни.       Ифе вспомнила ненавязчивый шёпот, что несколько раз звучал в голове после драки в доме Мив. Хотелось согнуться от тяжести взваленного на неё бремени. Обняв себя за плечи, девушка проглотила ком в горле.       — Это значит, мне нельзя возвращаться.       — Это значит, тебе нельзя возвращаться до того, как мы обретём Копьё Анхура, — закруглил Сет.       — Вне всяких сомнений, ты с самого начала помогал собирать все артефакты ради одного лишь прощения Осириса, — с горечью съязвила Ифе, с укором глядя на грешного бога.       — И я заслужу его, моя радость, — кривовато улыбнулся он, делая вид, что воспринял её слова прямо.       — До этого мы защитим Царя от нависшей угрозы, — вставил Анубис, скрестив на груди руки.       — Вы сказали, что выяснили, где находится Копьё.       — Старина Анхур не придумал, где его лучше припрятать, как в Зале Судилища, — потирая подбородок, произнёс Сет с мрачной полуулыбкой.       — Прямо под носом Царя богов… — обречённо прошептала Ифе, уже не ведая, какие ещё испытания ждут, чтобы на неё свалиться.       «Сама во всём виновата, наивная Ифе».       — Главное — у нас есть то, чего Царь желает больше всего, — приободрившимся голосом подхватил Каратель. Ифе внутренне сжалась. — Ты.       Взгляд его был обращён на грешного бога. Последний с едва заметным удивлением выгнул бровь.       — Кажется, мы договорились, Инпу, что приманкой будет наша аментет. — От короткого взгляда в её сторону Ифе захотелось выколоть Сету глаз. Холодным кинжалом.       — Ты путаешь свои планы и моё желание в них участвовать, — бесстрастно возразил Каратель. — Она не отправится через Двенадцать врат прямиком в руки Царя.       Глаза Сета лукаво блеснули, а уголки губ дрогнули. Бросив короткий взгляд на насупившуюся аментет, он вернул внимание к Анубису.       — Надеюсь, ты помнишь, Инпу, что взять в руки Копьё может лишь смертный.       — Надеюсь, ты помнишь, Сетх, что бывший маа-херу так рвался это сделать, что едва не вернулся в Дуат следом за ней? Может, стоило ему позволить?       — В этом был твой план, Сет? — прервала Карателя Ифе. — Убить кого-то из нас, чтобы добыли Копьё Анхура, которое богам не взять, не потеряв силу.       Сет глянул на неё из-под полуприкрытых век.       — Твоё недоверие мне понятно, милая аментет, но сейчас постарайся поверить в то, что, не сложись трагические обстоятельства таким непредвиденным образом, я бы усадил нашу разношёрстную, но дружную компанию за стол, угостил пивом, и мы бы полюбовно обсудили, кому из вас отправляться в Дуат.       — Я повторю: — бесстрастно проговорил Каратель, крепче сжав в руке посох, — аментет не станет приманкой. Тем более, Царь ждёт её не одну, а вместе с хекау.       — А ещё ждёт с повинной тебя, племянник, чтобы ты отдал свою силу.       Ифе перевела беспокойный взгляд на Анубиса.       — Если не заметил, ты немного задержался. Думаю, теперь всё этим не ограничится.       — Отдал силу?! — вспыхнула аментет. — Из-за меня? Он не посмеет!       — Вижу, голубки, вы друг за друга горой, даже чувствую себя лишним.       Ифе зарделась.       — Дело, Сетх. — Прищуренные глаза Карателя сверкнули опасным изумрудным светом. — Потом болтовня.       — Да, благодарю, — небрежно бросил тот. — Безусловно, я приму на себя удар. Но это не значит, что присутствие маленькой аментет не окажется полезным, чтобы мы благополучно украли игрушку Анхура.       — Я не собираюсь ничего похищать у отца! — В голосе Карателя послышались громовые раскаты эха, которые Ифе слышала при самом его появлении.       Сет подошёл к нему почти вплотную, пронизывая взглядом так, будто смотрел сверху вниз, а не наоборот.       — Тогда вежливо попроси, — противоречиво тихо дыхнул в лицо Анубиса грешный бог и отстранился.       — Так и поступлю.       — Сам понимаешь, Инпу, что копьё — не собственность Осириса и по сути это не кража, а одалживание.       — Ты безумен, — с отвращением выплюнул Каратель.       — Ты со своей простодушной преданностью тоже! — раздражённо махнул рукой грешный бог.       — Ты снова заставляешь меня повторяться, Сетх, — с нарочитым спокойствием отвечал Анубис. — Ещё наверху сказал, что по-твоему больше не будет.       — Прошу, выслушайте меня, — вернула к себе внимание Ифе, набрав в грудь воздуха. — Я согласна быть приманкой. Ведь всё это из-за меня…       На это Сет снова молчаливо потупил взгляд.       «Сожаление? Или вновь что-то скрывает? Никому не проникнуть в его мысли, пока он сам не позволит».       — Каратель… — продолжала аментет, с мольбой подняв на него глаза. — Вы безусловно знаете Царя богов лучше меня. Вы правда думаете, что он Вас послушает?       Анубис прикрыл глаза, избегая умоляющего взгляда девушки.       — Ты уже сделал первый шаг к тому, чтобы защищать Осириса по-своему, а не как он думает, будет правильно, — прибавил Сет серьёзно.       Почти не прислушиваясь к его словам, Каратель медленно открыл глаза и испытующе посмотрел на Ифе.       — Ты правда готова пройти двенадцать врат Дуата? Снова. Иного пути до Зала Судилища для тебя нет.       Она помолчала, обдумывая услышанное, и с неуверенностью в голосе напомнила:       — Я… Не помню, что было в первый раз.       — Иначе бы ты не просила.       — Тем не менее.       — Тогда решено, — подвёл черту Каратель и с прищуром глянул на грешного бога. — Ты знаешь, что делать, Сетх.       — Главное, вовремя забери Копьё, маленькая аментет, пока я отвлеку братца.       — И как мне это сделать?       — Для начала дойти до Зала Судилища, — однозначно отозвался Каратель.       — Это возможно, уже имея дары Царя богов?       — Если они помогут тебе миновать испытания Дуата, я буду только рад, — насмешливо улыбнулся Сет.       Ифе встретилась со спокойным взглядом Анубиса. В них отражались надёжность и спокойная уверенность.       — Тебе нечего опасаться, — заверил он. — В этот раз твою душу проведу я.       «Отчего мурашки по коже от его слов? Это не страх, мне это… приятно…»       — А что же будешь делать ты? — недоверчиво поинтересовалась аментет, взглянув на грешного бога.       — Я навещу твоих друзей и передам им от тебя привет, — с насмешливой улыбкой отступил он.       — Если потеряю с тобой связь, то приду за тобой сам, будь уверен.       — Думал, общая угроза объединит нас, — с показной обидой бросил грешный бог. — Я всё ещё не заслужил доверия?       — Нет, — в один голос отозвались Каратель с аментет и украдкой глянули друг на друга.       — Что ж, ещё есть время, — уже без тени обиды улыбнулся Сет и перевёл многозначительный взгляд с Анубиса на Ифе. — Главное, чтобы всё шло по плану.       С порывом тёплого ветра фигура грешного бога растворилась в воздухе.       Аментет с нескрываемым сомнением взглянула на оставшегося с ней бога.       — Вы уверены, что он не предаст нас?       — Я уверен лишь в том, что у него есть свои планы, скрытые ото всех, даже от того, с кем он в сговоре.       — Сговоре?       — Не знаю, с кем, но клянусь анкхом, что узнаю.       «Следует рассказать ему об Исиде. Но лучше заставить Сета признаться самому».       С глухим грохотом перед Ифе отверзлись уже знакомые ей врата, вершина которых терялась где-то высоко в чёрных облаках. Неестественный холод, которым от них веяло, сковал аментет по рукам и ногам. Решительность её поугасла, хоть она и знала, что иного выхода нет. Стоило Ифе неуверенно податься вперёд, как Анубис придержал её за плечо.       — Постой.       Не сразу поняв, в чём дело, девушка вдруг заметила два маленьких мерцающих огонька, которые медленно плыли в сторону врат, паря над землёй. Заворожённая, она с интересом наблюдала, как два огонька скрылись в их зелёной мгле.       — Это погибшие в утробе младенцы. Их путь к Залу Судилища будет беспрепятственным, несмотря на то, что Книгу Мёртвых они знать не могли.       Изумлённая Ифе оглянулась на Карателя. Лицо его теперь было скрыто маской. Аментет поёжилась. Пока она могла видеть лицо своего спутника, было гораздо спокойнее.       «Неужто я успела так привязаться к нему?.. Или же человеческое лицо Карателя просто неотрывно связано у меня с земной жизнью?»       Когда две нерождённые души исчезли по ту сторону врат, Ифе вновь сделала робкий шаг вперёд. Затем другой.       «Давай же, Ифе, ты не одна. Но отчего же такая пустота внутри? Будто дыра, которая растёт с каждым шагом в сторону амтовых врат».       Повеяло пронизывающим холодом, душу овеяла непонятная тревога. Девушка невольно отступила на два шага назад и упёрлась спиной в грудь Карателя. Тот поддерживающе сжал плечо Ифе — леденящий холод внутри моментально иссяк и сменился безмятежной прохладой. Анубис зашагал вместе с аментет.       «Что ж, кажется, теперь я готова без сомнений пройти все врата Дуата».       — Что бы тебя ни спросили, не отвечай, — предупредил Каратель. — Кто бы ни позвал, не иди на голос. Поняла?       Взяв себя в руки, Ифе отрывисто кивнула.       — Д-да. Да.       Две фигуры скрылись в изумрудном свете, который следом сменился непроглядной темнотой. Аментет шла вслепую, но каждый шаг давался всё легче, ведь она чувствовала на левом плече надёжную руку, что одновременно вела и оберегала, едва ощутимо подталкивая вперёд. Теперь даже маска шакала не вызывала такого трепета в душе. Ифе не знала точно, внушение ли это со стороны Анубиса или всё дело в его присутствии. Спокойствие и защищённость рядом с ним казались теперь такими естественными…       — Есть ещё кое-что, — добавил Каратель, не сбавляя шага.       Девушка напряглась.       — Монстры не зря вырвались из Та-Дешрет — теперь их некому охранять. Селкет пропала.       — Селкет? Владычица Красной Земли?       — И моя названная сестра… Я пытался связаться с ней после нападения в Бате. Но безуспешно.       — Вы думаете, она… — Ифе осеклась, но решила договорить: — Как-то связана с Шезму и нападением монстров?       Пальцы на плече аментет судорожно сжались, но хватка быстро ослабла.       — Нет, — отрезал Анубис. — Нет, она не могла. Не Селкет.       «Так говорит, будто сам себя убеждает».       — Значит, Та-Кемет теперь беззащитен от нападения монстров…       — В том и дело, что нет. После нападения на Бат монстры больше не объявлялись. Так или иначе, боги наблюдают за Та-Дешрет.       — А что… Что случилось с Бастет? — Ифе осторожно повернула голову к Карателю. Но бог молчал.