19. Метаморфозы

      — Мне пришлось тебя убить, чтобы не отдавать Селкет, а ты сама радостно бежишь к ней в руки! Совсем обезумела?!       — Иначе она не объявится, — спокойно ответила Ифе на буйную реакцию грешного бога. — Селкет знает, что артефакты у нас.       — Не верю, что соглашаюсь с Сетом, но стоило нам разделиться, эта тварь натравила на нас оборотней, — произнёс Кейфл. — А уничтожить грубой силой их невозможно, только с помощью божественных артефактов.       — Мне стоило немалых усилий убить чудовище в пустыне, — припомнил Каратель, задумчиво приложив к губам кулак. — Их подпитывает сила Шезму.       — Где Царица? — огляделась Ифе, вдруг заметив отсутствие Исиды.       — Думаешь, она стала бы ждать, пока вы двое наворкуетесь? — съязвил Сет. — Не отходи от темы.       — Я не отхожу. Она не поможет нам?       — Исида — могущественная богиня, но покровительство её всегда… косвенно. — Анубис многозначительно поглядел на грешного бога.       — Не смотри на меня так, Инпу, мы это уже обсудили. Твоё неведение было нужно. Сейчас же нужна твоя сила.       — Силу против Селкет я использую в последнюю очередь.       — Только не переоцени своё влияние на неё. Ты и так понял, что настоящей Селкет не знал никогда.       Присутствующие молча наблюдали за родственной перепалкой, пока их не прервал Атсу.       — Когда понадобимся мы?       — Когда я свяжусь с Аминой, она перенесёт вас в Та-Дешрет, — озвучил план Каратель.       Наместница вопросительно на него поглядела.       — Не стоит рассчитывать на меня, Инпу, я давно этого не делала. — Амина иронично глянула на Кейфла. — Не дай Царь, перенесу кого-то по частям.       Юноша оценил остроту, закатив глаза.       — К тому же предательница может лишить вас силы, и связаться со мной ты не сможешь.       — Если Селкет не захочет оставить и себя, и Шезму без способностей, она этого не сделает, встретившись с нами лицом к лицу.       Лицо Ифе вытянулось.       — Постой… -те, Шезму тоже может потерять силу?       «При остальных пока буду обращаться к нему на «Вы». Не хочу, чтобы они забивали себе голову нашими с Инпу… отношениями.       И как же всё-таки странно называть его божественным именем. Для Амины и Сета это обычно. Даже для жрецов многочисленных храмов, которые своего бога никогда не видели. А для меня его истинное имя — будто нечто… интимное. Ах, как же забилось сердце! Перестань, Ифе, сейчас не время. Я бы сошла с ума от счастья и восторга, не будь над нами смертельного врага. А это чувство… душевной близости — оно поистине волшебно!»        Аментет едва не забыла о своём вопросе.        — Об этом я и говорил тебе, — тактично напомнил ей Анубис. — Если она лишит силы нас, то и сама останется беспомощна.        — Я думала, это распространяется только на Селкет.        — Они едины, маленькая Ифе, — вклинился Сет. — По сути мы имеем дело всего-то с моей лицемерной сестрой — но сильнее в десяток раз.       — А если всё пойдёт не по плану? — вмешался хекау.       — Без артефактов Шезму не убить, мы с Кейфлом должны пойти с вами, — добавил Атсу, упрямо сложив на груди руки.       Анубис готов был возразить, но Сет жестом его остановил.       — Предлагаю обходной путь.       Присутствующие недоумённо на него уставились.       — Инпу, ты помнишь маскарад в честь дня рождения малыша Гора?       Каратель сперва нахмурился, напрягая память, следом его брови медленно поползли вверх и через секунду снова сошлись на переносице.       — Ты безумен.       — А ты был неотразим!       — О, великий Царь… — Амина прикрыла глаза рукой.        Старшие сёстры молча переглянулись между собой.       — Может, и нам объясните?       — Охотно, хекау. На совершеннолетие нашего дорогого Гора его папочка устроил пафосный пир на весь божественный мир. Я же предложил внести в него немного красок.       — Если кратко, все гости изменили свой облик на противоположный пол, — подвёл черту Анубис.       — И Вы тоже? — вырвалось невзначай у Атсу, но он тут же спохватился и неловко кашлянул в кулак.       — Все, — сухо повторил Каратель.       — Все стали неузнаваемы — это было… забавно, — на какой-то миг отдавшись воспоминаниям, произнёс Сет.       Ифе подловила себя на любопытстве, как выглядел Анубис в теле женщины.       «А ведь их нынешний облик — один из множества, который боги могут принять. Это кажется просто немыслимым…»       — Я очень хорошо помню тот вечер, — с каменным лицом промолвила Амина.       — Помнится мне, ты не ограничился изменением внешности, а просто создал своего женского двойника, — подавил улыбку Каратель.       Наместница выразительно прочистила горло.       — А мне помнится, вы с Миной тоже времени не… ауч! — Ифе уже не в первый раз заметила зелёную искру, кольнувшую грешного бога в руку, когда тот чересчур начинал распускать язык. — Прекращай, у тебя это входит в привычку.       «О чём это Сет? — задумалась аментет. — Между Инпу и Аминой были в прошлом какие-то чувства? Если всё сложится удачно, обязательно спрошу его. Хотя стоит ли?..»       — А можно ещё короче? — нетерпеливо вздохнул Кейфл. — Я не хочу это слушать.       Грешный бог в ответ на это молча провёл рукой в воздухе, и на месте Кейфла и Атсу вдруг остались две высокие женщины: светлолицая худощавая и смуглая поджарая.       Лейла дёрнулась в сторону, округлив глаза. Табита с Неру удивлённо захлопали ресницами.       — Это… это обязательно? — вопросительно посмотрела на богов аментет и вздрогнула — на месте них тоже стояли две женщины — с алыми и светлыми волосами ниже пояса. Постепенно заживающий ожог на лице Сета никуда не исчез, несмотря на магию.       Амина устало вздохнула и отвернулась к окну.       Кейфл и Атсу с ужасом поглядели на богов и друг на друга.       — Во имя Царя… — закатила глаза миниатюрная блондинка, стоявшая на месте когда-то высокого, как скала, Карателя. — Сетх, твои методы не меняются.       — Амтова пасть! Это что такое?! — тоненьким голосом ужаснулась смуглая шатенка, неистово исследуя свою маленькую грудь, узкие бёдра и вьющиеся волосы.       — Тебе не кажется, что это уже слишком? — гортанным голосом проговорила бледнолицая брюнетка, слегка согнувшись под тяжестью своих объёмных грудей.       — А тебе идёт, Кейфл, — кривовато улыбнулась Амина.       Тот состроил ей презрительную мину.       Ифе приложила ладонь к щеке и ошарашенно оглядела этот цветник.       — Можно было сменить внешность, не меняя пола, — проворчал принц, с любопытством оглядывая своё чересчур идеальное тело.       Встретившись взглядом с Лейлой, он заметил, как та прячет за кулачком улыбку.       — Тогда ты не по адресу, хекау, — ухмыльнулся Сет, поглаживая свои алые локоны, — он явно чувствовал себя удобно в женском теле. — Я люблю совмещать полезное с приятным.       — Допустим, Селкет вас не узнает, но что с артефактами? — напомнила Ифе, переведя взгляд на копьё в руках Атсу. — Они вас выдадут.       — Принц вполне может спрятать палетку между грудей. — За словами Эдрис последовало сдавленное женское хихиканье.       Лейла не сдержалась и прыснула, чуть не сложившись пополам от смеха.       Кейфл снова закатил глаза.       — Даже он не спрячет целое копьё, девочки, — довольный произведённым впечатлением, произнёс Сет. — Но оружие ведь можно немного подшлифовать.       Под внимательным взглядом грешного бога огромное копьё мгновенно схлопнулось до размера шпильки и упало на изящную женскую ладонь Атсу. Неру, подойдя, аккуратно взяла артефакт и под недоумённым взглядом вора искусно собрала его тёмную гриву, заколов «копьём Анхура».       Недолго думая, Анубис в теле маленькой девушки взял в руки свой посох. Тот под малахитовым отблеском хищных глаз Карателя превратился в короткий хопеш, который бог тут же привязал ремнём к поясу.       — Я так понимаю, другие боги нам не помогут, — вздохнул Кейфл.       — Чудовища нападают на их сепаты в этот самый момент, хекау, — нежным девичьим голоском произнёс Каратель. — И, в отличие от меня, не у всех есть Амина, чтобы их защитить.       Сет перевёл на неё глаза — губы его тронула лёгкая, почти несвойственная грешному богу полуулыбка.       — Когда они нападут на нас — это вопрос времени, причём недалёкого, — серьёзно промолвила наместница. — И я знаю, о чём говорю.       — Когда? — нахмурил тонкие бровки Анубис.       — В пути, — едва слышно отозвалась Амина, выразительно поглядев ему в глаза.       — Помимо того, что оборотни умны, они могут иметь связь с Селкет на расстоянии, — низковатым, но мягким женским голосом произнёс Кейфл. — Когда не обнаружат в крепости артефакты и их хранителей, она узнает — я в этом уверен.       — И это может произойти раньше, чем вскроется твоя уловка с метаморфозами, Сет, — поддержал Атсу, поправив тянущий волосок в своей замысловатой причёске.       С ещё одним мановением руки грешного бога на месте Табиты оказался Каратель, тело Лейлы плавно превратилось в Кейфла, Атсу уже стоял там, где мгновение назад была Неру, а подтянутая фигура Эдрис видоизменилась в гибкое тело грешного бога.       Сёстры с интересом начали осматривать себя и друг друга.       — Я недостойна носить лицо Повелителя, — смиренно потупила глаза Табита.       — Считай, что это приказ, — словно перелив ручейка голосом, сказал Каратель.       Воительница отрывисто кивнула и незаметно загляделась на свои широкие плечи, невольно проведя кончиками пальцев по точёному прессу. От голоса наместницы она вздрогнула и резко опустила руки.       — Никогда не сомневалась, что ты безумен, Сетх, — оглядев это представление, задумчиво выдала Амина.       Анубис на это едва заметно хмыкнул и внимательно поглядел на молчаливую Ифе, на которую теперь смотрел снизу вверх. Мысленно аментет была словно не здесь. Карателю сильно захотелось взять её за руки, которыми она обнимала себя, и прижаться к ним губами. Сказать, что они вместе справятся… Но вспомнив неловкий нюанс своей временной внешности, просто поймал её взгляд и утонул в нём… Встретившись с дорогими зелёными глазами, Ифе мягко им улыбнулась. Она смотрела на него, а не на воительницу в его теле, и это много значило для Анубиса.       «Любил ли я кого-то по-настоящему, кроме матери? Отца я всегда уважал, как и Сетха. С Аминой у нас было много общего. Могло бы стать ещё больше… но ей это не было нужно. Селкет я любил, как родную сестру, — но она того не заслуживала. Ифе… Ты — моя гавань, глоток чистой воды. Такая сильная воля и такое нежное сердце. Скорее Солнечная Ладья великого Ра прекратит свой путь, нежели кто-то станет мне дороже тебя, моё маленькое солнце в Дуате».       Амина резко оторвалась от окна.       — Времени мало, отправляйтесь! — с тревогой поторопила она их. — Чудовища близко, нам нужно защищать сепат.       — Вы справитесь? — с беспокойством посмотрела на наместницу Ифе.       Та снисходительно улыбнулась.       — Поднимайтесь за своими артефактами и передайте Селкет всё, что я о ней думаю.       Лейла в теле Кейфла крепко обняла своего принца, несмотря на то, что ей очень мешала его увесистая грудь.       — Я жду тебя тут, возвращайтесь невредимыми, — шепнула она ему на ухо и, порывисто отстранившись, покинула зал.       Миловидное, хоть и изуродованное ожогом, лицо грешного бога выглядело на редкость суровым и задумчивым. Это дало Ифе пищу для размышлений: насколько ему тяжело идти против родной сестры, — несмотря на всё его внешнее презрение и пренебрежение? Похоже, не легче, чем Карателю, как бы Сет этого ни скрывал. Да, он убил Осириса, но и за этим кроется своя тайна, которую когда-нибудь придётся разгадать.       Словно услышав мысли аментет, грешный бог вынырнул из задумчивости и лицо его приняло своё обычное полунасмешливое выражение.       — Что ж, девочки, нас ждёт экскурсия по Та-Дешрет.