Глава 8.1

      Когда Гарри застал ее врасплох и поцеловал в библиотеке Батильды Бэгшот, Гермиону пронзила волна удовольствия. Она растаяла от мягкости его губ, от того, как нежно он обхватил ладонями ее лицо. Вместе с поцелуем в ней вспыхнуло желание, непохожее на то, что юная волшебница чувствовала раньше; она хотела большего. Сдержанность Гарри опьяняла сильнее, чем удовольствие от его прикосновений. Мысль о его пальцах, которые скользят по обнаженной коже, обжигала огнем. Она провела руками по его спине, ощущая ее изгиб, ширину плеч. От ее прикосновения он застонал. То, как Гарри реагировал, было невероятно, как будто его ощущения стали гораздо острее.       Гарри отстранился, и она посмотрела в его выразительные зеленые глаза, обрамленные густыми ресницами. Они заблестели, и он тихо вздохнул и улыбнулся.       — Давай допьем чай, а затем начнем действовать… — Гарри еле сдерживал смех. — Надеюсь, до того, как мир узнает, что я объявил войну лорду Волдеморту.       Руны, начертанные на стенах вокруг него, внезапно вспыхнули, и Гарри резко дёрнулся, его тело стало совершенно неподвижным, словно окаменевшим. Глаза распахнулись, закатились под лоб, и он забился в судорогах. Гермиона схватила его за плечи.       — Гарри! — закричала она, глядя как его тело окружает голубое свечение. Затем он потерял сознание и обмяк, привалившись к ней.       — Гарри! О Боже…       Он был слишком тяжел, чтобы Гермиона могла его держать, поэтому ей пришлось опустить его на пол. Гарри потерял сознание.       — Что случилось? — Батильда услышала шум. — О… Гарри!       Она подбежала к ним и положила руку на плечо Гермионы.       — Руны, моя дорогая… Что сделал Гарри? Какое заклинание он применил?       — Никакого. — Гермиона в ужасе уставилась на Батильду. Она притянула голову Гарри к себе на колени и поднесла к его лицу ладонь. Почувствовав дыхание, Гермиона заметно расслабилась.       — С ним все в порядке. Он просто нарушил защиту, но мне нужно знать, что именно он сделал.       — Гарри ничего не делал! Он просто говорил, а потом его атаковали руны.       — Они бы не атаковали, если бы в пределах защиты не была применена вредоносная магия.       При упоминании «вредоносной магии» Гермиона немедленно встала на защиту Гарри.       — Он ничего не произносил, он просто сказал… что нам нужно уйти, прежде чем… — Гермиона провела по волосам, приоткрыв рот. — Он назвал его имя. Волд…       — Нет! — закричала Батильда, заставив Гермиону вздрогнуть. Она похлопала ее по плечу, бросив на девушку ободряющий взгляд. — Не произноси его, если не хочешь последствий, как у юного мистера Поттера.       — Но… — Гермиона нахмурилась, проведя рукой по лбу Гарри. — Это имя, это не… проклятие. Она посмотрела на Батильду широко раскрытыми глазами. — Если только…       — Само имя и есть проклятие. — Батильда вытащила волшебную палочку. — Фините. Энервейт.       Гарри вздохнул, и его глаза распахнулись. Он растерянно нахмурился и уставился на Гермиону, очень озадаченный.       — Э-э… почему я на полу?       — Мой дом атаковал тебя, — ответила Батильда. Гарри выглядел еще более смущенным.       — Атаковал? — удивленно спросил он. — Почему? Потому что я сказал Вол…       — Нет! — На этот раз закричали и Гермиона, и Батильда. Гарри поспешно сомкнул губы, взволнованно глядя на Гермиону. Он поднес руку к голове, скорчив гримасу.       — Я… не понимаю.       — Защита, которую я установила для своего дома, включает в себя довольно сложное заклинание, нацеленное на источники Темной магии, которую ты вызвал, когда произнес это имя. Я предполагаю, что мои защитные чары увидели в тебе угрозу, поэтому атаковали.       Гермиона взяла его за подмышки и помогла подняться на ноги. Гарри подчинился, немного пошатываясь, и оперся на стол, его лицо заметно побледнело. Батильда начала внимательно рассматривать выгравированные руны на стенах. Они вспыхнули синим, когда она прикоснулась к ним.       — Фиделиус все еще активен. Что бы ни сделало имя, оно не разрушило чары.       Вслед за пожилой ведьмой Гермиона разглядывала горящие на стене руны. Она первый раз столкнулась с подобной магией. Древней и странной. Похожей на чары вокруг Хогвартса, но более специфичной. Школьные заклинания не атаковали людей.       — Что сделало это? — тихо спросила Гермиона.       — Трудно сказать.       Батильда пожала плечами, продолжая рассматривать руны.       — Мы… мы должны идти, — сдавленно пробормотал Гарри. Он бросил на Гермиону многозначительный взгляд. — Если я проклят…       — Нет, мой мальчик, ты не проклят. Проклято лишь имя, — она обернулась к ним, бросив на Гарри задумчивый взгляд. — Это чрезвычайно сложное заклинание, табу. Произнесение проклятого слова нарушает табу и выдает местонахождение преступника, однако… наше местонахождение — секрет, который знаем только мы, поэтому нас невозможно найти.       Гермиона положила руку на плечо Гарри в поддерживающем жесте.       — Гарри, это очень похоже на то, что произошло на Гриммо. Ты помнишь? Как эти Пожиратели смерти узнали, что мы там, но не могли нас видеть.       Лицо Гарри побледнело еще больше.       — Это было имя… все время. Поэтому Пожиратели смерти нашли нас в Лондоне.       — Это было табу.       Батильда молча вышла из комнаты, вынуждая гостей следовать за ней. Оказавшись в гостиной, она подошла к большим окнам, проскользнув между стопками книг. Гарри удержал Гермиону за руку.       — Нам нужно идти. Если все будет так, как тогда, у дома Батильды начнут слоняться Пожиратели смерти. И виной тому мой длинный язык.       Гермиона строго посмотрела на него.       — Это не твоя вина. Ты не знал.       — Моя, даже если я не знал, — парировал он и автоматически поднял руку, чтобы почесать затылок, как поступал всегда, когда ему было не по себе. — Но что нам делать? Если мы уйдем, они просто будут ждать, пока что-нибудь не случится.       Гермиона вздохнула и посмотрела на Батильду, которая, вцепившись в занавески, разглядывала улицу, выискивая глазами нежданных посетителей. Гарри отпустил ее руку и прошел в гостиную, его плечи поникли под грузом вины за ошибку, которую он сгоряча допустил. Гарри выглянул в окно, и солнечный свет осветил бледное лицо, делая его черты еще более выразительными. Они были искажены страхом.       Гарри помахал Гермионе, приглашая подойти.       — Они здесь.       Подойдя к нему, она посмотрела на мощеную улицу и, конечно же, увидела двух мужчин в темных мантиях, которые расхаживали туда-сюда, явно озадаченные.       — Они не смогут увидеть дом, — заверила их Батильда, — но его отсутствие вызовет подозрения.       Гарри тяжело вздохнул.       — Они скоро узнают, кто здесь живет… черт возьми! Почему это происходит?       Гермиона начала размышлять, как отвлечь Пожирателей смерти от дома Батильды. Им нужно было что-то, что сняло бы с профессора все подозрения, и она могла спокойно жить дальше без преследований Пожирателей смерти. Необходимо оградить ее от лишних проблем.       Проклятие заманивает в ловушку тех, кто достаточно смел, чтобы произнести это имя. Членов Ордена, таких, как Римус и Кингсли. И Гарри.       Пожиратели смерти знали, что в этом районе находится главный подозреваемый. Нужно было что-то более заманчивое, чтобы отвлечь их от подозрительного скрытого места.       В ее голове уже складывался план. Гермиона открыла бисерную сумочку и достала оттуда мантию Гарри. Он наблюдал за ней, нахмурив брови.       — Есть идея, — сказала она ему. — У тебя портключ с собой?       Гарри кивнул, похлопав по карману.       — Пожиратели смерти знают о твоей волшебной мантии от Снейпа, и они могут подумать, что не видят тебя прямо сейчас, потому что ты невидимка, — она сунула серебристую ткань в руки Гарри. — Нам нужно отвести любые подозрения от этого дома и перекинуть на себя.       Гарри задумался.       — Ты хочешь, чтобы они знали, что мы здесь?       — Они будут знать, что мы были здесь, но не узнают про дом миссис Бэгшот.       Гарри глубоко вздохнул, перебирая складки древней мантии.       — Это могло бы сработать, — признал он. — Но я думаю… это должно выглядеть более правдоподобно. Нам нужно, чтобы они заглотили наживку.       Гермиона улыбнулась. Несмотря на серьезность ситуации, было приятно снова заниматься общим делом вместе с Гарри. В конце концов, у него был прекрасный стратегический склад ума.       — Мы сделаем так, будто ты оказался здесь по личным причинам, заставим их найти тебя возле дома, а потом…       — Воспользуемся портключем, — выдохнул Гарри, улыбаясь. — Даже если они используют антиаппарационные чары, мы сможем уйти… Ты гений, Гермиона. — Он прижался к ее губам в крепком поцелуе на несколько секунд, а затем шагнул к Батильде, которая все еще смотрела на Пожирателей смерти жестким взглядом.       — Батильда… Мне очень жаль, что все так вышло, — сразу же сказал Гарри, подходя к пожилой леди. Она нежно посмотрела на него и жестом велела наклониться. Гарри смущенно опустился на колени. Батильда вгляделась в его лицо, ее глаза наполнились слезами, и она обняла его своими тонкими, хрупкими руками.       — Мы собираемся выманить их, чтобы вы могли вернуться к своей обычной жизни, — заверил он ее, — и продолжать получать газету.       — Но ты вернешься? — спросила Батильда. Сердце Гермионы сжалось от намека на мольбу в ее голосе. Глаза женщины блуждали по лицу Гарри, как будто она отчаянно пыталась запечатлеть его в своей памяти.       — Вот почему мы заманиваем их, — голос Гарри был немного хриплым, так как он тоже был тронут. — Я хочу вернуться… вы позволите?       — О… — Слезы Батильды потекли по изборожденным морщинами щекам. — Я… Я бы очень этого хотела, Гарри.       — У меня… У меня не осталось семьи, а Гермиона не может встретиться с родителями… Мы могли бы увидеться с вами на Рождество? — спросил Гарри застенчивым голосом, который очень сильно напомнил Гермионе о том, каким робким он был на первом курсе Хогвартса.       Губы Батильды дрогнули.       — Ты вернешься сюда на Рождество?       — Я надеюсь на это, — выдохнул Гарри в ответ. — Двадцать пятого числа?       — Да… мой мальчик… — Батильда была потрясена. — Вы оба… Это сделало бы старую леди очень счастливой.       Гарри обнял пожилую леди и прижал ее к своей груди. Гермиона увидела, как из его глаз покатились слезы. Он нашел семью, о существовании которой и не подозревал.       Оставив их наедине, Гермиона подошла к окну, чтобы наблюдать за двумя Пожирателями смерти, которые бродили по улице, разговаривая между собой. Она задавалась вопросом, подозревают ли они, что именно Гарри нарушил табу. Само местоположение выдало бы его, ведь они находились всего в нескольких домах от того места, где Гарри расправился с их хозяином шестнадцать лет назад.       — Мы должны сейчас уйти. Мне так жаль…       — Тише, мальчик, это не твоя вина, — утешала его пожилая ведьма дрожащим голосом. — Я хочу, чтобы ты был в безопасности. Если тебе придется уйти, я пойму.       Гарри кивнул и протянул руку Гермионе. Она поняла, чего он хочет, и подала ему мантию.       — Мы вернемся к Рождеству. Я обещаю, — сказал он. Затем Батильда подошла к Гермионе и протянула к ней руки. Девушка удивленно посмотрела на нее, но наклонилась, чтобы пожилая леди могла ее обнять.       — Не спускай с него глаз, дорогая, что-то подсказывает мне, что он — в самом самом эпицентре неприятностей.       Гермиона улыбнулась, хотя слезы жгли ее глаза. Батильда была таким сокровищем. Ее чудачества, должно быть, очень утешали родителей Гарри, пока они были изолированы от друзей в страхе за свою жизнь, и было так очевидно, что она обожала Гарри. Бедная старушка, должно быть, была безумно одинока, а потом появилась Рита Скитер, воспользовалась ее одиночеством, вытянула из нее истории и посмела изменить ее память. Гарри был прав, обещав ей компанию на Рождество. Она лишь надеялась, что они смогут встретиться.       Попрощавшись с Батильдой, Гермиона взяла Гарри за руку. Он посмотрел на нее с нежностью в глазах и поцеловал в щеку.       — Ты готова?       Она кивнула. Расставаться с Батильдой было чрезвычайно тяжело, но после еще нескольких объятий и обещаний вернуться они скрылись под мантией. Гарри проверил портключ и затем вытащил палочку, его взгляд стал жестким.       — Прямиком в развалины, — сказал он ей вполголоса. Она кивнула.       Ребята выскользнули через парадную дверь, тихо прикрыв ее за собой. Гарри взял Гермиону за руку и направился вперед быстрым, целеустремленным шагом. Сердце Гермионы учащенно забилось, когда они вышли на открытое место. Когда они проходили мимо Пожирателей смерти, раздался треск и появился третий. Гарри и Гермиона замерли, не ожидая прибавления в рядах врага.       — Вы двое… Знаете, к чему приводит ложная тревога?       Третий волшебник был одет в черную мантию, плотно облегающую грудь, с разрезами по бокам, открывающими сапоги из драконьей шкуры и черные брюки. Дуэльная мантия. Гарри напрягся, и Гермиона взглянула на него, подмечая в его глазах изумление. Он узнал этого человека.       — Мистер Эйвери, сэр, произошло нарушение табу… прямо здесь…       Эйвери… Гермиона подавила вздох. Он был одним из старших Пожирателей смерти, тем, кто присутствовал, когда Гарри похитили и использовали для воскрешения Волдеморта.       — Так говорилось в вашей наспех нацарапанной записке, но я не вижу здесь никого, кроме вас, недоумки.       — Он здесь. Наверняка под своей мантией, прячется…       Гермиона встретила взгляд Гарри, приподняв бровь. Она была права, предположив, что они заподозрят присутствие Гарри.       — Ребята из отдела магического транспорта уже установили бы защиту от аппарирования.       — Так почему вы все еще здесь? Ты думаешь, он стал бы задерживаться и рисковать? Поттер молод, но не глуп.       Когда они приблизились к бывшей резиденции Поттеров, маскирующие чары рассеялись, обнажив разрушенное здание. Гарри резко вдохнул, и Гермиона схватила его за руку, чтобы поддержать. Она не могла представить, каково ему видеть место убийства родителей, полностью сохранившееся, в виде жуткой дани уважения ему и его семье. Гарри остановил их, оглянувшись на Пожирателей смерти, затем пошарил в кармане и достал спрятанный портключ, который засунул в рукав. Он жестом велел ей пройти с ним за угол уцелевшей стены, подальше от посторонних глаз.       — Что бы ни случилось, оставайся здесь, вне поля зрения. Понадобится элемент неожиданности, чтобы помочь мне.       — Хочешь, чтобы они думали, что ты один? — тихо спросила Гермиона. — Гарри, что, если Эйвери вызовет его прямо сейчас?       — Он не сделает этого. Захочет убедиться, что я не смогу сбежать, прежде чем вызывать его. Эйвери был на кладбище, когда я сбежал, поэтому он знает, что я могу ускользнуть, — нетерпеливо пробормотал Гарри. — Если я попытаюсь аппарировать, то привлеку их внимание. Это должно выдать меня и заманить их сюда.       Гермиона уставилась на него, пытаясь найти способы обойти его логику, но его стратегия была разумной. Если он привлечёт к себе трёх Пожирателей смерти, она сможет легко устроить засаду из своего укрытия, если ему понадобится помощь.       — Я сделаю вид, что сдаюсь, а потом воспользуюсь портключем, но если они действительно возьмут надо мной верх…       — Я спасу тебя, если ты попадешь в беду, — хрипло прошептала Гермиона и, выскользнув из-под мантии, наложила на себя Дезиллюминационные чары. Ощущение холода от заклинания пробежало по ее волосам и вниз по телу. Она проверила свои руки, наблюдая, как магия окутала ее, превращая в хамелеона. Окончательно скрывшись от посторонних глаз, она посмотрела на Гарри. Конечно, он был под мантией, поэтому Гермиона не могла видеть его реакцию.       — Это хорошая идея, — прошептал ей Гарри. — Когда я активирую портключ, ты сделаешь то же самое.       Она кивнула.       — Иди, — прошептала она в ответ, — я тебя прикрою.       Гермиона не могла не восхититься мантией. Ничто не выдавало присутствия Гарри, никаких помех, ничего. Но потом она вспомнила, что это был бесценный артефакт, Святыня прямо из мифа.       Гермиона услышала его тихие шаги, когда он занял позицию, приближаясь к Пожирателям смерти, чтобы заманить их. Подняв палочку, она осмотрела местность, готовясь к засаде, которую собирался устроить Гарри.       — Что ж, начнем, — раздались его слова. В воздухе вокруг него возникло странное напряжение, когда он попытался аппарировать. Это было похоже на тепловую дымку, воздух мерцал и искажался, поскольку проклятие не давало Гарри уйти. Тут же с улицы в сторону помехи полетели оглушительные всполохи магии. Гермиона увидела, как одно из парализующих проклятий отразилось от щита Гарри.       — Он там! — закричал один из низших Пожирателей смерти.       Трое мужчин подбежали к нему.       — Ты не можешь аппарировать и не можешь спрятаться, Поттер!       Гермиона услышала в ответ хриплое рычание Гарри.       — Сдавайся. Ты окружен и тебя превосходят числом.       — Акцио мантия!       Гермиона увидела, как Гарри на мгновение показался из-под мантии, в попытке удержать артефакт. Этого было достаточно, чтобы выдать его.       — Ты не справишься с тремя, мальчик. Покажись!       — Если я покажусь, то получу награду в десять тысяч галеонов? — послышался голос Гарри. Затем он снял с себя мантию и отступил от них, подняв палочку и целясь в каждого Пожирателя по очереди.       — Черт возьми, это действительно он, — выдохнул волшебник слева от Гарри. Гарри принял оборонительную стойку и попятился. Пожиратели смерти двинулись, чтобы обойти его с флангов, пока он отступал к дому. Он позволил им загнать себя в угол. Эйвери приблизился, и Гарри направил на него свою палочку.       — Гарри Поттер? — спросил Эйвери.       Гарри поднял бровь и усмехнулся.       — Да. Что же меня выдало? Шрам? Очки?       — Я бы не был таким самоуверенным, мальчик, твоя гонка окончена. — Эйвери направил палочку между глаз противника. Гарри пятился, пока не достиг невысокой стены, окружавшей дом его семьи. Гермиона, не моргнув, нацелила свою палочку на Эйвери, готовясь мгновенно защитить друга.       — Брось палочку.       Гарри закатил глаза.       — Ты действительно думаешь, что я собираюсь сделать это?       — Зачем ты показался? — спросил мужчина слева. Гарри ухмыльнулся.       — Чтобы ты мог отправиться к Волдеморту и сказать ему, что я вернулся на то место, где уничтожил его в детстве, — насмешливо протянул он.       — Экспеллиармус! — волшебник слева от Гарри пытался обезоружить его, но не учел молниеносной реакции противника.       — Протего! — он поднял щит прежде, чем Пожиратель закончил свое заклинание. Над щитом Гарри вспыхнул красный огонек. Он наложил на щит невербальный Экспеллиармус и застал мужчину врасплох, палочка вылетела у него из руки.       Гермиона сделала свой ход прежде, чем Эйвери успел проклясть Гарри.       — Экспеллиармус!       Эйвери разинул рот от удивления, и палочка выпала из его руки прежде, чем он успел произнести «Круцио».       Гарри ухмыльнулся Пожирателю смерти.       — О, я забыл упомянуть. Я здесь не один. — Взмахом левой руки он освободил платок, прикрывавший его портключ. Платок упал на землю перед ним.       — Было приятно снова увидеть тебя, Эйвери. Много воды утекло…       Гермиона последовала его примеру, прежде чем третий Пожиратель смерти успел осознать, что здесь произошло. Он дернулся в попытке разоружить Поттера, но раздался громкий свист рассекаемого воздуха, и Гарри исчез как раз в тот момент, когда в него полетело заклинание.       Гермиона наблюдала за тем, как бледнеет лицо Эйвери, который в очередной раз осознал, что ему не удалось схватить Гарри Поттера. Она почувствовала знакомый рывок и тоже устремилась к безопасному месту назначения, оставив Годрикову Впадину, Батильду и трех сбитых с толку Пожирателей смерти позади.