Глава 16

      Сразу после того, как Гарри закончил мысль, материализовалась пара дверных ручек. Гермиона ахнула, схватив его за руку и широко раскрыв глаза. Гарри стянул с них мантию-невидимку. Если могли войти только члены Отряда Дамблдора, то они, несомненно, были в их составе. И плюс, врываться невидимым было не лучшей идеей; он только навлечет на них проклятия от дюжины людей. Гарри оглянулся, проверяя, пуст ли коридор. Температура быстро падала.       Не медля, Гарри схватился за ручки Выручай-комнаты, бросив на Гермиону настороженный взгляд, и дернул их на себя, поспешно шагнув внутрь.       Он ожидал увидеть Отряд Дамблдора в полном составе или, по крайней мере, гриффиндорцев. В своем воображении он представлял тренировку: плохо направленные ошеломляющие чары, летящие над головой; Джинни, уничтожающую еще один манекен; кого-то, падающего на подушки от чар помех. И думал, что внутри шумно.       Чего он не ожидал увидеть, так это человека с закрытыми глазами, сидящего на полу, прислонившись спиной к стене, в полном одиночестве. В тот момент, когда они с Гермионой вошли, человек открыл глаза. Они уставились друг на друга, затем юноша вскочил на ноги, встал в дуэльную стойку и вытянул вперед палочку, как его научил сам Гарри.       Невилл Лонгботтом, стоящий перед ним, сильно отличался от его друга, с которым он попрощался прошлым летом. Его лицо было бледным, восковым, глаза широко раскрыты от беспокойства. Его рука напряглась, он был сбит с толку и напуган. Но затем напряжение спало, и Невилл открыл рот от изумления, когда увидел, кто именно вошел в комнату.       — Гарри? — Его голос был хриплым. Он сглотнул и шагнул вперед. — Гермиона?       — Да, это мы, — подтвердил Гарри, осторожно приближаясь и опасаясь направленной на него палочки. Он опустил свою палочку и задумался, как доказать Невиллу, что это действительно они. — Э-э… на третьем курсе ты заставил боггарта, изображающего Снейпа, носить одежду твоей бабушки. На его голове было чучело стервятника.       Бледное лицо Невилла расплылось в широкой улыбке, и он тут же опустил палочку. Он тихонько рассмеялся, потом еще раз, громче. А затем Гарри и Гермиона увидели, что Невилл мчится к ним, распахнув объятия. Он схватил их в охапку, неловко столкнув всех вместе.       — Я… я не верю… — успел сказать Невилл, смеясь. — Они заблокировали школу из-за вас?       Гарри удалось вырваться из рук друга, но он заметил, что тот довольно сильно трясется. Гарри воспользовался передышкой, чтобы засунуть мантию-невидимку под свитер.       — Да, насчет этого… Судя по тому, что ты сам здесь прячешься, я полагаю, что мы в безопасности? — Он вытащил карту из кармана, засунув палочку за пояс. И тут же вспомнил, что там уже находится палочка Малфоя.       Гермиона схватила Невилла за плечи и оглядела его с ног до головы, изучая прищуренным взглядом.       — Тебе больно, — воскликнула она.       Невилл слегка пожал плечами.       — Я в порядке, — небрежно ответил он. — Я был на отработке, когда Снейп запер школу. Я думал, что другие сделали что-то, чтобы прекратить это. И даже не догадывался, что это вы.       — На отработке… — повторила Гермиона.       Гарри закончил проверять свою недавно приобретенную вторую палочку и обратил внимание на то, что сказал Невилл. Сильная дрожь, бледное лицо… тот факт, что он сам подвергся проклятию всего несколько минут назад в Комнате…       В ярости Гарри подошел к Невиллу, положив руку ему на плечо.       — Они используют Круциатус в качестве наказания? — спросил он возмущенно.       Гнев захлестнул Гарри при воспоминании о словах Добби о том, что Темная магия используется на учениках.       — Кэрроу заставляют нас практиковать ее на тех, кто находится на отработке, некоторым это нравится — особенно Крэббу и Гойлу… — Лицо Невилла потемнело.       — Точно… у нас была стычка с ними и Малфоем ранее, — сказал Гарри. — Мы надеялись проскользнуть и выйти незамеченными, но, как и с большинством моих планов, что-то пошло не так…       — Ну, тогда я твой должник. Мне пришлось выдержать всего пару раундов. — То, как Невилл буднично говорил о пытках, он, чьи родители сошли с ума из-за того же проклятия, было слишком для Гарри.       Гермиона погладила руку Невилла. Она взглянула на Гарри, закусив губу. Он понял ее дилемму. Как они могли ничего не сделать теперь, когда знали, насколько все плохо?       — Если бы кто-то сказал мне сегодня утром, что я наткнусь на вас, я бы назвал его идиотом, — сказал Невилл, но затем нахмурился, глядя на Гермиону, осматривающую комнату. — Подожди… где Рон?       Гарри почувствовал себя так, будто его ударили в живот, упоминая это имя. Гермиона вздрогнула, услышав вопрос.       — Рон… нездоров, — осторожно сказала она.       Невилл фыркнул.       — Не волнуйся, Джинни сказала нам, что он на самом деле путешествует с тобой.       Гарри поморщился от мысли, что Джинни так свободно выложила легенду Рона. Он надеялся, что «мы» не включают в себя болтунов.       — Он путешествовал с нами, но… — Гарри постучал рукой по карте, пытаясь придумать, что сказать. — Мы довольно сильно поссорились, и он уехал к семье. Не знаю, планирует ли он прятаться или изображать чудесное выздоровление.       Невилл выглядел шокированным.       — Чёрт… Джинни будет в ярости, когда узнает.       — Э-э… ну… рано или поздно она узнает, я полагаю, — сказал Гарри. Он посмотрел на карту. — Как так вышло, что ты пришел сюда, а не вернулся в гостиную?       — Мы использовали Выручай-комнату, как убежище. Как я уже сказал, я думал, что блокировка была ответом на действия моих друзей. Мы занимались созданием небольшого хаоса в школе. Рисовали лозунги на стенах, бросали нюхлеров в кабинете Кэрроу. — Невилл снова ухмыльнулся. — У нас была вечеринка в стиле Гарри Поттера у Хагрида на Хэллоуин.       Гарри слушал с нарастающим ужасом.       — Невилл… Я знаю, что не могу вас осуждать, но разве это не безрассудно? Этим людям все равно, кого они ранят.       — Им приказано не калечить никого, чья семья входит в Священные Двадцать Восемь, — мрачно сказал Невилл. — Министерство вернуло старый чистокровный бред с древними семьями. Ну… я говорю Министерство, но мы все знаем, кто на самом деле это сделал.       Гарри вспомнил гобелен с генеалогическим древом, где переплетающиеся линии связывали чистокровные семьи воедино. Это вызвало у него отвращение.       — Как чистокровный, даже если я предатель крови, я более ценен для них живым, несмотря на неприятности, которые им причиняю, — выражение лица Невилла стало суровым, — но нечистокровные, получают по полной программе. Порка розгами, Круциатус… цепи…       Гарри с ужасом вспомнил оковы в кабинете Филча.       — Это варварство, — возмутилась Гермиона.       Невилл кивнул.       — Другие учителя должны направлять нас к Кэрроу для наказания, но они этого избегают. — Невилл кинул взгляд на Гарри, который снова изучал карту. — Но хватит об этом, вы… почему вы здесь? — Он покачал головой. — Нет, как вы здесь очутились? Входы и выходы из школы перекрыты и охраняются.       Гарри вскинул голову.       — Что? Даже тот, что на втором этаже?       — Тот, что позади одноглазой ведьмы? — спросил его Невилл, присматриваясь к карте. — Мерлин, это карта? Джинни упомянула, что у тебя есть карта школы…       Еще один секрет, которым поделились без его согласия.       — Да, мой отец и его друзья сделали ее, когда учились в школе… — объяснил Гарри. Он повернулся так, чтобы Невилл мог видеть карту как следует, а не вверх ногами. Гермиона подошла к нему с другой стороны. — И мы попали сюда с помощью домового эльфа. Моего друга — Добби.       Невилл кивнул, зная, кто такой Добби, по его визитам в общежитие мальчиков время от времени, а также когда Добби предупреждал их о том, что Амбридж узнает об Отряде Дамблдора.       — Добби не может вытащить нас тем же путем, поэтому он пошел на кухню, чтобы спрятаться там, — продолжил Гарри, — мы… э-э… были в Тайной комнате. — Он решил довериться Невиллу. — Но когда мы прибыли, мы наткнулись на Плаксу Миртл. Я думал, что могу доверять ей, но, видимо, у нее теперь другие убеждения, и она сказала Малфою, где мы.       Глаза Невилла расширились.       — Малфой? Но… если он знал, что ты здесь, почему он не…? — Он ткнул палочкой в левую руку.       — Он хотел сам меня схватить, — сказал Гарри, взглянув на Гермиону. — Он, Крэбб и Гойл пытались устроить засаду, но не учли того, что Гермиона так же хороша в обращении со своей палочкой.       — Идиоты. — Невилл фыркнул. — Поделом им. Я так понимаю, они все еще там, внизу?       — Да, оглушенные и связанные, как рождественские индейки.       — Как думаешь, Миртл предаст кого-нибудь еще? — спросил его Невилл. — Например, Снейпа?       Гарри об этом не думал. На самом деле, он вообще ни о чем не думал. Его мозг будто бы замер.       — Э-э… ​​я так не думаю. Но до этого я думал, что она не выдаст нас Малфою. Так что… без понятия.       — Я считаю, что она, скорее всего, поднимет тревогу из-за пропажи Малфоя. Смотрите, она в ванной, — указала Гермиона, привлекая их внимание к женской ванной, где, конечно же, была табличка «Миртл Уоррен».       — Чёрт, Миртл, почему ты влюбилась именно в Малфоя? — простонал Гарри.       Он протянул Гермионе карту и зашагал прочь, прижимая ладони ко лбу и разминая его в попытке заставить шестеренки вращаться.       — Так… в школе полно дементоров. Мы застряли здесь, пока они не закончат поиски, — подумал он вслух. Он повернулся, снова глядя на Невилла. — Это уже случалось раньше? Эта процедура перекрытия школы?       — Да, несколько раз, — ответил Невилл. — Дементоры закончат зачистку, а затем главы факультетов проведут перекличку… но школа по-прежнему будет под строгой охраной. Все выходы и входы патрулируются.       Выхода нет. Мы в ловушке.       Стоп!       Мы не можем прятаться здесь вечно. У нас есть миссия, о которой нужно позаботиться.       — Из школы должен быть выход, — выпалил Гарри. — Я выпрыгну из окна, если придется.       Мы можем выскользнуть ночью… как-нибудь.       Как?       Я не знаю.       Когда он отходил от Невилла и Гермионы, его разум был в конфликте с самим собой. Уровень его паники катастрофически возрос, сердце подпрыгнуло в груди. Гарри почувствовал на своем плече руку, остановившую его движение. Он поднял взгляд и увидел Гермиону. Ее лицо было мрачным, но глаза — нежными и понимающими.       — Успокойся. Мы что-нибудь придумаем, — тихо сказала она. — Мы всегда что-нибудь придумываем.       Невилл подошел к ним, роясь в карманах. Он вытащил что-то ярко-золотое и круглое. Галеон. Гарри был немного озадачен тем, что Невилл подумал о деньгах в такое время.       — У Джинни и Луны есть свои галеоны. У всех нас они есть, — сказал он, протягивая ладонь и показывая им монету. Тогда Гарри понял, что это была за монета. Это был зачарованный галеон Невилла, тот, что был связан с его собственным.       Он пожалел, что оставил свой в сундуке.       — Кэрроу сходят с ума, пытаясь выяснить, как мы общаемся, — сказал Невилл с ухмылкой. — Как только снимут блокировку, я сообщу остальным и позову их сюда. Вместе мы сможем устроить отвлекающий маневр, который даст вам возможность сбежать.       Это был не тот вариант, который Гарри хотел услышать. Он сомневался, что чистокровное происхождение защитит их от последствий пособничества. Это вряд ли ускользнет от внимания Пожирателей смерти, особенно когда Малфой, Крэбб и Гойл будут обнаружены и проболтаются о присутствии Гарри и Гермионы в школе. Он изучал галеон, пытаясь придумать альтернативу, но его разум был в панике.       Кэрроу будут пытать их, чтобы получить информацию. Так же, как пытали всех на свадьбе из-за меня.       Только если это обнаружится…       Это станет очевидным!       Они могут подумать, что мы сбежали сами.       Если мы сбежим… выхода нет…       — Это единственный выход, Гарри, — голос Гермионы заставил его вернуться. — Это и их битва тоже.       Он поднял голову и посмотрел на нее.       — Если что-то случится… из-за этого… из-за меня…       Невилл положил руку ему на плечо. На его лице было выражение, которого Гарри никогда раньше не видел. Абсолютная решимость. Его челюсть была сжата, глаза ясные, сосредоточенные, их теплота сменилась яростью, которую он обычно ассоциировал с Джинни. Он выглядел сыном двух храбрых авроров, когда решил подбодрить Гарри и оказать ему свою поддержку.       — Мы верим в тебя, Гарри, — твердо сказал он. — И пришло время тебе поверить в нас. Позволь нам помочь.       Он снова посмотрел на галеон. Его желудок свело судорогой. Гарри почувствовал тошноту, затылок покалывало, он вспотел во время отчаянного бега по школе. Это было снова, как в Отделе Тайн, когда он втянул друзей в неприятности. Но потом… они сказали ему, что это их шанс сделать что-то важное. Их выбор.       Кто он такой, чтобы принимать решения за них? Если бы он был на их месте, и ему сказали отступить, он был бы в ярости. И правильно. Если они хотели помочь, это был их выбор, а не его. И ему придется с этим жить. Гермиона была права. Это была и их битва тоже.       Он положил руку на руку Невилла, встретившись с его взглядом, наполнив себя той же стойкостью, той же решимостью. Его собственный дух Гриффиндора снова ожил, когда он наполнялся надеждой от своего друга, из его веры в лучшее.       — Когда он узнает, что я был здесь, а он узнает… — тихо сказал Гарри. — Он преследовал меня, наложил табу на свое имя, даже назначил награду за мою голову и сделал меня самым разыскиваемым волшебником из ныне живущих. Он… никого не убьет, но… и не будет сдерживаться.       Вместо того, чтобы вызвать страх у Невилла, его слова только укрепили его решимость.       — Если это заставит труса показать свое лицо, а не прятаться за своими марионетками, то это того стоит, — сказал он, сжав в кулак руку, державшую галеон. — Думаю, мне бы хотелось увидеть выражение его лица, когда он узнает, что ты снова ускользнул от него.       На губах Гарри появилась легкая ухмылка.       — Не заставляй меня ревновать. Я бы тоже хотел это увидеть. — Он оглядел комнату. — Я так понимаю, нам просто нужно подождать, пока дементоры закончат? Сколько времени это обычно занимает?       Невилл пожал плечами.       — Несколько часов.       — Несколько часов? — пробормотал Гарри. — Нам придется ждать так долго?       — Школа довольно большая, — сказал Невилл. — Потом старосты всех пересчитают… хм… МакГонагалл заметит, что я пропал.       — Это будет проблемой? — встревоженно спросил Гарри.       — Нет, она меня прикроет… но будет волноваться, — грустно улыбнулся Невилл. Гарри почувствовал волну привязанности к пожилой волшебнице. — Если я смогу передать сообщение остальным, они дадут ей знать, что со мной все в порядке.       Гарри кивнул.       — Хорошо… Тогда нам стоит устроиться поудобнее, пока дементоры и Пожиратели смерти ищут нас.       Его взгляд остановился на подушках, которые они когда-то использовали для практики. Он подумал, что ему не хотелось бы просто сидеть на полу.       — Комната может предоставить нам практически все, — сказал Невилл, — нам уже приходилось ночевать здесь, когда нас заставали после комендантского часа, и мы не могли добраться до общей гостиной. Единственное, чего она нам не может дать, так это еду… что станет проблемой, если мы застрянем здесь на ночь. Голод — это, конечно, наименьшая из наших проблем…       — Это потому, что магия Комнаты основана на трансфигурации, — сказала Гермиона, обведя жестом пространство, — эти предметы, скорее всего, становятся тем, чем были, после того, как все уходят. Еда — одно из исключений из Закона Гэмпа об элементарной трансфигурации, так что…       — Гермиона хочет сказать, что Комната не может создавать еду из ничего, — вмешался Гарри, подмигнув Гермионе. — Но у нас есть решение.       Гермиона нахмурилась, рассердившись на то, что он ее перебил, но затем ее брови изогнулись в недоумении.       — А у нас есть?       — У нас есть еда. И мы сможем спокойно подождать…       Он представил себе уютную гостиную в их палатке. Успокаивающий звук синего колокольчика, вызывающий привыкание смех Гермионы, вкус горячего шоколада, прикосновение губ к его коже…       Он оглядел комнату, затем подошел к Гермионе.       — Поставим? — спросил он. Ее брови взлетели вверх, и она взглянула на Невилла. Она молча протянула ему карту и открыла сумку. Невилл с любопытством придвинулся к Гарри, а Гермиона присела на корточки.       — Поставите? — повторил Невилл. — Что, как…       Гермиона вытащила сложенную палатку и положила ее на пол. Гарри потянул Невилла за руку, чтобы он отошел подальше, и Гермиона смогла установить их переносной дом. Невилл открыл рот от удивления, как и тогда, когда они впервые вошли в Комнату и нашли его.       — Энгоргио… эректо…       Палатка выросла до своих обычных размеров, затем начала собираться сама собой, как будто надуваясь. Стойки смотрели вверх, веревки вились, натягивая полотно. Гермиона закрепила колышки в каменном полу так же, как она делала это в хижине.       Довольно скоро они увидели старомодную палатку, по-видимому, пригодную для того, чтобы только двое могли в ней спать, стоящую в центре Выручай-комнаты и выглядящую невероятно неуместно.       — Э-э… — Невилл был сбит с толку.       Гарри ухмыльнулся, засовывая карту в карман. Гермиона вошла внутрь, откинув брезентовый полог. Гарри последовал за ней, махнув Невиллу рукой. Он шагнул внутрь, оказавшись в знакомом, безопасном пространстве. Его беспокойство почти утихло, когда он вернулся в их убежище. Он услышал, как Невилл заходит, и тихо вздохнул, повернулся и протянул ему руки.       — Добро пожаловать в скромное жилище Гарри Поттера и Гермионы Грейнджер, — сказал Гарри Невиллу, наслаждаясь шоком на его лице. — Чашку чая?       — Да, пожалуйста, — ответила Гермиона, направляясь к креслам в гостиной.       — Присаживайся, Нев. — Так его называли только друзья-гриффиндорцы. Услышав это, Невилл немного расслабился. Он подошел к Гермионе, удивленно разглядывая палатку.       — Вы все это время были в пути?       — Мы всегда в движении, — сообщила ему Гермиона, бросая синие колокольчики в чашу на журнальном столике. Это было не обязательно, так как в Хогвартсе всегда было тепло, но теперь это стало традицией, создавало уют. — Защитные заклинания не дают нам быть обнаруженными, но мы держимся подальше от людей.       Пока Гермиона и Невилл разговаривали, Гарри проскользнул на кухню и начал возиться с чайником. Накладывая на чайник чары и ставя его кипятиться, он рассматривал карту. Гарри взглянул на ванную комнату девочек. Миртл все еще была там, а Малфой пока что не появлялся.       Через несколько минут он вернулся в гостиную, левитируя три кружки чая на журнальный столик.       — Твоя желтая кружка, — сказал Гарри Невиллу, когда они устроились за столом.       Гермиона тут же взяла свою кружку. Гарри заметил, что Невилл сидит на обычно пустующем месте Рона.       Он откинулся назад, потирая затылок, и сам удивился, обнаружив не привычные длинные и растрепанные волосы, а коротко стриженные. Невилл наблюдал за ним с веселой улыбкой.       — Я должен спросить. Что сделала с тобой Гермиона, чтобы наконец убедить тебя подстричься? Привязала и пригрозила ножницами?       Гарри собирался выпить свой чай, когда Невилл упомянул, что его привязывают. Он резко выдохнул в горячую жидкость, и капли чая разлетелись в разные стороны. Устыдившись, Гарри поставил кружку и попытался навести чистоту с помощью рукава. Гермиона спрятала лицо за своей кружкой.       — Э-э… ​​не совсем, — хрипло сказал Гарри.       Невилл, казалось, был очень удивлен его реакцией. Гермиона, однако, бросила на него сдержанный взгляд поверх своей кружки, ее глаза блестели. Он точно знал, о чем она думает. Он думал о том же — как она действительно связала его. Гермиона прочистила горло и опустила кружку.       — На самом деле, все, что нужно, — это умело сделанный комплимент и… дар убеждения, — осторожно сказала она.       Лицо Гарри вспыхнуло, и он скрыл свое смущение, уткнувшись в карту.       — Ну, ладно… тебе идет. Может, мне стоит создать себе более мужественный образ?       — Что я могу сказать? Я всегда создаю тренды, — весело сказал Гарри.       Гермиона покачала головой.       — Не могу поверить, что вы рассуждаете об этом в то время, когда Пожиратели смерти ищут нас.       Невилл поставил кружку, поняв намек. Он положил зачарованный галеон на стол.       — Я сейчас отправлю сообщение о том, что я здесь и приду, когда снимут блокировку. Джинни и Луне.       Он вытащил палочку и начал стучать по монете, меняя буквы на сообщении. Гарри заметил перемены в Невилле — он стал намного более уверенным в себе. Достаточно было, чтобы Пожиратели смерти взяли верх, чтобы он повзрослел.       Гарри заметил, как Гермиона смотрит на Невилла, и задался вопросом, совпадают ли их мысли.       — Так они хотя бы поймут, что я в безопасности, — сказал Невилл, откидываясь назад. — Пока мы ждем, не могли бы вы рассказать мне, что заставило вас рискнуть вернуться сюда и отправиться в Тайную комнату?

***

      Через некоторое время Гарри снова нашел, чем себя занять. Он отправился на кухню, чтобы приготовить ужин для троих. При этом он прислушивался к разговору в гостиной — его острый слух улавливал каждое сказанное слово. Невилл поделился мрачной правдой о том, как обстояли дела в Хогвартсе в последние два месяца. Это звучало нереально: занятия по Темным Искусствам, маггловедение, которое на самом деле было пропагандистской чушью о том, насколько недочеловеками являются магглы, и слухи о том, что сам Волан-де-Морт был в замке, добавляя собственные меры безопасности, пока студенты спали. Затем Невилл рассказал об их попытке украсть Меч Гриффиндора.       Когда они поведали Невиллу о своей миссии по добыче яда василиска, он взволнованно ответил, что они собирались украсть Меч именно потому, что он, по их сведениям, обладал такими же свойствами, как и яд. Однако усилия не увенчались успехом, и в качестве наказания их отправили в Лес. Гарри и Гермиона не стали сообщать ему, что знают об этом, подслушав Теда Тонкса, Дина Томаса, Дирка Крессвелла и гоблинов.       Также всплыла тема Хэллоуина.       — Ежедневный пророк печатает такую ​​чушь, пытаясь дискредитировать Гарри, а теперь и тебя. Они пишут, что Гарри пытался поднять восстание в Годриковой впадине на Хэллоуин… объявив кровную месть Министерству… — язвительно проговорил Невилл.       Гарри оглянулся и поймал взгляд Гермионы.       — На самом деле, Невилл… Гарри был в Годриковой впадине на Хэллоуин… мы оба были…       Гарри вернулся к готовке, потому что стейки начали подгорать. Он знал, что никто не ударит его по затылку, если он их испортит, но он все равно не хотел изготовить несъедобный стейк и угощать Гермиону и Невилла паршивым ужином. Он гордился своими кулинарными способностями.       — Я почти закончил, — крикнул Гарри. — Ты можешь накрыть на стол?       Он ухмыльнулся, когда призванные Гермионой стаканы и столовые приборы вылетели из шкафа и ящиков. После этого Гарри взял тарелку и понес к столу стейк с картошкой фри. Невилл смотрел на него с открытым ртом.       — Когда ты сказал, что будешь готовить, я не думал, что ты реально станешь сам жарить стейк.       Гермиона встретила взгляд Гарри, накрывая на стол и понимающе улыбаясь. Невилл подошел к ним и занял свободное место.       — Ну, сам бы он не приготовился, — сказал Гарри, плюхнувшись на стул. Гермиона наполнила его стакан, и он поблагодарил ее.       Он заметил, что Невилл чувствовал себя неловко и ел, украдкой поглядывая на Гарри. Гарри положил карту рядом с собой, чтобы увидеть, когда студенты начнут покидать свои гостиные. Он надеялся, что им не придется проводить ночь в палатке. Это означало бы изменение размера кровати Рона для Невилла.       Невилл сказал, что они спали в Выручай-комнате… может быть, он мог бы спать там.       Немного грубовато выгонять его… когда он многим рискует, чтобы помочь нам.       Он узнает о нас.       Мысли Гарри путались, пока он ел. Он взглянул на карту, увидев, что школа все еще пуста.       — Где ты взял эту еду, если ее нельзя трансфигурировать? — спросил Невилл в конце концов, проглотив кусок стейка.       — Мы ходили по магазинам, — ответил Гарри, улыбаясь реакции Невилла. — Конечно, замаскировавшись под магглов. Мы оба выросли среди магглов, так что можем без проблем вписаться в их мир. Это довольно полезный навык выживания, когда ты самый разыскиваемый человек в волшебном мире.       — Держу пари… — задумчиво сказал Невилл, — многие магглорожденные сейчас делают то же самое.       — Если они достаточно мудры, они уже покинули страну, — сказала Гермиона. — Я отправила своих родителей за границу, защищая их… но сама осталась, чтобы сражаться вместе с Гарри.       Невилл кивнул, выглядя немного смущенным.       — У тебя столько же прав остаться и сражаться, как и у всех остальных.       — Я думаю, мои родственники уже за границей, — сказал Гарри, ковыряя вилкой картофель в тарелке. Он не чувствовал голод из-за нервов. — Я их терпеть не могу, но… не хочу, чтобы они пострадали из-за меня.       — Ты знаешь, как готовить по-маггловски, благодаря своим родственникам? — спросил Невилл.       Гарри опустил вилку, удивленный вопросом. Он понял, что Невилл очень мало знал о его жизни за пределами Хогвартса. Немногие знали то, что не было напечатано в книгах или газетах. В конце концов, он не был тем, кто любил делиться личным.       — Да. Моя тетя… э-э… научила меня. Прошло много времени с тех пор, как мне приходилось это делать, но удивительно, как быстро возвращаются навыки.       — Так это здорово. Если бы мне пришлось выполнять твою миссию, я бы умер от голода в первый же месяц, — сказал Невилл с самоуничижительным смешком.       Он закончил есть и аккуратно сложил столовые приборы на тарелку. Гарри не в первый раз заметил, что у Невилла безупречные манеры, похожие на его собственные. И только сейчас понял, почему. У обоих было непростое детство. У него маггловское, у Невилла магическое.       — Ты все? — спросила Гермиона у Гарри, указывая на его тарелку.       Он кивнул. Она забрала их тарелки, оставив Гарри наедине с Невиллом.       Гарри потратил немного времени, чтобы снова проверить карту. Все еще в ловушке. Он обыскал замок в поисках Пожирателей смерти, найдя Снейпа и Кэрроу в кабинете директора. Он не мог решить, хороший это знак или плохой. Гарри потер свой шрам. По крайней мере, у него был четкий способ узнать, здесь ли Он.       Гарри поднял глаза на Невилла. Парень изучал его, неловко теребя пальцы. — Гермиона сказала, что… ты был в Годриковой Впадине, — голос Невилла был тихим, но в глазах горел огонь, который он видел ранее. — Ты навещал их? Твоих… родителей?       Гарри отвел взгляд. Боль пронзила его, когда он вспомнил их могилы, безжизненный белый мрамор их надгробия. Он видел статую на площади, их застывшие лица, его увековеченное детское ликование, эпизод из жизни, который он не мог вспомнить. Затем он посмотрел на Невилла.       — Да, мы это сделали.       Невилл опустил голову.       — Я… предполагаю, что это было тяжело. Я знаю, каково это, когда я навещаю свою семью.       Гарри подумал, что Невилл был так близок к тому, чтобы стать целью Лорда Волдеморта вместо него.       — Это было сложно, — тихо сказал он. — Но я рад, что пошел. Мне нужно было увидеть их… и дом. Мне нужно было… вспомнить, за что я борюсь.       Невилл кивнул.       — Ради них.       Гарри кивнул в ответ.       — Ради них, — согласился он.       Невилл внезапно ахнул, похлопав по карману мантии. Он вытащил галеон, который светился, а буквы на монете начали меняться и сдвигаться.       — Гермиона! У нас есть ответ! — Гарри позвал свою девушку.       Он услышал, как загрохотали тарелки, которые она выронила. Гарри схватил карту, пока Невилл изучал монету. Он увидел Снейпа в Большом зале, стоящего рядом с Кэрроу и другими людьми, которых он знал. Учителя. Он не увидел МакГонагалл и старост. Он осмотрел гостиную Гриффиндора.       — Это от Луны, — сказал Невилл. Он положил монету рядом с картой. Гермиона присоединилась к ним. — Она говорит, что им разрешено пойти в Большой зал на поздний ужин.       Затем Гарри увидел Минерву МакГонагалл среди множества имен всех оставшихся гриффиндорцев. Его взгляд упал на очень знакомое имя. Джинерва Уизли.       — Это значит, что она придет сюда? — спросила Гермиона у Невилла.       Как только она задала вопрос, монета снова засветилась. Гарри оторвал взгляд от карты, чтобы увидеть, как буквы поплыли и превратились в новое сообщение.       Приготовьтесь к ночевке. После ужина поднимусь на пятый этаж. Так менее подозрительно. Д.       Гарри встретился взглядом с Гермионой. Он точно знал, о чем она думает.       Невилл тем временем улыбался во весь рот. Он поднял палочку, чтобы ответить. Гарри резко схватил Невилла за запястье, останавливая его. Невилл нахмурился.       Гарри снова посмотрел на Гермиону, пытаясь донести свои намерения одним лишь взглядом.       — Невилл, есть… кое-что, что ты должен знать, прежде чем мы пригласим Джинни и Луну. — Гарри подошел к Гермионе. Смущенный взгляд Невилла последовал за ним. Лицо Гермионы смягчилось, когда она взяла Гарри за руку. Он посмотрел на Невилла, наблюдая, как он начал что-то понимать, и его брови поползли вверх от удивления.       — О… о! — Он отступил от стола. — Ты… ты наконец понял это?       Гермиона бросила на Невилла хмурый взгляд.       — Понял что?       Невилл внезапно расхохотался. Так сильно, что схватился за спинку стула, чтобы удержаться на ногах. Гарри обменялся недоверчивым взглядом с Гермионой, пока Невилл смеялся, и его глаза сверкали от радости. Он глубоко вздохнул, чтобы сдержать смех.       — Вы же созданы друг для друга. Вы не задумывались, почему люди всегда считали вас парой? — спросил Невилл, вызвав их недоумение. — Ходили слухи, что Сушеные головы поспорили, что вы поймете это до выпуска.       — Что? — выдохнул Гарри. — Я этого не знал.       Гермиона сказала, заикаясь:       — Что ты имеешь в виду, когда говоришь, что люди считали нас парой?       Невилл снова рассмеялся, его прежний отстраненный, затравленный взгляд исчез, и глаза светились радостью.       — Лучшие студенты года… совершенно не обращают внимания… — сказал он. — То есть, чтобы ты догадался, на тебя должны были начать охоту все Пожиратели смерти?       Гарри почувствовал, как кровь прилила к лицу еще сильнее от того, насколько все это было очевидно. Он посмотрел на Гермиону и, вместо того чтобы увидеть такое же смущение, увидел что-то еще. Что-то, что заставило его сердце подпрыгнуть от волнения. Ее взгляд переместился на Невилла, на губах играла мягкая улыбка.       — Кажется, так и было, — подтвердила она, — мы нашли друг друга.       Гарри очень хотел поцеловать ее за эти слова, но он не желал, чтобы Невилл чувствовал себя, как год назад, когда Рон и Лаванда практически не переставая целовались.       — После ссоры с Роном мы с Гермионой остались вдвоем, и это сыграло свою роль. Мы немного освоились, наши магловские корни объединили нас, и мы поступили так, как должны. — Он всмотрелся в лицо Невилла, оценивая его реакцию. Его друг просто кивнул.       — Тебе не нужно мне это объяснять, Гарри. Я… очень рад, если честно, — сказал он, его улыбка подтвердила эти слова, — в такие времена нам нужна надежда, и это ее мне дает. Видеть тебя счастливым дает мне надежду — вас обоих.       Гарри схватил его и внезапно обнял, отчего Невилл удивленно вскрикнул.       — Ты действительно хороший друг, — сказал Гарри, разжимая объятия. — Вот почему… мне нужно было сказать тебе, прежде чем Джинни увидит нас. Когда Рон узнал, он ударил меня, так что… я ожидаю чего-то похожего и, вероятно, гораздо более жестокого.       Унылое выражение лица Невилла сказало Гарри достаточно. Затем он бросил на Гарри жалостливый взгляд и похлопал его по плечу.       — Не знаю, что хуже, Джинни или Кэрроу, — сказал Невилл, уголок его рта дернулся вверх, но затем он успокоился и посмотрел на Гермиону. — Он поэтому ушел? Из-за вас двоих?       — Нет, он… — Гарри вздохнул. — Мы не предполагали, насколько сложно будет находиться в бегах… мы с трудом добывали еду, и Рон перенес расщепление, был ранен, голоден, замерз… и напуган. — Он отвернулся от Невилла, засунув руки в карманы. — Все стало невыносимо, и он сорвался. Мы спорили и говорили друг другу некоторые… довольно ужасные вещи. Я предложил ему уйти, и… он ушел.       Гарри почувствовал, как его обнимают теплые руки. Он выпрямился, увидев Гермиону рядом с собой. Она повернулась к Невиллу.       — Он спросил, пойду ли я с ним, и я решила остаться с Гарри, — продолжила она рассказ Гарри. Невилл нахмурился. — Я не могла… не могла оставить Гарри с его ношей, одного. И у меня нет жизни, к которой можно вернуться. Я грязнокровка. Либо бежать, либо отправиться в Азкабан.       Кулаки Гарри сжались при упоминании слова «грязнокровка». Он посмотрел на Гермиону, и почувствовал, как внутри разливается тепло. Затем он обнял ее, подтверждая, что он был рядом с ней так же, как и она с ним.       — Просто… все сложилось таким образом, и мы решили… попробовать. — Гермиона обменялась взглядом с Гарри.       Ему потребовалось приложить все усилия, чтобы сдержать желание поцеловать ее. Невилл усмехнулся, снова привлекая внимание друга к себе, и многозначительно посмотрел в сторону спальни. Гарри улыбнулся, выскользнув из объятий Гермионы.       — Извините, я джентльмен, — сказал он, вызвав смех Невилла. Когда он приблизился, и их глаза встретились, у них обоих возникла одна и та же мысль. Джинни. Гарри вздохнул. — И по этой причине я собираюсь рассказать Джинни все. Я, скорее всего, буду проклят, но… что есть, то есть. Гермиона и я… — Он оглянулся, его сердце затрепетало. — Мы партнеры. И в романтических, и в деловых отношениях. Мы оба единственные дети у своих родителей, у нас нет семьи, мы и магглы, и маги…       — Я понимаю, без слов, — сказал Невилл.       Гермиона присоединилась к ним и игриво подтолкнула Гарри. Это заставило Невилла улыбнуться.       — Из сообщения следует, что мы останемся здесь на ночь, — сказала она. — Мы с Гарри можем спать здесь, но для еще троих места не так много.       Гарри пришлось сдержать улыбку.       — Мы хотим уединения.       — Это не будет проблемой, — сказал Невилл. — В комнате можно трансфигурировать кровати и сделать их достаточно удобными для сна.       Гарри взглянул на карту, которая все еще лежала на столе. Теперь он был обеспокоен. Как отношения могут так сильно беспокоить его, когда ему угрожает смерть? Он подумал, что в этот момент был довольно нечувствителен к любым угрозам.       — Я отвечу через монету… и подготовлюсь к приходу гостей, — сказал Невилл и улыбнулся. — Я вижу, что вы хотите немного побыть вместе. — Он подмигнул им совсем не в стиле Невилла и добавил: — Одни.