Часть 2. Глава 5

Не зря Гарри поспешил к директорскому кабинету. Перед смертью не надышишься и всё такое. Тем более он уже столько дичи натворил, что было странно молчание директора. Даже напрягало, что помалкивает. Никаких идей, что говорить и как себя вести у Гарри не было. И что ждать от Великого человека, тоже ясно не было. — Проходи, мой мальчик, присаживайся, — за очками-половинками поблёскивали голубые глаза старика. Директор стоял у клетки с отвратительного вида птичкой и кормил её огненными зёрнышками — те взрывались, падая на почерневшее донышко клетки. Феникс остервенело склёвывал светящиеся от жара угольки и курлыкал. «Ничего красивого в фениксах ты не увидишь, шкет. Ужасно своенравные и зловредные птицы. Хотя… некоторые досужие умы полагают, что Феникс — отражение души владельца, когда живёт в неволе». — Видишь ли, Гарри, — заговорил профессор, когда мальчик устроился в глубоком кресле, почти полностью в нём утонув. Он всё ещё не смотрел на Поттера, полностью занятый кормёжкой своего неприятного питомца. — Я позвал тебя по весьма печальному поводу. Гарри задохнулся от животного страха, решив, что речь идёт о смерти Сириуса. Еле смог удержаться от вопроса, от крика, от желания поторопить медлительного директора. — Молчишь? — в голосе старого профессора звучала добрая усмешка. — Думаю, ты и сам понимаешь, что поступил необдуманно, поддавшись влиянию не совсем умных людей. Гарри захлопал глазами, выплывая из кровавого марева — фантазии как погиб последний из Британских Блэков слишком ярко нарисовались перед внутренним взором. Оказалось, директор уже стоит перед ним, сложив руки на животе, и наклонившись, заглядывает в глаза. — Тебе плохо, Гарри? — Всё в порядке, профессор, — прохрипел Гарри от переполнявших его эмоций. Его серьги в ухе чуть нагрелись, но почти сразу остыли. — Я не понимаю… — Речь идёт о твоём дерзком… — директор выпрямился и медленно пошёл к креслу за высоким столом, уставленным десятками удивительных предметов. — …и не побоюсь этого слова — вопиющем поступке. Не далее, как вчера, ты провёл незаконный обряд, приняв под своё покровительство магглорождённую ученицу. — Под свою опеку, — буркнул Гарри, медленно выдыхая. — Это обычная практика, профессор, Дам… — Молчать! — громкий крик великого человека заставил Гарри вжать голову в плечи. Но продолжил Дамблдор очень мягко, едва слышно. — Сейчас, мальчик мой, тебе придётся самостоятельно исправить свою ошибку… Директор поставил локти на стол и сцепил кончики пальцев. Гарри молчал, не желая больше нарваться на такой леденящий душу крик. — Нет ничего хуже, Гарри, чем следовать замшелым и опасным традициям чистокровных, которые давно изжили себя и недопустимы ни под каким видом. И в которых ты, в силу возраста, многого не понимаешь. «Никогда не доказывай, шкет, что ты умнее и осведомлённее оппонента. Вполне возможно, оппонент просто выводит тебя на эмоции» «Людей, которых обуревают сильные чувства: страх, гнев, ненависть и другие; легко заставить совершить необдуманные, а часто губительные поступки». — Я говорю о твоём своеволии — попытке перетянуть под свою опеку девочку, ничего не понимающую в традициях чистокровных, и которая уже находится под опекой достойного человека. Гарри хотел было возразить, но промолчать заставило взметнувшееся пламя в камине. Директор тоже замер, приоткрыв удивлённо рот. А из камина в кабинет вышагнул Блэк, стильно одетый в укороченную дуэльную мантию, черные кожаные штаны, и красную как кровь рубаху. Чёрные кудри убраны в хвост, синие глаза сверкают весело и зло, а на лице саркастическая усмешка. Гарри едва не заорал от счастья. А ещё неимоверным усилием воли себя остановил — бросаться на шею наставника было очень глупо в его возрасте. — Сириус! — потрясённо воскликнул директор, словно не мог поверить своим глазам. В этот момент Гарри был с ним почти солидарен. — Но как же… Я тебя не звал. — Меня не надо звать, директор, я сам прихожу, — блеснул белоснежными зубами синеглазый брюнет. Он неспешно доставал из карманов кожаных брюк здоровенные мешки с золотом — несколько монет высыпались из развязавшейся горловины. — Семь тысяч галеонов, уважаемый сэр. Кажется, столько стоит образование студента Хогвартса за семь лет учёбы. — Я не понимаю, Сириус, — повысил голос директор. — Если это за Гарри, то его обучение было полностью оплачено ещё до его рождения его дедом. — Я в курсе, директор, — холодно ответил Блэк, а потом расширил глаза, словно только что заметил в кабинете воспитанника. — Гарри? Что ты здесь делаешь, шкет? У Гарри потемнело в глазах от невероятного облегчения. Блэк же быстрым шагом пересёк кабинет, выдернул Гарри из кресла, поставив перед собой и воззрился строго и недоумённо. — Зачем ты надоедаешь директору Дамблдору, очень занятому и важному человеку? — отчитал он сурово. — Всё, что тебе необходимо, нужно просить у меня. Сириус подмигнул, а Гарри сглотнул появившийся в горле ком. — Это я позвал мистера Поттера! — послышался недовольный голос директора. — Сириус, я до сих пор жду объяснений. Когда я предлагал тебе помочь школе, я не имел ввиду оплату учёбы Гарри… — Позвали сами? — резко обернулся Сириус к Дамблдору. — А по какому поводу, извините? — Гарри совершил нехороший поступок… — Так-так, — прервал его Сириус. — Это суд? Где его декан? И почему, дорогой директор, вы не позвали меня, как его законного опекуна. — Всё не настолько серьёзно, Сириус, мальчик мой… — В каком месте я мальчик, директор? — неприятно осклабился наглый Блэк. — Но вы продолжайте, продолжайте, глубокоуважаемый сэр! Что за пустяк заставил вас вызвать моего подопечного без сопровождения деканом и мной? И почему мой парень бледен до синевы, если это действительно не настолько серьёзно? — Видишь ли, Сириус, — раздражённо произнёс директор. — Я как раз собирался оповестить Минерву, чтобы зашла ко мне. — Но не меня? — Но ты даже не кровный родственник! — возмутился директор. — Ближайшая родственница Гарри — его родная тётя по матери. Она не может прибыть в Хогвартс, не будучи волшебницей. — Как удобно, не правда ли? — хохотнул Блэк. — Не мелите ерунды. Вам прекрасно известно, что Гарри находится под моей опекой. Повернувшись к Гарри, Блэк взял его за плечо и подвёл к диванчику. Сел сам и дёрнул на себя воспитанника, сразу приобнимая за плечи и притягивая ближе. — Давно не виделись с пацаном, директор, не обращайте внимания. Так что за пустяковое дело, могу я узнать? Гарри с трудом делал спокойное лицо, стараясь не показать своего полубредового состояния. Ком в горле поселился надолго, сглотнуть, хоть убей, не получалось. Каменное тело наставника казалось горячим. И Гарри грелся в его тепле, словно малыш, и стыдно не было ни капельки. На миг даже стало интересно, обнимает ли старший Снейп Гаррета, и если да, то как часто? — Всё неплохо, Сириус, мой… дорогой друг, — заговорил директор душевным тоном. — Гарри — замечательный ребёнок, профессора им довольны. И то, что участвует в драках, так дело молодое. Ты не мог бы отпустить Гарри, ему же так неудобно и кресел тут много. Дамблдора тут же захотелось прибить с особой жестокостью, несмотря на ужас, что он внушал. — Тебе неудобно, шкет? — спросил Блэк невозмутимо, наклонившись к Гарри. — Нормально, — прохрипел Гарри и вцепился пальцами в руку наставника, обнимавшего его за плечи. Да гори оно всё в синем пламени! — Ему нормально, — хохотнул Блэк и прижал его ещё чуточку ближе. — Так что за пустяковая, директор? Что такого натворил мой ребёнок, что его позвали без сопровождающих? Гарри похолодел. Он так и не написал Блэку про Гермиону. Совершенно вылетело из головы! Директор выглядел недовольным и даже не пытался больше применять легилименцию — серьги на ухе Гарри оставались холодненькими. Ну да, при Блэке-то! — Во-первых, прости меня Сириус, но ты что-то путаешь, — директор покачал головой, якобы сочувствуя. Гарри уверен был, что директор в этот момент с трудом скрывал торжество. — Это не твой ребёнок, а сын Джеймса. Ты же всего лишь наставник мистера Поттера. Временный, надо полагать. — Что вы, директор Дамблдор, — вкрадчиво ответил Блэк — Я магический опекун Гарри со всеми вытекающими. «А ещё отец!» — мстительно подумал Гарри, забыв о легилименции. Но Дамблдор их точно не читал, он недоумённо смотрел на Блэка. — Да? — наконец спросил директор, явно сбитый с толку. — Но вообще-то, Гарри сирота. И по сложившейся традиции, именно я являюсь опекуном всех сирот и магглорождённых на время обучения в Хогвартсе. — Поглядите списки своих подопечных, директор, — пожал плечами Сириус. — Уверен, что имени Поттера там нет и быть не может. Магическое опекунство разорвать или обойти невозможно, увы. Даже вам, даже министру магии это неподвластно. Директор вынул из стола узловатую магическую палочку и направил её на стеллаж. С помощью Акцио призвал нужный документ и, бросив на Сириуса несколько злорадный взгляд, принялся изучать список на пергаменте. Через минуту он поднял голову, темнея лицом. — Ничего не понимаю. Здесь какая-то ошибка! Нет не только Гарри, но и… — И кого-то ещё? — слишком вежливо поинтересовался Блэк — значит, он уже знал ответ. Но откуда? Дамблдор раздражённо убрал свиток в ящик стола. — Дело в том, Сириус, что я именно поэтому позвал Гарри, чтобы во всём разобраться. Ни о каком суде речи не шло. Твой ученик несколько поспешил, совершив довольно странный и весьма опрометчивый поступок, — директор сплёл пальцы рук и немного похрустел ими, глядя укоризненно из-под очков-половинок. Сириус лишь улыбался с прищуром, не пытаясь его торопить. — Вполне возможно, по незнанию или по чьему-то не очень умному совету, Гарри взял под опеку магглорождённую девочку, Гермиону, которая совершенно не нуждается в таком защитнике. В принципе ни в каком защитнике не нуждается и уже находилась под моей личной опекой. Я был удивлён и расстроен таким легкомысленным поступком. И я был уверен, что подобные нелепые традиции давно изжили себя. Ладно, за пределами школы осталось много необразованных магов, живущих жёсткими древними постулатами, которые давно уже пора изменить в соответствии с реалиями современного мира! А то и упразднить. Но в школе, в лучшей магической школе Британии! Это совершенно недопустимо! Это варварство. И я собираюсь оспорить данное самоуправство. — Я в курсе этого события, директор, — спокойно сообщил Блэк. — И дело действительно пустяковое, тут вы правы. Традиция брать под опеку магглорождённых весьма древняя и уважаемая, никто её не отменял. И вы сами отлично этим пользуетесь — взгляните на список. Другое дело, что за подопечных вносит плату за обучение опекун. Деньги перед вами, какие ещё вопросы? — Нельзя взять под опеку девочку, у которой уже есть опекун, — рассердился директор, но как-то вяло. — Можно, — небрежно возразил Блэк. — Если опека такого рода, как у вас — не озвучена должным образом при свидетелях, не доведена до подопечных. Впрочем, сами видите, в списках ваших подопечных больше нет мисс Гермионы Грейнджер. Не так ли? Гарри и восхищался, и недоумевал — ну откуда Блэк всё узнал? — Девочка хоть хорошенькая, шкет? — хохотнул наставник, поглядев на Гарри ласково. Это конечно ничего не значило, мог потом и ремня всыпать, но сейчас Гарри решил взять от ситуации всё — когда ещё Сириус его вот так обнимет? Быть может никогда после услышанного. — Но Сириус! — возмущённо воскликнул директор. — Куколка, сэр! — с облегчением улыбнулся Гарри наставнику. — Ну так пригласите сюда эту куколку, директор, — Блэк растрепал ещё больше вихры Гарри. — Я должен оценить вкус своего наследника! И разобраться во всем этом деле. Директор нахмурился, но вызвал эльфа щелчком пальцев. — Доставь сюда мисс Грейнджер! — раздражённо велел он трясущемуся домовику. Странный эльф тут же исчез. Гермиона появилась в кабинете спустя несколько секунд с палочкой на изготовку. Гарри за неё испугался, с таким страхом девочка оглядывалась вокруг. А потом увидела Гарри и так облегчённо вздохнула, так легко убрала палочку в чехол, что он невольно широко ей улыбнулся. Девочка тут же расправила плечи, становясь спокойной и собранной. Впору было гордиться. — Здравствуй, Гермиона, — довольно строго сказал директор. — Перед тобой мистер Блэк, наставник Гарри и его… опекун. Тебя пригласили, чтобы разобраться в недоразумении… — В каком, профессор? — спокойно осведомилась Гермиона. — Ой, здравствуйте, мистер Блэк. — Как я понял, девочка моя, — директор уставился на Гермиону слишком уж ласково, и говорил как со слабоумной, по мнению Гарри. — Тебя невольно втянули в неприятности. Мы здесь, чтобы разобраться с незаконной опекой, в которую втянул тебя по наивности в силу возраста Гарри Поттер. Уверен, что даже вашего согласия не спрашивали! — Гарри спросил, — уверенно ответила Гермиона. — И я согласилась. — Он точно не применял к вам каких-либо заклинаний? Есть свидетели вашего добровольного согласия? — директор явно давил на девочку. — Видишь ли, моя девочка… — Ну хватит! — перебил его Блэк, состроив довольно серьёзную мину. — Она больше не ваша девочка, а с вашего позволения — моя. Подойдите ко мне, мисс Грейнджер! Ближе. Гарри объяснил вам, что значит быть его подопечной? — Подробно, сэр! — Гермиона подошла и стояла перед Блэком как примерная ученица, спокойная и милая, но губы у неё подрагивали — боится директора? — Я задала вопросы, и Гарри на все ответил. — Здесь и сейчас, — повысил голос директор. — Мисс Грейнджер! Вы можете отказаться от этого покровительства! Если Гарри запугал или заставил вас, мистер Блэк может… — Не может, — перебил его снова Блэк тихо и твёрдо. — И это не покровительство, не путайте. С вашего позволения, директор, я скажу несколько слов мисс Грейнджер! Послушай меня, девочка, раз уж так вышло, что ты теперь под моим патронажем, как подопечная моего… Гарри. Гермиона? Правильно? То, что сделал Гарри Поттер — магическое признание опеки — это навсегда, но не является приговором. Напротив, если вы достаточно умны, трудолюбивы и целеустремлённы, если примете традиции и обычаи магического мира, то к совершеннолетию сможете стать по настоящему сильной и обученной волшебницей. Разве это плохо? — Это моя мечта, сэр! — глазки у Гермионы восторженно загорелись. Теперь она смотрела на Блэка с нескрываемым восхищением. — Я очень буду стараться. Очень! Обещаю! — Умница, — похвалил Блэк. — Есть ли у тебя претензии к опекуну? — Нет, сэр! — Гермиона покосилась на Гарри и уголки её губ чуть загнулись вверх. Ей наверняка было страшно, несмотря на открывшиеся перспективы, но держалась девочка прекрасно. — Мы друзья, сэр. — Это славно, потому что отменить, как я уже сказал, ничего невозможно, — мягко сказал Блэк, серьёзно глядя на девочку. — Как и оспорить. Директор немного ошибся, обещая то, что в принципе невыполнимо. Но его можно понять — ситуация не совсем обычная, мало кто из полукровок, а иногда из чистокровных, лишённых нормального воспитания, знает суть этого обряда. — Я попрошу, мистер Блэк! — Не просите, директор. Благотворительностью я не занимаюсь. — Ты не договариваешь, Сириус, — чуть спокойней сказал директор. — Я знаю, что любую опеку можно разорвать. Даже магическую. — Да, конечно, директор, — холодно согласился Блэк. — Я мог бы разорвать узы своего… ученика и его подопечной, но не стану этого делать. И вы знаете, почему. Себя мне не жалко, ну получил бы откат, потеряв большую часть магических сил, и хер бы с ним, достаточно останется, чтобы наколдовать себе стакан воды. Но на мне несовершеннолетний подопечный, мне его ещё вырастить нужно, каждая капля магии на счету. Так что даже не начинайте, Дамблдор, я не стану этого делать. И вы заставить меня не можете. Уже не можете. Гарри стало страшно от их борьбы взглядами. — Ну что ты, Сириус, — Дамблдор вдруг улыбнулся очень добродушно и расслабленно. Ну просто добрый благодушный дед. — Прости, старика, но я не мог не проверить, серьёзно ли ты относишься к поступку Гарри. Сириус кивнул: — Спасибо, директор Дамблдор. Очень поучительно. Гермиона, я вижу, ты достаточно сообразительная девочка, у тебя ещё остались вопросы ко мне в свете всего сказанного? — Только один, сэр, — вежливо ответила Гермиона, с какой-то доверчивой робостью глядя на Блэка. — Если вы опекун Гарри, а Гарри мой, то кто я для вас? — Отличный вопрос, — одобрительно поглядел на неё Сириус. — Ответишь своей подопечной, шкет? — Мой наставник для тебя — глава рода, к которому ты теперь принадлежишь, — промямлил Гарри, пряча взгляд. — Его можно звать патрон, сэр или мистер Блэк. Ты можешь обратиться за помощью или с вопросом не только ко мне, но и к патрону. — Я поняла, — кивнула немного потерянная Гермиона. — Больше вопросов нет. — Но! — Директор всплеснул руками. — Я хочу поговорить с мисс Грейнджер. — Больше вопросов нет! — с нажимом повторил Блэк. — Как её патрон, я запрещаю мисс Грейнджер оставаться с вами наедине и отвечать на ваши вопросы без присутствия при этом опекуна и декана её факультета. А также запрещаю мисс Грейнджер заходить в ваш кабинет без моего здесь присутствия. Призываю свою магию в свидетели! Гермиона испуганно вскинула левую руку, на которой появилась светящаяся жёлтым татуировка в виде браслета. Она вскинула взгляд на Блэка, а тот ей смешливо подмигнул. Девочка сразу застенчиво улыбнулась. А Гарри даже не сомневался, что наставник ей понравится. — Идите, мисс Грейнджер, — хмуро сказал директор. Девочка поглядела на Блэка и, когда он кивнул, бесшумно выскользнула за дверь, улыбнувшись напоследок Гарри. — Мистер Блэк! — начал директор чуть более грозно. — Деньги за обучение куколки я внёс, директор, — Блэк холодно улыбался. — И не примите за шутку мои запреты для мисс Грейнджер — если заставите её их нарушить, откат получите вы, а не Гермиона. Это просто, чтобы понимали, а не угроза. Просто мне так будет спокойней. А что с вашим эльфом, директор? Никогда не слышал, чтобы домовики болели. А этот явно больной. — Какое-то проклятие, — раздражённо отмахнулся директор. — Сириус, я всё же считаю, что юная Гермиона не совсем понимает… — Позвольте напомнить, директор! — лениво отозвался Блэк, не дослушав. — Отныне душевное спокойствие юной Гермионы — не ваша забота. Ваша обязанность обеспечивать безопасность всех учеников, независимо от их статуса, не так ли? Заботиться об их здоровье, дать возможность полноценно учиться и получать знания. На этом всё. Вопрос с опекой над куколкой закрыт! И пожалейте свою магию, не общайтесь с Гермионой. — Гарри устроил безобразную драку на глазах у всех в Большом зале! — нажаловался вдруг Дамблдор так внезапно, что Гарри едва не хохотнул, сдержавшись в последний момент. — Полагаю, драка была со слизеринцем? — не впечатлился Блэк. — О да, — обрадовался его поддержке Дамблдор, укоризненно взглянув на Гарри. — Боюсь, тут не просто драка, а некое постоянное противостояние. С неким юным Снейпом, ты должен помнить его отца. — Полностью одобряю! — хохотнул Блэк. — Слизеринец, да ещё Снейп — заслуживает особого внимания моего ученика. На ком же ещё отрабатывать свои навыки? Здоровая конкуренция между факультетами, директор, так вы когда-то говорили? А теперь, если вы закончили… — Ещё одно, — директор принял такой грустный вид, что Гарри невольно насторожился. — Рональд Уизли, прекрасный мальчик очень хочет дружить с вашим учеником. Гриффиндорец, шестой ребёнок в большой семье. Первокурсник, как и Гарри. — Мне это должно быть интересно? — крайне удивился Блэк. — Больше никаких подопечных, шкет! Ноги предателей крови не будет в нашем доме! И советую хорошо подумать, прежде чем принимать «такую» дружбу. — Сириус Блэк! — изумился директор. — Ты говоришь о маленьком мальчике, мечтающем о дружбе с героем с детства. Разве делает его хуже то, что они бедны? Разве он виноват в нелепом ярлыке, наклеенным на его семью из зависти и по недоразумению. — В Африке очень много маленьких голодных детей, мечтающих о куске хлеба! — рявкнул Блэк. — В Лютном полно маленьких дикарей, которые мечтают и о хлебе, и о Хогвартсе! Кого ещё мне полюбить предложите? Все голодающие и мечтающие — пусть работают или молятся своим богам. Я благотворительностью больше не занимаюсь. — Ты стал совсем другим, Сириус! — директор печально покачал головой. — С каких пор? — С тех пор, как моего друга убили, а меня швырнули в Азкабан по ложному обвинению. Подпись на ордере на мой арест — ваша, директор, я видел этот ордер. Связи и всё такое. А я ведь сражался на вашей стороне, и смею думать, был лучшим боевиком в вашей ставке. В моём доме оставался младенец, которого десять месяцев воспитывал старый полусумасшедший домовой эльф. — Кто тебя просил забирать его с крыльца дома его родной тётки? — вскричал Дамблдор, выведенный из себя то ли неприятной правдой, то ли неподдающимся Блэком. — Это я обсуждать не намерен, — совсем спокойно ответил Блэк. — Джейми был моим другом, я поклялся не только вам заботиться о его сыне. Директор тоже внезапно успокоился. — Прости, Сириус! — совершенно нормальным, немного усталым голосом произнёс Дамблдор. — Давай забудем претензии, и попробуем начать снова, как союзники. Гарри посмотрел на стол и моргнул — внушительные мешки с золотом исчезли. — Я подумаю, директор, — кивнул Сириус и поднялся, заодно за шкирку поднял Гарри. — Пойду провожу Гарри до аудитории, если вы позволите, директор. Боюсь, он пропустил начало занятия по Зельеварению. И не ждите меня, я прогуляюсь до Хогсмида. Всего доброго. Они прошли несколько коридоров и лестниц молча, пока Сириус не остановился возле совершенно пустой ниши без картин и толкнул Гарри к стене. — Всё, что ты слышал в кабинете директора, забудь, шкет. Особенно то, что сказано не было. Галимая дичь, он играл, я играл, тебе это, как я понял, уже знакомо? Что у тебя со Снейпом, шкет? Хороший хоть парень? — Лучший, — честно признался Гарри, поражаясь, что наставник это понял. — Я дал ему на себя посмотреть сквозь мои очки. — То есть весь Слизерин в курсе, чей ты мальчик? Гарри тяжело вздохнул. — Прости! — За что, шкет? — Блэк взлохматил его волосы. — За Гермиону спасибо, именно то, чего так не хватало нашей семье. Гарри поглядел обалдело. — Поч-чему? — чуть запнулся он. — Долго объяснять, расскажу как-нибудь при более подходящих обстоятельствах, — Сириус глядел на него с грустью. — Получается быть паинькой? Гарри замотал головой, понимая, что слёзы опять близко — почувствовал скорое расставание. И вдруг его осенило. — Это Снейп тебе сообщил? — Не знаю, что он за парень на самом деле, — покачал головой наставник. — Но ты прав, юный Снейп очень вовремя дал мне знать, что происходит. И я перед ним в долгу. Но ты, шкет, должен сам сообщать мне о таких вещах незамедлительно, чтобы не повторилось подобного безобразия. — Я виноват, — Гарри поглядел жалобно. — Только не овсянку! Пожалуйста. — Она вкусная, глупый ты ребёнок, — хохотнул Сириус. — Тебе придётся пригласить мисс Грейнджер к нам на каникулы. — Она уже согласилась, — неуверенно улыбнулся Гарри. — Хоть что-то. Что этот Рон Уизли? Совсем плох? Гарри фыркнул обречённо. — Он неплохой. Простой как кнат, завистливый и громкий. Совершенно невоспитанный, несчастный и одинокий — в семье до него никому не было дела, как я понял. — Жалко его? — Не знаю, — ответил Гарри с досадой. — Мне кажется, у директора на него что-то есть. Какой-то рычаг давления. Его будто заставляют со мной дружить. — Есть такие люди, Гарри, которых как не гони, а все равно смотрят, как побитые псы и следуют за сильным лидером, в надежде на подачку или толику внимания, даже негативного. Джейми вот так же сглупил, не выдержал, взял подобного типа в нашу банду. — Питер Петтигрю! — вспомнил Гарри. — Он был вашим другом! Говорят, ты его прикончил вместе с десятком магглов. — Прикончил бы, если бы смог, — жёстко ответил на это наставник. — Он предал Джейми, сдав его семью и нахождение дома Тёмному Лорду. Из-за него убили твоих родителей и брата. Сбежал он, шкет, от меня, подорвав десяток магглов, а сам при этом выжил. Крысы очень живучи. Я не учёл его анимагическую форму. Жду, когда где-то всплывёт. А это случится, рано или поздно. — Он был хранителем? Дом был под Фиделиусом? — догадался Гарри. — Именно, шкет. А ещё анимагом в виде крысы. Дамблдор посоветовал сделать его хранителем — самый неочевидный хранитель, Морганова печень! Мы согласились, логично же. — Рон неплохой парень, — вдруг пришло в голову Гарри. — Знаешь, пока ехали в поезде, он был ничего, нормальный, а вот в школе… Блэк усмехнулся и погладил его по голове, поняв с полуслова. — Ну попробуй, что ли, — разрешил он. — Вот только как вручишь ему антидот? Сможешь заставить носить его, прижатым к голому участку кожи, хотя бы неделю? Гарри нахмурился, а потом улыбнулся. — Он очень хочет чехол для палочки на запястье! Могу подарить и убедить не снимать ни днём, ни ночью. — Чудно, — одобрил Блэк. — Сделаю, шкет. Если поможет, хорошо. Нет — так и суда нет, гони в шею. Набирай команду только из надёжных людей. Неважен факультет. И этот Снейп… мне нравится этот парень, хотя его отца я никогда не любил. Всё, беги на урок, вечером пришлю тебе чехол с сюрпризом. Если парень действительно под какой-то гадостью, узнаем, если сам по себе дурак — тоже узнаем. Удачи, шкет, пиши письма сам. И я очень надеюсь, что других подопечных не появится. Гарри обещал — зачем ему другие. Гермиона стала исключением не из-за желания Гарри сделать доброе дело. Просто Гермиона была ему нужна. И стала важна. Поступок Гаррета Снейпа не выходил из головы — как он понял? Как успел сработать так быстро? Как не побоялся писать Сириусу? И как же приятно, что он практически спас Гарри — неизвестно что ждало несчастного Поттера, если бы Сириус не появился. А ещё здорово, что девочка понравилась наставнику, это было заметно. И было жутко интересно, чем же таким Гермиона важна для рода Блэк. До кабинета в подземельях Гарри добрался к середине первого урока. Постучал с трепетом — понимал, что тёплый приём его не ждёт с таким-то сильным опозданием. Дверь распахнулась — и он зашёл в класс. Ученики разжигали горелки под своими котлами. Профессор Забини просто кивнула ему, разрешая войти. Свободное место было как раз рядом с Гермионой, которая помахала ему рукой. А когда подошёл, чётко и коротко ввела его в курс дела. Зелье от прыщей — ну хоть что-то простое в этот безумный день! Снейп опять был рядом через проход. Он встретился с Гарри взглядом и чуть приподнял брови. Гарри коротко прикрыл глаза, сообщая, что всё в порядке. Профессор Забини ему понравилась. Она бдительно смотрела за классом, обходя парты. Спокойно поправляла учеников, если что-то делали не так. В какой-то момент подошла к Гарри, который помешивал своё зелье по часовой стрелке. Постояла рядом, удовлетворённо кивнула и отошла. Гарри выдохнул. Вроде зелье простецкое и варит его не в первый раз, но оценки учителя опасался. В итоге с зельем справились все, даже Гермиона. Невилл что-то напортачил, правда, но мисс Забини вовремя очистила его котёл заклинанием. Тихо поговорила с красным от смущения Лонгботтомом, после чего Невилл принялся варить зелье заново. Снейп оттеснил его от толпы, когда они гурьбой покидали подземелья. — Как прошло? — спросил он в самое ухо, прижав его к стенке за поворотом. — Напряжённо! — честно признался Гарри. — Как ты успел? Что написал Сириусу? — Он был? — Гарри даже в полутьме рассмотрел его улыбку. — Да всего несколько слов. «Гарри взял под опеку мисс Грейнджер, магглорождённую. Гарри только что вызвали к директору», — Но до совятни путь не близкий, — восхитился Гарри. — Зачем совятня, если над столами кружили десятки пёстрых нахалок? — хохотнул Снейп. — Поймал одну и припугнул, чтобы мчалась стрелой. — О! — Гарри оценил — и как сам не подумал? Ведь такое простое решение! — Спасибо, друг! — Ерунда, братишка, — хохотнул довольный Снейп. — Пустяки на самом деле. Завтра полёты, готовься к жёсткому противостоянию. — Сбросишь с метлы? — Ну зачем? Ты мне нужен живой. И ты же сам просил — никаких подсказок. И вот ещё что — завтра побегать не смогу. Профессор Забини разрешила нам с Блейзом с утра варить зелья в кабинете. Только это не для чужих ушей. — Твою мазь? — оживился Гарри. — У меня почти закончилась. — Будет тебе мазь! Урок полётов проходил в квиддичном котловане. Гарри с сомнением оглядывал мётлы, лежавшие возле каждого ученика. Гермиона сосредоточенно смотрела на свою, бледная и потерянная. Она ещё вчера призналась Гарри, что боится этого урока. Он посоветовал продолжить медитации, а что ещё тут сказать? Малфой, конечно, выпендрился, взлетел тут же на своей метле и получил отповедь от мадам Хуч, желтоглазой преподавательницы с резким голосом. Наконец им всем позволили подняться в воздух, и метёлка Невилла взбесилась. Гарри с недоумением глядел за безумным полётом парня — ведь вроде бы чистокровный. В результате Невилл упал с метлы, сломав запястье. И мадам Хуч увела его в больничное крыло. Худшего начала урока полётов и придумать было сложно. Гермиона вовсе от своей метлы отошла и помотала отчаянно головой, когда Гарри предложил ей прокатиться вместе. — Гарри, смотри, как я держусь на метле! — завопил Рон, заставляя Гарри обернуться. На метле рыжик держался неплохо, если не учитывать, что его ноги волочились по земле, а руки судорожно сжимали древко. — Лучше посмотри на меня, герой! — позвал насмешливо Снейп, парящий рядом с Малфоем на высоте пары метров. Он держал в руках круглый шарик. — Не знаю, чьё, но можно сыграть в квиддич. — Напоминалка Невилла, — негромко сообщила ему Гермиона. — Она выпала, когда Невилла утащила метла. И дракклы бы с ней, с этой напоминалкой — шуточный артефакт стоил сущие кнаты и предназначался для детей до пяти лет. Гарри ещё помнил, как его напугала подобная гадость, которая взорвалась в его руках. Но Снейп обещал интересное, так что следовало подыграть. — Положи чужое! — завопил Рон, опережая Гарри, и неуклюже полетел в сторону слизеринцев. Гарри скривился, вскочил на метлу и полетел к Снейпу, набирая скорость. Гриффиндорцы стали скандировать, показать змеям… Что именно следовало показать змеям, Гарри уже не слышал. Малфой и Снейп виртуозно от него удирали, перебрасывая шарик друг другу. Гарри не поддался на их игры, решив догонять только Снейпа — почему бы не сравнить, кто летает лучше и дракклы с шариком. Поносились они вволю, пока зараза Малфой не зашвырнул шарик со всей дурной силушки, крикнув, чтобы Гарри ловил, если не трус. Конечно, это было для публики, хотя вряд ли его кто-то слышал с земли. И Гарри уже надоела дурацкая игра. Но Снейп так насмешливо ухмыльнулся, что Гарри развернул метлу и помчался за шариком, выжимая из старых прутьев всю возможную скорость. Дрянная метла ускорялась очень неохотно и шарик Гарри поймал только у окна башни, у самого стекла, картинно развернувшись и демонстрируя шарик народу. Мол, спас, и всё такое. Встречали его львята, как героя, и Гарри понятия не имел, зачем Снейпу было это нужно. Но если уж ему так хочется… Профессор Макгонагалл, появившаяся на поле, бежала к ним с весьма решительным видом. — Гарри Поттер! — грозно сказала она. — Немедленно следуйте за мной. Гарри тут же вспомнил, что мадам Хуч не велела им без неё трогать мётлы, и загрустил. Он очень надеялся, что его ведут не к директору. Оказалось нет, его привели к Оливеру Вуду. — Я нашла нам ловца! — восторженно сказала Макгонагалл, вызвав капитана с урока ЗОТИ. Гарри мысленно застонал — ему только квиддича не хватало! — Гарри Поттер — он поймал шарик прямо перед моим окном! Это было потрясающе! Вуд скептически осмотрел Гарри, когда Минерва поспешно ушла — фанатка квиддича, как и рассказывал Сириус. — Как играть представляешь? — только и спросил капитан. — Болею за болгарскую сборную, — проворчал Гарри. — Отказаться можно? — Нельзя! — довольно заржал Вуд. — У Мак-кошки глаз намётанный, а мне позарез нужен талантливый ловец. Да ладно тебе, мелкий, будет весело — герой в нашей команде, это же клёво! Весело Гарри не было. Одно дело восхищаться болгарами, и совсем другое — встрять в это всё самому. Снейпа захотелось поколотить за дурацкий розыгрыш. Хотя, надо сказать, скоро Гарри оценил преимущества полётов с командой — чем не дополнительная тренировка. Сириус прислал ему дорогущую метлу, которую купили в Италии на аукционе — продавали счастливую метлу ловца, только что поймавшего снитч. Ловец болгар после игры решил уйти на покой. Гарри тогда был вне себя от счастья — такой трофей, даже с автографом бывшего владельца на рукоятке. Одного не понимал, как ловец решил расстаться со своей верной «подругой». «Обычная практика, шкет. На двадцать тысяч он купит себе ещё лучшую метлу и домик на берегу моря». Сириус мог позволить себе такой широкий жест, потратить разом огромную сумму. А Гарри оценил хороший подарок — метла была изумительно хороша и слушалась его, как родная. Вуд, увидев у него легендарную метлу — о ней тогда все газеты писали — чуть не облизал всю, но точно ощупал. «Флинт позеленеет от зависти, точно тебе говорю». Оливер явно был не равнодушен к капитану Слизерина. С Роном Гарри всё же поговорил, как только получил от Сириуса обещанный чехол. Довольно простой и не шибко дорогой чехол смотрелся весьма неплохо, функции свои выполнял прекрасно, а к внутренней стороне крепилась тонкая платиновая нить. Собственно, это была знакомая Гарри руна, вышитая платиновой нитью. Прелесть руны крылась в конкретном эффекте — прижатая к телу, руна выводила из организма все посторонние зелья, очищала кровь и от других гадостей, а главное — снимала с пациента ментальные закладки и внушения. Проблема была в том, что лечение требовало длительного времени, от недели до двух. — Держи! — поймал Гарри Рона в гостиной Гриффиндора. — Только обещай не снимать его в течение месяца и учиться пользоваться. Иначе отберу. У рыжика было такое обалделое лицо, что Гарри думал, не пора ли его спасать — как грохнется в обморок от счастья. Пришлось помочь красному от переживаний Рону правильно надеть чехол на запястье. Даже его братья подступили, требуя показать обновку. Поиздевались над младшим, выдав сомнительные комплименты, но рыжик этого словно не заметил. Весь вечер он тренировался доставать и убирать палочку с необычным для него упорством, не обращая внимания на ехидные комментарии чистокровных. — Как там Рональд? — спросил Снейп после очередной пробежки в котловане. Из его рта выходил пар, в Шотландии наступили холода. — Ходит как пришибленный, ну ты видел, — Гарри стянул перчатки и грел дыханием руки. Не стоило им кататься на метле после пробежки так долго. — Я уже немного за него беспокоюсь. Дурацкая была идея. И так он плохо учится, а тут и вовсе. — Да ты погоди, две недели ещё не прошло, — Снейп тоже стянул перчатки. — Дай-ка я погрею твои руки. Гарри с готовностью согласился, глядел как растирает его пальцы Снейп и сам на себя удивлялся. Часто ведь не терпел чужих прикосновений, а тут доверяет — и хоть бы что. — В такое же морозное утро, — Снейп ещё и дыханием согревал его руки. — Мать меня нашла на крыльце одного дома в маленьком городке. Говорит, я был жутко холодным. Я приёмный сын, Гарри, найдёныш. Только тебе говорю, Гарри, чтобы ты, наконец, либо начал мне больше доверять, либо послал. Усыновили меня, конечно, по всем правилам, и на морду я очень похож на отца. Мама просила это держать в тайне, но я не хочу иметь от тебя тайн. Даже отец не знает, и братья с сестрой. Но мы с матерью очень близки, она по-настоящему замечательная. И я очень хочу тебя с ней познакомить, и с остальными. Гарри смотрел на него с открытым ртом и, кажется, забыл, как дышать. Сердце его так бешено билось, что, казалось, пробьёт грудную клетку. А руки родного брата продолжали осторожно массировать его замёрзшие пальцы. Да — безумие, мало ли младенцев валялось на разных крылечках десять лет назад, но всё же, всё же… — Что? — поднял на него тревожные глаза Гаррет. — Шокировал я тебя? Давай считать, что я ничего не говорил. Тебя, вон, тоже Блэк усыновил, иначе ты бы не был так на него похож. Гарри, я серьёзно, только не отталкивай. Мы же друзья, верно? — И ты не знаешь, кто твои настоящие родители? — хрипло спросил Гарри, проглотив ком в горле. — Биологические, — буркнул Снейп. — Настоящие — у меня дома. Ты, вон, тоже не больно-то горюешь о Поттерах. У тебя Блэк — центр вселенной, ежу понятно. — Дурак ты, Гаррет, — онемевшими губами ответил Гарри, проклиная себя за то, что не мог решить — говорить Гаррету свои подозрения или сначала всё проверить? — Спасибо, что рассказал. Я… я… тоже тебя люблю. Вот. Пошли уже в школу. Гаррет просветлел лицом и улыбнулся. Обнял Гарри на мгновение, но тут же отпустил, неловко похлопав по спине. — Честно, не знаю, что в тебе такое, — со смешком сообщил Снейп, когда медленно брели к школе. — Но я счастлив, что мы друзья. Настоящие, понимаешь, я реально готов за тебя вписаться на что угодно. Мать говорит, что бывают родственные души. Может и у нас так? — Наверняка, — Гарри трясло мелкой противной дрожью. Сказать или нет? Да нет же, не может быть! Это был совсем другой маленький маг на совершенно другом крыльце. Ему хотелось заорать и кричать так долго, пока муть в груди не рассеется. Только представить, что Сириус мог забрать его у Хагрида силой — тот же тупой, уж Блэк уболтал бы. И росли бы два брата вместе. — Ты как-то притих, — заметил Снейп, когда зашли уже в школу. — Что-то случилось? Он с беспокойством заглядывал в глаза Гарри. А Гарри не мог ничего ответить, боялся, вдруг не так, вдруг нелепое совпадение, а он выдаст семейный секрет. С другой стороны, Гаррет ему только что выдал свою тайну, а вот зачем — непонятно. — У Поттеров родились близнецы, — прошептал Гарри, ощущая оглушающий шум в голове. Он почти не слышал собственных слов. — Одного сразу отдали Блэку, война же, хоть первенец выживет, если что. Второй остался у Поттеров. После смерти предков, моего брата отвезли к родной тётке по матери — подбросили на крыльцо в морозную ноябрьскую ночь. Мальчик пропал, Дамблдор его очень искал, и нашел в итоге меня. Гаррет пристально смотрел Гарри в глаза. Долго молчали, Гарри постепенно отпускало, словно взгляд Снейпа его исцелял. — Надо проверить! — сказали они хором и обменялись кривыми улыбками. — А знаешь, даже если всё дичь, ты для меня как брат, честно! — Гарри всё больше успокаивался. Сказал — и ладно, и пусть. Гаррет умный, он обязательно придумает, как проверить. — Точно не расстроишься, если всё не так? — спросил Снейп своим нормальным насмешливым тоном. — А то могу не начинать, только скажи. — Расследуй, — помотал головой Гарри. — Я… я всегда думал, что мой брат погиб, героически, чёрт возьми. Отправил Тёмного Лорда в небытие и умер. Сириус смеялся, когда я читал статьи про него. А меня распирало от злости — как они могут! Брат мёртв, а эти суки… Чего там только не писали. — Я читал, — хохотнул Снейп. — Всегда думал, распиарили придурка, а есть ли мальчик — никто не в курсе. Слушай, на тебе лица нет. Весь белый… Ты точно в порядке? Да какая разница, братья мы или нет? Побратаемся — и дело с концом. — Хочу знать! — Гарри упрямо вскинул подбородок. — Хочу знать, Гаррет. А ты разве нет? — Ладно, — усмехнулся Снейп. — Сам виноват, потянуло на откровения. Но тебе не кажется, что два Гарри Поттера для Хогвартса — это слишком? — Как ты можешь шутить в такой момент? — поразился Гарри. А потом вдруг крепко обнял Гаррета и уткнулся ему в плечо носом, судорожно дыша. — Адрес не знаешь? Получилось невнятно, но Гаррет понял. — Мама забыла, — объяснил он. — Помнит, как забрала, а где — нет. Словно воспоминания кто-то стёр. Или защитная реакция организма. Или мама нарочно рассказывать не стала. Но писать ей не стану, лучше спрошу при встрече, если сами не раскопаем. Давай-ка присядем. Они долго сидели в пустой квиддичной раздевалке, прижавшись друг к другу плечами. Думали, просто отдыхали, даже завтрак в итоге пропустили. — Зелье родства! — выдал Гаррет внезапно, а Гарри вздрогнул. — Мерлин! Как я сразу не подумал?! — Страшно, — признался Гарри. — Всё навсегда изменится. — Я сам сварю, — усмехнулся Снейп. — Нам ведь не нужно огласки? — Не стоит никому показывать свои козыри без крайней нужды, — пробормотал Гарри. — Согласен.