Часть 2. Глава 10

Для Гарри настало золотое время — занятия в собственном тренировочном зале с утра оказывали на его настроение самое благотворное действие. Снейпу тоже нравился их «штаб», он-то и притащил в зал три стула, так что и место для занятий домашней работой и для их «совещаний» стало приятным и комфортным. Жаль только, что днём и вечером пользоваться своим залом они могли весьма редко. Частые отлучки парочки Гарри-Гермиона обязательно привлекли бы ненужное внимание. Но и утренних часа-двух хватало, чтобы многое успеть обсудить или просто успеть. Гермиона радовала, она серьёзно отнеслась к предложению Гарри заниматься вместе, так что теперь вставала незадолго до шести утра, надевала миленький спортивный костюм из мягкой синей ткани и резиновые ботиночки (название которых говорил ему Дадли, но Гарри забыл), и честно повторяла за ним приёмы разминки, бегала вокруг зала, но пока не торопилась опробовать полосу препятсвий. Конечно, поначалу у куколки получалось неважно — и разминка, и всё остальное. Но главное — она не сдавалась. Герми была такая во всём, за что бы ни бралась — хмурила брови, если не получалось и чуть прищуривалась. И Гарри понимал — добьётся своего. Вот и тренировки лишь поначалу выглядели баловством в её исполнении. Но уже через неделю насмешник Снейп наблюдал за её тренировкой совсем другими глазами. Гермиона уже неплохо разминалась сама без подсказок и становилось ясно, что девочка чем-то подобным занималась до школы. Бегала тоже куда лучше, научившись правильно дышать. И кругов наматывала уже семь, а не два, как вначале. — В здоровом теле — здоровый дух! — ответила она Снейпу, на вопрос, не надоело ли ей уже себя изводить. — Гарри сказал, что это позволит магии развиваться во мне более гармонично. — Для этого не нужно себя изнурять, — заверил её Снейп, который опять сегодня отдыхал, наблюдая за друзьями. — Ты не смотри на этого психа! Гарри — готовый боевой маг, станет вроде твоего патрона годам к двадцати. Так он лет с пяти занимается полноценно. И потом, он чистокровный в хрен знает каком поколении, а ты, уж прости, магглорождённая, и таких результатов при всём упорстве достигнуть не сможешь. И наконец, тебе это и не нужно — ты же девочка! Гарри только ухмылялся, слушая подобные речи, пусть справедливые и почти правильные, но не для Герми. Он не вмешивался, качая в это время пресс или отжимаясь, или выполняя другие упражнения. Снейп пока недостаточно знал его куколку, так что добился в итоге совершенно противоположной цели — Гермиона чуть хмурилась и прищуривала свои глазки. А значит, эту задачку она решит, хоть трава не расти. — И в чём конкретно маглорождённые отличаются от чистокровных по физическим данным? — задала она Снейпу вопрос. — Вот, скажем, Рон и Невилл чистокровные, они смогут тренироваться, как Гарри? — Если бы захотели, — неуверенно ответил Гаррет. А потом поморщился: — плохой пример, Герми. Ну хорошо, есть другое физическое отличие, это ты можешь даже пощупать. Кровь магов более горячая. — Температура тела выше? — подняла брови Гермиона, заканчивая растяжку. — У меня стабильно тридцать семь и четыре по цельсию. Это выше нормы, чтоб ты знал. Родители сначала очень волновались, но врач из клиники, которая меня наблюдала несколько раз в год, сказала в итоге, что для меня это норма — редко, но бывает. — Что значит «тридцать семь и четыре по цельсию»? — озадачился Снейп и поглядел на Гарри. Поттер только плечами пожал. — Это как? Гермиона на следующее занятие принесла им маггловский артефакт. Его достаточно было засунуть в рот узким концом и подержать так некоторое время. И артефакт выдавал цифры температуры. — У матери такой есть, — узнал артефакт Снейп. — Видел как-то раз, но не знал, что это такое. А отец ей ещё сказал выбросить, мол, бесполезная штука для магов. — Может быть, — поддакнула Гермиона. — Не помню, чтобы у меня повышалась температура, когда болела. Всё время одна и та же. Но почему бы не проверить, какая именно? Мальчишки проверили себя оба этим артефактом после того, как Гермиона всё показала. Результат был похожим — тридцать семь и пять по цельсию у Гарри. Тридцать семь и три — у Снейпа. — Странно, — не мог смириться с результатом Гаррет. — О, перегрузки на метле маглокровки переносят куда хуже. И потому в командах по квиддичу почти нет магглорождённых. — Если ты про вестибулярный аппарат, — опять выдала Гермиона незнакомое понятие простецов, — то у меня он в полном порядке. Можешь так? Она встала на носок своих мягких резиновых ботинок и вдруг крутанулась на месте, совершив четыре полных оборота на одной ножке. Остановилась с улыбкой и, гордо задрав подбородок сразу прошла по прямой с идеально ровной осанкой. Гарри и Гаррет смотрели на неё во все глаза. — Я не девчонка, чтобы так крутиться! Снейп встал со скамьи и всё-таки попробовал повторить. Крутануться пару оборотов смог, но пройти, не качнувшись, не получилось. — А так? — спросила Гермиона, не показав никак своего превосходства. И в очередной раз заставила парней смотреть с открытым ртом. Герми встала, как для бега, подняв вверх разведённые руки, а потом качнулась вперёд и покатилась колесом по залу на прямых руках и ногах. Вернувшись к ним таким же образом, она выпрямилась, чуть загнанно дыша и счастливо улыбаясь. — И голова не кружится! — Даже пытаться не стану, — выдал Снейп и вяло зааплодировал. — Ура, в нашей команде уже два психа. Но на метле, Герми, ты держишься так себе. — Ваш Нотт не лучше, — пожала девочка плечами. — Или он полукровка? — А, ну да, — Снейп досадливо улыбнулся. — Он чистокровный… —…в хрен знает каком поколении, — подхватила Гермиона. — Ну ладно, я тренировала это колесо очень долго и ежедневно, почти три месяца ничего не получалось. А потом внезапно получилось. На метле я начала летать лишь недавно, два часа по субботам. И могу уже расслабить руки и подняться вверх почти на десять метров без внутренней паники. Задайся я целью, смогла бы научиться держаться на метле ещё лучше, но я не вижу в этом занятии большого смысла. Не самый быстрый и приятный способ добраться из точки «А» в точку «Б». А квиддич не для меня — его правила ломают мой мозг. Даже в футболе я вижу больше логики. Такие споры случались не всё время, а периодически, и по мнению Гарри оба его друга получали от споров удовольствие. Поэтому он спокойно слушал своих умников и не пытался участвовать в их спорах и проверках. — Знаешь, Гарри, — сказал задумчиво Снейп после очередного спора, когда Гермиона занялась медитацией. — То ли магглокровки очень круты, то ли Гермиона не совсем магглокровка. Не будь её родители оба простецами… — Намекаешь, что её мать с кем-то согрешила? — хмыкнул Гарри, радуясь, что подруга их не слышит. — А почему нет? — Снейп хохотнул, но тут же стал серьёзным. — А вдруг они банально удочерили волшебницу, примерно, как меня. Сирот было много после войны, это и крёстный говорит. Смотри, она даже медитирует, как чистокровная. Я прямо вижу, как магия свободно движется вокруг неё и внутри тоже. — Подобрали на крыльце? — пошутил Гарри. — Блэк тоже что-то подобное говорил про куколку. Погоди? Ты видишь её магию? — Это на уровне ощущений, — отмахнулся Снейп. — Конечно, я не вижу магию, ты чего? Мне прямо дико интересно, кто настоящие родители Гермионы. — Магглы, — убеждённо заявил Гарри. — Глупости это всё, а у тебя змеиная паранойя, вечно вам родословные покоя не дают. Просто она уникум, такое бывает и у простецов. — Магглокровка, у которой любое заклинание на уроках получается чуть не с первого раза? — поднял брови Снейп. — Вспомни про спичку-иголку, большая часть чистокровных не смогли сделать это на первом занятии. А она — почти сразу. Представь, если бы её обучали колдовать с палочкой с семи лет. Вот то-то! И с другими заклинаниями та же фигня. Ту же Аллохомору осваивают только к концу первого курса. Да во многом так. — У тебя паранойя! — уже не так уверенно пробормотал Гарри. Ещё они продолжили свои попытки с картой-не картой, меняя формулировки её открытия. Гермиона предположила, что патрон, рассказав о карте, мог и подзабыть правильную формулировку за давностью лет. Парни дружно поставили эту ересь под сомнение — Блэк не мог забыть такое, используя карту много лет во время учёбы! Но пытались. Однако кусок пергамента не выдавал никаких признаков магического артефакта. — Это не карта! — который раз с сожалением говорил Гарри. — Она должна выдавать гадости тем, кто неправильно пытается открыть. А тут — ничего. Единственное, что заставляло пробовать ещё и ещё — это странные свойства пергамента — он не горел, не тлел и не обугливался от применения огня. «Самый кончик, Гарри! Я всё контролирую, брат!» Написать на этом пергаменте хоть что-то тоже не получалось — ни пером, ни маггловской «авторучкой», принесённой Гермионой. Ни её же «карандашами» и красками. «Не карта» хранилась теперь в столе в зале для подобных экспериментов, но по-прежнему разгадана не была. Одно ясно был ребятам — это действительно артефакт, но какой именно не понятно. «Хорошо, что он вас не убил и не покалечил, шкет, — написал в ответном послании Сириус. — Захватишь на Рождество, погляжу на него дома. Но это не карта, могу сказать сразу». Гаррет Снейп не обрадовался такому посланию — он хотел показать пергамент своему отцу. Но смирился быстро, благодаря своему лёгкому характеру — покажет позже, если Блэк не отгадает. Жизнь вне зала тоже продолжалась, занимая куда больше времени, но не казавшаяся такой же важной как утренние часы в зале. Друзья учились как следует, пусть многое им казалось знакомым из домашнего обучения. Но эссе следовало писать почти по всем предметам, демонстрировать своё мастерство на уроках, и стараться не выделяться — для ребят, свой потенциал не принято было демонстрировать окружающим. Вот Гермиона занималась в полную силу, хотя и она превосходила многих почти по всем предметам, благодаря усидчивости, упорству и неистребимому энтузиазму в изучении дополнительной литературы по всем направлениям, помимо учебников и того, что давали на лекциях. И очень скоро умница Гермиона стала любимицей многих профессоров, хотя и не пыталась выделяться. — Гермиона, — Снейп всё не успокаивался в своих экспериментах. Его осеняло время от времени на эту тему. — А ты не хочешь попробовать нарисовать руну тепла? — Да ладно тебе, — попробовал урезонить его Гарри. Руны давались далеко не всем чистокровным даже пятикурсникам, если верить профессору Забини, а Гарри склонен был ей доверять. То, что у него получилось задолго до Хога, ничего не значит. То есть это исключение, а не правило. Самому Снейпу руны не давались до сих пор. — Это не просто так рисунки, при неправильном начертании может случиться всякое! — Ты проконтролируешь, — не сдавался Снейп, который не так давно обсуждал с Гарри, почему маглокровки не могут рисовать руны. Да даже у многих чистокровных не получалось, то ли магии не хватало, то ли ещё чего-то. — Это же просто рисунок, — чуть нахмурилась Гермиона, у которой загорелись глазки. Про руны она до сих пор не задумывалась и явно намылилась прочитать о них всё. — Не сложнее китайских иероглифов. Конечно, у неё ничего не получилось с первого раза — хотя картинку Снейп подобрал весьма чёткую со стрелочками для учеников и цифрами — как именно и в какой последовательности рисовать каждый элемент. Гарри в своё время пользовался похожими шаблонами. Через две недели Гермиона руну тепла «победила». Она была горда и счастлива, рисуя её на полу в углу зала, где стоял их стол. В зале всегда было прохладно, приходилось тепло одеваться после тренировки. Руна у Гермионы получилась до того правильная и аккуратная, что Гарри готов был аплодировать своей подопечной, а Снейп унылым голосом поздравил девочку. На Гарри же поглядел большими глазами — мол, видишь, что творится. Настал и закончился день квиддичной игры. Гарри умудрился поймать юркий снитч вперёд противника на девяностой минуте матча под бурные крики и овации зрителей. Но выиграть у Слизерина не получилось, дракклов Флинт был в ударе и не пропустил в ворота змеек ни один гол. Тогда как его серебристо-зелёные игроки, действуя весьма агрессивно, а иногда и откровенно подло, забили немало голов в ворота львят. А победа была так близка — если бы не последний гол от психованного Пьюси, красно-золотые могли бы победить. Слизеринцы ликовали, даже Снейп, горячо болевший за брата, не сдерживал гордой улыбки. Вуд ругался без огонька, поминая всех родичей Флинта до пятого колена нехорошими словами прямо во время трапезы. На что капитан змеек весело скалился и отругивался не менее цветисто, пока Уркхарт или префект Бёрк не призывали его к порядку. Неунывающие близнецы Уизли, попавшие в больничное крыло после матча, лелеяли планы мести всей слизеринской команде. Гарри не слишком расстроился из-за проигрыша. Он честно предупреждал Вуда, что предпочитает смотреть, а не участвовать. Хотя снитч Гарри пытался поймать честно по отмашке капитана, кто же виноват, что команда несколько запоздала, а снитч злостно исчез в самый нужный момент и появился слишком поздно — высоко над вражескими воротами. Стремительно приближалось рождество, а ни Гарри, ни Гаррет не получили от родных никакой реакции на тему их родственной связи. Что Сириус Блэк, что Северус Снейп ни словом не обмолвились в своих посланиях сыновьям, состоялась ли их встреча. Близилось Рождество, Гарри уже предвкушал поездку домой, сулившую много приятных моментов. Гермиона немного нервничала, хотя родители и написали ей, что не возражают, если она погостит у «друзей». Снейп строил планы на их общую встречу вне школы, например на Косой Аллее. — Вы должны это видеть! — подсел рыжик Рон за завтраком к Гарри и теперь с загадочным видом шептал Поттеру свою дурацкую сказку. Ну какой, к дракклам, щеночек может жить в Запретном Коридоре?! Ах, Хагрид о нём знает? Ах опять зовёт к себе Гарри, только без Гермионы? Гарри к Хагриду прогулялся только раз, хотя полувеликан зазывал его частенько и в последнее время через Рона — рыжик с Невиллом повадились в ту хижину бегать чуть ли не через день. Только первого и единственного впечатления Гарри хватило — увидел запасы огневиски и строй пустых бутылок в углу хижины за занавесочкой, попробовал каменные кексы, был обслюнявлен крупной миролюбивой псиной по имени Клык, и в сотый раз выслушал, как он похож на папу. Чувствовал Гарри при этом себя некомфортно — запахи в хижине витали неприятные — крови, псины и кислого перегара. А постоянное восхваления великого человека Дамблдора надоели до тошноты. Гарри великого человека боялся до дрожи — мутный какой-то легилимент и Гермиону пытался отобрать, так что вздрагивал от каждого упоминания. Выражался Хагрид к тому же косноязычно, сюсюкал как с маленьким, подсовывал старую газету зачем-то и всё норовил выспросить, помнит ли он, как Хагрид вёз его малютку на мотоцикле через всю страну. И помнит ли, как расправился с тем-кого-нельзя-называть. Гарри вырвался из хижины на свободу, совершенно деморализованный и злой. И пообещал, что ноги его больше не будет у не совсем трезвого лесника в гостях. Гермиона на его рассказ лишь посочувствовала, а гад Снейп ржал весело и ехидно — слизеринцев Хагрид сильно недолюбливал. Рон бесил со своей настойчивостью, мол, такого щеночка Гарри никогда не видел. Мысленно Гарри предлагал рыжику полюбоваться на аниформу Блэка и больше не пытаться впечатлить его слишком большими щенками. Всё испортил Снейп, которого щеночек внезапно заинтересовал. — Сходим, посмотрим, — уговаривал братец следующим утром. — Сейчас, Гарри, пока все спят. И Рон от тебя отстанет. Ну, чего мы теряем? — Запретный Коридор наверняка охраняется, — внесла свою лепту в обсуждение Гермиона. — И всё это мне не нравится, щеночек Хагрида может оказаться совсем не тем, что мы себе представляем. И тебе не кажется, что Гарри туда заманивают неспроста? Тем не менее, в стороне подруга не осталась, и пошла вместе с Гарретом сопровождать злющего и унылого Гарри. До двери в конце Запретного коридора они добрались без происшествий. Сама дверка легко открылась Гермиониной Алахоморой. Зашли, посмотрели на щеночка, проблевались в ближайшем туалете. На их глазах огромная псина тремя окровавленными мордами расправлялась с тремя козлятами, закатывая все шесть глаз, налитых кровью, и урча от удовольствия. Один козлёнок был ещё жив, несмотря на откусанные ноги, и жалобно блеял. Видимо, живой корм доставили щеночку совсем недавно. Вернувшись к себе в зал, трое друзей подавленно молчали некоторое время, не глядя друг на друга. Отвратительное зрелище так и стояло перед Гарри во всей своей естественной красе. Да, он знал, что в природе происходит естественный отбор, и что хищники жрут парнокопытных живьём, а не поджарив сперва на вертеле. Но гадостное ощущение в желудке не отпускало. Гермиона от расстройства сразу занялась медитацией, очищая сознание, а Снейп был в своём репертуаре. — Цербер сидел на люке, ты заметил? — возбуждённо заявил он. — Это задание для героя, Гарри, точно тебе говорю. Пройти цербера, потом ещё пару тройку загадок и в конце найти приз. И у меня возникают смутные догадки, какой приз ждёт героя в конце испытаний. — Пройти цербера? — Гарри передёрнулся. — Я же его прикончу, и Рональд расстроится. Интересно, они с Невиллом видели, как щеночек завтракает? — Если рыжий сучёныш рассчитывал тебя скормить ему на обед, — прищурился Снейп. — То да, расстроится. Иначе я не понимаю такой тупой подставы. Или, скорее всего, предполагал, что ты пойдёшь с Гермионой. Рыжик явно завидует девочке хотя бы потому, что ты с ней дружишь. Решил избавиться радикально? — Глупости, — нахмурился Гарри. — С чего завидовать? Он сам мне заявил, что моя дружба его больше не интересует. — Я тебе и не такое могу заявить, — фыркнул Снейп. — Но смотрит рыжий на тебя, как побитый щеночек… Тьфу, дрянное сравнение! Может, попробуем отравить щеночка по-тихому? Я про цербера, если что. На каникулах почитаю про них, в нашей библиотеке точно что-то было. И Гермиону озадачь, она здорово навострилась искать нужную ей информацию. — Хочу, чтобы быстрее наступило завтра, — мрачно ответил Гарри. — Попрошу Кричера приготовить мне огромный карамельный торт с орехами. Хотя, нет, аппетит у меня пропал надолго. На завтрак не пойду! — Какие мы нежные, — смешливо улыбнулся Снейп, но поглядел понимающе. — Есть знакомая козочка? «Элитные магические козочки, шкет, твоя кузина души в них не чает. Смотри, какая белоснежная шерсть… Можешь подойти, погладить, они совсем ручные — избаловала их кузина». — Переживу, — буркнул Гарри. — Не маленький. Осталось всего чуть более тридцати шести часов, когда Блэк лично заберёт их с Гермионой домой.