Глава 17. 114 год от З.Э.

114 год от З.Э., Королевская Гавань

      Рейнира упорно обижалась на сестру, водясь всюду только с Алисентой, своей новой фрейлиной и подругой. Потому что Дени была неправа, пусть матушка там и пыталась что-то сказать о том, что они взрослеют и у них теперь есть свои друзья, но это, мол, не делает их меньше сёстрами.       Она предпочла ей Лейну! И это ранило и обижало.       Зато теперь у неё была Алисента — она была милой, немного слишком правильной и занудной, зато понимающей и доброй. Теперь Нире было с кем гулять, разговаривать, учиться. У неё тоже теперь была не только Дейнис!.. От этого было немного легче, но обиду это не стирало.       Так же и сейчас, Рейнира показательно пришла в сад, где в беседке сидела и читала сестра, и просто села в стороне, игнорируя Дейнис.       — Если ты намерена и дальше дуться, то можешь делать это не так показательно — я заметила, — раздался негромкий, однако ироничный голос Дейнис, что заставило и без того бывшую на взводе Рейниру, резко вскинуться.       — И что? — с вызовом спросила. — Тебе плевать?! Выздоровела, приехала Лейна и теперь тебе не нужна сестра, да, Дени?! — агрессивно сказала Рейнира, зло поджимая губы, отбросив книгу в сторону и нервно крутя кольца на пальцах. Потому что было не просто обидно, было больно.       — Мне тоже стоило начать тебя игнорировать с появлением Алисенты? — спокойно ответила сестра, поднимая на неё глаза.       Нира немного смешалась, теряясь под серьёзным и всё ещё немного жутковатым взглядом Дени… но ненадолго.       — Это другое, — уверенно заявила.       — Действительно, — медленно кивнула сестра. — Ведь там в центре внимания была ты, а в тень отходила я. Наоборот быть не может, не так ли?..       Не выдержав такой глупой, такой безосновательно нападки, она вскочила, подходя ближе к Дейнис, нависая над той сверху.       — Нет! Всё совсем не так! Я ведь не забывала о тебе!       В ответ Дени лишь приподняла свою едва заметную бровь, неотрывно глядя на неё. Даже не моргая. И Нира, конечно же, против воли, но всё же смутилась. Конечно же она не забывала про сестру, разве могла?.. Просто… просто теперь в её жизни была Алисента и они иногда проводили время вместе, просто Алисенту немного пугала Дени и она старалась проводить с ними время порознь, но уроки всё же у неё чаще были совместно с фрейлиной, иногда они просто гуляли в саду или читали. Но она не забывала про Дейнис!..       — Лейна — моя подруга, сестра, как твоя — Алисента. Я люблю тебя и буду проводить с тобой время, но мы разные. От того, что у меня есть время отдельно от тебя, с кем-то другим, не с тобой, я не забываю о тебе и не люблю тебя меньше, — спокойно и рассудительно говорила сестра. — Это моё мнение, моё решение и менять его я не собираюсь. Разве я отменяла наши полёты? Нет. Но ты сперва… м-м… позабыла про них на две недели с появлением фрейлины, а теперь сама игнорируешь меня. Не общаться — твой выбор, не мой, — пожала плечами Дени. — Однако навязываться я не собираюсь. Ты не права и просить прощения мне не за что.       Рейнира замерла молча, но губы у неё дрожали, а слёзы перекрывали взгляд. Она почувствовала как слеза потекла по лицу, но не могла дажее вытереть её, до боли сжимая руки в кулаки. А Дейнис лишь продолжала прямо, равнодушно и уверенно смотреть ей в глаза.       Это было… это было больно! И неправильно! И совсем-совсем не так! Дени была неправа. Ведь она любит её, хочет проводить с ней время, конечно же, Нира не забывала о своей сестре, даже если чуть больше нужного увлеклась Алисентой… и ей всё равно обидно и одиноко без сестры. А Дени что… плевать?.. есть там какая-то старшая сестра или нет?..       — Ты… ты… — вырвалось из неё со всхлипами. Рейнира чувствовала как от обиды начинает плакать, не в силах сдержаться.       Дейнис же тем временем спокойно разместила закладку на последней прочитанной странице, закрыла её, встала, оправив юбку платья и поудобнее перехватив книгу. А после спокойно, снизу-вверх, посмотрела Нире в глаза, но так, что сразу становилось ясно — сверху тут смотря именно на неё, Ниру.       — Слёзы не решают проблем, сестра. Только поступки, — и Дени просто спокойно обошла застывшую на месте Рейниру, направляясь прочь.       Лишь через несколько мгновений она нашла в себе силы отмереть и обернуться в след сестры, чтобы прокричать, выплёскивая наконец то, что так наболело:       — Но это тебе на меня всегда плевать, Дейнис! Это ты всегда пропадаешь с дядей, с Лейной, сама — как угодно, но без меня! Летаешь чаще с дядей, читаешь чаще с дядей, гуляешь чаще с дядей… нет дяди? Так ты проводишь время с Лейной! Вы прячетесь по всяким углам, изучаете тайны замка, веселитесь, спите вместе — главное, чтобы без меня! Нет Лейны? Тогда ты всюду сама, Дейнис! Ты… ты предпочитаешь одиночество мне, сестра! Я пытаюсь… я так пытаюсь быть с тобой вместе, но тебе же плевать!.. Почему так, Дени?.. — Рейнира уже откровенно разрыдалась, впервые высказывая всё, что так долго копилось, сестре.       Дейнис остановилась на месте, постояла так, а после обернулась к Рейнире, со всё тем же спокойствием на лице, на котором лишь мелькнуло и пропало сочувствие.       — Потому что такая я, Нира. И потому что такая ты, — Дени склонила голову к плечу, равнодушно смотря на неё. — Я люблю тебя, но мы слишком разные, чтобы быть чем-то большим, чем просто сёстры сейчас. Может, однажды это изменится, — пожала плечами. — А может, нет. Люди разные и не всем суждено сойтись характерами. Так бывает и тебе стоит принять эту истину, сестра, — а после Дейнис развернулась и всё же ушла из сада.       Рейнира наблюдала за спиной сестры до тех пор, пока не скрылась с горизонта, а после села на лавку и разрыдалась от жалости к себе. Потому что это было так несправедливо!.. И очень, очень больно.

***

      Отто с трудом сдерживал внутреннее бешенство. Деймон Таргариен был проклятой проблемой, которая раздражала его до невозможности. Принц был таковым всегда — сколько уж Отто был с ним знаком, но, Боги свидетели, всё стало во много раз хуже с тех пор, как этот этот вздорный кретин занял место в Совете.       Поначалу Хайтауэр был уверен — ему хватит несколько недель, чтобы сместить принца, который, очевидно, не подходил для роли мастера над монетой. Этот паршивец умел деньги только тратить на шлюх да вино, куда уж ему знать как правильно с ними обращаться?.. Однако день шёл за днём, недели сменялись месяцами и клятый принц справлялся. Если поначалу Отто замечал растерянность Деймона, его незнание и просто выжидал момента, то чем больше времени проходило, тем сложнее становилось подловить принца на ошибке или незнании чего-то. Особенно с учётом того, что король стоял на стороне брата, счастливый, что тот наконец-то нашёл своё место подле своего короля.       Зато недоволен был десница. Деймон Таргариен был существом хаотичным, деструктивным, ему было не место при власти! Этот мужчина был слишком импульсивен, взбалмошен, жесток до крайности — не считался ни с гласом ума, ни с гласом рассудка, ни, тем более, с гласом совести. Чистый хаос и разруха, как оно есть.       Даже Совет с участием Порочного Принца превращался в бардак — скабрезные шуточки, бесконечно «ценные» замечания, вечное никому ненужное и неинтересное мнение, которое, конечно же, всегда было прямо противоположным его мнению. И король, естественно, потакал брату. Поддерживая его шутки, смеясь над «остроумными» замечаниями в сторону других, выгораживая, когда Отто пытался прекратить этот балаган.       Именно влияние Деймона на короля было худшим в этой ситуации — принц был слишком близок к брату, а оттого влиял ещё сильнее обычного, более того, влиял на дела управления королевством!       Сам по себе Визерис Таргариен был весьма недурным королём — далёким от величия своего деда, конечно, однако миролюбивым, не вспыльчивым, умным и дипломатичным. Да, управляемым и слабохарактерным местами, но в случае с Отто это играло даже в плюс — внушить какую-то мысль королю было не слишком сложно, если подгадать нужный момент, интонацию, настроение… не всегда удавалось, конечно. Не стоило забывать о том, что как бы мягким и внушаемым ни был Визерис, он был Таргариеном, чей нрав был известен всем. И если уж была мысль, которая заседала у короля в голове — это значило лишь то, что биться там уже бесполезно, лишь смириться и подстроиться.       Но только не тогда, когда на него начинал влиять его проклятый брат. Видят Боги, они были несправедливы, когда не дали и капли воли и стойкости старшему из братьев, зато всё упрямство, своеволие и стойкость достались младшему! Отто много больше был бы рад королю с твёрдой волей, подобному покойному Джейхейрису, чем хаотичному принцу Деймону, который не знает меры и благоразумия, и которому потакает брат-король.       Однако самым страшным в этой ситуации оставался тот факт, что у короля не было наследника. Было лишь две дочери и всё тот же проклятый брат. А потому наследником Визериса, случись что, стал бы именно Деймон. Деймон, которого нельзя было подпускать к трону ни на шаг! Тот просто разрушит королевство, неграмотный и воинственный — утопит в войнах и конфликтах, разругавшись со всеми лордами королевства. Не говоря уж о судьбе самого Отто в этом случае.       Потому десница искренне молился за здоровье королевы, а так же за то, чтобы та поскорее подарила королю сына. А лучше двух или трёх — про запас. С учётом того, скольких детей отняли Боги у Старого Короля, тут перестраховаться будет совершенно не лишним. Чем больше сыновей, наследников, у короля — тем дальше будет принц Деймон от трона.       К сожалению, до сих пор королева Эймма, несмотря на постоянные беременности, так и не смогла родить мальчика. Хайтауэр даже ходил и лично говорил с мейстером об этом, интересуясь, есть ли какие-нибудь факторы, которые стоит исключить из окружения королевы ради успешного рождения принца! Но тот ответил, что и так делается всё возможное. Впрочем, возможно, нынешний перерыв в беременностях будет благотворен, тело королевы отдохнёт от бремени и та наконец-то сможет исполнить свой долг.       Сейчас же Отто был более всего занят тем, чтобы как можно скорее избавиться от принца Деймона в роли мастера над законом. Благо, тут всё было много проще, чем с предыдущей должностью.       Тут принц-изгой не осторожничал, а разошёлся практически сразу. Деймон изволил пережимать глотку тем, кому не стоило — не своей привычной швали из трущоб, но лордам. Облагал штрафами, нескольких уже выгнал из столицы — а те, естественно, составляли жалобы об этом королю. Не дошёл принц пока только до казни… однако тут уж Отто просто ждал. И знал, что ждать осталось не так уж долго — Деймон не считался с выгодой, с дипломатией, с расчётом, решив, что может мерить по одной гребёнке аристократа и простолюдина.       И в этом будет его конец как члена Малого Совета.

***

      Деймон в отличном настроении шёл на Совет, — место мастера над законом не было должностью его мечты, но это, по крайней мере, было лучше проклятых цифр, так что за дело Деймон взялся уверенно, при этом тщательно изучая единый сборник законов, над которым столько времени трудился дед со своим Советом.       И это был тот самый редкий момент, когда Деймон искренне восхитился и поблагодарил Старого Короля — когда осознал, какой дурдом среди законов был прежде, и что имеется сейчас. Начав заниматься этим, перебирать, сортировать их, изучать нюансы — он осознал какой это был труд и как легче во всём этом ориентироваться, когда это всё структурированно и едино для королевств.       Помощь племянницы, по сути, больше не требовалось, но кто сказал, что он от неё отказался?.. Дени была хороша в кропотливой, монотонной работе, в которой так плох был сам Деймон, а потому он смело скинул на неё составление рапортов, отчётов, с отсылками на все пункты законов, их параграфы и прочее. В этом плане племянница была почти монстром — она не ленилась выписывать всё, вплоть до каждой запятой, строчки, параграфа, абзаца, указывать точные ссылки на источники и причинно-следственные, лишь бы не докопались.       — Бюрократия — страшное явление, Деймон, особенно когда имеешь дело с кем-то опытным в ней, — сказала как-то Дейнис и Деймон согласился в том, что сомневаться в изворотливости Хуйтауэра не приходится. А потому, если племяннице нормально этим заниматься, то на здоровье. Особенно с учётом того, что Дени научилась подделывать его почерк и ему уже даже не приходится это переписывать.       Его племянница однозначно была самой удивительной и самой лучшей девочкой в королевстве. А взамен за помощь Деймон прикрывал её выходки и побеги из дворца, а так же согласовано летал четыре раза в неделю и даже пару раз они сумели слетать на Драконий Камень, без ведома Визериса. Не то чтобы это было ему хоть каплю в тягость, или не доставляло удовольствия столько же, сколько и Дейнис.       Сегодня он как раз успел с утра полетать с племянницей, а вчера разобрался с одним кретином, который давно мелькал перед глазами, так что настроение у Деймона и правда было на высоте.        Правда, стоило войти в зал Совета, как тут же оно стало и ухудшаться — настроение там витало напряженное, в основном из-за его брата, который сидел, скрестив пальцы с мрачным выражением лица и неотрывно смотрел на Деймона. А до того, видимо, сверлил дверь в его ожидании.       У Деймона было проклятое чутьё на то, что сейчас от брата ему влетит, вплоть до очередного изгнания. И сейчас был как раз такой случай, особенно с учётом того, как мерзко и самодовольно ухмылялся десница.       Блядское дерьмо.       — Проходи, Деймон, — приказал брат и он просто повиновался, предчувствуя уже, что и этой должности лишится. Знать бы ещё — за что. — Итак… вчера ты казнил лорда Челстеда. Не согласовав ни с кем, ты просто отрубил ему голову в Блошином Конце.       Услышав обвинение, Деймон фыркнул.       — Этот выродок совершил преступление — убил девицу, что отказалась раздвинуть перед ним ноги, а так же её мужа и брата, что вступились за неё. А до того был замечен в поджоге амбаров купца, у которого до того вымогал бесплатного товара по праву происхождения, в чём купец ему отказал, за что и поплатился амбаром с товаром, — лениво пояснял Деймон, совершенно убеждённый в своей правоте. Ублюдок давно нарывался и получил по заслугам.       — Он был лордом, Деймон! Моим лордом! И судить его право имел только я, как его король! Ты мог донести мне это, мог назначить штраф, но не казнить без суда! — взорвался Визерис.       — Какой суд, брат?! Я застал его на месте преступления, свидетелей была полная улица и я казнил его, как того требовал закон, мастером над которым являюсь! — в ответ не мог оставаться спокойным и принц. Потому что он, пекло его дери, был в своём праве!..       — Он был не каким-то… свинопасом, Деймон! Он был лордом Королевских земель, знатным мужем, ты не имел права его казнить!.. Ты и так загнал в пыточные больше народу, чем там было при лорде Лионеле, изгонял многих знатных лордов и рыцарей из столицы, умудрился отрезать руку пятому сыну лорда Фассовея, за что тот в обиде!..       — Я сужу преступников, Визерис, а этот паршивец воровал и не одноразово — за что и лишился руки! Я изгнал тех, кто отказывался исполнять королевские, твои законы, брат! — Деймон аж встал со своего места, искренне возмущённый предъявленными обвинениями. Он ни разу, ни разу не нарушил этот клятый закон, лишь исполнял его, как полагается!       — Да мне за эти полгода поступило больше жалоб на тебя, чем за все предыдущие годы правления! — брат всплеснул руками, выражая своё негодование. — Нет, Деймон, так продолжаться не может… когда лорд Лионель был на этом посту — мне не поступало ни одной жалобы на него, но в столице, в королевстве, царил порядок и мир!       — Значит, это был херовый порядок и мир! Зато он тебя устраивал, потому что был беспроблемным, не так ли, брат?! — зло выплюнул Деймон.       — Вон! — приказал Визерис и он радостно подчинился.       Пошло оно всё нахуй, с такими порядками. Деймон был прав, Деймон был в своём праве, а блядский Хуйотто в очередной раз просто воспользовался слабовольностью его брата, вылизав тому зад!