Глава 10: Драко

— Как Скорпиус воспринял новости? — спросил Гарри. — Сначала все было немного грубо, — сказал Драко. — Оказалось, что кто-то в школе всё-таки рассказал ему, кто его мать. Он узнал об этом сам. — Как думаешь, он посмотрит воспоминания? — Он сын Гермионы, — ответил Драко. — А ты как думаешь? — Гарри улыбнулся. — К тебе прилетала сова, — сказал Гарри. Он указал на стол, где лежал конверт. Драко открыл его. — Это мои документы о разводе, — сказал Драко. — И записка от Тео. Видимо, в его офис пришла кричалка от Астории, так как она не смогла найти меня. Все произошло довольно быстро. Похоже, мои родители хотят попытаться уладить это без лишней шумихи, а это значит, что они попытаются отговорить меня, прежде чем новость попадёт в газеты. Мне приказано явиться в офис Тео завтра днём. — Может, тебе сначала стоит сделать публичное заявление? — Пока не время. — Драко посмотрел на бумаги о разводе. — Даже если Гермиона не захочет дать мне шанс, я развожусь с Асторией. Я не хочу пугать Гермиону или создавать ей проблемы. Это попадёт в новости, я расскажу свою часть истории, если понадобится, но я бы предпочёл подождать. — Пока у вас с Гермионой все не наладится? — Точно.

***

Отец, Я решил приехать в Англию в пятницу. Мой последний урок заканчивается в 2 часа. С любовью, Скорпиус

***

На следующий день Драко прибыл в юридическую контору Тео и не удивился, увидев там Асторию и своих родителей. Они привели давнего адвоката Малфоев, прекрасную, но безжалостную ведьму по имени Астрид Хедлунд, и все они выглядели довольно разгневанными. Драко сел рядом с Тео и расслабился, ожидая, пока кто-нибудь заговорит. Люциус сердито посмотрел на сына. — Тебе что, совсем нечего сказать в своё оправдание? — Нет, отец, — ответил Драко, разглядывая свои ногти. — А тебе? — Не будь дерзким, — Люциус подвинул к нему копию документов о разводе. — Что, во имя Мерлина, это такое? Драко недоверчиво посмотрел на отца. — Это документы о разводе. — Но почему, Драко? — заныла Астория. — У нас всегда были хорошие отношения. — Нет. Не были, — отрезал Драко. — Я сказал тебе в тот самый день, когда ты бросила в меня пресс-папье, что меня заставили жениться, и что я не хочу ни тебя, ни общих с тобой детей. Позволь мне спросить тебя кое о чем. После моего несчастного случая семь лет назад, целители говорили тебе, что я могу вернуть память, но ты забрала меня из больницы, прежде чем они смогли попробовать какую-либо терапию, не так ли? Тишина стала оглушаюшей. — Я так и думал. Ты вырвала меня из счастливой семьи, и ради чего? — Драко, мы хотели, чтобы у тебя была достойная жена, — сказала Нарцисса. — Ты был изгоем в магическом обществе из-за своей жены. Мы сделали то, что было лучше для тебя. — Нет, ты делала то, что было лучше для тебя, — сказал Драко. — Гермиона сделала меня счастливым. Она любила меня. Несмотря на мои слова, мои действия, она простила меня, и она полюбила меня. Она подарила мне замечательного сына, которого ты была полна решимости погубить, и ты всё равно заставила его чувствовать себя неполноценным, потому что он был полукровкой. А ты, — повернулся он к Астории, — в Хогвартсе ты пыталась встать между нами. Я помню любовное зелье. Я также помню, как ты распространяла слухи о том, что Гермиона беременна. Я также помню, когда ты пыталась внушить Кормаку МакЛаггену, что Гермиона интересуется им. Он не оставлял её в покое неделями. С чего бы мне хотеть жениться на тебе? — Я любила тебя, — сказала Астория. — Нет. Ты любила деньги, роскошь и возможность называть себя леди Малфой, — Астория замолчала. — Ты правда думаешь, что она вернется к тебе? — спросил Люциус. — Я уверен, что эта шлюха уже снова вышла замуж и, вероятно, наплодила кучу детей. — Ты опять не прав, — сказал Драко. — Она никогда снова не вышла замуж. Она... она пыталась покончить с собой, отец. Когда мы забрали у неё Скорпиуса, она пыталась уйти из жизни. Им пришлось стереть меня и Скорпиуса из её памяти. Ещё несколько дней назад она понятия не имела, что она мать. — Ну, тогда это решает проблему, — сказала Нарцисса. — Развод был окончательным и полностью законным, она ничего не помнит, никто не пострадал. — МНЕ БОЛЬНО! — закричал Драко. — СКОРПИУСУ БОЛЬНО. Ему пришлось вырасти без матери, ради Мерлина. Эта женщина, — сказал он, указывая на Асторию, — даже не пыталась полюбить его. Астрид прочистила горло. — Дело в том, мистер Малфой, что вы находитесь в браке с Асторией Малфой. Вы не можете просто так развестись. — Он может, и он это сделает, — сказал Тео. Он придвинул копию решения о первом разводе Драко. — Если это уже произошло один раз, это можно сделать снова. — Факт остаётся фактом: мистер Малфой принял определённые обеты… — Я этого не делал, — сказал Драко. — Клятвы, которые я дал Гермионе, действительно имели силу. Но несмотря на это, каким-то образом их удалось нарушить. Поскольку я не давал таких обещаний Астории, я бы сказал, что мои шансы получить развод значительно выше, чем тогда. Астрид еще раз просмотрела документы, поскольку именно она организовала первый развод. Она знала, что нужно сделать, чтобы добиться своего. — Если ты это сделаешь, мы отречемся от тебя, — сказал Люциус. — Ты потеряешь работу и хранилище. — Моё хранилище принадлежит мне, там деньги, которые я честно заработал и вложил, — сказал Драко. — Оно принадлежит только мне, и ничто не в силах отнять его у меня. Я добился этого с помощью гоблинов. Я также позаботился о том, чтобы сообщить мадам Максим в Шармбатон, что у Скорпиуса не должно быть никаких посетителей, пока не будет принято решение о его дальнейшем обучением. У тебя никогда не будет к нему доступа. — Я подам на тебя в суд, — сказал Люциус. — За что? — спросил Драко. — Если ты попытаешься сказать, что я украл деньги, я подам встречный иск о потере заработной платы. Я никогда не брал ни одного кната, который мне не принадлежал. Губы Люциуса сжались, и он посмотрел на Астрид, ожидая, что она что-нибудь придумает. — Вы понимаете, что вам придётся отдать миссис Малфой половину своего хранилища, верно? И вам придётся выплачивать ей отступные. Драко улыбнулся. — Нет. Не буду. Даже если бы я это сделал, это не имело бы значения. Она потратила бы свою половину в течение шести месяцев. Вы так любезно позаботились о том, чтобы Гермиона ничего не получила при нашем разводе — и так действительно произошло. Ни алиментов, ни отступных, ни даже её доли в доме, в котором мы жили, хотя она оплатила половину. Ты позаботилась о том, чтобы её лишили всего. — Она была грязнокровкой, — сказала Астрид. — Были законы… Теперь настала очередь Тео прочищать горло. — Да, об этом. Поскольку у нас есть доказательства того, что будущая бывшая миссис Малфой вышла замуж за Драко при ложных обстоятельствах… — О чём ты говоришь? — потребовал ответа Люциус. — У нас есть показания от целителей, которые пытались работать с Драко после первого несчастного случая, в которых говорится, что вы выписали его без лечения и не искали для него дальнейшей терапии, — сказал Тео. — Итак, поскольку мистер Малфой был не в своём уме, его принудили к браку. Он также сделал несколько заявлений о том, что не хочет снова жениться, это подтверждается человеком, проводившим церемонию Драко и Астории. С учётом этого и методов, которые вы использовали, чтобы гарантировать, что Гермиона Малфой ничего не получит от их брака, я могу обещать, что Драко не придётся платить Астории ни одного сикля. Астория начала плакать, а Люциус уставился на своего сына. — Ты понимаешь, что мы можем тянуть это годами, — сказал он. — Это ещё не конец. — Ты можешь попробовать, — сказал Драко. — Не забывай, я учился у лучших. И ты больше не управляешь моей жизнью. Если ты хочешь быть частью моей жизни, ты примешь Гермиону и Скорпиуса такими, какие они есть. Если Гермиона готова принять мою недостойную задницу обратно, а ты всё ещё будешь нам мешать, я с радостью буду жить с ней во грехе, хотя я бы предпочёл снова жениться. Я сделаю это публично и не буду скрывать никаких секретов от прессы. — Ладно, — Люциус встал и кивнул Нарциссе и Астории, давая понять, что пора уходить, а за ними и Астрид.

***

— Каково это, приятель? — спросил Тео. — Довольно неплохо, — сказал Драко. — Как ты успел всё это получить? Показания целителя и церемониального мага? Тео покраснел. — Я... ну... я немного блефовал. У меня их нет. ПОКА, — он увидел, что Драко начинает паниковать, и попытался его успокоить. — Я знаю, что мы можем их получить, и к концу дня кто-нибудь этим займётся.

***

— Сегодня я видел своих родителей и Асторию, — сказал Драко, когда они с Гермионой сидели в её саду. Он уже рассказал ей о приезде Скорпиуса на выходные и о том, что предложил ему перевестись в Хогвартс как можно скорее. — Они не очень мной довольны. Гермиона помешала чай. — Что теперь будет? — Ну, если они послушают Тео и меня, Астория подпишет бумаги. Если нет, нам придётся обратиться в суд, где мы их уничтожим, — сказал Драко. Он посмотрел на Гермиону. — Я знаю, что для тебя всё это так неожиданно. Как у тебя дела? — Нервничаю, — сказала Гермиона. — Немного ошеломлена. Иногда мне кажется, что всё это странный сон, и я проснусь в своей обычной жизни. Я продолжаю смотреть эти альбомы и не могу не задаться вопросом, чего ты ждёшь. — Ты имеешь в виду нас? — спросил Драко. Гермиона кивнула. Драко перевёл дух. — Честно говоря, я тоже не знаю, чего ожидать. В идеальном мире мы снова вместе и создаём семью со Скорпиусом. В худшем случае мы станем родителями замечательного ребёнка. Вы с ним сможете наверстать упущенное время. Всё, что мы можем сделать, — это двигаться шаг за шагом. — Артур говорил с человеком, который лишил меня памяти, — неуверенно сказала Гермиона. — Он думает... ну, его теория заключается в том, что он, вероятно, мог бы вернуть мне воспоминания, но... Драко ждал. — Если бы он это сделал, и что-то снова развалилось бы, мне пришлось бы с этим жить на этот раз. — Гермиона, если мы снова будем вместе, это будет навсегда. — Или пока тебя снова не ударят по голове, — сказала Гермиона. — Повреждения есть — если ты упадёшь и ударишься головой, ты можешь снова вернуться к своим прошлым воспоминаниям. Мы можем снова всё это пережить, и я не знаю, смогу ли я с этим справиться. Драко некоторое время сидел, уставившись на свой чай, размышляя о том, что она сказала. Возможно, она была права. — У меня сейчас нет ответа на этот вопрос, — сказал он. — Но я не хочу, чтобы это стало для нас препятствием. Я начну с посещения целителя, чтобы узнать, что он думает, а потом мы сможем двигаться дальше. Пожалуйста, обещай мне, что ты не спишешь нас со счетов окончательно, пока я не буду уверен, что нет решения для этой проблемы. Он потянулся, взял её руку в свою и поднёс к губам, нежно поцеловав.