Глава 3. Спасение провианта — дело рук утопающих или история о горных троллях.

      Первый же день нашего путешествия ознаменовался дождём и ледяным ветром. Нет, всё начиналось просто прекрасно, мы проезжали живописные поля и милые деревушки. Предоставленная мне гнедая кобылка была красива и послушна, а первую часть пути мы проболтали с Ори о качествах кожаной подпруги. Оказывается, в моей новой памяти хранилось столько информации об этом, что в какой-то момент мне стало страшно. Что ещё может хранить моя несчастная головушка? А также я не забыла поспрашивать Бильбо о его ощущениях от начала похода, ведь он казался мне очень вдохновлённым. Впрочем, как и я сама.              — Как ваша голова, мистер Бэггинс? Ничего не беспокоит? — Я поравнялась с хоббитом, притормозив свою лошадь. Бильбо мне улыбнулся, отвлекаясь от созерцания местных красот.              — Спасибо, я чувствую себя просто прекрасно! — Взволнованно воскликнул он, поёрзав в седле. Хоббит, как и я, был не самым уверенным наездником. — Зови меня просто Бильбо... И хотел извиниться, что был не очень вежлив с тобой, как со своей гостьей... Совершенно неожиданная толпа незнакомцев в доме совсем выбила меня из колеи...              — Что ты! — Удивлённо произнесла я, улыбаясь до ушей такой приятной вежливости. — Я понимаю, что вчера тебе было совсем не до правил приличия, — я ему подмигнула, а Бильбо тихо рассмеялся.              — Это точно... — Выдохнул он, шмыгнув носом. — Кстати, тот белый порошок... Напомни, пожалуйста, из какого цветка он был сделан? Я бы действительно очень хотел посадить такой у себя в саду, когда вернусь.              — Ах, этот цветок называется Аэглос, — деловито ответила я, почувствовав себя увереннее. Рассказывать то, в чём я хорошо разбираюсь, мне всегда было только в удовольствие. А новая память мне в этом прекрасно помогала! — К сожалению, тут мы его не найдём, этот кустарник растёт на пустошах и песчаниках, а здесь... — Я заворожённо оглянулась вокруг, закрутив головой по сторонам. — Здесь для него слишком живописно.              — Дальше нас как раз ждут пустоши, Дикие Земли, — внезапно вмешался в наш разговор Бофур, который до этого ехал впереди нас и задумчиво курил. Мы с Бильбо уставились на него с интересом — гном точно знал о мире побольше! — Территории хоббитов хороши! Никакой опасности, всё красиво и ухоженно. Но совсем скоро мы сойдём с этой удобной тропы и попадём на необитаемую местность. Там уже не встретишь привычных трактиров по дороге, — Бофур хохотнул сам себе под нос и снова задумчиво закурил, отвернувшись от нас. Мы с Бильбо несколько нервно переглянулись. Речь гнома как-то совсем не вдохновила, поэтому мы с хоббитом быстро умолкли и тоже ушли в свои мысли.              Впрочем, расстроиться из-за грядущих Диких Земель мы с Бильбо так и не смогли. Не успели мы сойти с широкой дороги, как тут же начался просто жуткий ураган. Поэтому теперь я старалась как можно сильнее укутаться в свой несчастный плащ с капюшоном, чтобы хоть как-то спрятаться от яростного ветра. Мне казалось, что под ледяным дождём я промокла насквозь, от чего на этом ветру скоро превращусь в огромную ледышку. Моя бедная лошадь постоянно мотала головой и недовольно пофыркивала время от времени.              Я ехала позади всех, если не считать несчастного хоббита, плетущегося сзади меня. Поскольку моя кобылка была выше остальных пони, я прекрасно всех видела, и это давало мне повод для наблюдений. Однако, несмотря на такое преимущество, я всё равно не заметила, когда пропал Гэндальф. А ещё отсюда я совершенно не слышала никаких команд Торина, который ехал в начале строя. Всё же я не обладала таким чудесным слухом, как хоббит.              — Привал? — Сквозь шум ветра расслышала я взбудораженный голос Бильбо. Кое-как к нему обернулась, стараясь не выпасть из седла.              — Я не ослышалась, Бильбо? Привал? — Попыталась я перекричать внезапно усилившийся дождь. С моего капюшона тут же полились струи воды, из-за которых я видела теперь не дальше двух пони впереди.              — Да-да, Берниа! Торин сказал, что ищет место для отдыха! — Кажется, очень грустный до этого хоббит, развеселился. В общем-то, я его понимала. Будучи насквозь промокшей и продрогшей, хотелось погреться у костра и хотя бы немного поесть... А поклажа на одном из пони как раз была забита доверху едой…              Вскоре наша длинная вереница из лошадей оказалась на симпатичной лесной опушке, скрытой в ветвях деревьев. Дождь здесь был не таким сильным, но всё равно было очень мокро и холодно.              — Остановимся здесь, — произнёс Торин, спрыгивая со своего пони. — Оин и Глоин разожгите костёр, Двалин и Бофур найдите для них хвороста и дров. Балин и Нори пока что побудьте на карауле, Фили и Кили принесите еду, она вон на той пони, — Дубощит указал на самую дальнюю лошадку у дерева, которую мы с Бильбо гипнотизировали голодными взглядами последние четверть часа. Она мирно жевала траву. — Берниа и Ори готовят ужин, а остальные разбивают лагерь. Все за работу!              Я фыркнула, закатив глаза, от командного тона нашего «предводителя». Хорошо, что ветер всё ещё закладывал уши и меня никто не услышал. Подобравшись поближе к Ори, который очень уютно расположился на шерстяной подстилке в углублении могучих дубовых корней, я села рядом. Нам оставалось только ждать, когда разожгут костёр и принесут еду, чтобы приступить к готовке.              — И не в такую погоду мы управлялись с огнём, не боись, Кили! — Послышался басистый голос Глоина. Кажется, местная молодёжь сомневалась в возможностях старших гномов.              Я пододвинула к себе коленки, обхватив их руками, чтобы хоть как-то согреться. Где-то совсем в глубине души я почувствовала сожаление о том, что каким-то несомненно чудесным образом я попала в отряд. Всё-таки это очень опасное приключение, в котором нет места комфорту и отдыху, вместо этого за тобой по пятам постоянно следует опасность. Раздумывая сейчас над причинами, почему же я стремглав побежала за Гэндальфом в свой первый день, я осознала, что в тот момент это было единственной мыслью в моей голове. Единственным верным решением. И такие выводы вновь вернули меня к теории о том, что моё появление здесь не случайно.              Я разглядывала собственные ноги, с грустью отмечая, что моя белая обувь стала похожа на кусок грязной и мокрой тряпки. Над переносицей неприятно зажгло, пока я пыталась вспомнить, что же означают эти забавные буквы по бокам каждого из ботинок. Они были похожи на перевёрнутые зигзаги, а затем я вдруг поняла, что совсем забыла их название. Но я же совершенно точно помнила, как они назывались, когда только очнулась!              Видимо, мои напряжённые думы заметил Ори, которому уже надоело наблюдать за тщетными попытками Оина и Глоина сотворить хоть какой-то огонь, поэтому он обратился ко мне:              — Интересные у тебя ботинки, — с любопытством сказал молодой гном. — Никогда таких не видел! — Я хмыкнула, начав ковырять большую кожаную букву, пришитую сбоку. Мне они тоже теперь казались какими-то странными.              — Это подарок... от дальнего друга, — на ходу придумала я. — Он их сам смастерил.              — Забавные, — с улыбкой проговорил гном, неловко ткнув пальцем в ткань, похожую на мелкую сетку. Из них тут же начала стекать маленькая струйка грязной воды. — Но совсем не практичные.              Я рассмеялась. Эта мысль пришла мне в голову ещё после первых десяти минут под дождём.              — Это точно... — И вдруг наш миленький разговор прервал шум.              — Пони взбунтовалась! — Кричал Кили.              — Лови её! — Ещё громче слышался голос Фили.              Весь наш лагерь тут же кинулся на подмогу к несчастным братьям. Времени поразмышлять о своей странной обуви и больном лбе не осталось, поскольку я уже вприпрыжку бежала вместе с остальным отрядом к реке. Пони от страха прыгнула в воду, Кили кинулся за ней, Фили бросился за братом. Все в панике забегали по берегу, кто-то пытался тянуть пони за хвост, кто-то полез спасать братьев. И когда уже почти удалось вытащить лошадку на берег, внезапно поклажу с ее спины смыло волной течения, а я, недолго думая, припустила вдоль берега за ней. Мысль, что мы можем остаться без еды и некоторого важного провианта, подстегнула меня разбежаться и тут же прыгнуть прямо в холодную реку.              Меня закружило в водовороте волн, всё тело свело мелкой короткой судорогой, а кожу больно обожгло — настолько ледяной была вода. Я в ужасе раскрыла глаза, видя перед собой только вихрь из маленьких пузырьков. Воздуха катастрофически не хватало, нужно быстрее выныривать, иначе так и останусь здесь, только уже в виде трупа!              Я лихорадочно задвигала руками и ногами, наконец, всплывая на поверхность, судорожно глотая живительный воздух. И пока я отплёвывалась и пыталась удержаться на поверхности, чтобы снова не уйти под воду, наша поклажа очень вовремя проплыла мимо меня. Времени думать не было, поэтому я быстрым движением вскинула руку, чудом успев схватиться за скользкий кожаный ремешок. С берега, кажется, кто-то кричал моё имя, но мне было как-то не до этого. Если увидели, что я в воде, значит, как-нибудь точно спасут. Течение в реке было сильным, поэтому я должна всё сделать ловко и быстро!              Кое-как повиснув на поклаже, я закинула на неё одну ногу, чтобы зажать второй и освободить руки. Таким образом, головой я снова уходила под воду, ледяные волны заливалась в нос и в рот, волосы липли к лицу, закрывая обзор на моё единственное спасение, которое я заметила ближе к берегу. Оказавшись вновь под водой, окружённая маленькими пузырьками, мне вдруг показалось, что это конец. Но как только я об этом подумала, то почувствовала в своих руках скользкую корягу и сделала последнее усилие, чтобы всплыть из воды. Перевесившись через неё всем телом, за ремешок притянула к себе сумки и попыталась откашляться, от чего меня чуть не стошнило. Горло обожгло холодным воздухом.              — Берниа! Держись! Хватайся! — Кто-то взял у меня из рук поклажу, вытаскивая её на берег, а затем я почувствовала, как меня берут под руки и с силой дёргают вверх. Измучено откашлявшись, но чувствуя под собой безопасную землю, я встретилась взглядом со своим спасителем. И лучше бы я этого не делала.              Сведённые на переносице брови, ледяные глаза и больно сжимающие мои плечи пальцы. Торин Дубощит выглядел абсолютно разъярённым, в отличие от остальных.              — Златовласка спасла нашу еду! — Закричал кто-то. Я непонимающе оглянулась. — Настоящая героиня!              — Как ты меня назвал? — Спросила я у кого-то, кого не смогла разглядеть в толпе, но меня проигнорировали. Сильные руки отпустили мои плечи, и я осталась лежать на земле, окружённая гномами. Тело потряхивало от холода, а горло по-прежнему окольцовывала жгучая боль.              — Слабоумие и отвага... — Высокомерно произнёс Торин. — Нас не нужно впечатлять своими глупыми подвигами, если в конце концов приходится тебя спасать! — Я опешила, удивлённо оглядывая злое лицо Короля. И это моя благодарность? Конечно, я и сама в первую же секунду оказавшись в ледяной воде поняла, что поступила опрометчиво... Но кто он такой, чтобы меня отчитывать!?              — Я не собиралась никого впечатлять! — Вскочила я на ноги. От таких резких движений меня немного повело в сторону, но я стойко удержала равновесие. — Моей единственной мыслью было спасти провизию, иначе мы могли остаться совсем без еды! — Я начала закипать от возмущения несмотря на то, что всем телом дрожала от холода. Больно мне надо тут кого-то впечатлять диким купанием в реке!              — В следующий раз сначала думай головой, что ты предпочитаешь больше: выжить или спасти еду! — Его громогласный голос заставил меня заткнуться, тяжело дыша, но жуткое негодование так и распирало изнутри. Я знала, что он был прав. Знала, поэтому и промолчала, не решившись рыть самой себе могилу в первый же день на пути к спасению этого невыносимого гнома. На моё плечо опустилась чья-то ладонь и между нами вырос седовласый Балин с самым добродушным выражением лица.              — Не нужно ссор, — по-доброму заговорил он, глядя то на меня, то на Торина. Мы же прожигали друг друга немигающими взглядами. — Давайте возвращаться в лагерь, а то привлечём внимание каких-нибудь недоброжелателей своими криками. А у тебя вон, губы уже посинели, быстро греться! — Отругал он меня, отворачивая от Дубощита.              На этом и закончили. У меня как-то быстро отлегло, особенно когда братья Фили и Кили, примостившиеся ко мне с двух сторон, начали меня нахваливать.              — Ты такая отважная, Златовласка! — Начал Фили, вытаскивая из моих волос какую-то приставшую водоросль. — Ты нас очень впечатлила!              — Какая я вам ещё Златовласка... — Пробубнила я, но меня снова проигнорировали.              — Да-да, ты так умело нырнула в воду! — Продолжил Кили, движением рук показывая, будто он ныряет. — Не слушай нашего дядю, ты была молодцом, — я слабо улыбнулась, вглядываясь в широкую спину в меховом плаще, которая маячила впереди.              — Это мы чуть не утонули, а ты сама забралась на эту корягу... — Всё продолжал болтать Фили. — Видок у тебя, конечно, был потрёпанный...              — Я бы даже сказал, жуткий! — Вставил Кили, а я фыркнула, развеселившись.              — Ну спасибо, мистер Кили!              — Не обижайся, но мы сначала подумали, что ты уже всё... — Он провёл ладонью по своей шее и высунул язык, намекая на то, что выглядела я, как мертвец. Я хихикнула от его забавного выражения лица. — И зови меня просто Кили!              — И меня просто Фили... Хотя мне, конечно, очень нравилось, когда ты называла меня «Мистер Фили»... — Тихо пробубнил тот, тут же получив от брата подзатыльник за моей спиной. Я совсем залилась смехом.              Так и дошла наша весёлая, чуть не утонувшая троица до лагеря. Если бы мы только знали, что нас ждёт впереди, ох, если бы.                     ***              Сменив мокрую одежду и глотнув горячительной настойки из мяты и лимона, чтобы не заболеть, я повесила свои насквозь промокшие ботинки и вещи на ветки. Они должны были успеть подсохнуть на закатном солнце. Дождь закончился, воздух стал гораздо теплее, когда стих ветер, но гномы так и не смогли развести нормальный огонь из-за мокрых веток — они только шипели, выпуская густой белый пар. Пришлось довольствоваться маленьким подобием костерка, который даже не мог согреть нам рук. Вечерело.              Мы разбрелись по поляне, устало упав на свои подстилки. Кто-то закурил трубки, кто-то тихо между собой переговаривался, а кто-то просто задумчиво смотрел вдаль, погрузившись в свои мысли. И пока Глоин всё мельтешил вокруг костра, который грозился вот-вот погаснуть, я уселась под деревом. С моего места открывался просто чудесный вид на небо, которое полыхало красным заревом. На секунду я даже подумала, что сейчас сама была бы не прочь затянуться ароматным табаком из длинной трубки и хорошенько всё обдумать.              — Ты сегодня всех впечатлила, — послышался рядом тихий голос Бильбо, который совершенно незаметно уселся рядом со мной. — Не представляю, что бы мы делали без еды всю дорогу... Настоящий подвиг, — взволнованно произнёс хоббит, а его живот тут же громко заурчал от голода. Мы захихикали себе под нос от этого забавного совпадения.              — Скажешь тоже, подвиг! — Я фыркнула, устроившись на подстилке поудобнее. Бильбо только пожал плечами. — Какой прок от еды, которая вся промокла насквозь? Да и костра у нас для готовки нет...              — Это точно... — Мы оба с сожалением покосились на удручённого Глоина, который теперь просто гипнотизировал слабый огонь в надежде, что он когда-нибудь разгорится.              — У нас впереди ещё много времени для свершения настоящих подвигов, — отрешённо сказала я, погрузившись в свои воспоминания. Я знала, что совсем скоро наш маленький взломщик ещё покажет себя, доказав гномам свою важность.              — Для подвигов нужно быть героем, — грустно ответил мне Бильбо, подобрав под себя ноги. — Храбрым и отважным, ничего не бояться. А я же просто хоббит, который скучает по своим книгам и удобному креслу, — его взгляд тоскливо разглядывал небо, но мысленно, скорее всего, Бильбо вернулся в свой уютный дом.              — Чтобы совершить что-то действительно значительное, не нужно быть бесстрашным героем, — с улыбкой возразила, встретившись с его удивлённым взглядом. — Мне кажется, тоска по дому или страх не помешают тебе спасти кого-нибудь. Настоящий подвиг зарождается в искренности и желании помочь, но никак не в бездумной браваде.              — Тоже верно, — после недолгих раздумий, кивнул Бильбо, а затем с интересом взглянул на меня. — Прозвучало очень литературно. Ты бы могла вести летопись нашего путешествия, — мы снова тихо рассмеялись, а я вдруг поняла, что и правда должна быть довольно образованной девушкой. В противном случае я не смогла бы называть себя целительницей. От мыслей, что совсем не помню прошлого этой жизни, я немного поникла, спрятав взгляд от хоббита. А затем мы оба невольно вздрогнули, когда по округе разлетелся странный звук. Он был похож на злобный смех, который завывал где-то вдалеке, но обширные пустоши смогли донести до нас его эхо.              — Что это? — Непонимающе спросила я у Бильбо, но тот лишь напряжённо пожал плечами и задал тот же вопрос гномам.              — Это? — Отозвался Кили, сидящий к нам ближе всех. — Орки, кто же ещё?              — Орки!? — В панике воскликнул Бильбо, всполошившись. Я в страхе огляделась, словно прямо сейчас орк должен был выпрыгнуть к нам на поляну.              — В Диких Землях их много, — серьёзно продолжил Кили, пока испуганный хоббит таращился на него во все глаза. — Убивают по ночам, без единого звука. Только реки крови...              — Ох... — Простонал Бильбо и обернулся лицом к пустоши. Кили же переглянулся с братом и тихо засмеялся, а я нахмурилась. Ему и так нелегко приходится, а этот ребёнок ещё подшучивает над ним! Я уже поднялась с места, готовая подойти к молодым гномам и вежливо объяснить, что так поступать не очень красиво, как перед ними вырос недовольный Торин.              — Вы думаете это смешно? — Раздражённо спросил он, а Кили стушевался от такого напора, потупив взгляд. — Думаете, что это всё шутка?              — Мы ничего такого не имели в виду, дядя... — Виновато произнёс он.              — Нет, конечно, вы ничего не знаете о мире! — Холодно бросил Торин, отходя в сторону. Да, это было не самое вежливое объяснение, но зато очень действенное.              — Не обращай на него внимание, Кили, — успокоил расстроенного гнома Балин. — Ты же сам знаешь, у него предостаточно причин ненавидеть орков... — Мы с Бильбо сразу же заинтересовано переглянулись и уставились на Балина в ожидании продолжения рассказа. Но тот лишь молчаливо смотрел в сторону Торина.              — Почему? — Нетерпеливо спросил хоббит, а Балин тяжело вздохнул, повернувшись к нам.              — Когда дракон захватил Одинокую Гору, король Трор попытался отвоевать древнее королевство гномов, Морию... — И он поведал нам трагичную историю о жестокой судьбе Торина. О страшной бойне, о белом орке Азоге, который жестоко расправился с королём, о гибели Фрерина, младшего брата Торина, а затем о пропаже Траина. Мы с Бильбо слушали, затаив дыхание, впрочем, как и остальные гномы. Наше подобие костра успело потухнуть и теперь мы глядели друг на друга в сумерках. Я невольно засмотрелась на широкую спину Торина, который так и остался горделиво и одиноко стоять в стороне, отвернувшись от лагеря. В груди расползалось ужасное чувство горя от потерь, которые понес род Дурина. И я искренне ему сочувствовала, но прекрасно понимала, что этим никак делу не поможешь.              Поэтому, когда все гномы разбрелись обратно по своим местам и вернулись к прежним делам, я спряталась в своей палатке. Настроение и так было не самым приятным, но после рассказа Балина я совсем приуныла. Бездумно пролистывая целительский дневник, мои мысли всё же были далеки от врачебных записей. От странной обуви я плавно перешла к раздумьям о том, что даже не подозревала, насколько хорошо умею плавать. А ведь самое интересное, что в тот момент, у бушующей реки, в моей голове и не возникло намёка, что я могу утонуть. Будто действовала тогда вовсе и не я.              Выглянув из палатки, я задумчиво разглядывала гномов — правда ли случится с ними всё то, что подсказывает мне моя память? Не сошла ли я с ума? Не разыгралось ли моё воображение, выдавая собственные выдумки за правду? Невольно, мой взгляд снова упал на Торина, который что-то тихо обсуждал с Двалином. Второй, кстати, тоже не внушал мне доверия, однако, в отличие от Дубощита, ещё ни разу не упрекнул меня в какой-нибудь гадости.              Я вздрогнула, внезапно встретившись взглядом с Королём. Предположу, что он уже не злился, потому что его лицо больше не выглядело таким суровым, но, чтобы ненароком не разозлить его ещё раз, я снова спряталась в своей палатке. Внутри грудной клетки неприятно зарождалось предчувствие чего-то... нехорошего. Мне вдруг показалось, что я что-то забыла, какую-то важную деталь. Нет, я точно помнила, что в данный момент, мы направляемся в Ривенделл и никакой опасности на пути к эльфам мы встретить не должны... По крайней мере, так подсказывала моя память. Однако, это ноющее чувство в груди будто бы так и говорило мне, что я не права.              А когда я хотела вылезти из палатки, чтобы немного пройтись и подумать (может быть, я смогу понять, что за предчувствие меня мучает), отряду было приказано собираться — Балин увидел огонь.                     ***              С какой радости мы всем лагерем попёрлись через лес к горе — понятия не имею. И даже тот факт, что все наши припасы промокли насквозь, а гномы не могли развести костёр, чтобы не умереть ночью от холода, не были для меня веской причиной. Покачиваясь на спине своей лошадки, я хмурой тучей пыталась разбудить свои воспоминания, но всё было тщетно, что меня жутко раздражало. К этому настроению прибавилось и волнение за Бильбо, которого первым отправили на разведку. А ещё мне казалось, будто Гэндальф нас бросил — настроение гномов передалось.              Я как обычно ехала в самом конце и видела, как маленькие пони очень неуклюже пробирались по лесной дороге. Моя лошадь была гораздо сильнее и проворнее, будто бы она не в первый раз путешествует по таким дорогам, поэтому я лишь иногда защищалась от особенно развесистых веток.              В середине пути было принято решение подбираться к неизвестному лагерю по одному — в целях безопасности. И с каждым ушедшим гномом, моё волнение только росло. Мало того, что хоббит так и не вернулся, так ещё весь отряд друг за другом уходит и исчезает с концами. Таким образом, мы с Торином остались вдвоём. Он окинул меня каким-то опасливым взглядом, что меня ни капельки не успокоило, а затем решительно шепнул:              — Пошли!              Оставив своих лошадок, мы пешком отправились сквозь густые заросли леса. Я очень удачно пряталась за широченной спиной гнома, пока тот напролом шёл вперёд. Однако совсем скоро, он резко обернулся ко мне, надавливая тяжёлой рукой на плечо и опускаясь вместе со мной на землю. Я уже хотела возмутиться, но вовремя в стороне заметила лежащего в кустах Бильбо, который в панике прислонил палец к губам. Послушно умолкнув, я аккуратно подползла к хоббиту. И в этот самый момент мой лоб прожгло такой сильной болью, что я схватилась за него, непроизвольно зашипев. Я знала, кто находится на поляне, я вспомнила! Вот, что за чувство росло во мне всё это время! Я знала, что случится дальше!              А дальше нас ждали горные тролли. Премерзкие существа, не отличающиеся умом, но с бесконечным аппетитом. Особенно к людям.              Меня начало мелко потряхивать от страха, пока мы ползли по земле ближе к поляне. Да, поначалу думать, что спасти чьи-то жизни — это потрясающая идея, но я оказалась совершенно не готова к настоящим, не сказочным, опасностям. Голова у меня затуманилась и реакции настолько притупились, что я даже перестала слышать перешёптывания Бильбо и Торина, во все глаза уставившись на троллей.              С земли за кустами нам открылся просто потрясающий вид на этих отвратительных существ: они втроём сидели вокруг костра, только-только поставив зажариваться барашка на огонь. Наш отряд тихонько валялся в мешках у них под ногами, и тролли спорили, как лучше их приготовить. И после открывшейся мне картины, я уже плохо соображала, что происходит.              — Будьте готовы, нападаем по моей команде... — Шепнул нам Торин, а я уставилась на него, как на идиота. Какое нападаем? У нас с Бильбо даже оружия нет! Да и нападать я ни на кого не хочу, насилие не в моих приоритетах, между прочим! — На счёт три. Раз...              Мне ничего не оставалась, кроме как истерично искать, чем можно защититься. Я в панике заозиралась, заметив, что хоббит держит в руках длинную острую палку. В подобных случаях, даже такое странное оружие может спасти тебе жизнь, поэтому я наощупь схватила первую попавшуюся ветку...              — Два... — Она неудобно легла в руку, оказавшись слишком длинной и тяжёлой. Я даже подумала, что схватила целый ствол молодого дерева, но искать что-то другое времени не было. Поэтому я подтащила её к себе, крепко сжав в ладонях, и со страхом подумала, каково это быть съеденным заживо...              — Три! — Воскликнул Торин и мы втроём выбежали на залитую светом поляну. Гном, конечно же, сразу пошёл в активную атаку, пока мы с Бильбо просто бегали вокруг и уклонялись от огромных рук и ног. Хотя пару раз мне всё же удалось отбиться от протянутых ко мне огромных пальцев. С трудом размахивая своей тяжеленной палкой, я не глядя била по троллям. Но мои удары были такими слабыми, что не приносили никаких повреждений, только больше злили мерзких троллей. Руки заныли от усталости и сама я запыхалась в первую же минуту. Да уж, неважный из меня воин.              — Что это за мелкие букашки! — Заверещал один из них, чуть не прихлопнув бедного Бильбо.              — Лови их, неуклюжий идиот! — Злобно закричал второй, который пытался поймать меня. Я проскочила у него между ног, чуть не угодив прямо в костёр.              — Вы оба идиоты, ловите гнома, с этими двумя потом разберёмся! — Раздался крик третьего, которому повезло меньше всего. Торин сильными и быстрыми движениями наносил ему удары, одновременно уклоняясь от разъярённого тролля.              Двое, что пытались поймать нас, отвлеклись, повинуясь приказу своего главаря. Это дало нам с Бильбо несколько мгновений, чтобы обдумать, что делать дальше. Я хотела броситься к мешкам, чтобы вытащить остальных, но у хоббита был другой план. Он метнулся в сторону костра, выудив откуда-то верёвку. Чтобы ухватиться за один из её концов, пришлось выбросить из рук свою палку.              — Давай завалим их! Сначала того, что посередине, — шепнул он мне, а я быстро кивнула, тяжело дыша. Мы разбежались в разные стороны, незаметно протиснувшись между огромными ногами. Сделав несколько кругов у лодыжек одного из них, мы на мгновение притихли. Бедного Торина, которому пришлось сражаться сразу с тремя троллями, я никак не могла разглядеть среди сгрудившихся над ним огромных тел.              — Тяни! — Закричала я, когда главарь троллей распрямился, поднимая завязанный мешок, из которого торчала голова взбешённого гнома. И мы потянули за концы со всей силы. Верёвка натянулась, обжигая кожу, но наш план сработал на ура! Тролль, не ожидавший такого, замахал руками в воздухе и свалился на спину. Под ним захрустели ломающиеся деревья и он зарычал от боли, не сумев сразу подняться.              — Да! — Весело воскликнул Бильбо, подбежав ко мне. В его глазах засверкал восторг от победы, но лишь на мгновение. Огромные руки крепко сжали нас почти сразу же, и я почувствовала, как тяжело становится дышать от сильной хватки. Земля ушла из под ног и голова закружилась от сдавленной грудной клетки, поэтому я смогла только зажмуриться, простонав что-то невнятное. И судорожно втянула воздух, когда мне связали руки и грубо затолкали в мешок, бросив к остальным. Ударилась я обо что-то мягкое и сразу же скатилась вниз, уткнувшись лицом в траву.              — Берниа! — Шепнул кто-то мне на ухо. Я с трудом подняла голову, чувствуя невообразимую боль, будто рёбра возвращались на прежнее место самостоятельно. — Берниа, ты жива? — Мне удалось кое-как перевернуться на спину, встретившись с взволнованным Фили. Кажется, именно его я задела, когда меня кинули на землю.              — Да-да, — прохрипела я, отдышавшись. Какое же всё-таки человеческое тело хрупкое... Переродилась бы гномом, так хоть смогла бы за себя постоять, но нет! — Где Бильбо? — Всполошилась я, не заметив его рядом.              — Он вместе с Бомбуром, — я облегчённо выдохнула, закрыв глаза. Что ж, теперь наш храбрый отряд измучено валялся в мешках, злобно зыркая на троллей. Те, в свою очередь, обсуждали, как же нас лучше приготовить. Вся эта ситуация внезапно показалась мне до ужаса глупой и смешной! Я даже чуть не расхохоталась вслух, если бы не резкий толчок в бок от Фили. — Спрячься! — Зашипел он, а я только непонимающе на него уставилась.              — Гномов зажарим на костре, а человечинку оставим на десерт! — Радостно залепетал один из троллей, схватив Двалина, Бофура, Бифура и Глоина. Я замерла, в ужасе распахнув глаза. Это про меня что ли сейчас речь шла?              — Н-на десерт...? — Заикаясь тихо пискнула я, на что Фили мне неуверенно кивнул. И пока я испуганно продумывала планы побега, схваченных гномов успели привязать к вертелу и по поляне полетели ругательства на кхуздуле.              — Послушайте! — Вдруг воскликнул Бильбо. Неуклюже поднявшись на ноги, он допрыгал поближе к костру и осуждающе на них посмотрел. — Вы же совершенно неправильно их готовите!              — Что!? — Взревели тролли. — А ты-то откуда знаешь, мелюзга? — Спросил, кажется, самый умный из трёх троллей. Мы все уставились на Бильбо, ожидая ответа.              — Ну... понимаете... Их нужно сначала... Освежевать...              — ЧТО!? — Разом завопили гномы, а я чуть не оглохла от громкого крика Фили. Громче него, наверное, был только его же брат.              — А ещё в них полно червей, так что вообще не советовал бы их есть... — Вдобавок пробормотал хоббит, а гномы завелись пуще прежнего. Только Торин мрачно сидел в своём мешке и прожигал троллей взглядом. Я же завертела головой по сторонам в попытках зацепиться хоть за что-то, что подсказало бы, как нам всем выбраться отсюда живыми. Становиться десертом мне как-то совсем не хотелось. Но, как назло, рядом ничего не было, а на глаза попадались только мелкие шишки, которые ничем помочь не могли.              И пока я вертелась на месте, а гномы по-прежнему возмущённо ругались, прямо за нашими спинами, словно по волшебству, возник Гэндальф. Он забрался на высокий камень, который мигом разломил своим посохом, пропуская на поляну яркий свет. В изумлении, я наблюдала, как эти мерзкие чудовища замолкают на полуслове и застывают, моментально окаменев от солнечных лучей. Я даже на секунду подумала, что сбрендила, ведь ни в одном из своих воспоминаний, не нашла подобных знаний о троллях. Именно поэтому, я так и осталась лежать на земле, уставившись на каменные изваяния и в удивлении раскрыв рот, пока меня ловко не поставили на ноги.              — Не зевай, Златовласка! — Весело сказал Фили. — Или тебе кто-то из них понравился и ты расстроилась? — Он кивнул головой в сторону троллей, игриво приподняв брови и растянув губы в ухмылке. Я же усердно пыталась вылезти из мешка и не сразу поняла, о чём говорит гном. А когда до меня, наконец, дошло, я подняла на Фили измученный взгляд.              — Ну и шуточки у тебя! — Он задорно рассмеялся и помог мне перерезать верёвку на руках. А после этого так и ушёл помогать другим, продолжая тихо посмеиваться.              Я же ощутила, как всё тело непроизвольно подрагивает от всего пережитого за эту ночь. Присев на один из пней у всё ещё горящего костра, я тяжело выдохнула. Пока все носятся вокруг, собирая своё оружие и одежду, нужно привести саму себя в чувства. Да, к таким путешествиям я была совсем не готова. У меня даже оружия нет! Не говоря уже об отсутствии нормальной еды, тепла и сна. Поморщившись от боли в сожжённых верёвкой ладонях, я мысленно вспоминала мягкую постель и вкуснейший горячий ужин в «Гарцующем Пони». Так, тихо просидев на брёвнышке и нервно поглядывая на новоиспечённые камушки, я пропустила весь рассказ Бильбо о троллях, который он повторил для гномов и волшебника аж дважды. И в конце концов, пришла в себя я только в горной пещере, когда в нос ударил затхлый запах.              — Да тут целая сокровищница, — тихо промямлила я, оглядываясь. Справа от меня послышался тихий смешок.              — Это ты ещё в Эреборе сокровищницу не видела, ха! — Сказал мне Балин и посмеиваясь пошёл дальше. В глубине пещеры он вдруг затянул песню про Одинокую Гору и к нему потихоньку присоединились другие. Я нервно встряхнулась, словно мне это поможет убрать из головы ту картину со спорящими мерзкими троллями.              В конечном итоге, гномы, Бильбо и Гэндальф практически разворотили всю пещеру, обновившись оружием и некоторым полезным провиантом. Я всё это время неловко мялась у стеночки, ожидая, когда мы уже сможем отсюда уйти, пока не заметила рядом с собой длинное красивое копьё. Тёмное дерево было искусно вырезано в узорах, а на одном конце тонкой стрелой вытягивалось длинное лезвие, расходившееся у основания небольшими выступами. Оружие невероятной красоты, если бы я была воином, мне было бы жаль таким... убивать.              — Прекрасный спетум, Берниа, — я вздрогнула от неожиданного голоса за спиной. Гэндальф, улыбаясь, разглядывал копьё. — Хороший выбор, — я растерялась.              — Но я не-              — Каждому из нас когда-нибудь понадобится оружие и лучше, чтобы оно было под рукой, — лукаво подмигнув, Гэндальф вышел из пещеры. Я ещё несколько мгновений завороженно смотрела на красивое копьё, всё-таки взяв его в руки. Оно так удобно лежало в моих ладонях, будто было сделано специально для меня. В отличие от той тяжеленной палки, похожей на ствол, которой мне пришлось сражаться, это копьё было практически невесомым. И, недолго подумав, я решила его забрать. Если уж пользоваться я им не смогу, то сойдёт мне в качестве трости.              Выйдя последней из пещеры, я встретилась с Ори, который поджидал меня у входа. Мы обменялись с гномом уставшими улыбками, и, наконец, приступили к приготовлению долгожданной еды. Зря что ли барашку пропадать?