Глава 6: Подарки

      Этот день Субару встретил будучи полон энтузиазма. Прошла уже целая неделя после того злополучного инцидента с магверями, и сегодня, наконец, ему разрешили вернуться к обязанностям дворецкого.       Хотя тяжелые работы по-прежнему оставались под запретом, чтобы не навредить его организму, но Субару был рад хотя бы такой поблажке. К счастью, самые сложные задачи и так обычно брала на себя Рем, так что ему оставалось лишь постепенно втягиваться в привычный ритм.       Сейчас он вместе с Рам находился в одной из гостевых комнат восточного крыла поместья Розваля. Гости здесь бывали редко, но уборка и проветривание пустующих покоев входили в список ежедневных обязанностей. Сегодня их задачей было привести в порядок эту комнату — задача несложная, но идеально подходящая для реабилитации.       Субару усердно вытирал пыль с оконной рамы, стараясь не перенапрягаться, но всё же слегка переоценив свои силы. Его движения были резковаты, а лицо время от времени искажалось от неприятного напряжения в мышцах. — Барусу, не вытягивайся так сильно, ты себе мышцу потянешь и Рем снова придется волноваться из-за твоего разгильдяйства! — строго заявила Рам, сидевшая на кровати и внимательно смотревшая за тем, как дворецкий вытирал пыль с рамы окна. — Если ты так переживаешь за моё здоровье, то могла бы и помочь, начав выполнять свою часть, Старшая! — огрызнулся Субару. — Да ты наверняка вышел на работу раньше положенного, просто, чтобы Рем больше за тебя не переживала. А раз уж ты на это решился, то будь добр не делать себе хуже и не жаловаться. Это не по-мужски. — Ни моя решимость, ни моя мужественность не являются поводом, чтобы ты отлынивала от работы!       Несмотря на колкости, Субару прислушивался к её словам и старался не перетруждаться. В одном она была совершенно права — он и впрямь вышел на работу до того, как его тело полностью восстановилось. И не в последнюю очередь сделал он это просто ради того, чтобы Рем перестала смотреть на него, словно он в любой момент мог сыграть в ящик.       Каждый раз, когда она смотрела на него, в её глазах читалось столько тревоги, что ему становилось не по себе. Она следила за каждым его шагом, ловила малейшие признаки усталости, и даже когда он улыбался и говорил, что всё в порядке, она знала, что это не так. Искреннее беспокойство и забота со стороны голубоволосой девушки были весьма приятны, но она так за него переживала, что он каждый раз сам начинал испытывать стыд из-за своего состояния.       На работу Субару вышел в новом, с иголочки костюме. Он точь-в-точь повторял его прежний наряд, погибший в том злополучном лесу и сидел на нём безукоризненно — каждый шов, каждая складка идеально подчёркивали фигуру. Рем прекрасно знала все размеры юноши, а потому позаботилась о том, чтобы костюм сидел на нем как влитой.       Субару никак не мог знать, что сестры на свои деньги приобрели новую форму дворецкого, но тот факт, что он даже не заметил, что она была новая, раздражал розовую горничную. Она не могла допустить, чтобы столь благородный жест её сестры остался без внимания и должной благодарности! — Щеголяешь тут в своей новой форме с таким видом, словно ты лично её сшил, — процедила Рам, едва сдерживая раздражение. — Да, сидит на мне просто идеально. Я и раньше знал, что Рем мастерица по части шитья, но что она сможет даже те остатки сюртука вернуть в такой прекрасный вид… её талант просто за гранью моего понимая!       Рам не знала, чего ей хотелось больше — согласиться с его комплиментами в сторону Рем или дать хорошего пинка за его толстолобость. Это ж надо настолько верить в навыки её, безусловно, прекрасной сестрёнки, чтобы не замечать очевидных вещей! Придется, видимо, давать максимально прямые намеки. — Безусловно, навыки Рем непревзойденные. Но даже она не может с помощью нитки и иголки убрать потертости, знаешь ли… — намекнула Рам, недовольно скрестив руки и крайне выразительно глянув на юношу.       Посмотрев на горничную, Субару на уровне инстинкта понял, что еë позиция означает «я даю намек и лучше тебе его понять». А потому решил повнимательней присмотреться к своей одежде. И впрямь, на ней не было ни то что даже малейших следов заплаток, но даже потертостей, хотя форма, которую ему изначально выдали, явно была ношенной. В нем быстро росли сомнения. Он снял сюртук и начал смотреть на те места, где Рем подшивала его, чтобы он сидел на нем впору. И не нашел ничего. — Минуточку… Эта форма… Она новая? — Долго же до тебя доходило, Барусу. — Но, если всё это время у вас была свежая форма, то зачем было подгонять…и эта сидит на мне идеально. Стой, неужели…?       Он с искренним удивлением посмотрел на горничную. — Долго же до тебя доходило, Барусу. — Ты начала повторяться, Старшая! — Только потому что ты никак не сойдешь с мертвой точки своего скудоумия.       Рем купила ему новую форму? Сама?! Почему? Зачем? Разве он заслужил такую заботу? — Если ты до сих пор не понял, то Рам впору начать опасаться, что она поседеть успеет, пока ты это сообразишь. Хотя даже в престарелом возрасте я все равно буду невероятно милой!       Но Субару не слышал самовосхвалений Рам. Его взгляд был прикован к предмету одежды в его руках, а мысли были заняты отчаянными попытками разобраться в том ворохе чувств, что он сейчас ощущал.       Прошедшая неделя действительно чувствовалась, словно он провел её в другом мире, но выражалось это не в магии или монстрах, а в том, как по-другому к нему начали относиться люди вокруг. Он ненавидел одиночество и мечтал быть частью коллектива, где его ценили бы таким, какой он есть.       И вот, всю последнюю неделю он каждый день ощущал, что его мечта сбылась. Каждый день он видел полные дружелюбия улыбки, ощущал искреннюю заботу, чувствовал, что ему здесь рады. Даже шпильки и остроты от Рам теперь ощущались больше как дружеские подначивания и завуалированные комплименты.       А теперь кто-то, кто не был его родителями, взял и купил ему такой подарок, потому что хотел поблагодарить? Он действительно попал в совершенно новый мир…       Субару понял, что должен перестать думать об этом, чтобы снова не расчувствоваться, как в тот раз с семейным рецептом от сестёр. Тем не менее, когда он надел сюртук обратно, он ощущался иначе. Теплее, мягче, словно нежные объятья девушки. Дворецкий поклялся сам себе, что не позволит, чтобы эта форма повторила участь предыдущей. — Я обязан найти способ отблагодарить Рем за это! Нужно придумать что-нибудь, что будет столь же искренним… Быть может что-то из моего мира, что-то что трудно найти или что даже ещё не придумано здесь? Надо подумать.       Всё это время, Рам молча, но с одобрением наблюдала за юношей. Она решила пока умолчать, о своем участии в покупке костюма. Эта благодарность должна была всецело достаться Рем, она решила. И то, с какой теплотой во взгляде Субару надевал сюртук, подсказало ей, что она сделала правильный ход. Наверняка, скоро её сестру ждет какой-нибудь очень приятный сюрприз.       Субару тем временем обратил внимание на то, как непривычно молчаливо выглядела розовая горничная. Она явно была погружена в свои мысли, но взволновало его не это. Вместо обычной для неё гордой осанки она едва не падала на кровать, упираясь рукой. На её белоснежном лице четко виднелся сильный румянец. Слишком сильный румянец. Что наводило на две возможности — либо Рам сейчас невероятно смущена чем-то, что крайне маловероятно, либо… — Старшая, ты сегодня даже более вялая, чем обычно. Я лишь предполагаю, но может быть, ты действительно плохо себя чувствуешь?       В ответ на его взгляд и вопрос Рам недовольно свела брови. Его беспокойство было напрасным. Действительно, за последние несколько дней она превысила лимит использования маны из-за суматохи с магверями, да и состояние её врат было не лучшим. Чтобы уладить все дела, она то и дело перемещалась между особняком и деревней, а ещё ей было поручено ежедневно осматривать барьерные камни в лесу, чтобы убедиться, что они работают исправно. Ночами она помогала Розвалю, который был занят как никогда бумажной работой, а сегодня утром она спала не больше часа.       Её тело было тяжелым, думать было трудно, а держать глаза открытыми — утомительно. Конечности двигались вяло, словно налитые свинцом, и, возможно, из-за плохого кровообращения все её тело словно поскрипывало. — Но всё это совершенно нормально, — пробормотала она негромко. — Не знаю, что ты там сказала, но, пожалуйста не нагружай себя, хорошо?       Пока она терла глаза, осознавая, насколько они тяжелы, Субару подошел к ней и, сказав «Дай-ка я посмотрю», приложил ладонь ко лбу Рам. Рам напряглась, но лишь на секунду.       Его ладонь была прохладной, мягкой. А ещё ей было приятно ощутить его заботу. Глянув на его лицо, она увидела искреннее волнение. Ничего необычного, но ей было приятно осознавать, что это волнение искреннее и направлено именно на неё. Долгие годы Рам принимала проявления заботы только от Рем. Но теперь она в полной мере осознала, что появился ещё один человек, чью доброту она готова и желает принять. — Жар? Да нет, вроде непохоже…может просто небольшая температура? Если ты просто вымоталась, то просто отдохни сего…э?       Его взволнованная речь прервалась, когда совершенно неожиданно для него, Рам прижала его ладонь к своему лбу, не давая её убрать. При этом она закрыла глаза и легко улыбнулась. Словно одно его прикосновение дало ей столь желанную прохладу. Эта реакция совершенно выбила его из колеи. Куда более ожидаемым было если бы Рам схватила его руку и вывернула, предупреждая, что он не имеет права касаться её так фривольно.       Его слова застряли в горле, когда Рам неожиданно прижала его руку к своему лбу, не позволяя убрать. Её тонкие пальцы обхватили его запястье с неожиданной нежностью. — Рем была права… — прошептала она, закрывая глаза. Уголки её губ дрогнули в едва заметной улыбке. — Твои ладони… действительно приятные…       Субару застыл, чувствуя, как его лицо вспыхивает. — Э-э-э… вот теперь я точно уверен, что тебе нехорошо, Старшая!             Его мозг отчаянно пытался обработать ситуацию: с одной стороны — тревога за явно больную девушку, с другой… с другой — её пальцы, мягко сжимающие его запястье, её горячая кожа под его ладонью, этот тихий, почти ласковый голос…       А потом случилось нечто совершенно немыслимое — Рам вдруг наклонилась вперёд, её лёгкое тело прижалось к его груди. — Р-Рам! Ты чего?! — его голос сорвался на фальцет. — Мы же не можем просто так… Здесь! Или можем?! Но я не готов так быст…              И тут он заметил, что Рам не обнимает его (как он понадеялся?), не поднимает голову, чтобы посмотреть на него, наоборот, тело её обмякло. Внезапно осознав странную тяжесть в её позе. Сердце ёкнуло тревогой. Резко отстранившись, он схватил её за плечи — и ужаснулся.       Горничная была без сознания, её лицо неестественно бледным, если не считать ярких пятен лихорадочного румянца.

***

      Когда она очнулась от сна, настолько глубокого, что не видела никаких сновидений, еë встретило ощущение холодной, мокрой ткани на лбу. — Это…комната Рам?       Рам медленно открыла глаза. Расплывчатые очертания постепенно обрели четкость, и перед ней предстала знакомая спальня — простая, почти аскетичная. Розовые занавески, покрывало да вышитые подушки, подаренные когда-то Рем, были единственными яркими пятнами в этом унылом пространстве. Кроме этого, комната девушки, известной под именем Рам, не оставляла никаких ощущений. — Как всегда… Ничего лишнего. Ничего… моего, — мелькнула мысль. — О, ты наконец-то проснулась? Честно говоря, ты меня жутко испугала, Рам. Будь так добра, не поступай так больше.       Когда она приподняла верхнюю часть тела на кровати и повернула голову, то увидела Субару, стоявшего с глиняной миской, наполненной водой. Прокрутив в голове свои последние воспоминания, она составила примерную картинку случившегося. — Значит, ты… ухаживал за мной?       Воспоминания всплывали обрывками: его ладонь на её лбу, странное тепло в груди, потом — темнота.       И тут её осенило. Она поняла, что это хороший повод для шутки. — Барусу, а ты, оказывается, куда наглее, чем Рам считала. — Это первое, что ты говоришь после внезапного обморока?! Каким боком я наглый?! — Одежду Рам сменили. Пот с её спины тоже убрали. Должно быть, ты как следует насладился прекрасными изгибами обнаженного тела Рам, пока переодевал её и обтирал… — Ты придумываешь очень страшные вещи, знаешь ли! Это Эмилия-тан переодела тебя и вытерла пот! Я бы ни за что так не поступил с девушкой без сознания! Ты что, думаешь, я какой-то извращенец?! — …быть может я была бы и не против… — тихо пробормотала девушка, отворачивая взгляд. Не зная, чего бы ей хотелось больше — чтобы он ничего не услышал, или чтобы услышал, но сделал вид, что наоборот. — Что ты там сказала? — не расслышал её юноша. — Ничего. Так значит о Рам позаботилась Эмилия-сама? — Как только ты отключилась, я сразу проверил пульс и дыхание, — Субару нервно провёл рукой по затылку. — Потом аккуратно перенёс тебя на кровать и бросился за Эмилией. Даже Беатрис притащил — эта вредная лоли хоть и ворчала, что «не собирается нянчиться с каждой глупой горничной», но всё же проверила тебя.       Он сделал паузу, поправляя компресс на её лбу. — Так что сегодня у тебя строгий постельный режим, капризная пациентка!       Рам прикрыла глаза, наслаждаясь прохладой влажной ткани. — Хм…первое лицо, которое Рам видит при пробуждении оказалось весьма жутко выглядящим. Рам, конечно, немного испугалась, но, пожалуй, к этому можно привыкнуть, — с ехидной ухмылкой заметила горничная, откидываясь обратно на подушку. — Так, судя по твоим словам, ты всё ещё чувствуешь себя не очень! — скрестив руки прокомментировал Субару, не желая верить в её, очевидно, шутливое заявление. Как бы приятно это не звучало. — Тогда будь так добр, позаботься о несчастной и больной девушке. Помнится, именно ты неделю назад заявлял гордо, что будешь приглядывать за двумя сестрами, — добавила она с милой улыбкой и насмешкой во взгляде. — Тебе просто хочется, чтобы с тобой понянчились, красный ты демон! — возмутился Субару, прекрасно понимая намерения горничной. — Как будто ты сам не хочешь поухаживать за красавицей, вроде Рам, чтобы она была благодарна тебе за это…       Дворецкому пришлось прикусить язык, чтобы не выпалить сгоряча: «Конечно, хочу!» Ему хотелось сохранить свою мужскую гордость. Поэтому он по-доброму усмехнулся и заявил: — Черт с тобой, Старшая, я позабочусь о тебе. Я ведь и впрямь заявлял, что не оставляю вас обеих. — И… останешься здесь? — спросила она тише обычного, вдруг потеряв всю свою язвительность. — Чтобы оберегать целебный сон Рам?       Тяжело вздохнув, но не в состоянии убрать с лица довольную улыбку, Субару взял кружку с водой, дал Рам попить, а после снова смочил тряпку и вернул её на лоб. — Звучит так, словно мне тут предстоит просидеть не один день! Но да, я останусь здесь и буду приглядывать за тобой. Столько, сколько потребуется.       И стоило ему сесть на стул рядом с кроватью, как его руки коснулись нежные пальцы девушки. Широко раскрыв глаза от удивления, не ожидавший такого проявления нежности, он глянул на Рам, которая держала его руку в своей, глядя прямо на него. — Раньше обо мне так заботилась только Рем. После того как Рам потеряла рог, она стала часто болеть подобным образом. Отчасти это было связано с тем, что она не могла контролировать ману должным образом, и в итоге это легло бременем на Рем.       В этот момент она чуть сильнее сжала руку юноши. — Рам хочет облегчить эту ношу для своей ненаглядной сестрёнки. Но может доверить это лишь тому, кто достоин этого доверия. Обещания важны, Барусу. Рам верит, что ты человек, которому можно довериться. Не подведи её.       Субару ничего не ответил. Он был слишком поглощен чувствами радости и благодарности. Только что прямо ему в глаза сказали, что верят в него. Без сомнений, без условий. Он был среди людей, которые верили ему.       Когда он выплыл из своих мыслей и хотел было ответить, то заметил, что Рам уже закрыла глаза, её дыхание было ровным и спокойным. Девушка крепко спала, но её рука по-прежнему крепко сжимала его. Сжав ладонь Рам в ответ, он устроился поудобней, готовясь к долгому ожиданию. — Барусу…. — пробормотала она во сне.       В этот момент Субару едва удержался, чтобы не погладить горничную по голове. Настолько она сейчас казалась ему милой, уязвимой, близкой. Он рассудил, что раз Рам решила уснуть, будучи в таком состоянии, значит она действительно ему доверяла, сколько бы не обвиняла его в похотливых намерениях. — Ни о чем не волнуйся, Старшая. Я не оставляю ни тебя, ни Рем, — прошептал он, наивно полагая, что спящая девушка его не услышала.

***

      Когда, через пару часов, Рем вернулась из деревни, она спокойно отнесла купленные продукты на кухню, после чего неторопливо пошла в сторону комнаты сестры. Ей не о чем было волноваться.       Поначалу она было испугалась, когда от Рам пришли ощущения, что ей становится плохо. Ситуация, хорошо знакомая сёстрам, но которой давно не случалось. Рем готова была сорваться с места и на полной скорости побежать в особняк, но перед тем как сигнал от Рам ослаб, её накрыло ощущение безопасности и спокойствия. И все страхи в сердце Рем испарились. Рядом с её сестрой был Субару-кун. А значит можно было не беспокоиться.       Поэтому, когда она открыла дверь в комнату сестры, её взору предстал очень приятный, но отнюдь не неожиданный образ. — …Сестра крепко спит? — прошептала Рем, стараясь не нарушить царящую в комнате тишину. — Ага, как младенец, — так же тихо ответил Субару, слегка повернув голову, но не решаясь пошевелиться, чтобы не разбудить Рам. — Это не удивительно. Ведь рядом с ней был Субару-кун. Рядом с ним можно отпустить любые волнения и страхи и просто отдаться сну. — Мне крайне радостно слышать такие слова, но тебе не кажется, что ты меня перехваливаешь? — негромко ответил он. — Ничуть. Это всё искренние мысли Рем, — ответила девушка, медленно подходя.       Но она не остановилась перед ним и не присела на кровать рядом. Прежде чем Субару успел что-либо осознать, со спины его грудь нежно обняли две тонкие девичьи руки, а к шее прижалось… что-то мягкое и теплое. На несколько секунд Субару замер как кролик перед удавом, даже не смея дышать. Ситуация стала ещё напряженнее, когда он почувствовал теплое дыхание возле своего правого уха. — Спасибо тебе… Субару-кун, — Рем тихо прошептала, но Субару уловил в её тоне нежность, которую он за свою жизнь ощущал лишь от одной женщины — его матери. — З-за что…? — выдавил он, чувствуя, как по спине пробежали мурашки. — За всё. За то, что оберегал сон сестры, пока она спала, за твои чудесные слова в тот день, когда ты сказал, что мы сможем вместе смеяться, обсуждая завтрашний день. За то, что спас Рем, за то, что защитил сестру в том жутком лесу, за то, что спас детей, хотя не был обязан это делать. За всё это Рем и сестра тебе очень благодарны.       Единственная причина, по которой Рем не сравнила ощущения от сердцебиения Субару с отбойным молотком, это потому что она не знала о подобном инструменте. Она подавила в себе довольный смешок, ощущая, как по всему его телу бегают мурашки. Сама бы она никогда не решилась на столь смелый шаг. Рем банально не считала, что имеет права так прямо высказывать свои чувства. Но она знала, что не одна. Что у неё есть поддержка сестры. Что сестра испытывает к нему те же чувства. Что им обеим надо показать ему, насколько важным он стал для них.       А Субару сидел, боясь пошевелиться. Каждое слово горничной слегка щекотало ухо и заставляло сердце трепетать и будоражило воображение. Её голос одновременно очаровывал и возбуждал, обволакивал и успокаивал. Такие моменты он ранее мог представить лишь в своих потаенных фантазиях. Прямо сейчас его разум не мог определиться, было ли это реальностью или он просто уснул, сидя рядом с Рам и сейчас видел очень реалистичный сон? Субару распирало от желания повернуть голову в сторону голоса, посмотреть на его обладательницу. Какими глазами она на него смотрит? Как близко её лицо?       Едва не дрожа от предвкушения и волнения, он всё-таки решился и медленно повернул голову.       Глаза цвета океана смотрели на него с той же теплотой, которую он ощущал в её словах. На лице была скромная, но искренняя улыбка. Губы казались такими близкими, что, казалось, стоит ему лишь немного податься вперед и… — ТАК! — куда громче, чем он хотел, произнес Субару, резко вставая со стула. Сердце бешено стучало, даже в ушах шумело, от лица исходил жар. В голове юноши был полный сумбур и непонимание, что ему следует делать. — Я…я-я пойду… м-мне…надо делать…дела… да!       Сделав несколько шагов к двери, шатаясь, как нетрезвый матрос, Субару не выдержал и обернулся. Рам по-прежнему крепко спала, а Рем просто стояла там же, где и была, скромно сложив руки перед собой, смотря на него таким же нежным взглядом, как и несколько секунд назад. Казалось, только протянуть руку, её обязательно примут и это станет поворотной точкой во всей его жизни.       Но он смог взять себя в руки, кивнул напоследок Рем, чтобы та позаботилась о сестре и передала его извинения, за то, что не дождался пробуждения Рам, после чего едва ли не выбежал из комнаты. Вот только далеко он не ушел. Всего через несколько метров Субару оперся о стену, прилагая все усилия, чтобы успокоить бешено колотившееся сердце и бурно разыгравшееся воображение, бормоча себе под нос. — Так…успокойся… Рем просто тебя благодарила за заботу о Рам! Обычная челове…демоническая благодарность! Такая, знаешь ли, платоническая! Быть того не может, чтобы такая, как она, хотела…поцеловать такого, как ты! Перестань думать своей нижней головой! Думай об Эмилии-тан! О чистой и непорочной Эмилии-тан! Твоё сердце уже принадлежит только сребровласой полуэльфийке! Одна Эмилия-тан… Две Эмилии-тан… Три Эмилии-тан…       Однако самоувещевание не спешило давать желаемые результаты. Как ни крути, но для юноши, который с девочкой за руку держался в последней раз ещё в младшей школе, ощущения от реального контакта с живой девушкой было нелегко заменить воображаемыми образами.       Ощущения от объятий Эмили он мог лишь представлять, в то время, как мятежный разум подсовывал ему воспоминания о том, как ощущались руки синеволосой горничной. Так же как и полный теплых эмоций взгляд от Эмилии он мог лишь вообразить. Ему потребовалось несколько долгих минут, прежде чем мысли о чувственных губах Рем и доверительном взгляде Рам перестали доминировать в его разуме. — Ладно… — Субару наконец поднялся, отряхнулся и с фальшивым энтузиазмом заявил: Главное, что никто не видел моего позора.       В этот момент из-за угла вышла Беатрис: — Ну и идиотский спектакль ты тут устроил, я полагаю, — фыркнула она, проходя мимо с книгой в руках.       Субару застыл на несколько секунд, затем медленно поник. — Пойду, пожалуй, умру от стыда где-нибудь в чулане…       Устало выдохнув, он неторопливо двинулся вдоль коридора.

***

      Очередной погожий день выдался в Лугунике. В такие солнечные деньки больше всего хочется пойти на пикник, лечь в теньке на травку, наслаждаться пением птиц и тем как шепчет легкий ветер. Но, увы, молодая пара, что сейчас двигалась из деревушки Арлам в сторону особняка маркграфа Розваля, могла лишь мечтательно рассуждать об этом. Чем, они, собственно, сейчас и занимались. — В такую погоду просто преступление не устроить пикник! — оживлённо разглагольствовал Субару, красный как рак и согнувшийся под тяжестью бочонка, который он упорно называл «лёгкой тренировкой для настоящего мужчины». — Тёплая травка, шелест листвы, домашние бутерброды… — Рем была бы абсолютно счастлива, если бы могла сходить на такой пикник вместе с Субару-куном в столь чудесный день. К сожалению, сегодня Рем не может позволить себе потратить несколько часов на отдых, когда ещё столько дел осталось в особняке.       Неся в руках несколько пакетов с овощами и специями, Рем с грустным выражением сбила идею начинающего дворецкого на взлете. Впрочем, не то, чтобы Субару предложил лично ей забыть о делах и поваляться пару часов в тени ближайшего дерева. Скорее он просто болтал обо всем, что приходило в голову, чтобы избежать неловкого молчания.       Прошло два дня с тех пор как Рам слегла в постель, а позаботившийся о ней Субару получил от голубоволосой сестры такую тактильную благодарность, что в ночи ему снились сны с участием близняшек, узнав о которых даже Розваль сказал бы, что это переходит всяческие границы.       Из-за чего ему было несколько боязно от перспективы снова смотреть Рем в глаза. Теперь каждый взгляд в голубые глаза младшей горничной заставлял его сердце колотиться как сумасшедшее. Ирония заключалась в том, что сама Рем вела себя так, будто ничего особенного не произошло — что вызывало у Субару странную смесь облегчения и глупого разочарования.       Теперь он, как мог, боролся с собственной стеснительностью и неуверенностью, идя рядом с довольной горничной и заполняя пустоту разговорами ни о чем, что и привело их к теме пикников. — Когда ты так обставляешь дело то и впрямь выходит, что у тебя нет никаких вариантов вырваться из рабочей рутины. — Ничего страшного. Рем к этому давно привыкла. Но Субару-кун мог бы вместо меня позвать на пикник сестру! — намекнула девушка, надеясь, что Субару схватится за завуалированное предложение побездельничать и отдохнуть на природе в компании Рам. — Если я пойду на пикник с Рам, то она будет без конца ворчать на меня за то, что я взял сэндвичи с майонезом. — Это потому что сестра следит за твоим питанием и не хочет, чтобы ты потерял форму. Майонез это очень жирная пища. — Если я лягу позагорать, Рам начнет придраться, что из-за этого костюм выгорит. — Это потому что сестра не хочет, чтобы у тебя лицо сгорело на открытом солнце. — А если лягу вздремнуть в тени дерева, она будет ворчать, что я просто трачу время попусту или что я нашел самое глупое место, чтобы развалиться. — Это потому что сестра хочет больше с тобой общаться и волнуется, чтобы ты не простыл. — Я смотрю, что бы Старшая не делала, у тебя всегда наготове пояснение, которое превращает её поступок в вершину благородства! Серьезно, у тебя талант её выгораживать! — Это потому что сестра потрясающая. И Субару-кун тоже потрясающий. — Вот это уже несправедливо! — воскликнул он. — Весь особняк держится на тебе одной! Из нас троих именно ты самая потрясающая! Как вообще получилось, что на такой огромный дом всего две горничные? — Раньше нас было больше, — пояснила Рем, поправляя пакеты в руках. — Но после того как Розваль-сама взял под опеку леди Эмилию, всех слуг без боевой подготовки перевели в другие владения. А наша наставница Фредерика-сан ушла в длительный отпуск. Так что остались только мы с сестрой… пока не появился Субару-кун. — Ну, хоть и не слишком впечатляющее, но подкрепление к вам все-таки прибыло! — довольно заявил дворецкий, переживая, что обе его руки были заняты бочонком из-за чего он не мог сопроводить свою фразу фирменной позой.       Девушка ответила ему смешком и лучезарной улыбкой. — Рем согласна. Появление Субару-куна привнесено множество изменений к лучшему в жизнь Рем и сестры. И даже его негативное влияние на эффективность работы по дому не умаляет его потрясающих заслуг! — Вот именн… ЧТО?! — Субару резко остановился, едва не уронив свою ношу. — То есть, мой вклад в уход за особняком является отрицательным?! — Ну… — Рем задумчиво приложила палец к губам. — Субару-кун действительно очень энергичен, но из-за спешки часто создаёт дополнительную уборку. Вчера, например, разлил… — Постой, постой, но… — Субару отчаянно искал что-то, что оправдает его в глазах доброжелательной, но до боли честной горничной. — Как насчет сейчас?! Я взял на себя самую тяжелую ношу, благодаря чему прекрасной девушке вроде тебя нет нужны напрягаться!       Ответная улыбка Рем сияла как само солнце: — Да, это очень галантный поступок со стороны Субару-куна, за который Рем ему крайне благодарна как девушка! Но с точки зрения горничной это очередной пример того, что Субару-кун снижает эффективность нашей работы. Для Рем нести этот бочонок не составит никакого труда, в то время как Субару-кун еле его держит, замедляя наш возврат втрое, — с безжалостной честностью ответила Рем.       При этом в голосе не было ни капли негодования или разочарования. Наоборот, улыбка и не думала исчезать с её лица. Увидев, как поникли плечи дворецкого, она поспешила «подсластить пилюлю». — Но на самом деле Рем это даже в радость. Ведь это дает ей лишние минуты пути с Субару-куном… одно это для Рем более чем оправдывает потерю времени! А чтобы наверстать упущенное, она потом приложит ещё больше усилий, чтобы всё успеть! Так что нет необходимости переживать! — Твои попытки поднять мне настроение лишь окончательно убивают моё моральное состояние! Если вечные саркастичные ремарки со стороны Рам для меня уже просто как слону дробина, то каждый удар критики от Рем подобен попаданию бронебойного снаряда! Выходит, даже проявляя свои лучше черты я лишь заставляю тебя ещё больше напрягаться, хотя цель всегда состоит в обратном…!       Несколько секунд Субару понуро плёлся, переживая из-за своей бесполезности. Но один момент не давал ему впасть в депрессию, от которой он страдал до попадания в этот мир. Обе сестры были совершенно откровенны в своих оценках его умений, но при этом не пытались заявлять, что он не нужен, что он здесь лишний.       Наоборот, за последнюю неделю они стали к нему настолько теплее относиться, что даже в его в сознании нет-нет да и появлялись безумные мысли, что он мог начать им нравится больше, чем просто коллега. Совершенно глупая и необоснованная фантазия, по его собственному признанию. Но мечтать о таком всё равно было приятно. А потому ему совершенно не хотелось опускать руки. — Ничего! Вот увидишь, Рем! Я ещё стану лучшим дворецким, которого знал этот особняк! Я буду становиться сильнее и опытнее, пока даже Рам не будет вынуждена признать мои навыки! — заявил он твердым голосом с огнем в глазах. — Да! Вот он, Субару-кун, которым Рем восхищается! Никогда не сдается и любую проблему встретит с уверенной улыбкой! — одобрительно закивала голубая горничная.       Более того, заявление юноши напомнило её о разговоре, который на днях состоялся между ней и Рам. — Кстати, Субару-кун, — голос Рем прозвучал чуть загадочнее обычного, — если ты действительно хочешь стать сильнее, мы с сестрой хотели бы помочь. Если ты не против, конечно. — Помочь стать сильнее? А как? Стоп, неужели вы хотите сделать из меня боевого дворецкого, как вы?! — с надеждой спросил Субару, у которого разве что звездочки в глазах не появились от предвкушения. — Ну да, мы были бы счастливы тренировать тебя, чтобы ты стал сильнее и выносливее. Конечно, боевого дворецкого из тебя не выйдет из-за…- — О-О-О ДА!       Её слова потонули в восторженном вопле. Обернувшись, Рем обнаружила, что идёт одна. В трёх метрах позади Субару, поставив бочонок на землю, исполнял нечто среднее между победным танцем шамана и конвульсиями радостного щенка. — Да, детка! Наступает мой час! Это же ничто иное, как тренировочная арка! — он размахивал руками, будто дирижируя невидимым оркестром. — Каждый день я буду становиться сильнее, изучать новые техники и открывать в себе скрытые таланты! Наконец-то мои труды дадут плоды и открывается новая страница моей легенды!       Рем прикрыла рот рукой, скрывая смех: — Рем счастлива, что в Субару-куне столько энтузиазма.       Перестав имитировать брачный период пеликана, страдающего от судорог, Субару принял таки свою любимую позу и ткнул пальцем в сторону горничной. — Можешь не сомневаться! Я выдержу любые тренировки, которые вы мне устроите! Преодолею все испытания и дам вам повод для гордости, Рем-сенсей! — Как и ожидалось от Субару-куна. Рем впечатлена. А теперь, если ты достаточно передохнул, как насчет того, чтобы начать тренировки с доставки бочонка до особняка? — мило заметила она. — Гха! Меня раскрыли?! — Субару схватился за грудь в театральном жесте. — Сколь же наметанный у вас глаз, Рем-сенсей! Вас понял, более никакого отлынивания! Я донесу этот груз до точки любой ценой!       С новым рвением он поднял бочонок и зашагал вперёд, нарочито демонстрируя «идеальную технику переноски тяжестей». Довольная этой картиной Рем следовала бок о бок с ним, радуясь тому, что она могла идти наравне с человеком, которого полюбила. — Кстати, Рем, к вопросу об эффективности, — Субару осторожно переложил бочонок с одного плеча на другое, — в особняке есть мастерская? Где можно работать с деревом, металлом и прочим?       Рем на мгновение задумалась, поправляя пакеты в руках: — Конечно, как и в любом полноценном особняке, у нас есть служебные помещения, включая мастерскую. А Субару-кун с какой целью интересуется? — Есть у меня пара идей о том, как бы я мог сделать работу по дому немного более удобной. Я ведь, до того, как попал в Лугунику, любил изучать разные хитрости и штуки. Быть может мне удастся что-нибудь простое воспроизвести и здесь. — Хмм… Рем, конечно, могла бы показать, где мастерская и ключ от неё, просто…. — Просто что? — Убирать последствия пожара весьма проблематично, — совершенно серьезным тоном ответила девушка. — Каким образом моя просьба дать мне доступ к мастерской получила немедленную ассоциацию с пожаром?! — Рем помнит, как Субару-кун пытался приготовить омлет в свои первые дни в особняке.       Субару открыл было рот, чтобы выразить справедливое возмущение, но стыдливо его прикрыл. Крыть было нечем. Его попытку впечатлить относящихся к нему с подозрением сестёр приготовлением японского омлета иначе как фиаско нельзя было назвать. Но шоу получилось прямо-таки огненным!       Кто ж знал, что если влить в огненные камни слишком много маны, то они раскаляют сковородку до такой температуры, что масло буквально испаряется, после чего воспламеняется?! А у него, как назло, был просто отвратительный контроль над маной, со слов Пака. Результат — полуметровое пламя над плитой. — Я клянусь, что не притронусь ни к чему, что может вырабатывать тепло! Только холодные материалы — дерево, кожа, может быть немного металла. Никакой магии, никакого огня! Мне бы для начала посмотреть, что там вообще есть, — сказал он, пойдя на подлость и попробовав использовать прием убеждения под названием «щенячьи глазки».       Правда, в его случае эффект скорее получался — «грабитель, которому брызнули в глаза перцовым баллончиком», но на счастье Субару это была Рем, у которой с недавних пор было весьма искаженное восприятие его внешности. — Ладно, раз Субару-кун обещает не играть с огнем, Рем поверит ему. Но что такого из своего родного города ты хочешь воссоздать? — А вот это, Рем, секрет! Я хочу этим похвастаться только в случае, если у меня всё выйдет. А для этого мне нужна будет мастерская, чертеж и помощь местного кузнеца, с которым я уже посоветовался! — А, так вот зачем Субару-кун сегодня в кузню ходил… — Именно! — воскликнул он, так резко подняв палец вверх, что едва не потерял равновесие с бочонком. — Субару Нацуки совершит революцию в кулинарии этого мира!       Торжественно заявил на весь свет самоуверенный попаданец, и едва не упал вместе с бочонком, споткнувшись о камень на дороге. — Мне следует попрактиковать водные заклинания, — обеспокоенно подумала Рем.

***

      Когда Субару узнал, что в особняке есть мастерская, то он ожидал увидеть небольшую комнату, подсобное помещение, где слуги могли на скорую руку починить или сделать какую-нибудь мелочь, чтобы не идти в деревню каждый раз, когда что-то потребуется. — Ничего себе! Да это выглядит как настоящий производственный цех! — восторженно заявил дворецкий, когда вошел в помещение на подземном этаже, которое по размерам не сильно уступало обеденному залу. Его глаза жадно скользили по множеству рабочих столов, уставленных причудливыми механизмами. — Большую часть аппаратов я даже на картинках не видел! Подумать только для чего они могут быть нужны!       Часть станков отдаленно напоминала Субару те, которые он встречал в родном мире, только проще. А вот другая же выглядела так, будто сошла со страниц фэнтези-романа:, с вычурными формами, которые буквально кричали «я — магический инструмент» и креплениями для мана кристаллов.       Один был похож на большие песочные часы, в каждой чаше были пустые крепежи для кристаллов. Другой состоял из нескольких позолоченных концентрических колец разной ширины, вызывая у Субару стойкую ассоциацию с порталом, который, при активации, должен открывать путь в другое измерение. — Ничего удивительного. Отец лорда Розваля, Розваль К Мейзер, был известным изобретателем метий, который внес немалый вклад в развитие магического ремесла королевства, — ответила ему Рем, входя в комнату вслед за ним. И она была не одна. — Его сын, нынешний лорд Розваль, впоследствии использовал изобретения своего отца и наладил их производство в городе Костуул, что позволило ему всего за несколько лет получить статус одного из пяти великих городов королевства, — подхватила мысль Рам, замыкая группу, вошедшую в комнату. — Чем бы здесь не занимался предшественник Рос-чи, я бы без размышлений отдал пару лет своей жизни, чтобы увидеть все эти механизмы в деле! — размышлял Субару, глядя на необычные приспособления с видом ребенка оказавшегося на волшебной кондитерской фабрике. — Любопытно, весь особняк буквально сияет, а тут повсюду пыль, хотя и не многолетний слой. — Это потому что данная комната весьма редко используется. Примерно раз в месяц мы здесь проводим уборку, убирая накопившуюся пыль. Ещё мы дополнительно убираемся, если возникает необходимость здесь поработать. Так что если Барусу вздумается тут ковыряться — уборка на нём. — Я не собираюсь «ковыряться»! — возмутился Субару. — У меня серьёзный проект! И заниматься им я буду исключительно в свободное время. — Как будто Рам и без того было мало забот, так теперь ещё придется дополнительно практиковать заклинания воздушного купола… — ворчливо добавила розовая горничная. — Э? А зачем? — недоуменно взглянул на неё юноша, а в ответ получил лишь взгляд, словно он не понимал самых очевидных вещей на свете. — Кто-то же должен будет помогать Рем тушить возгорания. — И ты туда же, Старшая?! — Субару всплеснул руками. — Стоило один раз ошибиться на кухне, так на мне теперь всю жизнь клеймо пироманьяка будет?! — А Барусу может гарантировать, что нам не придется спасать особняк от огня? Рам каждый раз едва ли не грызет ногти от переживаний, когда посылает Барусу за маслом. — Клянусь, я даже свечку тут зажигать не буду! В любом случае я большую часть этих агрегатов и близко не видел, так что и подходить не стану. Мне хватит и этого, — указал Субару пальцем на обычный рабочий стол, где было аккуратно сложены множество инструментов для ручной работы.       Беглый взгляд дал понять, что тут Субару мог найти всё ему необходимое для работы по дереву или коже: рубанки разных размеров, набор резцов по дереву, шило и наборы стамесок, разнокалиберные ножницы, пилы. Даже разного рода деревянные заготовки были, которые, если ему разрешат, он сможет использовать для своей идеи.       Ещё его взгляд зацепился за стоящий неподалеку кульман. Ну или его местный аналог, который ему явно пригодится при составлении чертежей и планов. — Вот всё, что мне нужно для моего проекта, — уверенно заявил Субару, уже мысленно представляя, как будет работать с этими инструментами. — Собственно, это всё, что хотел увидеть Субару-кун? Для работы с обычными инструментами никаких разрешений не нужно, но любой аппарат здесь можно трогать только с личного разрешения лорда Розваля. — А мне они и не нужны. Даже если Рос-чи позволит, я всё равно понятия не имею, как они работают. Хотя мне и крайне любопытно было бы взглянуть на это! — Если это всё, то пойдемте, у нас ещё предостаточно дел сегодня. А вечером у Барусу и Рем урок письма. — Да! Рем с нетерпением ждёт его! — переполненная энтузиазмом, Рем подняла сжатые кулачки, показывая свою решимость дворецкому и мило улыбаясь. — Ага…я т-тоже…жду не дождусь! — уже не так уверенно вторил ей Субару, неловко улыбаясь и краснея.       Идея остаться один на один с Рем, да ещё с целью учебы, когда они будут сидеть совсем рядом… после недавнего эта мысль даже несколько пугала. И будоражила. И нервировала. И возбуждала. Он не мог понять, он скорее боится наступления вечера или ждёт его с нетерпением?

***

      Вечером того же дня Субару стоял перед дверьми в офис маркграфа со скрученным в свиток листком бумаги. До начала занятий с Рем ещё оставалось немного времени и он хотел успеть запустить в ход свою идею до того. Почему-то ему казалось, что после урока с «Рем-семпай», как он шуточно сказал сегодня, заявив, что всецело полагается на неё, у него уже не будет сил или даже желания делать ещё что-либо. Девушка так раскраснелась и столь решительно заявила, что вложит в их урок всю душу, что Субару решил во что бы то ни стало сделать все сегодняшние дела до их встречи.       Пара коротких ударов по двери, за которыми последовала фраза «да-да, войди-и-ите», сказанная знакомым голосом с вечно раздражающим акцентом. Открыв дверь, Субару просунул голову. Удивительное дело. Несмотря на клоунский имидж, Розваль явно был погружен в работу — его массивный стол был завален бумагами, а сам он сидел, подперев щеку рукой, с видом человека, которому внезапно пришлось заниматься скучной бухгалтерией вместо магических экспериментов. — Эй, Рос-чи! Прости, что отвлекаю.       Лорд томно поднял взгляд: — Ничего стра-а-ашного, Субару-кун. Видеть тебя здесь — ре-е-едкое явление. Полагаю, у тебя ко мне какое-то де-е-ело? — Сразу к делу переходишь? Что ж, не могу на это жаловаться. Ты прав, я по делу. Хотя, скорее, с просьбой, — ответил Субару и на середине свой речи его лицо вдруг стало очень серьезным.       Розваль резко откинулся в кресле, делая преувеличенно испуганное лицо: — Во-о-от как?! У тебя всё настолько серьезно, Су-у-убару-кун? Боюсь, я не готов ответить на твои пылкие чу-у-увства так срочно! — он даже деланно схватился за сердце, будто от волнения. — Провались в Тартар, жуткий шут! — взорвался дворецкий ткнув пальцем во вредного лорда, который ответил ему издевательски-довольной ухмылкой. — Прости-и-и, — Розваль рассмеялся, развалившись в кресле. — Но ты вдруг стал таким напряженным, что я не мог не попытаться тебя расла-а-абить. — Твои шутки дали только обратный результат! Я теперь в три раза напряженнее, чем раньше! Ладно, шутки в сторону. Я и впрямь к тебе с просьбой… Рос-чи, если возможно, я бы хотел получить свою зарплату раньше. — Вот как? Не скажу, что просьба выходит за рамки разумного, но позволь спросить чем вызвана такая сро-о-очность? — Если я скажу, что на подарок для Рем, ты, конечно, тут же начнешь меня дразнить. — Конечно начну-у-у! — радостно подтвердил маг. — А если скажу, что мне нужно купить инструменты для мастерской? — Тогда я начну дразнить тебя вдвое сильнее! Субару вздохнул: — Тогда может… ты просто дашь денег и будешь ржать надо мной у себя в кабинете? Розваль задумался на секунду, затем широко ухмыльнулся: — Звучит как идеа-а-альное предложение, но все же я предпочту спросить. Че-е-ем же вызвана такая необходимость в фина-а-а-нсах? — Я тут узнал, что старый костюм дворецкого, которые у меня был до столкновения с магверями, пришел в полную негодность и Рем купила мне новый. На собственные средства. Я…не могу просто так это оставить. И хочу сделать что-то в ответ.       Говоря это он подошёл к рабочему столу, за которым сидел Розваль и протянул тому свиток. — Поэтому мне пришла в голову мысль реализовать одну идею из своего родного города. Ничего сложного, пробный камень. Я уже наметил как сделаю сам деревянные ручки, но вот для металлической части мне нужны услуги кузнеца в Арламе. А его работу надо оплатить.       Развернув переданный лист бумаги, Розваль глянул на содержимое и с некоторым удивлением узнал чертеж. Он был нарисован явно неопытной рукой, но с пониманием того, как чертеж должен быть сделан. На листе были рисунки простого на вид инструмента, с нескольких ракурсов, с указанием длинны, ширины и высоты каждой части. Обыкновенная деревянная рукоятка в которую будет вставлена металлическая часть, по форме напоминавшая свернутый нож в нижней части которого были сделаны две прорези. — Довольно неплохо сде-е-еланный чертеж, Субару-кун. А вот в чем су-у-уть этого прибора? — Всё просто. Обыкновенная овощечистка, — с довольной улыбкой ответил юноша. — Овощечистка? — Ага. Прорези внизу затачиваются, и когда прикладываешь их к овощу или фрукту, просто ведешь вниз и снимаешь кожуру. В результате потери продукта при чистке гораздо меньше, потому что снимается очень тонкий слой, а скорость чистки повышается! А ещё она совершенно безопасна, в отличие от ножей. С таким прибором скорость подготовки овощей на кухне повыситься и готовить станет проще! — с видом специалиста по маркетингу перечислял Субару преимущества изобретения его родного мира. По крайней мере, он решил, что этого в их мире нет, ведь среди кухонной утвари он аналогов не нашел. Да и Розваль не узнал её.       Поглядев задумчиво на чертеж ещё с полминуты, Розваль свернул его обратно и передал Субару. — Должен признать твоя идея выглядит весьма перспекти-и-ивно. — То есть могу рассчитывать на твоё согласие? — с надеждой спросил Субару. — Зарплату раньше срока я тебе не дам, — ровным тоном сообщил маркграф. Отчего у Субару немедленно поникли плечи и появилось возмущение на лице. — Но почему?! Я ведь не прошу, чтобы-…       Его возмущенную тираду прервал Розваль, вытянув вперед руку ладонью вверх. — Стоит давать людям договорить, Су-у-убару-кун. И не спешить с выводами. Это очень па-а-агубная черта. Тратить твою зарплату на это я считаю излишним. Вместо этого я выделю сам тебе деньги на оплату услуг кузнеца-а-а. — Ты…хочешь оплатить разработку? Но с чего? Более того, вся суть в том, что я хочу сам сделать что-то для девчат в благодарность! — И ты сде-е-елаешь именно то, что хочешь. Ты сам сделал чертеж, сам проследишь за проце-е-ессом и сам будешь делать проду-у-укт. Этого, вкупе с твоим искренним желанием сделать что-то специально для Рем и Рам бо-о-олее чем достаточно, чтобы продемонстрировать свою благода-а-арность. Я же вкладываюсь в этот проект исключительно из-за своего любопы-ы-ытсва. Что-то мне подсказывает, что в случае успеха можем ждать от тебя новых иде-е-ей. Если же тебя напрягает то, что за работу кузнеца заплачу я, считай это небольшой пре-е-емией за твои подвиги в лесу, потому не переживай на этот счет.       Несколько секунд Субару обдумывал слова клоуна, пытаясь понять, устраивает ли его такой расклад. Не найдя, к чему придраться, он согласно кивнул и улыбнулся. — Спасибо за помощь, Рос-чи! С меня причитается! — Мне всего лишь интересно посмотреть, как сработает твоя идея. Кстати, ты упомянул только кузнеца. А у кого ты закажешь рукоятки для этих приборов? — А, это? Так я их сам сделаю, в мастерской. Рем и Рам мне её сегодня показали.       В ответ на это лицо Розваля приобрело непривычную для него серьезность. — Вот ка-а-ак. Похоже, мне придется подумать над усилением ме-е-е-р противопожарной безопасности в доме. — ДА ВЫ ВСЕ СГОВОРИЛИСЬ ЧТО ЛИ?! — взорвался юноша праведным гневом от несправедливых обвинений. — Клянусь, если ещё и Эмилия-тан мне скажет что-то про пожар я не знаю, что я сделаю! Нет, ну серьезно! Стоило один раз пролить масло в огонь…

***

      Из офиса Розваля Субару вышел с красным лицом, злобно пыхтя, под аккомпанемент издевательского смеха от маркграфа. - Вот тебе и триумфальный старт моей инновационной миссии в мире меча и магии… — мысленно бубнил он, зато в кармане у него уже позвякивал мешочек серебра. Но это было неважно. В кармане у него был мешочек серебра, более чем достаточный, чтобы заказать сразу несколько лезвий для овощечисток. Завтра он пойдет в Арлам и передаст кузнецу заказ вместе с чертежом и... — Я ждала тебя, Субару-кун, — раздался у него за спиной довольный голос, едва не заставив выпрыгнуть из штанов. — ГХА-А-А! — он подпрыгнул на месте, едва не совершив акробатическое сальто от неожиданности.       Рем стояла позади, сияя улыбкой. — Ч-ЧТО ТЫ ТУТ ДЕЛАЕШЬ?! — Рем подготовила всё для нашего первого урока и пошла искать тебя, поэтому Рем здесь, — пояснил голубая горничная, обхватив его руку и потащив по коридору, — Пойдем уже, Рем не терпится познакомиться с необычным языком Субару-куна! — А, ну да…так, стоп! П-погоди! Ты сказала "подготовила"? То есть ты в моей комнате была?! — Рем обещает быть очень прилежной ученицей, так что, пожалуйста, позаботься обо мне, Субару-кун! — с прежним энтузиазмом заявила девушка, начисто игнорируя неудобные вопросы от сбитого с толку дворецкого. — Э-э… но… я… — он безуспешно пытался выдавить хоть какой-то протест, но Рем уже тащила его по коридору с силой, которой позавидовал бы буксирный трос.       После нескольких попыток Субару был вынужден сдаться и решил просто «плыть по течению». По крайней мере он мог рассчитывать на запоминающийся вечер в компании красивой горничной. Так был ли смысл жаловаться или упрямо задавать вопросы, ответы на которые он всё равно не получит?