Рассвет, наконец, пробудив

      Лев чувствовал себя крайне некомфортно. Теперь ему казалось, словно их рассекретили, словно все всё понимают. Мало приятного, когда тебя, как чувствуется, изучают взгляды работников. Хотелось поскорее ото всех скрыться, сбежать.       Разумеется, в последующем Марьяна может сказать коллегам, что он ее, к примеру, отчим, но называет отцом, потому произошла некоторая путаница. Но… тут уже хорошо становится ясно, ложь потихоньку начинает выходить наружу. Вероятно, если продолжат ее сочинять в городе маленьком — это плохо обернется для всех. Никому не хочется, чтоб к тебе относились как к лжецу. Даже если это правда! В конце концов, Марьяна хочет жить и дальше в Магадане. Во всяком случае пока.       К тому же, заказывать за ее счет Липовому, в том числе, не хотелось. Хотя сам, разумеется, ради нее был готов отдать все, что имел. И даже больше! Потому скромно выбирал салат, кофе. Хотя, конечно, от изобилия блюд глаза разбегались. Но если они такие же страшные как краб — легче поесть что-нибудь давно знакомое, понятное. Вечер, словом, несколько двоякий. Вроде интересно время вместе проводить, и, в тот же момент, лучше бы они сегодня остались дома. Лев смог благодаря таблеткам выйти на улицу, но полноценно прийти в себя, надо признать, не удалось. Ему было все также тяжко находиться не в лежачем состоянии. Но нужно было перешагнуть через усталость, чтобы побыть рядом с Марьяной. Ощущал себя, словно с похмелья.       Они поужинали (хотя для Липового это был завтрак!), немного пообщались о городе, а затем Марьяна, специально для Алины, сфотографировала Льва с крабом — хотелось, в некоторой степени, похвастаться. Выглядел он смущенно на фотографии, посчитав, что так делается на память — запретил бы себя с пластырем, вероятно, отсылать. Делиться впечатлениями обоим оказалось вполне себе занимательно. Час пролетел, надо сказать, незаметно. Уже начали подходить другие люди. Наконец, вечер стал преображаться! Хотя, конечно, толпы рядом — это тоже не сильно безопасно. Зато не скучно.       Вскоре из колонок заиграла энергичная попсовая музыка, нечто вроде Бейонсе. Марьяне хотелось всецело отдаться ей! Вчера она не отказывала себе в этом и вино в крови ей помогало двигаться. Сегодня, однако, нужно просто посидеть. Не оставлять же Льва одного? К тому же, безалкогольный коктейль не сильно веселит. Так что, вздыхая, она наблюдала за остальными. Было бы неплохо, к тому же, с кем-нибудь познакомиться. Подойти, опять же, абсолютно трезвой не выйдет… стыдно! И что подумает об этом ее «сожитель», которого еще вчера так нежно целовала? — Что тебя там заинтересовало? — Лев, сидевший спиной к танцполу, разумеется, замечал мечтательный взгляд напротив. Ему подумалось, словно любимая могла заглядеться на красивого парня, потому мгновенно обернулся, прокручивая в голове один вопрос — «кто?». Уже начал потихоньку примечать всех окружающих мужского пола, отвечая себе много раз — «он!» и «нет, он!». Все были так молоды и красивы, что кепку захотелось натянуть до подбородка еще сильнее.

— Да прост смотрю как все веселятся, танцуют, — несколько удивилась Марьяна реакции «отца». Точнее даже сказать — его внимательности. — Мне бы тоже, наверное, хотелось… хз… пойдем? — Почти без надежды на согласие, все-таки предложила. — Нет! — А потому отказу абсолютно не удивилась. — Мне бы тоже очень хотелось, как они, «тусить», — то, что Лев запомнил как слово стоит употреблять ее обрадовало, она даже улыбнулась — вчерашний вечер не прошел даром, — но я уже абсолютно не молод… извините! — Насчет своего состояния после перелета, все-таки, не уточнял. Оно, тем не менее, главенствует над годами.       Марьяна загадочно покивала головой. Все сильнее и сильнее хотелось Льву провалиться под землю. Он не знал как еще скрыть свой возраст, кепка не поможет явно в танце. Хотя, разумеется, он вполне мог бы попробовать хотя бы выйти к людям, но считал одно — все будут смеяться над ним. Потому даже пробовать не стоит… хотя, как уже многим ранее упоминалось, со здоровьем, в плане костей и суставов, проблем не имел. С завистью глядел далее на счастливо отжигающих ребят, понимая, что ничего поделать не может. И, конечно, тут уж любимой никак не помочь. Отпускать ее одну тоже не хочется. — Зачем за это извиняться все время? — Несколько недовольно поинтересовалась. Льву все сильнее хотелось покинуть заведение. Так неуютно он не чувствовал себя, надо признать, давно. Точно паук, что попал с муравейник — абсолютно неуместен. — Потому что мне не нравится приносить тебе неудобства, — отвечал он тихо, будто даже не желая быть услышанным из-за громкой музыки. — Может, я пойду домой, буду тебя там ждать? Ты пока отдохнешь тут… как вчера. — Как хочешь, — ответила она несколько настороженно. Ситуация ее тоже напрягала, ведь желала одного — чтобы оба могли расслабиться. — Хорошо! — Он принял это за просьбу, очень деликатную просьбу, уйти. Потому быстро засобирался, поднялся из-за стола. Разумеется, Льву стало снова печально. — До встречи! — И как бы странно то ни было, решил поспешить на выход.       Заиграла какая-то спокойная, но все же, крайне громкая музыка. Нахождение в баре, казалось, с каждой секундой становится все более и более невыносимым. Наверное, думал Лев, смущает молодежь своим присутствием. На самом же деле, конечно, никому до него дела не было. Каждый занят собой, своим отдыхом. Тем более уж, он ведет себя тихо, всячески старается не привлекать на себя чужого внимания. И тут же, надо заметить, ему стоило бы, раз уж мечтает завоевать сердце Марьяны, все это вытерпеть. Но не стал. Не подумал даже, что стоит.       Хотя, конечно, если бы они пошли с избранницей в те места, которые интересны поколению Липового — девушка заскучала бы абсолютно также. Конечно, нужно искать компромисс. Если вообще стоит тратить на это время — могут как прежде пересекаться только дома.        Однако, уйти Лев не успел — Марьяна одернула его за руку, только встать он успел. Вопросительно, и с некоторой даже надеждой, что она предложит покинуть бар вместе, он на нее поглядел. Она молча, но так чертовски романтично, потянула его на небольшой танцпол. Мерцающие в темноте огоньки от диско шара начинали его нервировать, как и, конечно, само настойчивое желание вытащить потанцевать. — Медленный танец, и пойдешь! — Объявила Марьяна. Они оказались вокруг двигающихся тел, что, разумеется, очень Липового напрягло. Если бы продолжил он стоять, пока все двигаются, то стал бы еще более заметен. Так хотелось исчезнуть, стать вдвое меньше и прозрачнее… но все же, пришлось взять Марьяну за талию. Это было ужасно! Хотя она сама, разумеется, этим действием хотела к себе его понадежнее привязать, но происходящее вызывало только отвращение.       Все равно паранойя, словно все на него смотрят, смеются над морщинами, разницей в возрасте Льва и его избранницы, решительно била по голове. Хотелось оглядываться, точно растворяться в возлюбленной запрещено. Даже взгляд притягательно бледных глаз не мог настроить на другой лад. Расслабиться абсолютно не выходило. Музыку, что была достаточно приятной, вообще и не слышал. Остановить свои метания тоже не мог — волнение, словом, читалось на его лице.       Ни постепенно переставлять ноги, ни отдаться музыке не выходило. Марьяна положила голову на грудь Льву, так что, если бы не музыка, снова могла бы послушать его сердце. Такая поза пугала еще больше! — Давай выйдем на улицу на пару минут? — Не выдержал тогда он, осторожно отшагнул, успела только половина песни проиграть. Марьяна, конечно, была недовольна. Предложила еще на пару минут продолжить танец. И, как бы не желал Липовый заведение покинуть, угрюмо согласился. Вынудила!       Переволновавшись сотню раз, что испортить может Марьяне местную репутацию, что из дома больше не выйдет без насмешек, дожидался он пока его выпустят двери бара. Все это походило, как минимум, на издевательства. Несчастные пять минут длились, по ощущениям, сутки. На его месте, однако, хотели бы оказаться иные, уже разгоряченные алкоголем, парни. Надо признать, что она была вполне себе симпатичной девушкой. Льву, правда, все это не приносило удовольствия.       С одной стороны, ему хотелось кричать всем о своей любви, показать каждому, какая невообразимая красавица с ним рядом, но в тот же момент помнил, кем должен ей приходиться - продолжал играть несчастную роль. Хочется наконец сорвать все маски, стать собой и всему миру сказать «да, я полюбил молодую, что младше меня втрое, и это не ваше дело!»… но пока никак не мог.       Лев хотел бы повторить все это, но в одиночестве. Лишнего внимания, в том числе в силу возраста, привлекать к себе он не любил. Тем более в таком, даже несколько извращенном, виде! Скоро явно начнут тыкать пальцем. Этого и в Самаре уже хватило.       Свежий воздух был приятен как никогда. У входа пока еще не толпились пьяные люди, вышедшие на перерыв, а море приятно шумело. Прогуляться по пирсу еще раз, уже в более удобное время, думалось ему, было бы лучше чем толкаться в баре. Но как это Марьяне объяснишь? Макияж у нее уже начал смываться, прическа держалась чуть хуже чем днем, но выглядела она все также притягательно. — Что такое? — Поинтересовалась она, только воздух свежий вдохнуть успела, спуститься по маленьким лесенкам на асфальт. Льву в то же мгновенье вспомнились девушки в таких же, какое сам Марьяне приобрел, коротких платьях, танцующих несколько неоднозначные танцы. Возвращаться обратно захотелось куда меньше. — Какой же это позор! — Воскликнул он, ярко вспоминая картину отжигающей на танцполе полуголой беспутницы. — Какая пошлость! Ты собираешься там работать? — Лол, — усмехнулась она, — ты ради этого меня вывел на холод из теплого бара? — Да! — Я уже как-то сама решу, чем мне и как жить? Да? Че не понрав я ваще хз.       Лев недовольно покачал головой. Любимая самостоятельно, по его мнению, прыгала в огонь! Ничем хорошим такой труд не закончится. Более того, платят там, надо полагать, не много. Остается надеяться лишь на чаевые. А кто же будет давать их? Конечно, только лишь положившие на нее глаз юноши! Она прекрасно это понимает! Одни комплементы будут делать, а другие, как раз под алкоголем, будут и руки тянуть.       Так что, разгоряченный, точно сумасшедшая искра, он направился домой по-английски. Подумалось, словно для нее ничего не значит вчерашний вечер. Разве после него можно спокойно бросать себя в такой мрак? При том, она ведь не глупа и, вполне вероятно, осознает все последствия, готова к рискам! Обиженный возвращался он, даже и не вспоминая сладкий момент танца. Сейчас он казался крайне горьким, также как в моменте.

***

      Сама Марьяна, надо признать, не могла понять чем Лев недоволен. Что такого в баре? Он маленький, тихий и вполне себе уютный. Это не стриптиз и не клуб! От таких мест он бы, вероятно, совершенно сошел с ума. Тем более, официанты были вполне себе добры к нему, к ней. Никто не трогал, пьяных лиц не видать. Тысячное доказательство того, что они слишком разные даже для дружбы.       Вернувшись, она озадаченно вернулась к поеданию краба. Желудок немного освободился после танца, потому можно было этим заняться. До их «медляка», в ее глазах, никому вовсе не было дела. Ну, чего в этом такого? Кому вообще он интересен? Потихоньку, правда, до нее начало доходить, что от этой лжи про отцовство стоит уже отстраниться. Она приносит одни беды, неудачи. Но как тогда его называть? Лев Артемович — долго. Лев — не нравится как звучит. Лёва — это уже слишком! До сих пор на «ты» обращаться колко. Все таки, огромная разница. Не так ее воспитывали. Но, нужно было что-то думать, пока окончательно репутацию себе не испортила.       Пока сидела, решила полазить в аське. Разумеется, там уже было много сообщений от Алины. Она, все-таки, родная дочь Льва, и, как мы уже смогли убедиться, о нем, все-таки, печется. Да, своеобразно, но тем не менее. — Приветик! Как долетели? — Писала она день назад. Было, конечно, несколько не до нее. — Вы там живы? :D — Марьяне было не до переписок длительное время, а уж отвечать Алине тем более не сильно хотелось. Сейчас нашлась свободная минутка, и лишь потому ее решила занять. — Ало? — Этим она дополняла диалог сегодняшним утром. — Игнор >: (— и подытоживала уже вечером. — Прив. Все норм. — Не знала, честно признать, что еще тут можно добавить. — Ты че, епта?!))))) — Ответ ждать не заставил — птичка запела, казалось, громче чем колонки. Ответ, разумеется, Марьяну смутил. Она улыбнулась, раздумывая над ответом. — Че???       Марьяна решила отправить Льва с блюдом, точно отчетом без слов. Нужно было, к сожалению, пару минут подождать, пока фотка дойдет до получательницы. — Очень мило! : З Но зря ты так с его губой: D — Я??????? — Ну не я же. — Откуда ты знаешь? — Ну логично будет предположить. Ты же любовница))))       Эти скобочки в конце смутили, а свои же собственные сообщения вызвали в Марьяне только стыд. Сама себя пропалила! Но, в общем-то, лучше об этом даже не думать — лишние нервы о мыслях абсолютно чужого человека. В ответ Алина решила отправить какую-то семейную и теплую фотку: Тёма кушает домашнюю пиццу. Хотя мальчик, разумеется, никем ей не являлся, она снова улыбнулась, точно своему родственнику. — Милашка) — Ага) Домой придешь папе покажи)) — А тут ты как узнала что я не дома? О_о — Гадалка нагадала хдхдхд — О_ооооооооо — Лан, шучу. Папа звонил мне недавно........ Минут пять назад, наверное, и сказал что пока ты в баре, он сидит дома с хозяйкой хаты. — чебля…       Тут злость накрыла Марьяну второй волной. Она, разумеется, предполагала, что Лев еще будет общаться с Розой, но… неужели так быстро начнут их отношения развиваться? Зачем оно ему вообще надо? И чем они занимаются? Наверняка все вопросы хозяйки по поводу жены были неслучайны. Нужно скорее ее выгонять! Она так и норовит разрушит новообразовавшуюся семью.       На мгновенье Марьяна даже поняла Инну, но ничего крушить сама, разумеется, не стала бы. В гостях, все-таки и более адекватна. Но как хотелось бы! И все-таки, вина, что Роза у них в квартире полноценно на плечах Льва. Зачем нужно ее пускать? Так скучно одному сидеть? Или, может быть, сам пригласил в гости?       Даже одна мысль, что у него появляются подобные знакомства сильнейшим образом раздражала. Хотя, как считала Марьяна, ни о какой любви, в их возрасте думать не стоит. Важно, чтоб под старость лет не остаться в одиночестве, только ради удобства им стоит съезжаться. Это было бы комфортно как для Льва, так и для Розы в их положении. Так что, вполне вероятно, однажды Липовый бросит свои попытки добиться девушку — перейдет на более доступную ему женщину. Стоит, конечно, это пресечь.       Так что, в квартиру она влетела недовольная. Нужно было придумать чем возмутиться. Прямо признать факт ревности Марьяна не могла, потому стоило ухватиться за любую причину к крику. Разумеется, обоих застала на месте. — О, добрый вечер! — Радостно здоровалась Роза, мирно попивающая на кухне чай. Она говорила мягко, видно, крайне желая к себе девушку расположить. А ведь будь Марьяна настоящей дочкой — это стоило бы сделать. Налаживать отношения с женщиной, однако, как с мачехой девушка намерена не была. — Я тут пирог испекла, немного пюре принесла. Заходи, угощайся! А то я одна, иногда случайно много наготовлю, потом все пропадает! — Смеялась. — Теперь могу вам заносить, угощать! — Марьяна в ступоре замерла, понимая, что женщина с визитами даже не собирает останавливаться.       При том, надо заметить, Лев сидел довольный и сытый — какую-то петрушку жевал. Все это хотелось вырвать у него из рук, выкинуть! Но как тут вообще возразить? Все таки, хозяйка пришла с благими намерениями и, вероятно, все это даже хорошо. Мгновенно стоило придумать, как вести себя в такой ситуации Марьяне. Все, от нервов, из головы вылетало. — Ого! — Воскликнула она. — Я не ожидала даже, что вы так поздно в гости придете. Уже десять часов. Тем самым намекала, что видеть ее не хочет. — Так я Леву на улице встретила, и он сказал, что недавно проснулся. Собственно… но если мы тебе мешаем, можем уйти ко мне в гости? — Уже «Леву»? — Все таки Марьяна не выдержала и вспылила, но пока еще не кричала. — Мы почти одного возраста! Никакого толку нам от длинных обращений нет, мы уже договорились, правда? — Лев покивал, заинтересованный скорее пищей. На ресторанную он не смотрел с таким интересом, что несколько обидно. — Ну я как поняла, тебе еще явно надо пободрствовать какое-то время? Сон со всеми этими переездами, конечно, не шуточно сбивается. — Снова обратилась к «отцу», и тот снова молча согласился. — И? Теперь вообще режим даже не пытаться настроить? — Враждебно интересовалась Марьяна. Никуда отпускать Липового она не хотела. — Ну, дочь, не так же резко! — Наконец он заговорил. — Я встал только в шесть вечера, сейчас — десять. Мне нужно чем-то позаниматься еще хотя бы до часу. Я просто не усну и буду ворочаться до утра.       Впервые он обратился к Марьяне не по имени. Это, теперь уж окончательно, показалось обидным. Еще один знак, что идея ее прогорела. Отчего, правда, она не знала. — Так, папа! — Долго не думая, решила начать командовать, как ребенок. — Либо ты ложишься в нормальное время спать, либо я с тобой не разговариваю! — Ах, Лева, как ты мог воспитать такого вредного ребенка! — Воскликнула Роза. — Тебе не надо на это вестись, иначе она будет тебя ни во что ставить! — Краем уха слышала Марьяна, поскольку прокричав речь свою, направилась в комнату. Снова чувствовала себя подростком, однако, сейчас могла поманипулировать, чего в жизни с родителями себе не позволяла. Им было все равно.