11. Тучи сгущаются

В полутьме техлаба арка из старых мониторов казалась порталом в другое измерение. Экраны за спиной начальника кибербезопасности мигали вразнобой — пиксельные схемы, бегущие строки бессмысленного кода, карта города с мигающими красными точками... Дженсен, скрестив руки, ждала объяснений: Притчард не пришел бы к ней просто так, если бы что-то не нарыл. — Я нашел кое-что интересное, — сказал он, доставая из запертого ящика стола небольшой внешний накопитель. — Часть кода, который использовали при взломе. Я нашел его в модуле данных, который мы изъяли в Клинтоне. Дженсен лишь приподняла бровь: всеми этими цифровыми фокусами она интересовалась постольку-поскольку, мало что понимая в их устройстве. — И что, ты разгадал тайну века? — сухо спросила она. — Не совсем, — Притчард воткнул накопитель в порт с таким усилием, что корпус компьютера жалобно скрипнул. — Но я нашел нечто интересное. Он запустил программу, и на экране появились строки кода, перемежающиеся с криптографическими данными. Дженсен вгляделась в них, пытаясь понять, о чем вообще идет речь. — Здесь есть записи из криптографического журнала, — сказал Притчард, указывая на экран. — Данные о датацентрах, защищенных паролями. Некоторые из них, похоже, активны прямо сейчас. Дженсен присвистнула. — Это серьезно, — сказала она. — Ты еще не успел в них покопаться? — Нет. Пока стащил только криптографический журнал. — Интересно, — протянула она, продолжая изучать данные на экране. — Но что значит «Синие Горизонты»? — Я не знаю, — признался Притчард. — В этой записи упоминается этот проект. Он связан с контролем над коммуникациями. Но кто стоит за ним, я не могу сказать. Дженсен проследила за курсором. — Контроль коммуникаций? — переспросила она. — Слишком пафосно для обычной слежки. Похоже, мы попали на интересную дорожку. Нужно больше информации. — И это самое страшное, — добавил Притчард. — Потому что я нашел еще кое-что. Он кивнул на экран, где рядом со строкой «Синие Горизонты» появилась другая запись. — Тут указано, что этот проект был связан с работой компаний по производству аугментаций, — добавил он, нахмурившись. — В частности, с нами. Дженсен еще не до конца понимала масштаб трагедии, но уже предчувствовала, что эта информация не приведет ни к чему хорошему. — Что это значит? Эти дата-центры... Думаешь, Шариф в курсе? — спросила она. — Я не знаю, — ответил Притчард. — Но это может быть серьезно. Возможно, кто-то из наших пытался взломать систему или даже работает на кого-то другого. Дженсен еще раз прсмотрела на экран, где мерцали криптографические данные, и в глубине души уже знала, что Притчард прав. — Как думаешь, заглянуть к этим ребятам на огонек... — она намеренно растянула фразу, — достаточно интересная идея? Он нехотя кивнул, уже подозревая, что ему снова придется просидеть за мониторами всю ночь, пока она шныряет по чужим объектам. — Достаточно, — ответил он. — Но мы должны быть готовы ко всему. — Я более чем уверена, что нас там ждут. Притчард хотел съязвить про ее манию героизма, но лишь достал из ящика запасной декодер: — Шарифу понравится твой энтузиазм, — буркнул он. — Только не вздумай лезть через вентиляцию. В прошлый раз ты едва там не застряла. — О, это было весело! Дозвониться до Шарифа у них получилось только через три часа: он ушел на какое-то совещание, и даже Афина искренне посоветовала не тревожить босса, пока тот занят. — Говорите коротко, — бросил он по внутренней связи, явно спеша куда-то еще. Дженсен взяла разговор с Шарифом на себя, чему Притчард был безмерно благодарен, не желая ввязываться в проблемы раньше времени. — Босс, мы нашли змею в раю, — сообщила она. — Нужен зеленый свет на проверку. Она коротко объяснила ситуацию, расклад, что именно нашел Притчард и ненадолго замолчала, ожидая приказа. Шариф думал недолго: — Ваше окно — шесть часов, — сказал он. — Привлекайте Малик. Дав добро на очередную несанкционированную вылазку, он сбросил звонок. Дженсен щелкнула костяшками пальцев: — Поехали охотиться на крыс. Притчард только вздохнул, похоронив планы на вечер под суровой необходимостью внеурочной работы. Малик даже уговаривать не пришлось. Через три часа она высадила Дженсен неподалеку от предполагаемой точки хранения данных и рванула с места, скрываясь от потенциальных вражеских радаров, предварительно взяв с Дженсен честное слово, что та не будет тянуть с сигналом на эвакуацию. Дженсен, дождавшись, пока вертушка скроется из виду, пешком добралась до объекта, нашла незапертую дверь на периметре, проскользнула внутрь и прижалась к стене, следя за маршрутами часовых. Те не выглядели расслабленными и подозрительно часто переговаривались между собой. Их рации шипели обрывками фраз: «...сектор 4 чист... южные ворота...». Она усмехнулась: слишком старательно и слишком... наигранно: они даже не потрудились скрыть, что ждут кого-то вроде нее. Из приятных вещей, которые отметила Дженсен при быстром осмотре — они не держали сторожевых собак, а дальний угол базы располагался над обрывом: не самый безопасный и удобный способ побега, но они с Малик подготовились и к этому варианту. Дженсен медленно двигалась вдоль стены, пробираясь к административному корпусу, соединенному переходом с основным центром, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания и избегая яркого света и открытых пространств. — Дженсен, ты на месте? — нарочито бесстрастно спросил Притчард, но она уловила подтекст: «Сдохла там или как?» — В пяти метрах от праздника, — прошептала она. — Готовь фейерверк. — У нас есть проблемы, — ответил он. — Они изменили паттерн поведения сигнализации, и я не смогу обеспечить тебе слепое окно для прохода. Разворачивайся и уходи. Она внимательно осмотрела площадку перед зданием: с главного входа путь закрыт, вентиляционных ходов не видно, окна зарешечены, пожарная лестница обрывается на высоте четвертого этажа. Пожарная лестница... — Ну уж нет, — возразила Дженсен. — Притчард, окно. Над моей головой, шестой этаж. Что на шестом? — Несколько камер, но вразнобой, полного покрытия нет, — спустя минуту ответил он, едва сообразив, на что она намекает. — Ты хочешь лезть по голому кирпичу? Это не балкон в детройтских трущобах, Дженсен! — Ну не такая уж она и гладкая... Дженсен пробралась через распахнутый грузовой контейнер к задней части здания. Патрули не изменили паттерны движения, всерьез полагая, что она пойдет через главный вход. Она присмотрелась к предполагаемому маршруту: кирпичная стена явно видела в своей жизни разное — за некоторые выбоины можно зацепиться, плюс решетки на части окон: если постараться, то до пожарной лестницы буквально рукой подать. Дженсен нащупала на стене подходящий упор и подтянулась выше. — Хочешь, я как-нибудь расскажу тебе историю, как я на спор залезла без страховки на балкон пятого этажа? — спросила она, чтобы разрядить атмосферу. Притчард что-то пробурчал про «суицидальные наклонности», но она уже вцепилась в шов между плитами. Подъем превратился в кошмарный танец: ветер рвал куртку, бетон крошился под ботинками, а где-то снизу продолжала переговариваться охрана. — Избавь меня, пожалуйста, от подробностей твоей безумной жизни, — все-таки отозвался хакер. — Тогда посмотри, что там творится у пожарного входа на шестом? — попросила она. Дженсен уцепилась за очередной выступ, подтянулась, нащупала стальной прут решетки, за ним еще один и, перевалившись через ограждение пожарной лестницы, взяла паузу, чтобы отдышаться: путь наверх оказался намного легче, чем она ожидала. — Шестой этаж чист, — выдавил Притчард. — Более того, свободна лестница и почти весь пятый. Нужный тебе хаб в кабинете 502. Дженсен осторожно выглянула из-за угла и осмотрела пустой коридор, где мерцающие лампы дневного света отбрасывали на пол решетчатые тени. Где-то вдалеке эхом отозвались шаги — тяжелые, размеренные, с металлическим призвуком аугментированных ступней. Где-то в вентиляции скрежетала заслонка, а с потолка капал конденсат, оставляя на полу зеркальные лужицы. Дженсен рванула вперед в такт мерцающим камерам: три шага — пауза под объективом, два прыжка — рывок к лестнице. Офис 502 она нашла через три двери, свернув налево после выхода с лестницы: бесконечные стойки с оборудованием, скрученные кабели на полу. В помещении хаба тихо попискивали сервера — десятки вентиляторов выводили монотонную арию. Столы утопали в бумагах с графиками нагрузки, на одном стояла кружка с засохшим на дне кофе. — Притчард, я внутри, — сообщила Дженсен. — Нам как-то неприлично везет сегодня, — отозвался он. Она осмотрелась внимательнее: днем здесь кипела работа, это было видно по разложенным тут и там записям. Дженсен прошла дальше к основным консолям. — Сомневаюсь, — возразила она. — Меня уже должны были срисовать, а здесь удивительно тихо. Самое интересное начнется сейчас, когда мы попытаемся достать чип. Дженсен разглядывала терминал с треснувшим экраном — внутри корпуса что-то жужжало. — Кстати, он заблокирован. — Ничего не трогай, я сам. Как только Притчард тронул модуль защиты, вся система встала на уши, запустив таймер обратного отсчета. — Блядь, Дженсен, здесь сейчас все рванет! Дженсен уперлась ладонями в край терминала, отказываясь уходить, пока у них обоих есть хоть какой-то шанс. — Дожимай систему, — потребовала она. — Уходи оттуда немедленно! — Дожимай. Нас ждали. Если получится оставить мне хотя бы двенадцать секунд — мне хватит за глаза. Притчард чертыхнулся: чутье не подвело — он заранее знал, что именно так все и обернется. Таймер неумолимо отщелкивал секунды. — Ломайся, ломайся, чертово железо... — шипел он. Он утопил первый узел и взялся за следующий: кинул барьер наперерез тянущимся к нему щупальцам чужой системы, на лету переписав собственный скрипт, забрал еще два узла разом, отрезал хранилище от общей сети и пустил охранный модуль в перегрузку. — Ломайся, сука! — он всадил в ядро защиты троян, замаскированный под системное обновление. Притчард продолжал вести борьбу с системой. В глазах бежали строки кода, как страницы книги, которую он читал тысячный раз. Система встречала его во всеоружии, но он пробивался дальше, узел за узлом. Заветное окошко «Доступ получен» загорелось ровно за двадцать секунд до окончания отсчета. — Есть! — выдохнул Притчард. — У нас есть доступ. Давай, быстрей, забирай чип! — Ты просто чудо, — сразу же отозвалась Дженсен, с хрустом выворачивая заветный модуль из открывшегося терминала. И все завертелось: система наконец смогла среагировать на непрошеное вмешательство. Лязгнули замковые механизмы, и лампы загорелись красным. Притчард услышал глухой удар, звон бьющегося стекла, автоматную очередь, лязг разваливающейся кучи стального мусора. Еще через семь секунд — грохот взрыва, сменившийся сухим треском помех. Он подавил посторонние шумы и усилил мощность связи. — Дженсен, ответь! Десять секунд тишины. — Дженсен! — Порядок, — непривычно хрипло ответила она. — Я ухожу. — Убирайся, быстрее! — Я на крышах. Если можешь — прикрой. — Конечно. Притчард переключился на систему управления автоматизированной охраной. — Автоматика тут не Бог весть, что, но... Он врезал в систему охраны пакетный вирус, превратив турели в обезумевших стражей. Наведенный им бардак отвлек часть огня на себя — наемники занялись отключением роботов и спасением собственных задниц из-под перекрестного огня турелей, чем попытками пристрелить шпионку. До спасительного угла оставалось тридцать метров по прямой и бесконечное количество пуль в обоймах наемников внизу. Дженсен перескочила с крыши склада на следующую, забралась по пожарной лестнице на самый верх основного здания и рванула вперед. Бетон крошился под ботинками, осыпаясь в темноту. — Фарида, нужна эвакуация, — как и обещала, сообщила она. — Запасной план. — Приняла, жди. Перемахнув через парапет, Дженсен швырнула себя через провал между крышами и приземлилась на подрагивающую кровельную жесть, едва не зацепив разбитую антенну. Прыжок дался тяжело: она почти потеряла равновесие, но все же удержалась на ногах — сложные маневры давались ей далеко не без труда. Следующий прыжок — и балка под ногами жалобно хрустнула, осыпая в пропасть ржавые осколки, но выдержала вес Дженсен. Край крыши неуклонно приближался с каждым шагом. Откуда-то из темноты с характерным шипением движков вынырнула вертушка с выключенными огнями. Шипение турбин раздалось над головой раньше, чем Дженсен смогла разглядеть силуэт в небе. Трос сбросили так резко, что стальной канат чуть не хлестнул ее по плечу. — Дженсен, цепляйся! СВВП замедлился на несколько секунд, трос змеей вился по крыше. Дженсен ухватилась за него и поджала ноги, одновременно защелкивая поясной карабин. — Готово! Малик заложила вираж, разворачиваясь и набирая высоту. — Так точно! Дженсен мотнуло под брюхом вертушки, и что-то сильно ударило ее в бок, выбив весь воздух из легких. От неожиданности она чуть не выпустила трос, все еще стараясь не смотреть вниз. Кое-как подтянувшись на руках, Дженсен вползла в салон, смотала страховку и захлопнула дверь. Снизу донеслись выстрелы — трассеры пробили туман, но вертушка уже уходила в слепую зону. — Никогда бы не подумала, что наши с тобой полеты превратятся в шпионский боевик, — усмехнулась Малик. — Ты там как? Дженсен зашлась в кашле. — Еще жива. Малик фыркнула, выводя вертолет из пике: — Нашим следующим трюком будет десантировать тебя с высоты в километр? Если да — я только за. Дженсен наконец села, привалившись спиной к сиденью. — Надеюсь, до такого никогда не дойдет, — ответила она. — Вот теперь действительно можно сказать, что нам неприлично повезло. Малик брякнула костяшками по приборной панели, включая автопилот: — Только не говори Шарифу, что я тебя тащила за собой, как новогоднюю гирлянду. *** Притчард топтался у двери квартиры Дженсен, подавляя желание вломиться к ней без приглашения. Малик отвезла ее сразу в Чайрон, минуя штаб-квартиру, что нарушило привычный ход событий. В конце концов здравомыслие взяло верх и он набрал ее по связи. — Слушаю, — ответила она. На заднем плане шумела вода. Притчард представил, как струи воды смывают с ее кожи пороховую копоть, и резко отвел взгляд в сторону, будто стеклянная дверь душевой стояла прямо перед ним. — Только не говори, что ты отвечаешь на звонки даже из душа, — буркнул он. — В прошлый раз ты мне линию оборвал, когда я отошла на полчаса, — сухо ответила она. Шум воды стих, и после паузы Притчард разобрал лязг сдвигаемой заслонки. — И зайди уже, пожалуйста, — попросила Дженсен. — Код 4217. Оригиналы на столе у окна. Притчард немного помедлил и набрал цифры на панели: он уже был здесь один раз, еще до ее переезда, когда настраивал замки и удаленный выход в корпоративную сеть. Естественно, он тогда злился на внеплановый монтаж сети в выходной еще и для невесть откуда взявшейся нахальной дамочки, но сделал на совесть. В полумраке прихожей он споткнулся о брошенный на полу бронежилет, из прорехи которого сразу же посыпались обломки керамических пластин. Притчард покачал головой и спустился в гостиную. Обещанный модуль — аккуратный квадратик металла с паутиной микрочипов — лежал на столе у окна среди книг и вороха каких-то чертежей. Рядом валялся наполовину пустой пузырек с таблетками-анальгетиками. Из спальни донесся грохот, звон разбитого стекла, и Дженсен выругалась так изобретательно, будто оттачивала навык для стендап-шоу. — Чертовы... В ожидании хозяйки квартиры Притчард присел на краешек стола. Через пару минут в дверях показалась Дженсен в старой растянутой футболке и джинсовых шортах со взъерошенными не достававшими до плеч мокрыми волосами. — Здравствуй, Притчард. Дженсен босиком прошлепала мимо него на кухню, достала из шкафчика бутылку виски, с усилием отвернула пробку и разлила янтарную жидкость по стаканам. Подумав немного, она взяла бутылку с собой и, прихрамывая, спустилась в гостиную. — Хозяюшка из меня сегодня отвратительная. Чем обязана? — Ты не привезла чип, — сухо заметил Притчард, подобрав единственное разумное оправдание этому ночному визиту. — Мне пришлось самому тащиться к тебе. Дженсен поставила стаканы и бутылку на журнальный столик. Притчард заметил, что порезы на ее предплечьях покрыты какой-то блестящей коркой. — Хирургический клей, — сказала она, перехватив его взгляд. — Шикарное изобретение для ликвидации последствий полетов сквозь стекло. Рекомендую. Она нашарила пепельницу на столе за его спиной и потянулась к окну. Тяжелая рама не поддавалась, и Дженсен дернула сильнее. — Ты сменила код, — констатировал он, пока она упрямо боролась с окном. — Думала, ты заметишь раньше, — огрызнулась она, рванула ручку на себя, и створка с визгом поддалась. Дженсен по инерции качнуло сначала назад, а потом вперед, в открытый проем. Притчард перехватил ее за талию и оттащил от окна. Она зашипела от боли от далеко не самого мягкого прикосновения к отбитому боку, и он сдвинул ладонь ниже. — Облапал и доволен? — возмутилась Дженсен, шлепая его по руке. — Пусти. Притчард ослабил хватку, выпуская ее на свободу. — Если ты позорно вывалишься из окна, Шариф мне голову оторвет за то, что я паршивая нянька, — парировал он. Дженсен неопределенно хмыкнула, со стуком поставила пепельницу на столик и умостилась на диване, вытянув ноги. На бедре виднелся синяк синяк — фиолетовый, с желтоватыми краями. Притчард резко отвернулся, уставившись в окно. — Если бы я до этого не скакала бешеной козой по горячим точкам, я бы сегодня не ушла, — она осторожно откинулась на спинку дивана, стараясь не делать резких движений. — И тебе... спасибо. Притчард потянулся за стаканом, смирившись с тем, что это единственное, что ему тут могли предложить: крепкий алкоголь он не любил. — Не за что, — коротко ответил он, немного подумал и задал первый пришедший ему в голову вопрос. — Ты доверяешь Шарифу? Дженсен прищурилась. — Что за странные вопросы? — Просто ответь. Она надолго замолчала перед тем как ответить. — Нет. — Тогда почему работаешь на него? — Не с моим послужным списком разбрасываться работами, — пожала плечами Дженсен. — Считай, что я ухватилась за последнюю соломинку. Да и потом... Она потянулась за сигаретами и закурила, выдыхая дым в потолок, будто искала в нем ответы на свои вопросы. Притчард последовал ее примеру. Спустя половину сигареты Дженсен потянулась, разминая шею, и они оба вдруг заговорили одновременно: — Ты ведь тогда в Клинтоне... — Слушай, насчет того случая с... Они резко замолчали. Притчард натянул рукав водолазки до костяшек пальцев — старая привычка, когда не знал, куда деть руки без клавиатуры. — Проехали, — Дженсен стряхнула пепел и поджала под себя ногу.— Знаешь, иногда я думаю, что мой мир стал похож на этот дым. Он легок, но постоянно исчезает, и ничего не остается. Притчард промолчал. Дженсен использовала свой шанс присмотреться повнимательней к человеку, чье незримое присутствие уже не раз вытаскивало ее из практически безнадежных ситуаций. Хакер выглядел уставшим, но не злым. Худой, узколицый, с небрежно выбившимися из хвоста прядями и нервно подрагивающими длинными пальцами, он не был похож на тех, кто легко сдается. Ей определенно начинал нравиться жесткий и проницательный взгляд его голубых глаз. — За что тебя выперли из полиции? — сам не понимая, зачем, Притчард продолжил свой внезапный допрос. — А за что ты отсидел месяц? — Дженсен наклонилась вперед и еле заметно улыбнулась. Притчарда подбросило. Он вдруг осознал, что стоит в позе подсудимого — спина прямая, руки за спиной, подбородок приподнят — и с усилием расслабил плечи. — Не твое дело, — ответил он. — Это взаимно, — она отсалютовала ему стаканом. — Порой лучше оставить людей наедине с их проблемами. Притчард, осознав, что разговор, учитывая его внезапный визит, мало того, что выглядит крайне странно, так еще и начинает принимать нежелательный поворот, решил сменить тему. — Ты реально так думаешь? — спросил он, еще слабо надеясь, что она может изменить свое мнение. — Да, — ответила Дженсен, с трудом вспомнив, о чем они говорили до этого. — Я давно приняла это. Смотреть в глаза смерти — это не просто метафора. Быть живым и быть слабым — это не одно и то же. Она отставила пепельницу подальше, подтянула ноги к себе, обхватив их руками. — И если ты когда-то потеряешь это чувство, то начнешь просто существовать. Притчард тряхнул головой, отгоняя лишние мысли, и засобирался на выход: по его опыту, полуночная философия редко доводила до чего-то хорошего. В полумраке квартиры крайне уставшая Дженсен выглядела... уязвимой, и этот факт ему не нравился. Уже почти стоя в дверях, он смерил ее внимательным взглядом: — Постарайся отоспаться, Дженсен, — бросил Притчард. — А то в следующий раз мои скрипты не успеют за твоим героизмом.