13. Снова в строю

Дженсен быстрым шагом влетела в холл Шариф Индастриз. Охрана на входе выглядела все так же слегка замученно, что не помешало им резко оживиться при ее появлении и шепнуть по паре слов в рации. Слухи в Шариф Индастриз разносятся очень быстро: о том, что она вернулась, уже знает даже двадцать восьмой этаж. — Ада, это Дэвид. Ты в здании? — Только что вошла в фойе. За стойкой ее встретила неизменная Синди, на этот раз в изумрудной блузке. Такую Дженсен на ней не помнила. — Привет, Синди! — поздоровалась она, словно и не уходила на больничный на полгода. — Тебе идет. Синди лучезарно улыбнулась в ответ. — Здравствуйте, мисс Дженсен... У первого видеостенда Дженсен перехватил ждавший ее Сет. — Здорово, Сет, — она ответила на крепкое рукопожатие. — Как вы тут, скучали? — А то, мисс Джей, — он легонько хлопнул ее по плечу. — Без вас даже пиво в глотку не лезет. — Подлизываешься? — Никак нет, мисс. Вас ждут на вертолетной площадке. — Хорошо. Поговорим, когда я вернусь. — Наваляйте там этим ублюдкам. Дженсен кивнула и, перепрыгивая через ступеньку, поднялась на второй этаж, сворачивая в сторону техлаба перед тем, как лететь в Милуоки. Интерфейс сетчатки не работал уже два дня — Дженсен связывала это с тем, что накануне она здорово приложилась головой о столешницу, когда мыла полы. Если Притчард на месте, он на скорую руку сможет что-нибудь с этим сделать. В технической лаборатории не изменилось ровным счетом ничего: все та же арка из старых мониторов, на распластанных коробках у дивана скучает «Клинок Шинтаро» — судя по слою пыли, его владелец за это время так и не притронулся к ремонту, извечный срач на всех доступных горизонтальных поверхностях, и сам обитатель кабинета, откинувший в сторону инфоблок с новостными сводками, стоило ей только войти. Ее ждали. — Давно пора, — привычно буркнул Притчард. — Что случилось? Ты застряла, когда лезла через вентиляцию? Дженсен обогнула стол, убирая линзы и одновременно перешагивая через толстую связку кабелей, уходящих в серверные стойки. — Я тоже рада тебя видеть, Фрэнсис. У меня что-то с экраном сетчатки, сможешь поправить? Притчард бесцеремонно взял ее за подбородок, поворачивая голову так, чтобы свет падал на глаза: с ее новой оптикой действительно что-то было не так — зрачки разного размера. Притчард предположил, что это, скорее всего, от удара головой, и для него минутное дело — всего лишь перезагрузить процессоры. Не отпуская Дженсен, он потянулся за коммутатором. — Если это то, о чем я думаю — вероятно. Конечно, это немного больно... — протянул он. — Похоже на рассинхронизацию левого и правого процессора изображения... Щелкнула искра. Дженсен охнула от внезапной боли, прокатившейся по нервам при перезагрузке, и пошатнулась, вцепившись ему в руку. Притчард замер — если она сожмет пальцы чуть сильнее, то точно сломает ему кости. Он изучил ее медицинские документы — еще до получения официального разрешения, естественно — и имел полное представление о возможностях ее текущей «начинки». Через пару секунд Дженсен глубоко вдохнула и ослабила хватку. Ощущение дезориентации быстро ушло, в голове прояснилось, слух восстановился. Притчард разглядывал ее так, будто такой варварский метод — единственное, что могло ей помочь. Неприятно, но в целом терпимо. — Сейчас восстановится радар и сетка наведения, плюс биомедицинские данные... Она отпустила его и сделала шаг назад. — Так, мы закончили? Шариф ждет на вертолетной площадке, — оборвала его она. — Ах, да. Радикалы ворвались на наш завод и захватили заложников, — саркастично протянул он. — Возможно, на этот раз ты сможешь кого-нибудь спасти. Притчард ударил по больному месту с размаху, не жалея, проверяя на прочность. Дженсен только слегка прищурилась. — Радуйся, что я решила пропустить это мимо ушей, — сухо ответила она. — Закончим, иначе боссу придется читать доклад о насилии на рабочем месте. Притчард проводил ее взглядом, пытаясь понять, что с ней не так, и как ему теперь с этим работать: в ней что-то сильно изменилось, словно она выстроила толстую кристально прозрачную стену между собой и остальным миром. К ее угрозам в его сторону он уже давно привык, но то, что она спустила откровенное хамство на тормозах... Он вздохнул, присаживаясь на край стола, и посмотрел вслед стальной статуе, которая заменила его коллегу. Притчард не понимал, что происходит в ее голове, но, очевидно, не все было так просто, как она хотела бы показать. Дженсен вышла из логова дракона со вздохом облегчения — все же хакер бил больно, пусть и только словами. Хоть что-то в этом мире не меняется. Она постаралась не задерживаться в кафетерии — те, кто туда спустился почесать языками о захвате фабрики, косились на Дженсен с каким-то подозрительным интересом. Она предпочла игнорировать эти взгляды. На посадочной площадке ее ждала Малик, серьезная и настороженная, не похожая на саму себя. Пилот стояла, скрестив руки, словно пыталась сдержать невидимый вихрь эмоций. — С возвращением, Дженсен. Не ожидали увидеть тебя здесь так скоро, — ровно сказала Малик. — Я решила, что засиделась, — ответила Дженсен, и неприятная пауза затянулась на миг дольше нужного. Малик шагнула вперед, и свет прожектора высветил сеть мелких морщин в уголках ее глаз — новых, которых Дженсен не помнила. — Дьявольски сложно вернуться с того света всего за шесть месяцев, — выдохнула Фарида. — Ты уверена, что готова? Дженсен потянулась к карману за сигаретой, но остановилась, заметив, как Малик напряглась — старые привычки, старые правила. — Есть только один способ проверить, — пожала плечами она. — Как скажешь, — кивнула Фарида. — Босс уже на борту, спорит с оперативниками из полиции Детройта. Они окружили завод, но Шариф хочет, чтобы ты вошла туда первой. Запрыгивай. Дженсен хмыкнула: брифинг от самого Шарифа — или заварушка будет не из самых скучных, или он хочет лично сопроводить ее на тест-драйв. Она поднялась на борт, на секунду задержавшись на ступеньке — давно не видела босса, но сразу поняла, что тот сильно нервничает. — Я велел Фариде высадить нас на крыше, — без предисловий начал Шариф. — Не хочу, чтобы толпа видела, как ты войдешь Он не повернулся к ней, продолжая изучать планы завода, где алым светом пульсировали точки обороны. Дженсен села напротив. — Хорошо, если она заберет вас, как только я уйду, — ответила она. — Если кратко, что произошло, кто эти парни? — Поборники чистоты, так они себя называют, — в голосе босса Дженсен расслышала нотку презрения и прекрасно понимала, почему он так говорит. — Те самые защитники, которые бомбили клиники «Протез» по всей стране. — И вы в это верите? Шариф махнул рукой, отрываясь от экрана. — Вряд ли они случайно напали на нас сегодня через несколько часов после доставки «Тайфуна» в цех сборки. — И какой план? — В первую очередь «Тайфун», — подчеркнул он. — Я не пущу спецназ внутрь, пока ты не спрячешь его. Но а в остальном я полагаюсь на тебя — мочить или нет. Дженсен с трудом удержалась от улыбки: Шариф, когда сбивался на жаргон, нравился ей куда больше, но устраивать на фабрике кровавую баню она не собиралась. — Я не намерена использовать там оружие, — возразила она. Шариф не стал спорить. — Хорошо. Но убедись, что эти сволочи не успеют предупредить своих дружков. Тебе нужно что-нибудь для дальнего или для ближнего боя? — Ничего не нужно вообще. Так справлюсь. — Не пойдет. Шариф кинул ей на колени парализатор. Дженсен поймала его на лету, автоматически проверив заряд. — Хотя бы это с собой возьми, — посоветовал он. — «Тайфун» находится в фабричной лаборатории. Притчард может рассказать об этом больше, чем я. Он проводил там коммуникации. Резко взревел двигатель — Малик готовилась к посадке. Синие отблески приборных панелей затанцевали на стенах, и Дженсен вдруг вспомнила их лабораторию полгода назад: те же тени, тот же гул машин, тот же привкус адреналина на языке. — Потрясающе, — хмыкнула она. — Что-нибудь еще? — Смотри в оба и ищи заложников. Если получится — освободи их, но главное — «Тайфун», — настаивал Шариф. — Это разработка для литерных учреждений, и если они не получат ее в целости и секретности... Он заметил, что Дженсен его почти не слушает, и, наконец, сдался. — Ладно... Уверен, ты справишься. Фарида уже шла на посадку. Спецназ мялся у входов, явно начиная нервничать, полиция пыталась разогнать репортеров и зевак... Очень много времени ушло впустую, и внутри уже могло произойти что угодно. Возможно, ей действительно уже некого спасать. Где-то внизу, в клубах дыма, ждал завод — темный, как провал в реальности. Шесть месяцев. Шесть месяцев, и она снова инструмент на острие атаки, только теперь улучшенный и более смертоносный. Проводив «пчелку» взглядом, Дженсен заглянула в дверь, ведущую через сеть коридоров на крыши, через которые можно было попасть на территорию завода — спецназ стоял и там. Она узнала одного из них — он был в составе второй группы во время заварушки в Мексикантауне, — но не смогла вспомнить его имени. Дженсен с невозмутимым видом проскочила мимо и скрылась за дверью, ведущей на другую сторону крыши, не тратя времени на лишние вопросы и выслушивание язвительных замечаний по поводу провала ее группы, которые обязательно начнутся, если она остановится поговорить. Инфолинк в виске заныл снова, но на этот раз волна помех сменилась тихим шипением — будто кто-то провел пальцем по поверхности воды. Дженсен прижалась к вентиляционной трубе — тело все еще помнило каждый боевой рефлекс. — Дженсен, это я, Притчард, — он говорил абсолютно невозмутимо, словно полугодового провала в их совместных задачах и не было. — Где ты? — На крыше, осматриваю территорию фабрики, — ответила она. Дженсен присела на корточки, сканируя периметр. Радар в поле зрения отметил движение у дальнего края — два теплых пятна, сливающихся с жаром работающих генераторов. — Отлично, — буркнул он. — Скорее всего, внутрь ты попадешь на участке приема и разгрузки. На карте в углу зрения вспыхнула метка. Притчард всегда любил визуальные подсказки. — Скорее всего, Фрэнсис? Что ты хочешь сказать? Где-то внизу лязгнула металлическая дверь, и Дженсен прислушалась: два мужских голоса перекрывающих гул машин. «...сказали, взорвут, если не найдут до утра...» Притчард невозмутимо продолжал: — Там у нас вход для служащих. Борцы за чистоту, наверняка, тщательно охраняют его, так что, если тебе сегодня претит лобовая атака, советую добраться до крыши. Он привычно ехидничал, но Дженсен уловила в его тоне напряжение — он тоже нервничал. Она соскользнула по лестнице, цепляясь за скользкие перила: в первую очередь ее интересовали заложники, а не «Тайфун». Внизу, у стены, громоздились контейнеры, искаженные тени от которых напоминали нелепые холмы. Радар высветил троих в зоне своего действия. Один из забаррикадировавшихся как раз ошивался в трех шагах, сразу за контейнером. Дженсен осторожно выглянула из-за угла — он стоял спиной к ней, переминаясь с ноги на ногу. Шагнув вперед, она легонько похлопала неудачливого террориста по плечу. Тот вздрогнул, обернулся и не успел даже охнуть от удивления, прежде чем ее кулак врезался в челюсть. Дженсен била не от души, вполсилы, но и этого оказалось достаточно, чтобы услышать хруст ломающихся костей. Тело осело как мешок с песком. Подхватив беднягу за воротник, Дженсен затащила его за угол и проверила пульс — жить будет, но ей стоит действовать поаккуратнее, если она не хочет кого-нибудь действительно убить. На костяшках остались капли крови — темные, почти черные в тусклом свете. Оставшиеся двое у входа ей были неинтересны — тропу до сваленных в кучу контейнеров, по которым она сможет добраться до крыши, она себе уже расчистила. Дженсен сверилась с радаром и, стараясь не греметь, забралась на ближайший ящик. Пластик прогнулся под весом, скрипнул. Дженсен замерла, прислушиваясь — где-то в ответ послышались шаги, но через мгновение стихли, и она заторопилась: перескочила на импровизированные подмостки из ржавых труб и перебралась через парапет. Раскидав лежащие у стены коробки, Дженсен нашла шахту вентиляции. Решетка поддалась с тихим скрежетом, выплюнув в ответ поток затхлого воздуха. Где-то в глубине гудели лопасти — старые, разболтанные, идеальные для маскировки шума. Дженсен протиснулась внутрь. — Притчард, я внутри, — прошептала она. — Отличная работа, Дженсен. Можно узнать, как? — фыркнул он, и в эфире захрустело. Она проползла мимо фильтров, покрытых слоем липкой пыли. Где-то впереди мерцал слабый свет. — Воздуховод на крыше, — сухо ответила она. — Я расскажу об этом на следующей планерке. — Господи, — выдохнул Притчард. — Непременно буду записывать. После короткой паузы на карте замигала новая метка. — «Тайфун» находится в фабричной лаборатории. Рядом со сборочным цехом есть лифт, который доставит тебя туда. Вентиляционный короб вывел ее на склад. Дженсен осторожно перебралась на стеллаж, цепляясь за выступы, словно скалолаз. Под ногой хрустнула пластиковая упаковка, но снизу, сквозь гул машин, донесся лишь смех. Она осмотрелась: нужная ей дверь — прямо напротив, прыгать вниз прямо отсюда небезопасно и очень громко. По складу, если верить радару, вальяжно расхаживало шестеро бойцов, но мешал спуститься незамеченной только один. Его тень колыхалась у ящиков с надписью «Огнеопасно». Дженсен спрыгнула со стеллажа, пригнувшись в момент касания пола. Террорист обернулся слишком медленно. Она двинула локтем ему в челюсть, и он рухнул, задев плечом коробку. Дженсен, едва сдержав проклятие, поймала и коробку, и его самого, аккуратно прислонила обмякшее тело к стене и метнулась за деревянные ящики, вдоль которых, если идти очень осторожно, можно было попытаться пробраться к пандусу. Дерганый тип между ней и основным входом все никак не желал отворачиваться. Он нервно теребил ремень автомата, бормоча что-то под нос. Дженсен перемахнула через укрытие и взяла его в захват — ладонь на рот, предплечье на горло. Ему хватило трех секунд, чтобы отключиться, ей — оставшихся двух, чтобы добежать до коридора. Его нож упал на пол с глухим лязгом, но грохот пресса в цеху заглушил звук. Массивная дверь в сборочный цех внезапно оказалась закрыта. Притчард вышел на связь первым. — Дженсен! Я попытался открыть дверь сборочного цеха, но мои перекрывающие коды не работают! Кто-то изменил протоколы. — Чего?! — возмутилась она. — Разве ты еще не заткнул? — Выполняю. Но, пока я ищу и закрываю эту брешь, тебе придется вскрывать дверь вручную. Притчард, отбой. Хакер резко дал заднюю и отключился. Дженсен покачала головой: бардак. Ее не было всего полгода, а тут уже дыра на дыре, и идея вручную взламывать электронный замок ей не нравилась категорически — электроникой обычно занимался Притчард, а она всегда делала ставку на банальный набор отмычек. Подцепившись к замку через порт, Дженсен осмотрела схему и не поняла ровным счетом ничего. Она ткнула в один из узлов наугад, он взломался и открыл путь еще до двух. Система оповещения ее пока не заметила. — Сработай же, ну, — прошипела Дженсен, взламывая следующий компонент. Зеленое окошко оповестило ее об успехе. Мысленно добавив в список ближайших дел жирный пункт «разобраться, как ломать эти чертовы замки так, чтобы Притчард не помер со смеху», Дженсен отпихнула одну из створок в паз. Коридор, ведущий в сборочный цех, уже успели разрисовать. Стены, еще недавно белые и стерильные, теперь походили на холст безумного проповедника. Дженсен замедлила шаг и хмыкнула, рассматривая неуклюжую надпись на стене «Шариф, гори в аду». Буква «и» в слове «гори» съехала вниз. Художник явно старался, и это граффити станет отличным украшением чьего-нибудь рапорта. За дверью сборочного цеха кто-то отчаянно спорил, и на слегка скрипнувшую дверь не обратили внимания. Внутри обсуждали вещи, которые Дженсен совершенно не понравились: речь шла, во-первых, о бомбе, а во-вторых — они уже кого-то убили и нервничали из-за этого. В-третьих, Дженсен насчитала в цеху около десятка целей, и уже думала проскочить мимо, потому что разбираться с каждым было слишком времязатратно, но что-то не сходилось. Дженсен пересчитала метки с радара еще раз — по цеху перемещалось только четверо, еще шестеро стояли неподвижно. Возможно, заложники? Ближайший воздуховод, покрытый слоем пыли и жирных пятен, увел Дженсен куда-то под потолок — после шести месяцев больничного все вернулось на круги своя: ползти, как таракан, в грязной трубе. Выбравшись на балку, она понадеялась, что никому из патрулирующих зал внизу борцов за чистоту не придет в голову посмотреть наверх. Стараясь не топать и не соскользнуть, Дженсен перебралась на другую сторону и влезла в еще одну шахту. Эта оказалась в разы теснее и длиннее. Она проползла первые метры, упираясь локтями в стенки, пока вдруг не услышала голос снизу: — Смотри, вентиляция шатается! Дженсен вжалась в металл, задержав дыхание. Через пять секунд, показавшихся вечностью, кто-то буркнул: «Крысы, блин», и шаги удалились. Цепляясь головой и локтями за все подряд, она добралась до выхода и неграциозно вывалилась из шахты в небольшой кабинет. Люди в комнате оживились при ее появлении. Знаком попросив их сидеть тихо и сохранять спокойствие, Дженсен рванула к бомбе на столе. Панель взрывного устройства потребовала ввести код, который Дженсен не знала, и она решила рискнуть и взломать ее вручную, как и дверь. В этот раз она внимательнее изучила мерцающую схему: переплетение синих и красных линий напоминало карту метро сумасшедшего города. Наметив примерный план, Дженсен начала взлом. Внезапно схема дернулась, выбросив ее из системы. «Черт!» Уйдя в тупик на середине пути, она выматерилась и вернулась к началу. Заложники перешептывались, но Дженсен уже не слышала их — мир сузился до экрана. Последний символ она ввела буквально за секунду до полного блокирования системы. Диоды погасли. Минус одна проблема. — Я так поседею, — выдохнула она и набрала Притчарда: — Притчард, позови Шарифа. Я нашла заложников. Инфолинк хрипнул в ответ: — Надеюсь, у тебя хорошие новости? — Они в порядке и держатся. Спецназ выведет их, как только я закончу. — Я скажу Шарифу, — ответил он. — Но ты поторопись. Дженсен фыркнула — ему, сидящему за десятки километров от нее в удобном кресле, легко было сказать «не торопись». Выбираться обратно оказалось сложнее: лестница хорошо просматривалась, но до лифта оставалась всего пара шагов. Рискуя быть увиденной, Дженсен чуть ли не кубарем скатилась с лестницы, хлопнув по кнопке вызова лифта в последний момент. В подвале фабричной лаборатории было непривычно тихо, а дверь в серверную висела на одной петле. Дженсен осторожно заглянула внутрь: один из борцов за чистоту взламывал терминал, а из импланта в его голове торчал большой пучок проводов. — Отойти от пульта, живо! — рявкнула она. Неудачливый хакер дергано развернулся и схватил со стола пистолет, но, вместо того, чтобы направить его на Дженсен, приставил к собственному виску. — Помоги... — прохрипел он. Дженсен на секунду растерялась, глядя в его испуганные глаза: он все понимал, но явно не контролировал свои действия — что-то или кто-то им управляло против его воли. Она рванулась вперед, но не успела — хакер спустил курок, и его тело ударилось о серверную стойку. Мельком осмотрев тело и на всякий случай выдрав у него из головы провода, Дженсен вскрыла сейф с «Тайфуном» и забрала модуль с чертежами. — Притчард, ты там? — позвала она громче, чем нужно. — А где мне еще быть? — ответил он, и Дженсен представила, как он ерзает в кресле. — Дай мне Шарифа. Щелчок. Хруст. Еще щелчок. — Ада, это Дэвид. Нашла «Тайфун»? — Да, — коротко ответила она. Дженсен присела на корточки, разглядывая труп у стены. Серебристый шов на виске — слишком аккуратный для кустарных модификаций. — У меня здесь еще мертвый борец за чистоту с очень интересными имплантами мозга. — Не трогай его, — приказал Шариф. — Чтобы извлечь нейронный узел, нужен специалист. Возможно, это ловушка. — Принято. Дженсен выбралась из серверной и пошла дальше к административному крылу. Снаружи послышались выстрелы — Шариф, как и обещал, дал разрешение на штурм сразу же после того, как она доложила ему о том, что нашла чертежи. Сквозь стекло в переходе между лабораториями и административным блоком было видно, что удача и и победа на стороне спецназа — у пятнадцати слабовооруженных человек нет шансов долго продержаться против матерых бойцов. Один из терористов «чистоты» упал, схватившись за живот, и его крик донесся даже сквозь бронированное стекло — высокий, почти детский визг. Дженсен еще раз сверилась с радаром: почти все точки собрались во дворе, вступив в перестрелку, и вряд ли кто-то обратит внимание на то, как она отсюда выберется. Административный сектор пустовал. Дженсен поднялась на последний этаж. За закрытыми дверями слышался мужской голос, явно начинающий нервничать. — ...я не хочу причинять тебе вреда, ты же гражданская. Но придется, если ты не оставишь мне выбора... Дженсен прислушалась: женское дыхание за дверью — прерывистое, сдавленное. Заложница. Расстояние до двери: шесть шагов. Она уловила металлический лязг, и по звуку затвора узнала револьвер старого образца. Она не стала долго думать и открыла дверь. — Если ты не хотел никому причинять вреда, сидел бы дома. Кабинет управляющего почти не пострадал. На столе валялась опрокинутая чашка — кофе растекался по документам, превращая отчеты в абстракцию. В террористе Дженсен узнала Зика Сандерса, лидера движения за чистоту. Он стоял у окна, прижимая к себе женщину в порванном кардигане. Его левая рука дрожала, но ствол у виска заложницы он держал уверенно. — Ну надо же, цепная шавка Шарифа, — заявил он. — Что, небольшая уборка перед приходом полиции? Дженсен прошла в кабинет и нарочито медленно присела на поваленный секретер, украдкой осматриваясь: камера наблюдения мертва, провода вырваны. Последующий спектакль состоится только для них двоих. — Можно и так сказать, — Дженсен подняла руку, демонстрируя пустую ладонь и сразу же пошла напролом: — Ответь мне на один вопрос: какого черта в твоем отряде делала жестянка? Зик вздрогнул и крепче прижал к себе женщину, которая уже не пыталась сопротивляться. — Что? — с неподдельным изумлением выдохнул он. — В лаборатории я нашла одного твоего, который взламывал систему безопасности, используя хакерский имплант, — сухо ответила она. Женщина всхлипнула. Капля пота скатилась с виска Зика на воротник — он нервничал намного сильнее, чем показывал. — Неплохо, — парировал он. — Но я никогда бы не взял себе одного из таких уродов. Зик схватил заложницу за локоть и потащил к выходу, ткнув револьвером в сторону Дженсен. — Мне надо кое с чем разобраться, поняла? Если ты сказала правду, но я тебе не верю, но я должен проверить, и мы с этой бабой уходим. — Я не позволю тебе уйти с ней. Дженсен встала и шагнула вперед, и Зик непроизвольно поднял ствол выше. — Стоять! Я сказал, назад! Иначе этой сучке не жить. Зик колебался, пытаясь одновременно и целиться в Дженсен, и угрожать заложнице. Он нажал стволом так, что женщина вскрикнула. Где-то внизу завыла сирена эвакуации. Время истекало, и Дженсен начала уговаривать лидера этого маленького бунта отпустить человека. — Чушь, — отмахнулась она. — Ты же не такой, ты не трогаешь мирных жителей. Зик купился на ее слова и снова ткнул револьвером в сторону Дженсен. — Верно, черт возьми, — процедил он. — Я ветеран, у меня есть награды. И я не позволю себя дурачить. Я должен узнать, кто за всем этим стоит, и эта баба — мой билет на выход отсюда. Дженсен рассматривала террориста: отсутствие глаза он маскировал повязкой, на шее — веревка. Он выглядел, как фанатик, а не убийца — но очень отчаявшийся фанатик, и ей следовало быть осторожнее. — Не совсем так, — Дженсен медленно подняла руки, показывая открытые ладони, но уже готовилась к рывку. — Ты, вроде, мужик умный. Стрелять тебе сейчас бессмысленно — я быстрее, и этот момент мы можем не проверять. Она примерно поняла, как с ним разговаривать, чего он боится, и чего хочет — и новость о «жестянке» в его отряде его явно удивила: его поведение говорило о том, что он не в курсе происходящего. Дженсен продолжила: — Если я тебя с ней отпущу, то копы все равно не выпустят, а если с ней еще и что-то случится — так тем более, — она помолчала, убедившись, что он хоть как-то заинтересовался ее словами, и добавила: — Отпускаешь ее — я отпускаю тебя. Мне самой очень интересна эта история, особенно если ты утверждаешь, что хакер — не твой. Зик посмотрел на нее, потом на разбитое окно. Его палец на спусковом крючке дрогнул. — Типа, я буду тебе должен? — фыркнул он, но уже без прежней уверенности. Дженсен уловила момент: женщина перестала дрожать, пришла в себя и готовится дернуться в сторону по команде. — Типа да, сочтемся, — кивнула она. Зик задумался, но револьвер не опустил. Дженсен изобразила совершенную безучастность к происходящему, скрестив руки на груди. Он купился на ее позу, отсутствие прямого давления и спокойный тон. — Ладно, — буркнул он. — Иди отсюда, ты свободна. Зик отпихнул от себя женщину, и Дженсен тут же закрыла ее собой. Он снова поднял револьвер, целясь уже в нее саму. — Я сделал то, что ты хотела. Теперь пусти меня. Дженсен улыбнулась и чуть наклонила голову: — Не смею задерживать. Она помахала ему на прощание, понимая, что Шариф не одобрит ее решения отпустить того, кто посмел напасть на его собственность, но гарантированный выговор мало ее сейчас волновал. — Босс, — она связалась с Шарифом. — Я закончила. Он ответил сразу же, резко перейдя к делу: — Что с Сандерсом? — Пришлось отпустить, — призналась Дженсен. Она взглянула на женщину, которая, свернувшись калачиком, рыдала у стены: ее левая рука неестественно вывернута. Вывих? — Но он явно не та рыбка, которую мы ищем, — добавила она. — За ним стоит кто-то посерьезнее. Где-то внизу хлопнула дверь и послышались шаги. Много шагов. Дженсен схватила женщину за руку, помогая подняться. Та вскрикнула от боли, но кивнула в знак благодарности. Шариф разочарованно вздохнул, но не стал ругаться прямо сейчас. — Ладно, возвращайся немедленно, — приказал он. — Фарида подберет тебя на площадке. Женщину забрали медики и копы, саму же Дженсен никто не стал задерживать — то ли по приказу, то ли потому что она сейчас была никому неинтересна. Малик ждала ее в кабине, и лететь обратно без Шарифа оказалось заметно веселее. Фарида, словно компенсируя его отсутствие и наслаждаясь тем, что наконец-то может поговорить с Дженсен спокойно спустя столько времени, засыпала ту вопросами, перескакивая с новостей о ремонте вертолета на сплетни о соседях по ангару. Дженсен едва успевала отвечать: в такой компании поездка показалась бы слишком короткой, если не бы не один вопрос... — Дженсен, что хотела сказать — новая внешность тебе очень идет, — заявила Малик. — Как будто с тобой ничего и не случилось. И как ощущения? Ты только не пойми меня неправильно, у меня самой есть пара нейропротезов, но я сама их выбирала. Ты — нет. Дженсен долго подбирала правильные слова для ответа — она сама до сих пор не могла решить, нравится ей то, что с ней стало или нет. — Знаешь... Неплохо. Еще есть, над чем поработать, но в целом неплохо, — наконец ответила она. — Не буду врать, что они были сегодня некстати... да и мне все равно пришлось бы самое большее через пару лет менять как минимум колено, как максимум — что-нибудь еще, но ты права — я их не выбирала. По ее тону Фарида поняла, что повернула немного не туда. — Что бы ты ни делала — знай, я всегда готова помочь. Дженсен кивнула. — Я поняла. В кармане отчаянно мешался парализатор. Дженсен вытащила его, покрутила в руках и посмотрела на серийный номер. Притчардовский, тот самый, который она ему притащила после заварушки в порту, и который он кинул в в ящик стола. Она только хмыкнула, уже придумывая, что сказать, когда пойдет возвращать оружие владельцу. После того, как Малик заглушила двигатели и открыла люк, Дженсен удалось проскочить мимо сплетников в кафетерии, не привлекая к себе внимания и свернуть в коридор, ведущий в сторону техлаба. Его хозяин никуда не уходил. Злой как черт Притчард разминал затекшую шею. «Тайфун» перекочевал к нему на стол в привычный угол для добытой в вылазках мелочевки, который удивительным образом всегда оставался свободным от посторонних предметов, будто священное место в храме техноманьяка. — Так-так, наша Махатма Ганди вернулась, — встретил ее он. — Если это касается «Тайфуна», я посмотрю его позже. Дженсен не стала упускать возможность его подколоть: — Снова дыра на дыре? — Дженсен, — устало вздохнул Притчард. — Пойди выбей пару дверей, убей кого-нибудь, только позволь мне заняться своим делом. Честное слово, так мы гораздо лучше справимся. Она пожала плечами, изображая полнейшее безразличие к его проблемам, и положила на стол еще и парализатор. — Кстати. Не пригодился. Цапнуть ее за руку Притчард не успел.