15. Игра в молчанку

Коридор вывел Дженсен во внутренний двор. Резкий запах машинного масла смешивался с пылью, поднятой грузовиками. Где-то вдалеке лязгнула цепь. Дженсен отметила семерых в зоне работы радара, двух снайперов поодаль и еще неизвестное количество противников — внутри самой базы. Несколько грузовиков вывели из ангара, и вокруг напряженно суетились люди. Один из водителей, споткнувшись о ящик, выругался так громко, что Дженсен на мгновение зажмурилась — сейчас все обернутся... Но остальные лишь засмеялись, и она прокралась дальше. Наемники явно намеревались уносить отсюда ноги. Дженсен аккуратно спустилась с лестницы и прижалась боком к одинокому погрузчику, стараясь занять как можно меньше места, и попыталась подслушать, о чем идет речь. За погрузчиком разговаривали как минимум трое. Их голоса звучали сдавленно, будто сквозь зубы: — Говорят, та крыса уже здесь. Босс хочет ее голову на блюде. — Да забей, нам бы самим смыться до проверки... Дженсен осторожно отползла назад: «крыса»: о ее присутствии здесь уже догадываются, не рады тому, что она успела в морг первой, и с огромным удовольствием свернут ей шею, если смогут ее поймать. Дождавшись, когда они наконец разойдутся, она шмыгнула за бетонный блок, а от него — к грузовику, и чуть не попалась, когда один из охранников вернулся назад, обмениваясь с другими подозрительным взглядом. С другой стороны грузовика кто-то шел в ее сторону; еще несколько метров — и ее увидят. — Давай же, свали отсюда... — Дженсен лихорадочно осматривалась в поисках потенциального укрытия. Идущего прямо к ней окликнули. — Эй, ты чего там застрял? Иди помоги! — Да иду уже, не ори! Он развернулся как раз вовремя. Дженсен метнулась дальше, едва не задев плечом зеркало грузовика, чтобы уткнуться в перегородившие дальнейший путь ящики. Она подтянулась и быстро перебралась через них, осторожно спрыгнув с другой стороны. Проход под техническими лесами скрыл ее от посторонних глаз и вывел к двери базы. На мгновение ей показалось, что за спиной мелькнула тень, но обернувшись, она увидела лишь колышущийся тент грузовика. На крыльце курил наемник. Дженсен приценилась к его позиции — его можно устранить, но в этом случае заметят либо ее, либо его отсутствие, и решила поискать другую дорогу. Ее внимание привлекла металлическая лестница на второй этаж, подход к которой перекрывал решетчатый забор. Дженсен осмотрела электронный замок достаточно сложной модели— такие ей еще не попадались, — подключилась к панели и начала взлом: первый вирус-бомба зашипел, а экран заполонил поток кода. Второй завис на последнем символе, но открыл ей доступ к более уязвимым узлами. Чуть не срезавшись на последнем узле, Дженсен медленно выдохнула и приоткрыла решетку ровно настолько, чтобы можно было протиснуться и ни за что не зацепиться. Лестница на второй этаж вывела ее к незапертой двери на второй уровень внешнего ангара. Дженсен осмотрелась: два грузовика, три снайпера на ее уровне, внизу ходят еще трое, но у лифта, ведущего на нижние уровни базы — никого. Гул моторов снизу смешивался с криками командиров: «Быстрее! Нам осталось два часа!». Ближайший видимый спуск находился на противоположной стороне. Дженсен медленно пошла вдоль перил в надежде, что по дороге найдет путь поинтереснее. Чутье не подвело, и через десяток метров на ее уровне нашелся открытый воздуховод. Крышка поддалась с тихим скрипом. Дженсен протиснулась внутрь, преодолела несколько лестниц вниз и вылезла как раз рядом с лифтом в слепой зоне и камер, и снайперов. Где-то за рампой упал ящик, и чей-то голос рявкнул: «Собери это, идиот!». У грузовиков кто-то суетился, забрасывая в кузов что-то тяжелое, но никто не подходил близко и даже не поворачивался к спуску к лифту. Дженсен метнулась к панели, дождалась, пока створки откроются и прошмыгнула в кабину, одновременно нажимая на кнопку последнего этажа. Лифт повез ее на нижние уровни, минуя один ангар за другим. Через полупрозрачные двери она успела разглядеть ряды ящиков с логотипом FEMA, солдата, чистящего ствол у стены, и... детскую игрушку, валяющуюся в углу. Под землей людей было в разы больше, чем наверху, и все как один — в той же форме, которая была на наемниках, напавших на компанию полгода назад. Дженсен сбилась в подсчетах после третьего десятка. Кто-то внизу указал на лифт, и она отпрянула от стекла, но ее никто не заметил. Самым интересным экспонатом стал военный робот, нависающий над одним из отрядов в третьем ангаре. Он медленно повернул сенсоры в ее сторону, и Дженсен затаила дыхание, пока лифт не ушел в темноту следующего уровня. Проехав опасный этаж, она незамедлительно сообщила об интересной находке. — Притчард, дай мне Шарифа, — попросила она. — У нас тут есть проблемка. — Прелестно... — съязвил он. Что-то щелкнуло, прежде чем вызов перебросили. — Ада, слушаю тебя, — отозвался Шариф. — Фабрика, с которой шел сигнал хакера, — начала она. — Тут повсюду печати FEMA, выглядит как концентрационный лагерь. Шариф опешил. — FEMA? Быть не может! Половина наших контрактов на государственном уровне. — Здесь солдаты, которые на нас напали, — подтвердила Дженсен. — И у них есть доступ к весьма внушительному снаряжению. Ее босс сдержанно вздохнул. — Мне нужно сделать пару звонков... — на фоне зазвенело что-то металлическое. — А ты пока выясни, кто отдает приказы, и сообщи мне. Дженсен кивнула и отключилась. Лифт остановился, автоматически открыв двери. В ангаре с металлическим лязгом разворачивался боевой робот намного крупнее всех, которых Дженсен когда-либо видела вживую: корпус, покрытый матовой черной краской, отражал мерцание аварийных ламп, сенсоры на «голове» вращались с тихим жужжанием, пол дрожал под его шагами — каждый удар «ноги» отдавался вибрацией. Роботов Дженсен не боялась, но прекрасно понимала, насколько они опасны, и какие у нее шансы против подобной махины в открытом столкновении: у них в штаб-квартире тоже было несколько, но попроще, помельче. Их пару раз ради проверки выпустили побродить по нижним этажам, и машины гулко топали по коридорам, беспристрастно ощупывая стены визорами. Дженсен выскользнула из лифта и спряталась за ящиками, стараясь не вылезать из слепой зоны. Складские коробки пахли пылью и старым картоном, а на одном из них красовалась наклейка: «Хрупкое. Не кантовать». Упрямый механизм отказывался разворачиваться, качая тяжелой головой и что-то осматривая. Дженсен стянула с ящика ЭМИ-гранату — сломать робота она вряд ли сможет, но хотя бы оглушит и замедлит, — и начала считать тяжелые шаги. «Один, два, три... одиннадцать. Разворот. Пора». Как только машина развернулась, Дженсен скользнула в первый технический отсек, где пахло смазкой и горелой проводкой, моментально пересекла его и добралась до следующего. Она скрылась за контейнерами, следуя шаг в шаг с патрулирующий наемником, и, не высовываясь и не привлекая внимания, считала механические шаги. Солдат в метре от нее зевнул, поправил шлем и пробормотал в рацию: «Скукота… Когда смена кончится?» Одиннадцать. Разворот. Дженсен поймала нужный момент и сразу же выкатилась из второго отсека, прижалась к колонне, на которой кто-то нацарапал «FEMA = предатели», и после секундной паузы проскочила дальше к выходу. В следующем коридоре беседовали двое. Один, коренастый, жестикулировал сигаретой, роняя пепел на пол. Второй, тощий, с лицом, изборожденным шрамами, хихикал: — Говорят, этот хакер — бывший наш. Босс его лично нашел... — Да брось, он же слил данные конкурентам! — Ага, и теперь мы тут в дыре торчим... Дженсен затихла. Наемники разговаривали открыто, но из подслушанного разговора она выяснила только то, что эти люди крайне недовольны хакером, по сигналу которого она шла, и им хватило денег и связей, чтобы подкупить чиновников-федералов и расположиться здесь. Коренастый бросил окурок под ноги, раздавил его каблуком и остался патрулировать коридор. Второй куда-то ушел, оставив своего товарища на произвол судьбы. Жалости или угрызений совести от того, каким способом она собралась устранять помеху, Дженсен не испытала. Она пнула наемника под колено, одной рукой перехватывая его за подбородок и не давая упасть, а вторую — подставив ему под шею и используя как рычаг. Резкий рывок наверх — хрустнули позвонки, тело в руках обмякло. Оттащив бывшего бойца в сторону, Дженсен подобрала его винтовку, придирчиво осмотрела и присвоила оружие себе. Почти добравшись до конца коридора, она выгадала минутку осмотреть последнее помещение сквозь стеклянную дверь и свериться с картой. Схема дрожала — сигнал здесь был хуже, чем в подземелье. Притчард резал для нее планы зданий поэтажно — не слишком удобно, но переключение между слоями работало быстро и терпимо, и нужные ей лифты он отметил как раз на той стороне, за заблокированной дверью. Дженсен насчитала в помещении камеру слежения, кодовый замок, турель, троих у входа, явно не желающих уходить, и еще несколько человек наверху. Один из них что-то яростно доказывал по рации: «Я не буду рисковать командой из-за ваших приказов!» Для открытой перестрелки противников здесь ошивалось слишком много — даже если она рискнула бы отщелкивать их один к одному, подкрепление сюда на поднятую тревогу сбежится со всех этажей, и никакие аугментации не спасут ее от пули в голову. Дженсен перекинула ремень винтовки через плечо и затянула его потуже, чтобы оружие не мешалось ей в процессе очередного увлекательного путешествия по вентиляционным коробам прямо под ногами ходящих над ней наемников. Она запуталась в веренице ходов под полом — несколько раз возвращалась на одно и то же место, натыкалась на намертво прикрученные решетки, и чуть не вылезла под дула турели. Осторожно высунув голову и осмотревшись, Дженсен поняла, что сделала круг, и нырнула обратно. Боец сверху продолжал чеканить шаг, заставляя ее замирать между перебежками и крепче сжимать винтовку, чтобы та случайно не звякнула о стенки лаза. «Еще шаг — и он провалится ко мне в гости». Вторая попытка поиска дороги вышла удачнее: несколько поворотов наугад вывели Дженсен почти к самой двери, ведущей в жилой блок. Из щели в решетке доносился запах жареного мяса. Живот предательски заурчал. Дженсен дождалась, пока шаги за спиной стихнут, и потянула ближайшую дверь на себя. Короткий коридор вывел ее к казармам, у которых топтались два мутных типа с нашивками FEMA на форме. Они перегородили ей дорогу. Крыс, стерегущих хозяйское добро, Дженсен убивать не собиралась, но и была не прочь преподать им урок. — Ты еще кто такая? — Спокойно, парни, — огрызнулась она, изображая максимально занятую личность, у которой горит задача от командира. — У меня приказ выметаться, но сначала заберу барахло. Ближайший оскалился. — Ага, щас. Чтобы пройти в казармы, нужен код. Назови его, тогда я, может быть, пропущу тебя. — Слушай, засранец, — Дженсен ощерилась в ответ. — Я забираю свои шмотки и возвращаюсь во двор. Если не хочешь обзавестись новыми дырками — отвали. Усек? Тот сразу же стушевался, сообразив, что лучше не связываться с бешеной от греха подальше. — Расслабься, подруга, — он поднял руки. — Я просто делаю свое дело. Если это так срочно — проходи. «Проходи» прозвучало как насмешка. Второй потянулся к рации на поясе. Дженсен заметила это движение раньше, чем он успел среагировать. Двое, перепугавшись, встали друг к другу ближе, и этого оказалось достаточно, чтобы сломать одному челюсть, а второму — вывернуть руку, дернув его на себя и вбок. Первый вырубился сразу, второй приложился головой об пол и затих. Проверять, живы ли они, Дженсен не стала. Она перешагнула через лежащих вповалку представителей закона и взломала панель доступа, нервно стуча по ней пальцами. Кафетерий и раздевалки пустовали, и Дженсен даже не пыталась вести себя скрытно. Инфолинк снова завибрировал — Притчард спешил поделиться с ней последними новостями. — Дженсен! — он говорил очень быстро, словно торопился куда-то. — Наблюдается активность на отслеживаемой частоте. Похоже, наши парни собираются свалить. — Да, у меня тоже такое чувство, — ответила она. — Пока не ясно, кто всем заправляет? Притчард вздохнул, стуча по клавишам. — Они используют какой-то код... — задумчиво протянул он. — Но я могу сказать, что тот, кто отдает приказы, на уровень ниже тебя. Дженсен кивнула. — Отличная работа. Я его найду. Последний лифт за пределами казарм отвез ее на холодный склад. Где-то в вышине потрескивали люминесцентные лампы, отбрасывая мерцающие полосы света на бесконечные стеллажи, уходящие в полумраке в потолок, генераторы, ящики с пометкой «Хрупкое». Дженсен прислушалась: между рядами гуляло эхо шагов, словно склад дышал. За спиной кто-то оступился — шаг звучал тяжело: этот кто-то явно массивнее и выше, чем она. Пол дрогнул еще раз, и стеклянные колбы на ближайшем стеллаже зазвенели. Дженсен ускорилась, стараясь не оборачиваться, и почти влетела в последнюю дверь. — Привет, ребята! Она успела застать знакомую парочку уходящими в лифт: наемница на ходулях и второй поменьше несли к выходу черные тяжелые кейсы. Тяжелый шаг за спиной прозвучал совсем близко. Дженсен резко ушла влево и пригнулась, уходя от удара. — Так, смотрите-ка, кто тут у нас. Должно быть, это она завалила нам операцию в морге, — громила говорил медленно, словно пережевывая слова. Если его и расстроило то, что он промахнулся, виду он не подал. — Избавься от нее, Баррет, — донеслось со спины. — С превеликим удовольствием. Лифт за спиной звякнул, унося двоих наверх. Баррет трансформировал руку в пулемет — черный хромированный монстр. Механизмы заскрежетали, и стволы завертелись. Дженсен отступила на шаг назад и хрустнула шеей, готовясь очень много и очень быстро бегать. Застрекотали пулеметные очереди, разнося склад в клочья. Баррет держал Дженсен на расстоянии, не давая подойти близко. Бегать оказалось легче, чем она думала: ноги не уставали, дыхание почти не сбивалось, и в этом был определенный плюс ее модификаций. Дженсен нарезала круги по залу, изредка посылая по выстрелу в ответ и прощупывая противника. Один из снарядов попал в бочку с горючим — маслянистая лужа растеклась по полу, грозя превратиться в ловушку. Она попробовала стрелять по коленям и локтям, но пули отскакивали от бронированных аугментаций. В голову Баррету Дженсен не целилась — неразумно. Он был нужен ей живым. Новая очередь загнала ее за колонну, вынуждая остановиться. К ногам подкатилась граната, и Дженсен в сердцах пнула ее обратно. Потенциальное укрытие на другой стороне склада развалилось в щепки. — Выходи и дерись нормально! — рявкнул Баррет. Она тихо заскользила между стеллажами, стараясь не задеть хрупкие ящики с бирюзовыми логотипами FEMA. Каждый звук — щелчок затвора, скрип ботинка — казался слишком громким. Баррет не спешил: громкий смех и уверенный топот не давали Дженсен остановиться ни на секунду — он явно наслаждался охотой. — Все равно не спрячешься! — гремел он, приближаясь к ее позиции. Дженсен и не собиралась прятаться. Высадив ему в бронежилет остатки патронов, она отбросила винтовку. Оружие со звоном ударилось о пол, и Баррет фыркнул: — Кончилось, да? Он резко обернулся в ее сторону, и Дженсен воспользовалась моментом, выскочив из-за укрытия и рванув к нему. Баррет, не ожидавший такой дерзости, открыл огонь. Пули прошили воздух в сантиметрах от плеча, но Дженсен уже влетела в слепую зону — слишком близко для пулемета. Взрывы позади и пули рядом заставили ее сосредоточиться, и она на полном ходу врезалась в него плечом, сбивая с ног. Они покатились по полу, и ей удалось сорвать с его разгрузки гранату. Быстро вскочив на ноги, Дженсен показала лежащему Баррету язык и скрылась с добычей за стеллажами. Матерясь в голос, он довольно резво поднялся для своих габаритов и с удвоенной силой кинулся на поиски. Первую часть плана Дженсен выполнила без ошибок. Вторая была сильно проще, но не оставляла шанса на провал: Дженсен хотела пустить ему под ноги две гранаты — сначала ЭМИ, чтобы он замер хотя бы на секунду, следом — осколочную, не слишком далеко, но и не слишком близко. По ее расчетам, его хорошо посечет, но жив останется, и даже сможет что-нибудь рассказать. Дженсен кинула Баррету в спину подобранный с пола огнетушитель, вынуждая развернуться, и сразу следом — ЭМИ. Синяя молния щелкнула, осветив склад, и разрядом чуть не зацепило ее саму. Осколочную Дженсен аккуратно отправила катиться по полу, и та подпрыгнула, как мячик. Аугментации Баррета наконец закоротило, и он рухнул на пол. Осколками по нему попало намного сильнее, чем рассчитывала Дженсен — под ним растекалась лужа крови. Алый ручей пополз к ее ботинкам. — А теперь, — хрипло, но твердо заявила она, подойдя ближе и опустившись на колено, — давай поговорим. И не вздумай у меня помереть. Мне нужны ответы на несколько вопросов. Почему FEMA натравила вас на Шариф Индастриз? Баррет, тяжело дыша, едва смог повернуть голову в ее сторону. — FEMA? — он закашлялся, и кровь выступила на губах. — Ты думаешь, FEMA есть дело до секретов какой-то дрянной биотех-корпорации? У вас есть враги посерьезнее. — Да? Например, кто? Кто? Для улучшения памяти Дженсен разок приложила его головой об пол. Звон бронированного черепа о бетон отозвался эхом, а Баррет, кажется, даже не заметил. — Отправляйся в Шанхай, — почти выплюнул он. — В «Сады Хэнша». В пентхаусе скажи... скажи... Он глубоко вдохнул, и его глаза внезапно метнулись в сторону, будто ища спасения. — Скажи им, что Баррет отправил тебя в ад! Баррет резко развернулся, схватив ее за горло и прижимая к себе гранату с выдернутой чекой — старый, до боли знакомый трюк. Дженсен выбросила клинок из паза, целясь в шею. Лезвие скользнуло по броне, высекая искры, но нашло щель. Рука, схватившая ее, ослабла, и Дженсен удалось вырваться, одновременно переворачивая тяжелое тело на гранату. На нормальный прыжок в сторону времени уже не хватило: ее откинуло взрывной волной, бронежилет растрепало осколками, уши заложило, а в глазах поплыли красные круги. Оглушенная Дженсен надсадно кашляла, пыталась проморгаться, и голос Малик в инфолинке слышала как сквозь вату: — Дженсен! Что там такое творится? Солдаты ломанулись оттуда с невероятной скоростью! Дженсен наконец отдышалась и смогла ответить более-менее внятно: — Они тебя не заметили? — Нет, — отозвалась Фарида. — Я не включала огни, на тот случай, если вдруг станет горячо. Ты в порядке? — В полном. Перед уходом Дженсен еще раз осмотрела склад, но ничего интересного уже не нашла. Помещение после их стычки выглядело как бойня — все перевернуто, раскрошено, сам Баррет, лежащий в центре зала, превратился почти в гору фарша, смешанного с металлоломом. Дженсен вызвала лифт, куда скрылись оставшиеся двое, и он вывез ее обратно на ту же площадку, куда ее пару часов назад высадила Малик. Она подошла к «пчелке» и побарабанила по двери, оставив кровавые отпечатки на металле. Фарида высунулась из кабины, оценила внешний вид подруги, преподнесенный как «я в полном порядке», и присвистнула: — Господи, Дженсен, что там с тобой случилось? Дженсен попыталась улыбнуться потрескавшимися от сухости губами. — Ничего особенного, типичные будни в Шариф Индастриз, — отмахнулась она. — Малик, я же просила тебя уносить отсюда ноги. — Ну... — Фарида замялась и накрутила на палец прядь волос. — Я решила, что неправильно улетать далеко, пока ты там развлекаешься. Дженсен со вздохом забралась в салон. — Хорошо, — проворчала она. — Но будь, пожалуйста, поосторожнее. Кстати, где у тебя тряпка? Она ткнула пальцем в пятно крови, которое только что оставила на сиденье. — И напомни, пожалуйста, нашу очередность, кто в этот раз моет в твоей птичке пол? Фарида бросила ей свернутую ткань, и Дженсен, прислонившись к стене, закрыла глаза. Если она правильно поняла, следующая остановка: Шанхай, «Сады Хэнша», пентхаус. Малик завела двигатели, и вертушка рванула в небо, увозя отсюда их обеих. Дженсен почти не помнила, как прошел полет, и очнулась только в момент посадки. Уже у самого выхода из ангара ей позвонил нервно-заполошный Притчард. — Дженсен! Мне нужно срочно с тобой поговорить. Встретимся в твоем офисе. Она прошла мимо техника, пьющего чай в кафетерии, и вышла в основной коридор, сворачивая в сторону уборной. — Я бы с радостью, но мне нужно доложить Шарифу, — сухо ответила она. — Можешь так и поступить, — парировал он. — А можешь сначала выслушать меня и посмотреть, не изменит ли это что-нибудь. Конец связи. Дженсен едва слышно выругалась. Парни из охраны сделали вид, что не заметили свою встрепанную начальницу и продолжили обсуждать сплетни. Один из них, Корвиц, жестикулировал так активно, что чуть не разлил кофе. — Слыхал, Таггарт снова в здании? Говорят, готовит новый законопроект... — Да ну? Опять про аугментации? Дженсен покосилась на сплетников и все трое притихли. Она успела услышать главное: их почтил своим визитом сам Билл Таггарт, основатель «Фронта человечества». Понадеявшись, что она все же не пересечется с ним где-нибудь в пентхаусе, Дженсен сначала попыталась смыть с себя чужую кровь и бетонную крошку, и только потом поднялась к себе в кабинет. Притчард торчал там и читал названия книг на полках, оторвавшись от этого увлекательного занятия, как только она вошла. Он поставил на место «Кибернетическую эволюцию» — единственную книгу без слоя пыли. — Чего надо? — буркнула Дженсен, не оставляя попыток вытряхнуть бетонную пыль из волос. Притчард ненадолго замялся и шагнул к ней. — Неприятно это признавать, но мне нужна твоя помощь, — сообщил он, начав мерить шагами ее кабинет. — Тот сигнал, который ты отрубила на территории Трущоб, был активен почти целый год. Дженсен сделала вид, что его проблемы ее ни капли не интересуют. — Хочешь сказать, что кто-то извне имел доступ к сети компании еще до первого нападения? Притчард уже начинал откровенно нервничать. Она не стала упрекать его в некомпетентности, хотя и очень хотела. — Мне и раньше удавалось засекать вторжения и быстро разбираться с ними, но тот, кто разработал этот алгоритм, чертовски одарен. Дженсен отступила на два шага назад и вытряхнула из паза клинок, осматривая режущую кромку на свету: лезвие при последнем ударе ушло в бетон, но ни сколов, ни зазубрин на нем не осталось. — Шариф уже в курсе? — поинтересовалась она. — Видишь ли, какая тут штука, — начал объяснять Притчард. — Вторжения были возможны из-за резервной схемы доступа в сеть, о существовании которой я не знал вообще. Я здесь семь лет проработал, Дженсен, и ее я вижу в первый раз. Ее создал Дэвид Шариф специально для того, чтобы обойти файрвол. Он что-то скрывает, и мне кажется, пора выяснить, что именно. Дженсен изучала его встревоженные голубые глаза и искала подвох: подвоха не было, разве что легкая дрожь — будто он боялся, что она назовет его параноиком. То, что он только что сказал, звучало очень и очень серьезно. — Почему сам не спросишь? Притчард не удержался от привычной шпильки в ее сторону. — Потому что, насколько я могу судить, Шариф создал эту дыру, начал гонять через нее огромные объемы данных вскоре после того, как твой бывший друг предложил нанять тебя. Дженсен глубоко вдохнула, кое-как уговорив себя не вышвырнуть киберспеца из своего кабинета еще раз. — Ты предлагаешь мне уболтать дьявола? — сухо уточнила она. — Хорошо, скоро вернусь. Он кивнул, но не двинулся с места, словно ждал, что она передумает. Дженсен оставила его у себя в кабинете, вышла в коридор и вызвала лифт на верхние этажи: если Притчард дергается настолько сильно, что поступился гордостью и сам пришел просить о помощи — здесь определенно что-то не так. В этой перепалке она совсем забыла про Таггарта. С трудом отбрехавшись от елейных речей скользкого политика, Дженсен проскочила в кабинет к боссу, закрыв за собой дверь поплотнее. Шариф сразу же поднялся ей навстречу. — Я все знаю, Ада, — сказал он. — Завтра мы подготовим для тебя корпоративный биометрический паспорт. Отправишься в Хэнша. Дженсен непонимающе уставилась на него. — Босс, вы уверены? На моих глазах с базы выводили десятки людей, напавших на нас. Одного из них я оставила мертвым на подземном складе. Шариф кивнул. — Фрэнк мониторил твою операцию. Утром мы с вами это обсудим. — Ладно, утром, так утром, — согласилась она. — Босс, еще один вопрос. Перед тем, как нанять меня, вы создали личный канал доступа в обход сетевой защиты? — Чего? Шариф чуть не подавился, расплескав кофе. Дженсен уловила слабину и пошла в атаку. — Притчард говорит, что кто-то использовал его для входа в систему до первой атаки, — продолжила она. — И все наши меры безопасности были ни к чему, мы даже не знали о лазейке. — Вот как... — задумчиво протянул Шариф, и ей не понравился его тон. — Понятно. Но ведь Фрэнк уже все исправил? Она кивнула. — Сейчас да. Но он не понимает, почему вы раньше об этом не говорили, — заметив, что босс сейчас начнет спорить и обвинять ее саму, Дженсен на лету сменила тактику. — Поверьте, я так же, как и вы, хочу поймать этих парней. Эта брешь — причина всех наших проблем с безопасностью, включая сегодняшнюю. Шариф задумчиво пропутешествовал в другой конец кабинета излюбленным маршрутом — наискосок до полок, вдоль окна и обратно. В этот раз жалюзи он закрыл. — Ты права, — ответил он. — Не думай, что я хочу отвертеться. Честно говоря, у меня просто куча других дел. Я пытаюсь спасти будущее всего человечества. Дженсен шагнула чуть ближе, пытаясь еще раз обратить его внимание на себя. — А я пытаюсь спасти компанию, — парировала она. — Босс, я не понимаю, почему вы ничего не хотите объяснять. Когда вы наняли меня, я обещала делать все, что в моих силах, но я не могу защищать вас со связанными руками. Шариф молчал, и это начинало злить. Дженсен использовала свой последний козырь, зная, что это некрасиво, грубо, возможно, нечестно, но и поведение босса оставляло желать лучшего, а причин не верить Притчарду она не видела. — Если так будет продолжаться, то мне просто нечего здесь делать, — подчеркнула Дженсен. — Я уйду. Шариф тут же занервничал. — Ада, Ада, погоди! — он попытался ее успокоить. — Ты не можешь нас бросить! Ты нужна нам! Больше, чем когда либо! Ладно, слушай... Он вернулся к столу и сел в кресло, словно соглашаясь ответить на все последующие вопросы. — На самом деле этот канал был предназначен для частного сыщика. Того, кто собирает и проверяет факты о человеке и его прошлом, о будущих работниках... вроде тебя, — Шариф поднял руки, предвосхищая ее немой вопрос. — Я не хочу, чтобы это испортило наши отношения. Я отправлю тебе файлы, ты сама увидишь, что он раскопал. Но я бы на твоем месте хорошенько подумал. Дженсен нахмурилась. — Почему? — Иногда прошлому лучше оставаться прошлым, — вздохнул он. — Когда ты увидишь эти данные... Сделанного не воротишь. Этот разговор с боссом дался Дженсен сложнее, чем переговоры одновременно с пятью террористами, держащими заложников на мушке: от этой короткой беседы она устала намного сильнее, чем час назад, когда уворачивалась от пулеметных очередей. Пока Дженсен спускалась обратно на свой этаж, она пыталась вспомнить самые нелицеприятные факты своей биографии и не находила ничего особенного. Самыми некрасивыми, но уже известными Шарифу, да и, пожалуй, всему Детройту, на текущий момент были только Мексикантаун и заварушка в Санта-Монике. Притчард из ее кабинета куда-то смылся. Дженсен села за стол, вывела монитор из спящего режима и открыла почту. Первое прочитанное письмо ее ни капли не удивило: психологический рапорт из участка, которому то верят, то нет — понятный и логичный для нее самой документ. Второе и третье письма оставили Дженсен в глубочайшей растерянности. Она уставилась в экран, пытаясь осознать прочитанное, и автоматически обругала себя за то, что так сильно реагирует. Трижды перечитав текст, словно надеясь увидеть в нем что-то иное, Дженсен опустила голову и попыталась собрать мысли в кучу: Шариф ее предупреждал, честно предупреждал, что некоторую информацию лучше не знать. Она приемная. И своих родителей об этом она уже не спросит, как бы ни хотела... Не до конца понимая, куда именно и зачем идет, Дженсен выскочила из кабинета и чуть не сбила с ног Притчарда, топтавшегося у порога. Он резко отпрянул, будто испугался ее вида, и вытянул руку поперек ее траектории, словно поставил барьер. — Дженсен! — окликнул он. — Ты уже выяснила, почему Шариф выставил нас идиотами? Дженсен зацепилась взглядом за его худые бледные пальцы. На запястье — два тонких параллельных шрама, почт незаметные, если не приглядываться: такие обычно остаются от наручников, если достаточно сильно и неудачно в них дергаться. От вида этих еле различимых белых полосок внезапно стало легче. Дженсен подняла голову. — Потому что мы с тобой и есть два идиота, — отрезала она. — О, это сразу меня успокоило, — огрызнулся Притчард. — Знаешь, пока ты там бегаешь за зацепками, которые тебе подкидывает Шариф, я сделаю то, что давно было пора сделать: прослежу, откуда идет сигнал. Хакер развернулся, чтобы уйти, но замер, будто ждал ее реакции. Дженсен хотела сказать ему про письма, но язык не повернулся — он не станет ее слушать. Она сомневалась, стоит ли говорить ему об этом, давать очередную возможность издеваться над ней, серьезное оружие против себя самой же... Дженсен подавила желание придержать его за руку. Притчард уже уткнулся в планшет — ушел обратно в свой в цифровой океан, где все было проще: коды, алгоритмы, четкие ответы. — Для тебя это вопрос чести, я смотрю, — сухо заметила она, оставив свои мысли при себе. — В общем... загляни ко мне, если что-нибудь найдешь. — Ты хотела сказать «когда». — А вот и нет.