16. Мишень

Утренние новости в кабинете Шарифа не радовали. За окном хмурилось небо, тяжелые тучи нависали над Детройтом, будто отражая настроение в комнате. Кассан вещала о событиях на фабрике в Милуоки, делая упор на том, что положение компании крайне нестабильно, и контрольный пакет акций может выкупить чуть ли не первый встречный. Хмурый Шариф крутил в руке теннисный мяч, Дженсен мерила кабинет шагами, Притчард наблюдал за ними обоими. — Официально я отказался от комментариев, но мисс Кассан права — кто-то объявил нам войну, — устало пробурчал Шариф. Дженсен остановилась у окна. За стеклом внизу сновали журналисты, протягивая микрофоны к каждому, кто выходил из здания. — Я бы поставила на Тай-Юн, если бы передача шла не со склада федерального агентства по чрезвычайным ситуациям, — ответила она. — Им бы не хватило духу организовать лагерь прямо в центре Детройта. — Ага, а потом наша фурия вломилась туда и убила единственную зацепку, — язвительно заметил Притчард и снова уткнулся в ноутбук, отчаянно изображая занятость. — Я пытаюсь отследить его биографию... Дженсен хмуро покосилась на него: уверенный в собственных правоте и неприкосновенности Притчард даже бровью не повел. — Проехали, — резко перебила она. — Что с FEMA? Шариф покачал головой так, словно стряхивал с себя всю ту чушь, которую наплели ему важные люди в очень важных ночных разговорах. — FEMA здесь ни при чем, Ада, — отрезал он. — Ты летишь в Китай. Поверь мне, дело намного серьезнее, чем политическая коррупция, возможно, кто-то манипулирует ими. Я прикажу Фариде приготовить вертолет. Шариф бросил мяч на стол. Он покатился по столешнице и упал на пол. На экране за спиной босса начался прямой репортаж с выступления Таггарта на главной городской площади. Камеры журналистов показывали крупные кадры трибуны, с которой вещал политик. Подогреваемая его речью приличных размеров толпа скандировала лозунги за естественную эволюцию и полный отказ от модификаций. Дженсен нахмурилась, отмечая для себя, что надо сказать службе охраны, чтобы готовили штаб к возможной осаде: после теракта у Шариф Индастриз крайне шаткое положение, и если науськанные Таггартом люди пойдут искать виноватого во всех их бедах... Внезапно камера дернулась — в центре толпы что-то рвануло, и кадры выхватили воронку из окровавленных изувеченных тел. Дженсен попыталась уловить на экране признаки взрыва, но не увидела характерных вспышек и пламени: поражающие элементы легли ровной спиралью, врезаясь в незащищенные тела. Там взорвалось что-то иное, похожее на... Крики смешались с хрипами. Кадр переключился на заляпанного кровью репортера, который скороговоркой выпаливал описание событий в эпицентре до тех пор, пока металлическая рука не свернула ему шею в прямом эфире. Ауг подошел к камере и кровью нарисовал на линзе мишень. Дженсен узнала этот знак. — Ах ты ж сука... — еле слышно просвистела она. — Это случайно не наш «Тайфун»? Не дожидаясь ответа, Дженсен рванула к выходу. Охранник у лифта попятился, увидев ее ледяной взгляд. Она быстро прошла мимо, не реагируя на его испуг. Дверь лифта открылась, и Дженсен нажала на кнопку, сосредоточившись на маленьком экране с новостями в кабине. Картинка сменилась, показывая зловещие кадры разрушенной площади и разъяренных людей. Почти все служебные автомобили с парковки уже разобрали. Дженсен взяла первый попавшийся, захлопывая дверь уже на полном ходу. Машина рванула с места, шины взвизгнули, когда она вылетела с паркинга, едва дождавшись полного открытия шлагбаума. Прямую дорогу в центр перегородили пробки и полицейские блокпосты. Дженсен резко свернула в переулок, проехала мимо граффити с лозунгами «Человечество прежде всего!» и на повороте обратно на главную улицу едва не сбила велосипедиста — тот выругался, но она уже мчалась дальше. — Черт! — Дженсен провела рукой по экрану навигатора, прокладывая маршрут к месту событий. — Надо успеть! На площади царил ад. Пахло кровью и паленой плотью. Парамедики в синих куртках тащили носилки, полицейские орали в рации, а репортеры с камерами лезли через ленты как стервятники. Дженсен перепрыгнула через ограждение, на ходу сунув документы в лицо офицеру. Тот хотел возразить, но не успел. Эпицентр напоминал бойню: около сотни жертв, лужи крови, глухие стоны, дым и хаос. Парамедики искали выживших в жерле огромной мясорубки, от которой не осталось ни воронки, ни следов прямого взрыва. Радиус разлета шрапнели составлял как минимум десять метров. — Дженсен? — голос за спиной заставил ее вздрогнуть. Она обернулась, ища того, кто ее окликнул, и нашла — Дреджер. Он вальяжно подошел к ней в безупречно сидящем костюме, но на левой щеке краснел свежий шрам. — Я слышал, тебе вышибли мозги, — поприветствовал ее он. — Хотя как можно выбить то, чего нет? Дженсен медленно поднялась, сдерживая желание схватить его за воротник. — Разочарую, но тебе наврали, Дреджер, — фыркнула она, смерив его презрительным взглядом. — Теперь федерал, да? Ее бывший начальник развел руками. — Так уж устроен мир, — невозмутимо ответил он. — Кто-то поднимается, кто-то опускается. Снова гора трупов в твою смену? — Тебя это касается? Дреджер вспылил. — Касается, черт возьми, — огрызнулся он. — Я возглавляю расследование. Твой босс ведет много секретных проектов для военных. Разработка оружия и тому подобное. Может, он совсем отчаялся бороться за свою компанию и решил воспользоваться своими разработками, чтобы избавиться от некоторых проблем? Дженсен фальшиво улыбнулась. — Тебе пора сменить дилеров, Дреджер. Ты опять гоняешься не за теми людьми. Похоже, некоторые вещи в этом мире не меняются. — Не советую снова переходить мне дорогу, Дженсен, — парировал он. — Можешь болтать сколько угодно, но поверь мне, у нас есть все ресурсы, чтобы вывести вашу контору на чистую воду. Она только отмахнулась, посоветовав ему засунуть свои советы себе куда-нибудь поглубже. Дженсен не доверяла ему ни тогда, ни сейчас: скользкий, насквозь продажный тип, увлеченный только собственной карьерой, и более ничем. Такую шваль вообще не должны брать в силовые структуры. Осмотр места происшествия ничего не дал: тот, кто активировал взрывное устройство, уже давно скрылся отсюда. В сети опубликовали первый список пострадавших — только тех, кто в этот момент был в толпе. Сам Таггарт отделался легким испугом. Возможно, целью был именно он, но что-то пошло наперекосяк. Пока Дженсен ездила в центр, в штабе полным ходом шла работа. Притчард отследил какой-то сигнал, но не был в нем уверен. Пока он копался и перепроверял данные по нескольку раз, сухо посоветовав Дженсен не мешать ему работать, она прицепилась к Шарифу, по ниточке вытягивая из босса информацию об украденных у них полгода назад разработках. — Использованное для взрыва усиление однозначно основано на нашей системе «Тайфун», — наконец признался он после двадцати минут уговоров. — Для разработки новой модели по частичным схемам нужны ресурсы, которыми может обладать только крупная биотехнологическая компания. Шариф старался сохранять спокойствие, но было заметно, как у него начинает дергаться левый глаз. — Кто бы ни нацелился на Шариф Индастриз, они попытаются свалить вину за резню на нас, — устало добавил он. Дженсен ходила из угла в угол, пытаясь собрать какое-то подобие картинки у себя в голове. — Как раз после визита к нам лидера «Фронта человечества», — соображала она. — Логично. Он нам якобы не понравился, и мы решили попробовать на нем свою новую игрушку. А что, если... Настойчивый звонок от Притчарда сбил ее с мысли. Дженсен почти огрызнулась в ответ: — Что не так? Хакер даже в этой ситуации оставался абсолютно невозмутимым, словно проблемы, свалившиеся на них лавиной, ничуть его не касались. — Пока у нас нет зацепок по текущей ситуации, я раскопал старые данные о первой атаке и нашел место, откуда шел сигнал, — сообщил он. — Я скину тебе координаты. Координаты Притчарда отвели Дженсен к люксовому отелю на западном берегу. Небоскреб, облицованный зеркальным стеклом, отражал свинцовые тучи, словно гигантский монолит из будущего. Дженсен с недоверием посмотрела на вывеску и пересчитала этажи, уходящие высоко в небо. — Ты уверен, что это тут? — спросила она. — Не похоже на логово хакера. Притчард, уверенный в собственной правоте, лишь фыркнул в ответ: — Сигнал активен, — сказал он. — Я наконец-то взломал шифр, кодировавший поток данных, украденных полгода назад. Фоном слышался привычный перестук по клавишам. — Пришлось попрыгать по обманным точкам по всему миру, но, в конце концов, все сошлось на этом месте, — продолжил он. — Кстати, сигнатуры совпадают с теми данными, которые ты стащила еще до... Дженсен оборвала его на полуслове, не желая больше слышать его самодовольство. — Ладно. Лобби отеля встретило ее холодным блеском мрамора и запахом дорогого парфюма. Лифт с золотыми панелями беззвучно поднял Дженсен на один из верхних этажей. Нужный ей номер находился в люксовом крыле почти под самой крышей. Механический замок поддался со второго раза. Координации пальцев для тонкой работы еще не хватало, но отмычки Дженсен в этот раз не уронила, и сочла это маленьким личным достижением. Внутри номера было сумрачно и тихо: шторы задернуты, лишь узкая полоса уличного света падала на ковер, усеянный пылью. На столе стоял ноутбук с мерцающим экраном. Дженсен прошлась по комнатам, снимая пистолет с предохранителя, и вызвала Притчарда. — Здесь никого нет, — сказала она. — Оборудования тоже. Либо нас водят за нос, либо кто-то пытается вывести меня из игры. Она помолчала, медленно обходя комнату. Лазерные целеуказатели вспыхнули у нее за спиной, цепляясь красными точками за ее бронежилет. — Что-нибудь вокруг есть? — спросил Притчард. — Один жалкий ноутбук, — ответила она. — И в меня целятся. Трое. У одного дрожат руки. Сколько времени тебе еще нужно? Если Притчард пытался не подать виду, что занервничал, то у него это не получилось. — Полминуты, — быстро ответил он. — Ты точно успеешь уйти? — Если не успею — найдете нового агента, — парировала Дженсен. — Ты как раз был против моей кандидатуры. Целых полминуты она изображала глубочайшую незаинтересованность в происходящем, игнорировала помигивающие целеуказатели и расхаживала по комнате, стараясь держаться как можно ближе к выходу. Радар засек еще троих снаружи, которые поспешно поднимались на ее этаж по служебной лестнице. — Притчард? — позвала Дженсен. — Уходи. Почти сразу же раздались выстрелы. Дженсен покатилась по полу, вслепую отправив в ответ парочку презентов. Повторный немного поредевший залп дал знать, что как минимум один подарок на той стороне приняли. Ей упорно не давали подобраться к окну, пресекая любое поползновение в ту сторону и вынуждая уходить через пожарную лестницу наверх. Нападавшие вели себя так, будто целенаправленно гнали Дженсен на крышу. Наверху ее встретил шквал ветра. Приближалась гроза, и первые капли дождя били по металлическим балкам. Что-то тяжелое врезалось ей в спину, сбивая с ног. Дженсен откатилась, едва избежав удара клинка — лезвие сверкнуло в сантиметре от лица. — Похоже, за последние годы ты пропустила парочку пощечин, пташка, — самодовольно заговорил нападавший. — Ты сильно изменилась. Хотя мне еще хватит того, что осталось, чтобы поразвлечься. Клинок со свистом рассек воздух еще раз, но Дженсен успела первой. Выстрел разбил чужой шлем, заставив противника отступить на пару шагов. — Стреляй насмерть, — рассмеялся он. — Все, как я люблю. Вот только некоторых убить сложнее, чем других. Человек шагнул вперед, и Дженсен разглядела его лицо: морщины стали глубже, губы искривлены в вечной усмешке — тот же Квинси, но... разобранный и собранный заново, как старый робот. — Я так и думала, — ответила она. — Столько жертв, Квинси. Зачем? Он недобро усмехнулся и развел руками. — Естественный отбор. Эволюция. Будущее, — медленно перечислил Квинси. — Жаль, тебе в нем места не найдется. Дженсен слишком поздно сообразила, что именно он собирается сделать. Понимая, что уже не успеет уйти на безопасную дистанцию от радиуса взрыва, она пригнулась, закрывая голову руками. Шрапнель прошлась по имплантам и бронежилету — все выдержало, но подняться на ноги до следующей атаки Дженсен уже не успевала. Система проинформировала ее о незначительных повреждениях, левая рука онемела — нейросвязи дали сбой. — Неплохо они тебя подлатали, а? — рассмеялся Квинси, выходя из клуба дыма. — Такой взрыв должен был порвать тебя на кусочки. Посмотрим, как ты выдержишь стрельбу в упор. Он направил ствол ей в грудь. Дженсен попыталась отползти в сторону. — Смотря куда, — огрызнулась она. — Как раз об этом и думала, козел. Усиленный громкоговорителем голос Фариды ворвался в их беседу с умопомрачительным эффектом. Еще больше динамики во встречу старых знакомых привнесла очередь из носовых орудий СВВП, за секунды превратившая парапет в крошево. Квинси пустился наутек, оценив численный перевес, добежал до края крыши и спрыгнул вниз. Дженсен рванула следом, держась на приличном расстоянии от вспарывающей бетон крупнокалиберной очереди. Разбитое стекло в здании напротив несколькими этажами ниже примерно указывало на путь его побега. — Ты вовремя, вертушка, — выдохнула Дженсен. Малик убрала носовые орудия и развернула машину в воздухе. — Погонимся за ним? — спросила она. Дженсен покачала головой, не видя сейчас в этом смысла: отсюда она не допрыгнет, а с воздуха они его уже не выследят. — Нет, Малик. Возвращаемся обратно. Очередная тупиковая ветвь расследования не дала им возможности сыграть на опережение. Вертолет приземлился на верхней площадке штаба, едва не задев стеклянный шпиль: Фарида высадила Дженсен у самого пентхауса. Дженсен как раз успела на разбор полетов. По прищуренным глазам и нервно дергающимся пальцам начальника кибербезопасности было хорошо заметно, что от потока грязной ругани его удерживает только присутствие босса. — Я был уверен, что сигнал — не пустышка, — ворчал Притчард. — Этот хакер начинает серьезно раздражать. — Мы не зря туда заглянули, — парировала Дженсен, наливая себе воды. — По крайней мере, я теперь в курсе, кто устроил теракт. Шариф и Притчард насторожились. — Ты его знаешь? — почти одновременно спросили они. Дженсен прикрыла глаза, вспоминая прошлое: тренировочный зал, их совместные выезды, почти отеческие наставления и дружеские ссоры по пустякам... Она не хотела об этом рассказывать, но ее бывший наставник, которого она уже один раз убила, восстал из мертвых, слетел с катушек, и эта история зашла слишком далеко. — Квинси Дюрант, — сухо ответила она. — Командир моего второго отряда. И наставник, бывший. Он рехнулся после того, как получил серьезную травму и согласился на установку аугментаций. В итоге мне пришлось его убить. Притчард прокашлялся: — Убить? Но он... — Он вернулся, — оборвала его Дженсен. — И теперь у него новый кукловод. Она посмотрела на Шарифа. — Кто-то вложил в него деньги и технологии. Кто-то, кому мы мешаем. Шариф не ответил, о чем-то напряженно раздумывая, а уже на следующее утро сложившаяся ситуация стремительно начала напоминать открытую войну с поправкой на то, что на другой стороне был не стратег, а псих. — Дженсен! — вызвал ее Притчард. — Код красный, ты нужна сейчас же. Она открыла сводки, читая о новых жертвах: первым был убит Аркадий Вронский, разработчик искусственного интеллекта — обезглавлен на скоростном шоссе Ван Дайк, когда ушел в отрыв от своих телохранителей. Вторым был Майкл Гриффин, директор нанообработки: убит на глазах семьи осколочной миной, заложенной в его машину. Третья — Анна Перез, аналитик киберсистем, застрелена одним выстрелом с расстояния в полтора километра. Ситуация набирала катастрофические обороты. — Это уже не шпионаж. Это манифест, — пробормотала Дженсен. Место убийства Анны Перез кишело каким-то абсолютно сумасшедшим количеством федералов. Дженсен едва смогла просочиться сквозь эту толпу, предъявляя документы направо и налево. Когда она добралась до места, тело Анны уже успели упаковать. Дреджер отлепился от своей группы и вальяжно подошел к Дженсен, пока та крутила головой, вычисляя точку, с которой теоретически могли сделать этот выстрел — снайпер явно был профессионалом. — Нанять тебя для чьей-то защиты, Дженсен, это как подписать ему смертный приговор, — Дреджер поправил галстук с брошью в виде орла. — Я разговаривал с твои боссом. Интересную историю он рассказал... Он поморщился так, будто считал их всех умалишенными, по какой-то непонятной случайности сбежавшими из психушки, где им самое место. — Ты думаешь, я правда поверю, что Квинси Дюрант восстал из мертвых и ведет какую-то личную войну? — язвительно спросил он. Дженсен проигнорировала его, продолжая осматриваться. — Плевать я хотела на то, веришь ты или нет, — огрызнулась она. — Теперь он взялся за ученых нашей компании, трое уже мертвы. Так что либо делай свою работу, либо вали к черту и не мешай. Она отошла в сторону, вызывая оперативный канал. — Малик, вы уже всех забрали? — Всех, кроме одной, — ответила Фарида. — Она не числится в штате, но участвовала в установке твоих имплантов. Мне кажется, она тоже может быть под угрозой. Малик говорила о докторе Маркович, лучшем хирурге на всем побережье: вечно холодные руки врача, так странно контрастировавшие с теплыми словами, которыми та успокаивала свою пациентку, когда Дженсен в очередной раз была готова разнести палату из-за того, что не может нормально поднять со стола карандаш. В том, что Квинси следующей целью наметит именно Маркович, Дженсен не сомневалась: ему наверняка потребуется починка, или, что еще хуже, апгрейд. Он станет ограничивать себя в способах добыть желаемое. Дженсен пробилась обратно через толпу федералов к платной стоянке, села в машину и завела мотор. Автомобиль рванул с места, сбивая мусорный бак. Дженсен круто развернулась, игнорируя ругань в ее сторону на обочинах, и полным ходом понеслась обратно в центр по объездным дорогам. Неоновые вывески мелькали за окном как штрихи кровавой акварели. Дженсен срезала путь через переулки, привычно объезжая пробки. Навигатор мигал красным — клиника Маркович была в уже пяти минутах езды. Штрафы за превышение скорости и повороты в запрещенных местах летели пачками. По дороге Дженсен несколько раз попыталась дозвониться до Веры, но в ответ каждый раз получала только сигнал «занято». Бросив машину на обочине, она кинулась в здание клиники через черный ход напрямую в кабинет Маркович. — Притчард, проверь камеры у черного входа, — попросила она, пробегая мимо служебной парковки. Притчард не ответил — связь глушили. Она опоздала буквально на минуту. В клинике Дженсен нашла трупы обоих отправленных отправленных за хирургом охранников и троих врачей, работавших под началом Маркович: первое тело у лифта обезглавили чисто, словно хирургическим лазером, второму свернули шею, третьего выбросили из окна на другую сторону парковки. Дженсен вернулась к машине, понимая, что ее бывший наставник не остановится, и он до сих пор на шаг впереди. Незаглушенный мотор служебного автомобиля периодически чихал, сигнализируя о том, что даже транспорт устал от этой бессмысленной гонки. — Притчард, я не успела, — выдохнула она. — Куда дальше? — Они угнали карету скорой помощи, — прошипел Притчард, когда связь восстановилась. — Они бросили ее в Ист-Сайде и выключили камеры наблюдения, когда меняли машины. Дженсен пыталась отдышаться и взять себя в руки. — Ясно, — ответила она, хотя ясности новая информация не добавляла. — Как он вообще узнал, где их искать? У нас опять дыра? Она пнула стену, оставив вмятину, села в машину и выехала на шоссе. — Не у нас, — огрызнулся Притчард, недовольный тем, что Дженсен снова валит чужие проколы на него. — Я все перепроверил, взлома не было. Пока ты прохлаждалась на больничном, агенты Национальной Безопасности Детройта взяли на себя ответственность за защиту выживших ученых. Дженсен внимательно слушала, соображая, куда он ведет. — У них есть информация о принятых нами мерах, включая убежища, — продолжил Притчард. — Я взломал их сеть и обнаружил, что нашу, по идее, конфиденциальную информацию скачали с одного из терминалов в детройтском отделении неделю назад. Это был некий агент Дреджер. Дженсен молча развернула машину через двойную сплошную. Шины взвизгнули от такого жестокого обращения, оставляя черные полосы на асфальте. — Ты когда-нибудь научишься водить нормально? — осведомился Притчард. — Не в этой жизни, — буркнула она. Дженсен вдавила газ в пол — в очередной раз данные утекли не туда, куда следует, и это начинало раздражать. Вместе с раздражением приходило и осознание того, что с каждым провалом ставки повышаются. Вечерело. Агент Дреджер, этот хитрый лис, уже должен был вернуться домой. Дженсен помнила адрес бывшего начальника — его квартира располагалась в одном из недешевых зданий рядом с центром. Шесть лет назад в участке мало кого удивляло, что такие апартаменты дороговаты для простого копа. Она торопила медленно ползущий лифт, и, едва он выпустил ее на нужном этаже, добежала до двери. После третьего по счету настойчивого звонка Дженсен наконец услышала в квартире шаги. Дреджер дважды переменился в лице, когда понял, кто перед ним стоит. — Привет! Агент попытался захлопнуть перед ней дверь, но Дженсен перехватила его за руку и швырнула через всю комнату прямо в барную стойку. Стекло бокалов рассыпалось алмазным дождем. — Дюрант, — начала она без предисловий.— Где он? Я знаю, что ты слил ему информацию. Дреджер пытался подняться с пола, стряхивая с себя осколки. — Иди нахер, Дженсен! — выругался он. — И что ты сделаешь? Начнешь меня пытать? Ты же на это неспособна. — Вот и проверим, — ответила она, сгребая его за шиворот. Дженсен вытащила его на крышу здания, пару раз крепко приложив в бок, чтобы перепуганный агент перестал цепляться за перила служебной лестницы. Она была не в восторге от грядущей перспективы, но если он не хочет разговаривать по-хорошему, значит, придется выбивать из него признание по-плохому. С одного из самых высоких зданий вечно шумящего города открывалась великолепная панорама. Дженсен перебросила Дреджера через парапет, делая вид, что вот-вот отпустит, но выкидывать его с крыши не собиралась — даже если агент начнет трепыхаться и соскальзывать, она успеет вытащить его обратно. — У тебя одна попытка, — заявила она. — Я слушаю. Где Дюрант? Дреджер дергался, пытаясь ухватиться хоть за что-нибудь. Где-то далеко под ногами пролетали машины. — Где Дюрант? — повторила Дженсен, легонько покачав его из стороны в сторону, чтобы он лучше ощутил бездну под собой. Этого хватило. — Заброшенный автозавод «Делейни»! — завыл Дреджер. — Это его личная крепость. Все подходы заминированы и патрулируются. — А говорил, что не можешь, — устало вздохнула она. Дженсен вытащила трясущегося Дреджера и бросила на пол. — Когда мы еще работали вместе, это же ты нас с ним стравил? — Там были замешаны и другие... Он тяжело дышал и выкладывал все, что знал, глядя на нее с непередаваемым презрением: — Люди, как Дюрант, способные зайти дальше многих, бывают очень полезны, — почти выплюнул он. — После вашей перестрелки он еще был жив. Я подлатал его и перевез в секретное место, а потом подстроил все так, как будто он погиб. В Детройте это легко сделать, ты и сама знаешь. Дреджер закашлялся и попытался подняться. Дженсен не протянула ему руку. — После этого я курировал его на секретных операциях, но он начал становиться нестабильным. Он должен был только вести промышленный шпионаж против Шариф Индастриз, а не убивать все, что движется. Дженсен рывком подняла его на ноги, с трудом подавляя желание все-таки выбросить его с этой крыши. — Но разве не это делает его «полезным»? — язвительно спросила она. — А что насчет тебя? Кто курировал тебя? — Правители мира! — рявкнул он. — Власть над властями! Они раздавят тебя, как... Договорить Дреджер не успел. Что-то щелкнуло, и он с диким воем начал разлагаться прямо на глазах. Дженсен выпустила его, ошарашенно наблюдая за метаморфозой, но помочь ему не могла. Она что-то читала об импланте, впрыскивающем кислоту в кровеносную систему, когда сидела на больничном, но не была уверена, что сейчас сработал именно он. Рухнув на бетон, агент еще немного подергался в луже собственной крови и затих — еще одна смерть в списке. Кто бы ни отдавал ему команды, он явно хотел остаться в тени. — Блядь, — выдохнула Дженсен и набрала Притчарда. — Притчард. Автозавод «Делейни». Нужно все, что у тебя по нему есть. Коды, планы, абсолютно все. — У тебя есть очередная бесполезная зацепка? — осведомился он. — Похоже на то. До «Делейни» Дженсен добралась только к глубоким сумеркам, по дороге заглянув домой выудить из тайника что-нибудь полезное для грядущего ночного штурма. На площади перед заводом теснились бесконечные ряды машин, устаревших, проржавевших и скорбно стоящих здесь как памятник уходящему индустриальному прошлому Детройта и тем дням, когда в этом городе еще не начали делать машины из людей. Дождь превратил асфальт в черное зеркало, в котором отражались силуэты разбитых фонарей. Где-то вдалеке выла сирена, но звук тонул в шуме ливня. Дженсен прижалась к грузовику с облупившейся краской. Охранник курил, прикрывая сигарету ладонью. Она рванула вперед. Дождь стал идеальным прикрытием для ее атаки, и Дженсен почти не скрывалась, лавируя между рядами. Удар в висок — металлический лязг шлема о бетон, хруст кости. Тело охранника обмякло, пальцы разжались, и сигарета упала в лужу. — Боже, Дженсен... — протянул Притчард. — Тебя сегодня явно не интересует Нобелевская премия мира. Она только хмыкнула в ответ, пробираясь дальше между рядами старых машин. — Я взломал их систему безопасности, путь свободен. Тебя не заметят. Дженсен не стала искать обходную дорогу и направилась сразу к главному входу, уверенно втиснувшись в щель между дверями, которые хоть и выглядели невзрачными, но все еще исполняли свою функцию. Внутри завода царила полутьма, а обломки технологической колыбели, когда-то производившей автомобили, теперь заливало дождем через разбитые окна. Запах ржавчины и старого масла смешивался с кислотной ноткой разлагающейся пластмассы. Где-то в темноте капала вода. — Я еще не нашел их, — Притчард хаотично стучал по клавишам. — Вижу группу наемников неподалеку, похоже, у них перерыв. Есть вентиляция, по которой ты можешь... Дженсен быстро шла по коридорам, полностью полагаясь на радар, подсвечивающий группу людей, сидящих в помещении, когда-то бывшем местной столовой. — Нахрен. Она сняла с пояса ЭМИ-гранату, выдернула чеку, дала таймеру отсчитать две трети времени до хлопка и кинула подарок в кафетерий. Волной накрыло всех четверых, сидящих внутри — лампы дневного света взорвались, осыпая помещение осколками, а наемники забились в конвульсиях. Дженсен прошла мимо, на ходу подбирая одну из винтовок. На пределе дальности радара мигнули еще две метки. — Постарайся... — начал было Притчард. — Подожди. Засекла, — грубо оборвала она его. Дженсен замерла, прислушиваясь. Где-то выше, за перекрытиями, скрипнула металлическая лестница. Поднявшись по проржавевшим ступеням, она обнаружила у входа на смотровую площадку всего одного охранника. Тот что-то напевал себе под нос, и не успел отреагировать на ее атаку: захват за запястье, удар коленом в солнечное сплетение. Наемник захрипел, ударившись головой о косяк. Тело сползло на пол, оставляя кровавую полосу на стене. Дженсен вышла в пустой зал: открытое пространство с разбитыми окнами, сквозь которые лился тусклый свет уличных фонарей. В центре зала на стуле с облезлой обивкой сидела Маркович, привязанная к подлокотникам нейлоновыми стяжками. Врач — приманка, не более. Этот фарс начинал раздражать. Дженсен приценилась к расстоянию от Маркович до окон — слишком далеко для рывка, и прошла дальше, окликнув врача: — Вера, это я. Вы не ранены? Доктор не сразу узнала ее, но выдохнула с нескрываемым облегчением. — Он безумен, Ада, — торопливо заговорила она. — Он заставил меня оперировать его, улучшить его аугментации. Он как живое оружие... Маркович боязливо покосилась на тень за колонной. Дженсен заметила это движение, но не подала виду, разрезая путы на руках врача. — Он говорит, что идет война, грядет революция... — Может быть, он и прав. Слева щелкнуло, и Дженсен получила пулю в бок. Электрический импульс прошелся каскадом боли, нарушая координацию и работу главных систем. HUD замигал алыми предупреждениями: «Нарушение нейросвязи. Перезагрузка двигательных имплантов». Дженсен рухнула на колени. Все системы начали поэтапный рестарт после слабого электроразряда. Ловушка и сработала, и не сработала одновременно — Дженсен пришла сюда уже готовой к размену, и плохо понимала, зачем Квинси тратит время на бессмысленные безумные разговоры — он бы мог молча убить ее уже несколько раз. Она повернула голову на звук тяжелых шагов. — Ты просто не понимаешь, чем ты стала, не так ли, пташка? — рассмеялся он. — Ты больше не человек. Ты такая же как я. Дженсен попыталась встать, но системы загружались медленнее, чем она хотела. — Ты совсем рехнулся, Квинси, — спросила она, оттягивая время. — Что с тобой стало? Он рассмеялся еще раз, и безумные нотки в его хохоте в этот раз прозвучали намного заметнее. — Ты меня убила, — заявил он. — Но они отстроили меня, сделали сильным, как никогда. Они и тебя убили. Того человека, каким ты была, уже не существует. Дженсен кое-как поднялась на ноги, закрывая собой Маркович и понадеявшись, что успеет толкнуть врача за укрытие, когда станет жарко. Где-то впереди замелькали тени — пять силуэтов в броне с красной подсветкой на шлемах. Радар уже фиксировал все их движения: один противник смещался влево, двое замерли у колонн. — Кто они? На кого ты работаешь? — спросила Дженсен в надежде, что Квинси в порыве хвастовства выдаст ей хоть каплю информации. — Ни на кого. Уже ни на кого, — ответил он. — Спасибо этому доброму доктору. Квинси кивнул в сторону Маркович, сжавшейся у Дженсен за спиной. — Такие как она и Шариф считают, что расширяют границы эволюции, исследуя новый рубеж между человеком и машиной, — продолжил он. — Но дело тут не в эволюции. Они создали нас, но теперь они боятся того, что создали. Один из бойцов Квинси рванул вперед. Дженсен толкнула Маркович вниз, одновременно дав очередь в сторону движения. Пуля срикошетила от брони, осыпая искрами бетонный пол. — Ты видела страх в их глазах, их ненависть, — продолжал Квинси, явно наслаждаясь собой и еще не вступая в перестрелку. — Мы высшие создания. Мы делаем их устаревшими. Глядя на нас, они видят собственное вымирание. Если они не могут управлять нами, им придется нас уничтожить. Дженсен резко развернулась, прикрывая доктора. — Что. Ты. Блядь. Несешь? Так хочешь войны? — рявкнула она. Беспомощный заложник за спиной сильно осложнял выигрыш в схватке с раскладом «одна против пятерых». Дженсен отступила на шаг назад и нащупала на поясе две гранаты — остатки арсенала. Слишком мало. Она пошла ва-банк, бросив обе гранаты разом и утягивая Маркович на пол. Хлопнула ЭМИ, помещение заволокло дымом. Дженсен дала одну длинную горизонтальную очередь, и где-то в дыму застонал кто-то из нападавших. — Малик! — позвала Дженсен. — Малик, откуда ты сможешь нас забрать? Ответ Малик частично перебивался помехами — Да хоть с главной площади... Дженсен дала еще одну очередь, надеясь услышать во дворе знакомый шум двигателей ставшей почти родной вертушки. — Погоди, я не могу здесь приземлиться, — ответила Фарида. — Неопознанные истребители летят в твою сторону на бреющем полете. Уходи оттуда, немедленно! Дженсен мгновенно мобилизовалась. Подцепив с пола кусок металлолома, она с размаху кинула его в окно. Стекло рассыпалось на тысячи осколков, впуская внутрь ледяной ветер с дождем. Капли тут же превратили пол в скользкую ловушку. — Прыгаем! — крикнула Дженсен, но Маркович замерла, уставившись в бездну. Тридцать метров до земли. Дженсен без лишних слов обхватила доктора за талию, и та вздрогнула от прикосновения холодной кибернетической руки. Они спрыгнули на карниз. Ноги содрогнулись при приземлении, гидравлика в бедрах зашипела, принимая двойной вес. Следующий прыжок — на перекрытие. Дождь хлестал по лицу и превращал крышу в каток. Дженсен чуть не сорвалась, но вовремя вцепилась в трубу, почти раздавив ее в руке, и спрыгнула на парковку, сразу же подтолкнув Маркович в сторону машины. Доктор, несмотря на легкий шок, не отставала и не билась в истерике, запрыгнув на пассажирское виденье. Они успели отъехать от завода едва ли на полсотни метров, как мощный взрыв заглушил рев мотора. Дженсен вывернула руль и удержала машину на дороге. В зеркале заднего вида мелькнуло пламя, пожирающее остатки здания. Бледная Маркович сидела рядом, но, кажется, начала приходить в себя. Дженсен решила разрядить обстановку. — Вера, — спросила она, — сегодняшнее приключение как-нибудь повлияет на мой психологический профиль? Маркович медленно повернула голову, словно только сейчас осознав, что жива, и слабо улыбнулась. — Мисс Дженсен, я уже не знаю, то ли вы храбрейший человек из живущих, то ли самый безумный. Дженсен призадумалась, стирая с лица смесь дождевой воды и копоти. Где-то вдалеке завыли сирены пожарных машин, спешащих к месту взрыва. — Определенно второе, — хмыкнула Дженсен, резко сворачивая на пустынную трассу. Двигатель исправно ревел, пока они ехали до безопасной зоны. Дженсен позволила себе на секунду расслабиться, чувствуя, как адреналин медленно отступает, оставляя после себя знакомую пустоту.