26. Пустота

Криокапсула с шипением выключилась и приоткрылась с легким щелчком. Холодный пар вырвался наружу, оседая инеем на ресницах. Дженсен приподняла голову, прислушалась и устало откинулась обратно — в этот раз ее никто не попытался выдернуть из капсулы силком: возможно, план, который предложил Квинн, все-таки сработал. Тело ныло, будто ее переехал грузовик, а в горле стоял привкус крови — побочный эффект криосна. Дженсен откинула крышку камеры, с усилием села и свесила ноги, передернув плечами. От резкого пробуждения ее замутило. — Притчард... — хрипло позвала она. — Ты, случайно, не здесь? С той стороны отозвались мгновенно: встревоженно и очень устало. — Дженсен? — выдохнул хакер. — Боже мой, тебя несколько дней не было слышно. Черт, где ты? — Я думала, ты мне скажешь. Дженсен медленно обвела взглядом незнакомый пустой склад: пол усеян обрывками проводов, а в углу валялся робот-уборщик с вырванным аккумулятором. — Сейчас пропингую, — отозвался Притчард после недолгой паузы. — Ты... в Сингапуре. Она сморщилась, спуская ноги на пол. — Класс. — Что-то не так, — продолжил он. — Я тебя пингую, а через секунду твой сигнал пропадает, словно ты в черной дыре. Дженсен спрыгнула на пол и прошлась взад-вперед, проверяя подвижность: все на месте, дышать стало немного легче, зрение полностью восстановилось. Под ногами хрустели осколки стекла. — Это похоже на задницу? — усмехнулась она. Притчард чуть не подавился. — Дженсен, блядь... — буркнул он. — Я уже жалею о том, что ты вышла на связь. Это генератор помех. Если найдешь его и сможешь отключить, я смогу тебя нормально отследить. И держать на коротком поводке. — А вот с этого места поподробнее, пожалуйста... Он сбросил вызов. Дженсен хмыкнула. Ворота склада выходили в приличных размеров внутренний двор. У зоны разгрузки валялись обломки старой техники и остатки каких-то контейнеров. Чуть дальше виднелись строения, похожие на распределенный административно-научный центр и объединенные между собой сетью наружных переходов. Дженсен огляделась, прислушиваясь к звукам вокруг — где-то ходили патрули, тихо переговариваясь между собой. Она медленно пошла по периметру, ориентируясь на силу помех в инфолинке в надежде уловить местонахождение генератора помех. У казармы частота забивалась сильнее всего. Дженсен задрала голову, пытаясь высмотреть глушилку: на крыше маячила антенна, обмотанная колючей проволокой. План А — найти цивилизованный способ отключить устройство. План Б — залезть на крышу и разворотить сам генератор. Планом Б Дженсен решила воспользоваться только в крайнем случае. Основная дверь казармы находилась под постоянным видеонаблюдением, и через нее постоянно сновали вооруженные люди. Один из них, коренастый мужчина с татуировкой на шее, о чем-то спорил с коллегой. Дженсен обошла казарму по периметру в поисках более удобного пути внутрь. Она забралась на ближайший контейнер и подергала оконную раму. Та тихо скрипнула, отъехав на пару сантиметров. Дженсен отбросила осторожность, открыла ее полностью и пролезла внутрь, в одну из спален. Внутри было прибрано и даже по-своему уютно: на стенах висели постеры с мотивационными надписями вроде «Дисциплина — наша сила!», а в углу стояла молчаливая кофемашина. Дженсен выбралась в коридор и пробралась на следующий этаж, более населенный, но и более интересный. Двое охранников прошли мимо, и из их невнятного разговора она уловила фразы о «проверке безопасности» и «системе наблюдения» — им явно не плевать на тех, кто может шастать по территории. Дженсен заглянула в ближайший приоткрытый кабинет. Помещение, заставленное полками с техническими книгами и оборудованием, пустовало. На столе стоял узел управления, очень похожий на тот, который она и искала. Первая попытка взлома провалилась. Узел громко пискнул, но на неожиданный сигнал никто не подошел — коридор явно не пользовался популярностью. Вторая попытка добраться до системы управления тоже не увенчалась успехом. Дженсен выругалась сквозь зубы и сменила тактику цифровой войны. Система сдалась не без боя, но тревога не поднялась. Она вырубила глушилку на крыше и наконец-то смогла услышать Притчарда без раздражающих хрипов, треска и обрывов связи. — Дженсен, похоже, ты что-то сделала, — отозвался хакер. — Появились четыре наших сигнала, включая твой. Еще Косс, Колвин и Фаэрти. Сигнала Рида нет. — Пришли мне последние координаты, — попросила она. — И еще — сообщи, пожалуйста, Шарифу. Притчард коротко фыркнул. — Не могу, — отрезал он. — Пока тебя не было, мистер Дэрроу пригласил его, Билла Таггарта и делегатов ООН в Панхею. Сейчас они на полпути к Арктике. Дженсен понятия не имела, сколько времени провела в криосне, и не хотела сейчас об этом задумываться. Даже если Шариф вне зоны доступа, к его возвращению она привезет ему приятный сюрприз. Она выбралась из казарм через то же окно, как в них и попала, и спряталась за штабелем ящиков, прикидывая маршрут: сигналы Косса, Колвин и Фаэрти исходили из разных частей комплекса. Дженсен была уверена, что их разделили специально и, скорее всего, уже после того, как расправились с Шевченко. Василий никогда не отличался покладистостью — взять хотя бы его привычку заклеивать датчик пожарной сигнализации у себя в кабинете. Идею громкого штурма Дженсен отмела сразу же — боялась, что ученые могут попасть под перекрестный огонь, — и начала тихую методичную зачистку территории от лишних глаз и ушей. Ей приходилось двигаться быстро, чтобы отлавливать зазевавшихся патрульных максимально бесшумно. Где-то за углом топал охранный робот, но во внутренний двор он не выходил и почти не мешал. Следуя за ближайшим сигналом, Дженсен влезла в ближайшее административное здание через окно: три этажа, полтора десятка целей, несколько камер. На стене в холле висела карта комплекса — она запомнила ее, отметив слепые зоны, и попыталась прикинуть хоть какой-нибудь план эвакуации. Притчард, скорее всего, уже отправил Фариду им навстречу, но дорога до Сингапура от Детройта займет время, и вряд ли Дженсен в одиночку сможет долго держать оборону, если вдруг станет жарко. Она попыталась расчистить дорогу для ученых, прежде чем попытаться вывести отсюда пропавшую группу. Один из охранников на последнем этаже громко жаловался товарищу на то, что его подопечная обвиняет его в домогательствах. Дженсен улыбнулась: скорее всего, его приставили охранять Колвин — та своими придирками могла вывести из себя кого угодно. До обсуждения вариантов, как можно повлиять на взбалмошную ученую у них дело не дошло — Дженсен подобралась к болтающей парочке на расстояние удара. Они рухнули, даже не успев вскрикнуть. Сигнал давал не совсем точную информацию о местоположении носителя, и она взломала замки на нескольких кабинетах, пока не смогла пробраться в тот, где работала Колвин. Нию Дженсен узнала сразу, и внешне, и по манере общения. — Не надо мне оружием в лицо тыкать, — только и отмахнулась ученая. Дженсен не стала убирать пистолет. — И вам здравствуйте, доктор Колвин, — парировала она. — Что такое? — Ния отвлеклась от микроскопа. — Погодите, я вас знаю. Вы телохранитель Шарифа. И хреновый, хочу я вам сказать. Дженсен только развела руками. — Какой уж есть. Ваше спасение чуть было не стоило мне жизни. — А теперь хотите вернуть меня обратно? — возмутилась ученая. — А что, если я не хочу уходить? Что, если мне здесь гораздо лучше, чем у Шарифа? Дженсен хмуро посмотрела на Колвин, пытаясь определить, где в ее словах правда, а где вымысел: ученых могли запугивать, обещать им полное прикрытие и условия работы, которые они не надеялись получить от Шарифа, да даже банально больше платить за ту же работу. — А Василий Шевченко с этим бы согласился? — проверила почву Дженсен. — Его казнили, а труп бросили в канаву. Ния закономерно возмутилась. — Это ложь! — Это правда, — настаивала Дженсен. — Если эти убийцы не промыли вам мозги настолько, что вы и дальше рады будете создавать для них игрушки. — Это не игрушки, — парировала ученая. — Это обновление программы, ограничивающей функциональность биочипа. Мне сказали, это для управления поведением толпы. Дженсен взяла на заметку слова «управление толпой». Колвин все же зацепилась за информацию, в которую, казалось, старалась не верить до последнего. — Василий действительно мертв? — переспросила она. — Вы видели труп? Дженсен не стала раскрывать все подробности. — То, что от него осталось, — коротко ответила она. — Я пытаюсь найти всю вашу группу, но мне не хватает сигнала Рида. — Он в режимной зоне, там повсюду охрана. — Значит, их надо выманить... — лихорадочно соображала Дженсен. — Может, авария в лаборатории? Что скажете? Удивительно, но Ния согласилась сразу. — После того, что эти твари сделали с Василием? Конечно. Но одной будет мало. — А кто говорит об одной? — осторожно намекнула Дженсен. Колвин понимающе кивнула. — Деклан и Эрик? — сообразила ученая. — Конечно. Интересная затея. Честолюбивая, но рискованная. — Я скоординирую ваши действия, — предложила Дженсен. — Скорее всего, через GPL-устройство. Ждите сигнала. Она вышла из кабинета, оставив ученую готовить маленькую диверсию на рабочем месте. В опустевшее здание еще никто не сбежался, тревога не выла, а зацикленные на последних десяти минутах записи камеры работали как часы. На одной из них Дженсен заметила свой силуэт, и ей пришлось перезаписать петлю. Спустившись вниз, она убрала одно тело с прохода так, чтобы его не было видно снаружи, и отправилась дальше, ко второму сигналу в соседний блок. Второе приземистое здание больше напоминало центр технической разработки. Складывалось ощущение, что исследования велись здесь почти круглосуточно. Мерцание синих LED-ламп придавало коридорам вид подводного царства. Охрана внутри скучала и не реагировала на то и дело раздающиеся из кабинетов стук и грохот. Один из солдат, прислонившись к стене, лениво перебрал патроны в обойме. Косса Дженсен нашла в самой дальней лаборатории. Он стоял у маркерной доски так, словно его придавило безграничное чувство вины, и не решался дорисовать на схеме последние штрихи: так выглядят люди, почти потерявшие надежду. Дженсен подошла ближе. Косс спиной почувствовал ее присутствие, обернулся, вздрогнул и выронив маркер. — Пожалуйста, я просто ученый... — залопотал он. — Доктор Косс, это я, — попыталась успокоить его Дженсен. Косс не поверил своим глазам и осторожно протянул к ней руку, будто боялся, что она исчезнет. — Дженсен? — выдохнул он. — От Шарифа? Но... нам сказали, что нас списали со счетов. — Не совсем. — Послушайте... — Косс сглотнул, но все-таки продолжил. — Меня заставили на них работать. Мне не хотелось создавать новый биочип, учитывая, что он основан на исследованиях Шарифа, но... у меня не было выбора. К каждому из группы похищенных местные попытались найти свой подход: Колвин обеспечили рабочим местом и выполняли все ее прихоти, Косса запугали... С Шевченко, видимо, справиться не смогли. — Никто не сомневается в вашей верности, доктор Косс, — подчеркнула Дженсен. — Вы в курсе, для чего им новый биочип? — Точно не знаю, — ответил он. — Они говорили что-то о производстве чипов в Тай Юн Медикал и дистрибуции через клиники «Протез». Дженсен кивнула, складывая еще один кусочек головоломки в цельную картинку: управление толпой плюс дистрибуция через официальные каналы... Пахло чем-то очень серьезным и очень страшным. — Ничего страшного, — заверила она, стараясь не пугать ученого еще больше. — Моя задача — освободить вас всех. Мне нужно, чтобы вы, Колвин и Фаэрти устроили аварии в лабораториях. Одновременно. С Колвин я уже договорилась. — Но это же рискованно, — возразил Косс. — И потом, как мы можем скоординировать эти аварии? Дженсен пока не могла предложить ему четкий и достойный план, но была уверена в том, что что-нибудь придумает уже в самое ближайшее время. — С этим я разберусь. Но либо так, либо останетесь здесь и кончите, как доктор Шевченко. — Его ведь убили, да? — больше констатировал, чем спросил ученый. — Он постоянно их провоцировал, строил безумные планы побега. Теперь нас изолировали друг от друга. Косс поправил мятый воротник рубашки: ткань слегка надорвана, словно кто-то таскал его за шкирку. — Хорошо, — кивнул он. — Я с вами. Дженсен ободряюще похлопала его по плечу. Косс ощутимо похудел с момента их последней встречи — он явно не ел нормально неделями. Ему должно хватить смелости устроить здесь небольшой технический кошмар, а она разберется со всем остальным. Она вернулась на улицу, обойдя скучающую у входа охрану и перебралась за последним сигналом в предпоследнее здание. Здесь удача все же подвела ее — Дженсен срезалась на попытке прошмыгнуть мимо полупрозрачных стендов и начала перестрелку с немногочисленной охраной. Когда тяжелобронированный боец рухнул на пол вслед за своими товарищами, Дженсен выругалась и кинулась на нужный этаж, бегом влетев в зал для технологических испытаний. Сухонький пожилой ученый впился в нее взглядом и шарил по столу за спиной в поисках чего-нибудь потяжелее. Дженсен подошла ближе, всем видом показывая, что не собирается делать с ним ничего дурного. — Фаэрти? — позвала она. — Не пугайтесь, это я. — Ада? Ада Дженсен? — с трудом узнал ее ученый. Фаэрти оставил в покое микроскоп, за которым лежала половинка бутерброда с плесенью, и присмотрелся к ней внимательнее. — Господи боже, что с вами случилось? — Я немного переоценила свои возможности, — развела руками Дженсен. — К сожалению, выжила. Я пришла за вами. Ученый заметно оживился. — Я говорил Василию, что Шариф не прекратит поиски. — Шевченко мертв, доктор Фаэрти, — сообщила она. — Мне очень жаль. Он всего лишь грустно усмехнулся, словно предугадывал именно такой исход. — Я так и понял, — ответил он. — Однажды он просто исчез, и нам ничего не объяснили. Мы все так боялись, что просто продолжили работать. Мне заставили разработать набор сигналов, которые бы просто загружали обновление напрямую в импланты. — Обновление? Для чего? Фаэрти охотно слил Дженсен еще одну часть картинки, которая становилась все более тревожной и пугающей. — Для внедрения зашифрованных в них инструкций, — пояснил он. — Нам говорили, это для повышения эффективности работы клиник, но это не единственное их применение, далеко не единственное. — Ясно, — кивнула Дженсен и перешла к делу. — Доктор Фаэрти, мне нужна ваща помощь в организации побега. Я знаю, как можно отвлечь охранников — три аварии в лабораториях. Ученый сразу понял, куда она клонит и чего хочет. Морщинки в уголках его глаз собрались в глубокие складки, а глаза заблестели. — Уууу, мне нравится ваш стиль, девушка, — протянул он. — Если Ния и Эрик согласятся, все может получиться. Но как добиться одновременности? Дженсен понятия не имела, как синхронизировать людей, сидящий в разных концах комплекса без связи, но предложила ту же единственную идею. — Через GPL? Фаэрти задумался, дотянулся до ящика стола, поискал там что-то и выудил маленький портативный жесткий диск. — Наши сигналы отслеживаются, но у меня есть кое-что. Василий написал вирус блокирующий систему слежения и отдал его мне перед тем, как... — он протянул устройство. — Он должен нарушить работу сканеров. Дженсен приняла эту самописную бомбу замедленного действия и спрятала понадежнее. — Спасибо, док, — сказала она. — Скажите, за все это время вы ничего не успели выяснить? Кто они, что им вообще нужно? Ученый покачал головой. — К сожалению, нет, — признался он. — За полгода никто и словом не обмолвился, эти охранники — настоящие профессионалы, и запугивали они нас с самого начала. Фаэрти потер руки. — Ну что ж, девушка, давайте приведем ваш план в исполнение. Пора проучить этих задротов. Дженсен едва не расхохоталась: только ради одной этой фразы стоило бы даже добраться до Сингапура вплавь — Фаэрти умел поднять настроение и вдохновить на авантюру. Он подмигнул ей на прощание, тут же начиная разбирать какую-то сложную аппаратуру. Она выбралась из исследовательского центра и свернула в сторону режимного блока: трое из группы в сборе, остался только Рид. Планы начали обретать форму, но пока оставляли за собой множество вопросов: как вывести их всех отсюда без потерь? Что именно их заставили здесь разрабатывать? В режимный блок вел странного вида тоннель, явно использующийся для транспортировки тяжелых грузов: широкий, слабоохраняемый, но с запертыми наглухо гермодверями на противоположном конце. Дженсен медленно шла по тоннелю, прислушиваясь к каждому шороху. Свет мерцал, создавая жутковатую атмосферу. Где-то впереди робот-уборщик с грохотом тащил за собой обломки своего менее удачливого собрата. Она ускорилась, не обращая внимания на глупую машину. В самом конце тоннеля Дженсен нашла систему управления гермодверями, связанную с веткой безопасности всего комплеса. Перед тем, как загнать в систему вирус Шевченко, она покопалась в узле безопасности, выключила камеры, перепрограммировала и выпустила из боксов охранных роботов. Теперь ее очередь развлекаться на всю катушку. — Притчард, ты все еще следишь за учеными? — спросила Дженсен. — Конечно, — отозвался он практически мгновенно. Дженсен запустила вирус в сеть. — Отлично. Симулируй отклик по этому маршруту. И посильнее, чтобы импланты завибрировали. Они должны это почувствовать. Кажется, хакеру тоже понравилась идея. — Сигнал, да? — хмыкнул он. — Неплохо, Дженсен. Сейчас отправлю. Дженсен прислушалась. Три... два... один... Их импровизация сработала: рвануло одновременно в трех разных местах комплекса. Взвыла тревога, весь комплекс всполошился. Запертые двери в особо охраняемый блок разъехались, выпуская отряд встревоженных наемников. Они заметили Дженсен, но не успели ничего предпринять — маленький охранный робот накрыл их плотным огнем. Машина дала всего две очереди, не оставляя никому даже шанса, поводила визорами и поехала дальше во двор. Снаружи завязалась еще одна перестрелка. По тревоге ко входу ковылял еще один более крупный робот. Дженсен выскочила из комнаты управления и кинулась в открытые гермодвери, перескакивая через тела наемников в надежде, что тот малыш на колесиках выиграет ей хоть каплю времени до того, как его раздавит более крупный собрат. Она на полном ходу влетела в грузовой тоннель и сначала свернула не туда, на половине пути разглядев впереди большую вертолетную площадку. В другом углу Дженсен нашла спуск вниз: единственный лифт на этаже приветливо распахнул перед ней двери, увез на полтора уровня вниз и выпустил в холл перед небольшим изящным залом. Она вышла из лифта, внимательно осматривая небольшой зал, украшенный полотнами со странными узорами и статуями-манекенами: почти как люди, только лишенные кожного покрова, с выставленным напоказ мышечным корсетом и сетью сухожилий. Манекены двигались, меняя позы — в этом было что-то отвратительное и прекрасное одновременно. Одна из статуй резко повернула голову, и Дженсен на миг показалось, что в пустых глазницах мелькнул отсвет сознания. Мягкое освещение создавало атмосферу спокойствия, резко контрастируя с тем хаосом, который она оставила позади себя. Дженсен шагнула вперед, и манекены, словно почувствовав ее движение, изменили позы, поворачивая свои безмолвные лица в ее сторону. В этот момент ей стало не по себе — они выглядели слишком реалистичными, почти живыми. Ее прибытие не осталось незамеченным. Навстречу Дженсен вышла Чжао. Китаянка смерила ее недовольным взглядом и фыркнула. — Ваше упрямство начинает надоедать, — отрезала она. — Мы бы хотели, чтобы вы все прекратили. Дженсен покачала головой. — Боюсь, не могу, Чжао, — спокойно ответила она. — Видите ли, я все знаю. Знаю, что вы задумали со своими дружками-заговорщиками. — Неужели? Как умно. — Новый биочип, — продолжила Дженсен. — Новое программное обновление, ограничивающее функциональность имплантов. Вы создаете аварийный выключатель, нет, даже не выключатель, а строгий поводок. Абсолютный контроль. Для этого вы похитили наших людей и захватываете рынок — для гарантии распространения. И все потому, что вы боитесь таких как я. Тех, кто сможет вам противостоять. Директор Тай Юн лишь усмехнулась в ответ. — Никто вас не боится, мисс Дженсен. Все ваши глупые детские шалости никому не помешали. Скажите, как давно вы были в клинике «Протез»? Китаянка вытянула вперед руку с пультом, ехидно улыбнулась и нажала одну из кнопок. Дженсен прислушалась к собственным ощущениям — ничего не произошло. Чжао встревоженно нажала кнопку еще раз, потом еще один, и начала паниковать. Дженсен медленно пошла вперед. — Дайте угадаю — вы пытались меня отключить? Сломать? — уточнила она. — Жаль, что у вас это не вышло. Вы и теперь станете утверждать, что не боитесь? Кто-то схватил ее за плечо и грубо отшвырнул назад. Дженсен не удержалась на ногах, проехалась по полу на спине, перевернулась и легко поднялась. Перед ней, закрывая собой выходящую из зала Чжао, стоял последний из троицы — тот самый, который пустил ей пулю в голову. — Не надо было воскресать, Дженсен! — прошипел он. — А тебе так невыносимо смотреть в лицо собственным неудачам? — наугад бросила она, и, кажется, попала по больному месту. Намир. Его имя всплыло в памяти как осколок сна — обрывки разговоров, выстрел, темнота... Теперь ее несостоявшийся убийца стоял перед ней, словно ожившая статуя из кошмаров. Аугментированный почти до ушей и полностью обнаженный Намир ничем не отличался от стоящий на постаментах манекенов. Ленты искусственных мускулов сокращались при каждом движении. Дженсен петляла среди прозрачных, чуть выше человеческого роста, стен, уворачиваясь от выстрелов. Пули оставляли на стекле паутину трещин, и она ловила отражения — его тень, свою тень, движения манекенов, сбивающих с толку. Этот гад был хорош — быстрый и бесшумный, Намир не стеснялся пользоваться маскировкой, моментально менял позицию, не давая Дженсен прицелиться, и умудрялся выкуривать ее из укрытий точным броском гранаты. — Это должно было случиться давно, — рычал он. — Тебе надо было сдохнуть при нашей первой встрече. — А тебе надо было стрелять точнее, — огрызалась Дженсен. Она попыталась поймать его на клинок в тот момент, когда Намир перепрыгивал через ограждение вслед за ней. Лезвие свистнуло в сантиметре от его горла, разрезав воздух. Намир легко перехватил Дженсен за руки и перемахнул через нее, схватив за волосы и чуть не сломав ей шею. От быстрой и болезненной смерти ее спасло только то, что она успела развернуться вслед за ним, но шейные позвонки неприятно хрустнули. Она вырвалась, чуть не оставив у него в руках клок волос, и отскочила в другую сторону, одновременно активируя «Тайфун». Система завизжала и выплюнула смертельный веер. Дженсен почти промахнулась — волна шрапнели еле его задела. Намир на мгновение потерял концентрацию, и это дало ей шанс на один выстрел. Пуля попала ему в плечо, заставив споткнуться и потерять равновесие. Намир рухнул на колено, и пол под ним треснул. Дженсен воспользовалась моментом и перебежала на другую сторону зала, взяв вынужденную паузу на перезарядку. Намир вновь метнул гранату, но Дженсен поймала ее на лету и кинула обратно. Граната оставила после себя облако дыма и осколков, куски мрамора разлетелись по всей галерее. Дженсен рванула вперед, дотянувшись до Намира в тот момент, когда он пытался выбраться из плотной завесы бетонной пыли. Схватив его за запястье, она изо всех сил ударила его коленом в живот, и у нее сложилось ощущение, что она только что пнула стальную балку. Намир зашипел, но не сдался, сразу же швырнув Дженсен боком в каменный постамент. От боли помутнело в глазах, но адреналин и «Страж» делали свою работу. Дженсен перекатилась на спину, выставляя предплечья перед собой, и дала еще один залп шрапнели прямо ему в лицо. В этот раз увернуться Намир не успел — его отбросило назад, но он поднялся на ноги: из ран на груди хлестала кровь, и он не обращал на это внимания. Капли падали на пол, рисуя алый узор на белом мраморе. Дженсен отступала, стараясь держать его в поле зрения, и почти вслепую перезаряжала «Тайфун». Намир активировал маскировку, и она нырнула в сторону, увернувшись от еще одного выстрела и пытаясь по падающим на пол каплям крови определить направление его движения. Красные пятна вели к колонне — Дженсен выстрелила наугад. Стекло разлетелось, а Намир оказался у нее за спиной. Несколько секунд безумной погони с прыжками через стены, скольжениями и перекатами — и раны, нанесенные «Тайфуном», все же дали о себе знать. Намир оступился и рухнул на колено, словно гладиатор, признающий поражение. Дженсен скользнула вбок и всадила в него лезвие, рассекая ребра. Она тут же освободила руку и отшвырнула противника от себя ударом в челюсть. Намир сполз по стене на пол, из широкой раны на груди обильным потоком лилась кровь. Он уже не пытался встать, только уставился на Дженсен снизу вверх ненавидящим взглядом. — Заканчивай уже, — прохрипел он. — Я никуда не тороплюсь. Намир рассмеялся, сплевывая кровь. Ненависть в глазах уступила место пустоте. — Ты уже все потеряла, — напоследок сказал он. — Такие, как мы, никогда не получают того, что любят. Дженсен чуть прищурилась, всматриваясь в его лицо, и в этот момент ей показалось, что она видит не человека, а лишь оболочку, оставшуюся от когда-то живого и сильного существа. Она наклонилась к нему: в его зрачках отразилась ее собственная израненная тень и понимание боли, общей для обоих. Намир закрыл глаза, и в его молчании не было ни раскаяния, ни страха: для него все только что закончилось, а ее больше никто не пытался остановить. Дженсен оставила его лежать у стены — она отомстила, но почему-то ничего после его смерти не почувствовала. Режимный блок был больше похож на небольшой особняк, чем на тюрьму. Парадная лестница, украшенная золотыми инкрустациями, вела наверх: белая отделка стен, статуи, современные картины, мягкое напольное покрытие, изящные перила... Все кричало о деньгах, потраченных на притворство. Дженсен поднялась по лестнице, пачкая чистый ковер мраморной крошкой, смешанной с порохом и кровью: это место, несмотря на свою кажущуюся роскошь, скрывало в себе мрак, который не могло рассеять даже самое яркое освещение. Каждый шаг давался тяжело. Она открыла дверь в кипенно-белую комнату: ни одного цветного пятнышка — все, как он любил, даже воздух здесь казался стерильным, как в лаборатории. Рид стоял спиной ко входу и перебирал бумаги на столе: все те же гордо развернутые плечи, белая рубашка с подкатанными рукавами... Он выглядел как ученый на обложке журнала — идеальный, недосягаемый, и никак не походил на узника, даже смирившегося с собственной участью. — Елена, это ты? — спросил он. Мягкий воркующий голос. К Дженсен он никогда так не обращался даже в их лучшие годы. — Не совсем, — ответила она. — Я ее убила. Рид обернулся и шарахнулся в сторону, налетев бедром на стол. Дженсен сразу все поняла — он не рад ее видеть. Он боится. — Ада... — выдохнул он. — Господи, Ада. Ты ранена? Что случилось? Она горько усмехнулась: он прав — она с ног до головы в крови, своей и чужой... Дженсен прошла к столу, оставив кровавый отпечаток на дверном косяке. — А что случилось с тобой? — спросила она. — Я ради тебя жизнью рисковала, пересекла полмира и ради чего? Что еще за чип? Ты с ними заодно? — Нет, все было не так, клянусь! — начал оправдываться Рид. — Похищение было настоящим. Им нужен был я и мои работы. Почему-то Дженсен не верила ни единому его слову. — И когда тебе захотелось ими поделиться? — Все было не так... — сбивчиво ответил он. — Я хотел рассказать тебе, но не мог. А Дэвид сказал, что мы можем это использовать. Это наш долг перед человечеством. — А Дэвид здесь при чем? — оскалилась она. Рид потянулся к ней, но она отшатнулась. — Мое великое открытие... Мне удалось найти генетическую структуру, упрощающую сращивание живой ткани с имплантами. Удалось найти ее в тебе. Мы использовали твою ДНК. Дженсен постаралась ничем не выдать назревающую внутреннюю бурю. Ее ДНК? Причем здесь это? — И когда это случилось? — спросила она. — Больше трех лет назад. Клянусь, я хотел все рассказать, но Дэвид убедил меня, что это все на благо человечества, что так мы улучшим себя, и только Хью раскрыл мне глаза на мои ошибки. Имя прозвучало абсолютно внезапно. Дженсен решила, что ослышалась. — Хью? Хью Дэрроу? — переспросила она. — Он владелец этого комплекса. Когда Намир нас сюда привез... Дженсен резко сложила воедино все то, что она успела увидеть за последние три дня: погрузка криокамер в Хэнша, начало конвейера в «Райфлмен-Бэнк», распределение результатов по «другим комплексам», Рид, модифицированный биочип, который сейчас массово заменяли в официальных клиниках всем желающим... Все это складывалось в одну ужасную картину. — Притчард, соедини меня с Шарифом, живо! — потребовала она. В инфолинке раздался звон стекла и тихая ругань. Кажется, Притчард перевернул пепельницу. — Ада, пожалуйста, — попытался остановить ее Рид. — Хью только притворяется, что сотрудничает с Тай Юн и остальными. Он раскрыл их планы и пообещал свою помощь, но только для того, чтобы их остановить. Их сигнал не сработает. С Тай Юн и остальными? Остановить? Хью, который по-хозяйски чувствовал себя в пентхаусе Шариф Индастриз, и которому Дэвид доверял чуть ли не как отцу? Какого черта Притчард там так долго возится? Они опоздали. Прямая трансляция с Панхеи началась. Хью Дэрроу с гордо поднятой головой занял место за трибуной. За его спиной в панорамном окне распростерлось низкое северное небо. — Господин генеральный секретарь, уважаемые делегаты, — начал он. —Дамы и господа. Дэвид Шариф попросил меня собрать вас здесь сегодня, чтобы мы могли открыто обсудить одну мировую проблему. Проблему, которая в данный момент угрожает всему нашему обществу. Дэрроу отвел взгляд и ненадолго замолчал. — Дэвид, прости меня. Видеокамеры выхватывали лица делегатов как в замедленной съемке: одни ерзали в креслах, другие впились взглядом в экраны. Где-то зазвенел стакан — кто-то не удержал напиток. Хруст помех в инфолинке перекрыл абсолютно все звуки. Дженсен резко вырубила связь, не отрываясь от экрана: часть присутствующих в приемном зале упали на колени, держась за головы и воя от боли. Звуки напоминали вой раненых животных. Оставшиеся шарахнулись от них, как от прокаженных. А потом началась резня. Один из телохранителей Дэрроу сбил оператора на пол вместе с камерой и тремя ударами расплющил его череп как тыкву. Девушке, в которой Дженсен опознала второго секретаря Таггарта, оторвали руку и свернули шею. Ее крик оборвался с хрустом позвонков, а тело рухнуло на пол, заливая его алым. Свихнувшиеся не использовали оружие, убивая всех, до кого могли дотянуться, голыми руками. Происходящее казалось кошмаром: люди превращались в зверей, теряя всякие признаки человечности. За кадром был слышен топот и звон бьющегося стекла. Сам Дэрроу стоял в отдалении и хладнокровно смотрел на разворачивающуюся вокруг него кровавую бойню. Он медленно барабанил пальцами по набалдашнику трости и улыбался так, словно наблюдал за театральной постановкой. Кто-то наступил на камеру, и видео прервалось. — Сигнал не сработает, говоришь? — выдохнула Дженсен. Рид дрожащими руками выключил телевизор, все еще не веря в происходящее. — Он его изменил, — прошептал он. — Сигнал воздействует на всех, у кого стоит новый биочип. Хью ничего об этом не говорил. Как и о многом другом. Дженсен шагнула к выходу. — Я схожу за теми, кто остался. — Нет! — Рид перехватил ее за руку. — Я лучше тебя знаю этот комплекс, я их разыщу. В той стороне есть ангар, найди диспетчерскую и подними крышу. Расчисти нам путь. Дженсен кивнула и не стала его останавливать — пусть идет. Заодно полюбуется тем, что она оставила от Намира и половины охраны комплекса. Она нашла диспетчерскую — крохотный режимный блок почти сразу же упирался в небольшой ангар, дорогое оборудование в котором указывало на то, что он использовался исключительно для особых случаев. Дженсен подошла к консоли и начала искать способ поднять крышу ангара: почти все контрольные команды требовали ввода паролей, и ей пришлось перебрать несколько узлов, чтобы получить доступ к управлению. Взлом шел мучительно медленно. Дженсен вскрыла последний узел и створки ангара начали медленно разъезжаться в стороны. Бойцы на площадке задрали головы, пытаясь понять, что происходит. Один из них указал на диспетчерскую, схватился за рацию, и Дженсен отпрянула от окна: ей следовало выйти к ним раньше, но у нее внезапно закончились силы. Она только что упустила идеальный момент. — Дженсен! — через помехи пробился знакомый голос. — Что там творится, черт возьми? Все частоты забиты. Дженсен резко выдохнула. — Малик, это ты? Где ты? — Приближаюсь к Сингапуру, — ответила пилот сквозь рев двигателей. — Я в пути с тех пор, как Притчард тебя нашел. Фарида явно выжала из себя и своей птички максимум, чтобы оказаться здесь так быстро. — Как раз вовремя, — немного оживилась Дженсен. — Я поднимаю крышу ангара. Требуется срочная эвакуация. — Принято. СВВП буквально протиснулся через просвет между еще открывающимися панелями ангара. Движки взметнули вихрь пыли. Кто-то выстрелил наугад — пуля рикошетом отлетела от брони. Из приоткрытой кабины «пчелки» на посадочную площадку вылетела граната, расшвыряв всю присутствующую там охрану. Через инфолинк Дженсен расслышала, как Малик выплевывает чеку. — Привет! — выдохнула пилот. — Думаю, помощь тебе не помешает. Вижу наших. Тебя ждать? — Нет. Дженсен прислонилась к стене, наблюдая, как Малик мастерски разворачивает вертолет, и пересчитала людей, бегущих к вертушке: Косс, Колвин, Фаэрти, Рид. Весь комплект на месте. Рид споткнулся, но удержался на ногах. Малик ловко опустила трап, почти задев им землю. СВВП, забрав пропавших ученых, начал набирать высоту. Вместо Фариды на связь с Дженсен вышел Рид. — Ада? Мы в порядке, — сообщил он. — Но ты должна отправиться в Панхею и остановить Хью. — Мы с тобой еще не закончили, — огрызнулась она. Он проигнорировал ее слова так же, как и всегда. — Я понимаю, как это выглядит со стороны, но ты должна остановить трансляцию, — продолжил он. — Получая сигнал, биочип стимулирует блуждающий нерв, вызывая ужасные галлюцинации, буквально сводит с ума. Воспользуйся шаттлом, он доставит тебя куда нужно. Удачи тебе там. — Пошел ты к черту. Дженсен не могла поверить в то, что он ей рассказал. Больше трех лет назад... То есть, пока она барахталась, разрываясь между работой и отношениями, ее просто изучали, а потом втащили в еще один проект — и просто ждали, когда она наконец сломается, чтобы подтвердить научную теорию, а сейчас он просто отправляет ее разбираться с тем, что случилось при его непосредственном участии... И все это — из-за ее тупой одержимости, из-за страха остаться одной. Даже если бы Рид сейчас не улетел, у Дженсен не хватило бы сил на пощечину. Он мог бы хотя бы сказать ей, что... Дженсен прижалась лбом к стеклу, насильно останавливая себя от бессмысленных трепыханий: попытки вернуть прошлое, ощутить себя нужной, достойной, принятой, любимой... Все зря. Все было зря. Дженсен проводила «пчелку» пустым взглядом и спустилась на площадку. Ноги подкашивались, словно после марафона. Она поискала что-нибудь, на чем сможет добраться до арктического комплекса, если это вообще возможно, и нашла маленький суборбитальный шаттл, стоящий чуть поодаль на небольшом возвышении. Консоль управления рядом с ним не потребовала ни кодов, ни авторизации, беспрепятственно позволив подготовить судно к вылету. Дженсен забралась в тесную кабину и пристегнула ремни безопасности. Лямки впились в плечи. — Автоматические системы активированы, — сообщил электронный женский голос. — Последовательность Дэрроу 1, код 1, 1-А. Полная готовность к запуску. Суборбитальная траектория установлена. Пункт назначения: Панхея. Начать обратный отсчет? — Да, — ответила Дженсен. — Код 000. Подтверждение: 0. Начинаю отсчет. Шаттл тряхнуло. Кажется, это будет ее последняя поездка.