79. Отстойный план

Покинув склад, Дженсен растворилась в лабиринте из контейнеров и ржавой техники, прежде чем выйти на связь. — Макриди, прием. — Я здесь, — ответил он сразу, без помех. — Новости есть? — Герреро жив, но ситуация меняется. Заложников на базе нет. «Свалка» их ликвидировала до нашего прибытия. Короткая пауза, заполненная шипением эфира. — Черт, — выругался Макриди. — Ладно, хоть одна проблема снята. Значит, работаем без скидок. Что с агентом? — Он предлагает альтернативу нашему плану. У них здесь топливный склад с резервуарами авиационного керосина. Герреро собирается устроить там контролируемый взрыв для отвлечения внимания. Дженсен и сама не до конца верила в то, что их «план» пройдет без каких-нибудь сюрпризов с любой из сторон, но отбросила от себя эти мысли как непродуктивные. — Диверсия, — в голосе Макриди зазвучал скепсис. — Я бы не стал доверять ему даже открыть консервную банку. Он что, решил вознестись на небеса в сиянии этого салюта? Ты уверена, что он не ведет нас в ловушку? — Нет, — честно ответила Дженсен. — Но его план имеет смысл. Взрыв отвлечет основные силы на восток. Пока они будут тушить пожар, вы сможете войти практически без сопротивления. — «Практически» — это мое любимое слово, — язвительно бросил Макриди. — А что будешь делать ты? Дженсен замерла в тени, пропуская мимо патруль из двух боевиков. Они лениво переговаривались о каких-то долгах, абсолютно не подозревая о ее присутствии. — Я направляюсь к центру управления охраной. Отключу автоматические турели и внутренние шлюзы. Если успею до того, как Герреро начнет свой фейерверк. — Надеюсь, ты понимаешь, что вся эта затея держится на двух ненадежных факторах — на твоей скорости и на его совести. — Я работаю с тем, что есть. Ждите сигнала. — Ладно, — неохотно согласился Макриди. — Но если этот клоун подведет, мы влетим по полной. Где ты сейчас? — На подходе к сервисному сектору. Укрепленная зона. Дженсен отключила связь, не дав ему возможности для дальнейших возражений. По мере приближения к центру комплекса картина менялась. Если задворки со складами выглядели заброшенными, то здесь чувствовались порядок и деньги. Бетонные дорожки, освещенные прожекторами, укрепленные ворота и, что важнее, — патрульные роботы. Неказистые шестиногие конструкции с установленными на корпусах легкими пулеметами, методично обходили свой сектор, медленно сканируя местность в ИК-диапазоне. Стальные твари, не устающие и не отвлекающиеся. Дженсен обошла их по крыше соседнего ангара, бесшумно перепрыгивая с одной кровли на другую. С высоты открывался вид на стоянку техники. Дженсен заметила ряд бронированных грузовиков, стоявших в сторонке, вероятно, предназначенных для эвакуации ценного оборудования. Пока роботы завершали свой круг, она спрыгнула в тень между двумя гаражами, подбежала к первому грузовику и закрепила на его днище взрыв-пакет. С соседним проделала то же самое, выставив детонатор на дистанционное управление. Работа заняла несколько драгоценных минут, но Дженсен рассчитывала, что это окупится. Не смертельный удар, но гарантированный пожар и хаос, если план пойдет наперекосяк. Один из роботов потоптался напротив, издал шипящий звук, похожий на выдох, и пополз дальше по запрограммированному маршруту. От стоянки до сервисного центра охраны оставалось метров пятьдесят открытого пространства. Сам пункт оказался не таким внушительным, как она ожидала, — низкое бетонное здание с узкими окнами. Изнутри доносились приглушенные голоса. Дженсен прислушалась: двое мужчин спорили о графике поставок. — ...последний рейс в четыре. Все, что не успеем, — на выброс, — бормотал один. — Жаль, столько добра, — вздохнул второй. — А эти... «детали» в бункере? Тоже бросим? — Сказали, пассажиры первого класса. Их заберут отдельно. У нее не было времени на тонкости. Дженсен проскользнула внутрь под маскировкой. Основное техническое помещение — три монитора, панель управления и четыре охранника. Двое следили за камерами, один дремал в углу, четвертый пил кофе, стоя спиной ко входу. Первым рухнул тот, кто пил кофе — клинок из предплечья вошел ему в основание черепа. Второй охранник у мониторов обернулся на легкий шорох и получил лезвие в горло. Третий, дремавший в углу, проснулся от падающего тела и потянулся к оружию, но Дженсен была уже рядом — один удар сломал ему шею. Четвертый охранник, успевший повернуться, замер с широко открытыми глазами, но не успел даже вскрикнуть, прежде чем лезвие нашло свою цель. Дженсен оттащила тела в угол, за стойки, и заняла место за главной консолью. Система защиты — стандартный интерфейс охранного комплекса, который она видела десятки раз. Деактивировав блокировки шлюзов, Дженсен переключилась на просмотр архивных записей за последние часы. Первым делом — камеры наблюдения. Она пролистала основные точки: въезд, главные ворота, ангары, периметр. Патрули на своих местах. Группа боевиков у восточных ворот курила, лениво переговариваясь. Никаких признаков повышенной готовности или того, что ее проникновение обнаружено. Герреро на камерах Дженсен не нашла — видимо, он действовал осторожно, избегая объективов. Возможно, он уже был на пути к топливному складу. В одном из ангаров несколько человек в камуфляже о чем-то оживленно спорили. Один, похожий на лидера, жестикулировал, тыча пальцем в карту на столе. Двое других внимательно слушали. Лиц не разглядеть — углы обзора камеры не те. Осанка, манера держаться — возможно, местное руководство. Дженсен переключилась на систему охраны. Автоматические турели на стенах, щиты, блокирующие проходы между секторами, роботы-патрульные у входа... Первым делом она разобралась со щитами, затем перевела системы автоматического огня в режим ожидания и изменила настройки распознавания «свой-чужой». Турели и роботы теперь будут игнорировать группы Интерпола, но атаковать любого другого, кто окажется в зоне действия. Все было почти готово, оставалось лишь дождаться сигнала от Герреро. Дженсен откинулась на спинку кресла, готовая запустить каскадный сброс всех систем защиты в любую секунду. Герреро мог пойти дальше, чем они с ним договорились. Он наверняка планировал использовать хаос — слишком уж горел желанием устроить «салют» и легко согласился на ее план. Мстительный и импульсивный, в суматохе он вполне мог решить свести с кем-нибудь личные счеты. Как только начнется шум и гам, первым делом нужно будет найти его и контролировать, чтобы он не натворил глупостей, способных похоронить всю операцию. До согласованного времени оставалось меньше трех минут. Дженсен снова вышла на связь с Макриди, глядя на экран, где мелькали фигуры у ангара. — Системы отключены, турели перенастроены. Как только рванет, начинайте штурм. Я постараюсь найти Герреро и проконтролировать его действия. — Понял, — ответил Макриди. — Учти, если он начнет геройствовать, прикажу ребятам не церемониться. Мы здесь не для того, чтобы спасать самоубийц. — Я разберусь, — коротко бросила Дженсен, все еще наблюдая за экраном. Один из патрульных роботов на камере внезапно изменил маршрут и направился в сторону топливного склада. Возможно, они уже что-то заподозрили. Еще одно мгновение — и система перезагрузится с новыми параметрами, видя штурмовые группы Интерпола как дружественные силы, а боевиков «Свалки» — как враждебные цели. В момент, когда Дженсен была готова запустить каскадный сброс настроек, с дальнего конца базы донесся первый сокрушительный удар. Глухой сдавленный грохот прокатился по базе, заставив вибрировать металлические стены сервисного центра. Стекло в окнах задрожало, с потолка посыпалась пыль. На камерах наблюдения половину экранов в западном секторе залило белым шумом, а остальные показали метель из пыли и обломков, несущуюся по территории. На других упорядоченное движение превратилось в хаотичную беготню, фигуры людей метались, сталкивались, исчезали в дыму, медленно заволакивающем сектор. Герреро не стал ждать все пятнадцать минут. Он начал свой салют раньше и не там, где договаривались. Дженсен вырубила камеры по всему периметру, погружая базу в оперативную слепоту. Следующая команда — протокол переконфигурации систем безопасности. На карте базы десятки значков турелей и патрульных роботов сменили цвет с враждебного красного на нейтральный желтый, а затем — на зеленый, сигнализирующий об успешном переназначении приоритетов целей. Почти сразу же снаружи донесся яростный треск крупнокалиберных пулеметов — это турели у восточных ворот открыли огонь по своим же, приняв панику за попытку мятежа. Дженсен выдернула из консоли портативный накопитель с дампом данных системы и выскочила наружу. Над базой зависли два угловатых СВВП Интерпола, строча из бортовых орудий короткими точными очередями, выкуривая боевиков из укрытий и подавляя точки сопротивления. С запада, с опозданием, но на полной скорости, приближался третий транспорт — «Гамма» наконец-то дотянулась до вечеринки. Пространство между сервисным узлом и командным центром превратилось в адскую мясорубку. Группы Макриди работали слаженно. Дженсен видела, как трое оперативников, прикрывая друг друга, зачищали бункер, откуда доносились приглушенные крики. Другой отряд подавил огневую точку на крыше казармы, забросав ее дымовыми гранатами и штурмуя с двух сторон. Один из боевиков выскочил из-за угла с поднятым автоматом. Дженсен не стала замедлять шаг — короткий мощный удар ногой в колено, и пока он падал с криком, лезвие из ее предплечья уже чиркнуло по его горлу. Второй, присевший за ящиками для прицельной стрельбы, получил пулю точно в голову. Выстрел потонул в общем грохоте. Она снова рванула вперед, обходя зону наиболее ожесточенного боя, где группа Макриди завязла в перестрелке с упорствующими боевиками, засевшими в гараже. Пули свистели над головой, рикошетя от металлических балок. Дженсен пригнулась, на мгновение скрывшись за перевернутым грузовиком, затем перебежала через открытое пространство под прикрытием дымовой завесы. В этот момент на другом конце базы, ближе к периметру, раздался второй оглушительный взрыв. Яркая вспышка озарила небо, и в воздух взлетели обломки какого-то строения. Герреро. Он заминировал что-то еще, о чем не сказал. Его план «создать шум» превращался в план «сравнять с землей». Дженсен ринулась через охваченный хаосом плацдарм к тому ангару, где на камерах видела спорящих главарей. Они могли дать ценную информацию, и, что более важно сейчас, стать магнитом для мстительного Герреро. Она миновала горящий склад и тут же нашла первого. Мужчина, что так активно жестикулировал на экране, теперь лежал ничком в луже крови с распоротым горлом. Рана глубокая — виднелись позвонки, смерть — мгновенная. Рядом валялся пистолет — он успел выхватить оружие, но не смог им воспользоваться. Стиль убийства говорил о холодной расчетливости, а не о слепой ярости. Казнь. Герреро явно успел свести счеты, по крайней мере, с одним из них. Его личная месть оказалась важнее плана. — Макриди, Герреро не на точке сбора. Он ликвидирует командный состав «Свалки». — Черт! — в эфире послышалось сдавленное ругательство. — Райс, прижми этих ублюдков у восточных ворот! Не дайте им перегруппироваться! Дженсен, этот клоун сейчас все нам испортит! Если он вляпается в перестрелку с моими ребятами, они примут его за цель! Дженсен отступила в тень у стенки ангара, закрыв на секунду глаза. Она отключила все фильтры, заставив радар, тепловое зрение и слух работать одновременно и на пределе возможностей. Слух, усиленный до предела, отсекал общий грохот, вычленяя отдельные звуки — крики, команды, шаги, перезарядку оружия. Эфир забит передачами Интерпола и паническими переговорами боевиков. Мир превратился в наложение друг на друга нескольких реальностей. Перед ней проплывала карта местности, отсканированная радаром, с метками движущихся целей — зеленые точки оперативников Интерпола, красные — боевиков. Тепловые контуры выхватывали людей за стенами, в транспорте, прячущихся в укрытиях. Десятки точек, мельтешение, неразбериха. Дженсен искала один-единственный силуэт. Характерные движения, рост... Мозг обрабатывал информацию с бешеной скоростью, отбрасывая лишнее. Исключить зоны, уже подконтрольные Интерполу. Исключить крупные скопления боевиков, где его быть не могло. Сосредоточиться на пути от этого ангара к... куда? К западным воротам? Или куда-то еще? Если он мстил, то мог пойти за другими «главарями». Если он пытался уйти, то держался бы окраин. Но второй взрыв говорил о том, что он не уходил — он продолжал свою войну. План менялся с каждой секундой. Теперь Дженсен не скрывалась, а двигалась с максимально возможной скоростью, убирая с дороги тех, кто пытался ей помешать. Мимо пробежали трое боевиков, даже не заметив ее в дыму, — они спасались от одного из «пауков», методично расстреливавшего их товарищей у входа в казарму. Дженсен двинулась дальше, в сторону западных ворот, туда, где они с Герреро должны были встретиться. Ее маршрут пролегал через эпицентр хаоса. Турель, которую она же и перенастроила, косила очередью группу боевиков, пытавшихся поджечь один из СВВП. Где-то здесь, в этом аду из огня, дыма и криков, находился взбешенный агент, вышедший из-под контроля, и ей нужно было найти его до того, как он либо погибнет, либо сорвет всю операцию, уничтожив потенциально ценную информацию. Вот еще одно тело в форме командира «Свалки» — убит несколькими точными выстрелами в спину. Горло тоже перерезано, но уже посмертно — акт немой издевки. Герреро явно сводил счеты со всем, что ассоциировал с этим местом, методично вырезал командную цепочку, двигаясь с убийственной эффективностью. Но где он сам? Дженсен добралась до южного сектора, где прогремел второй взрыв. Одна из казарм горела, из окон валил черный дым. Тела боевиков валялись вокруг, некоторые убиты пулями, другие — осколками. Судя по всему, Герреро подорвал склад с боеприпасами прямо у них под носом. Ее радар, работавший на предельной чувствительности, наконец выхватил одинокий тепловой контур, двигавшийся по периферии базы в стороне от основных столкновений. Он направлялся к группе полуразрушенных складов у самого края обрыва. — Макриди, я его нашла. Иду на перехват. Что у вас? — Под контролем. Основное сопротивление сломлено. «Гамма» зачищает северный сектор. Потерь нет. Ты как? — Разбираюсь. Дженсен ускорила шаг, пробираясь через лабиринт подсобок и складов. Приглушенный крик, едва различимый за грохотом боя, донесся из распахнутых ворот большого ангара, служившего гаражом. Дверь была распахнута настежь. Дженсен вошла внутрь, не скрываясь. — ...все равно... ничего не докажешь... — Мне и не нужно. Внутри, в свете единственной мерцающей люминесцентной лампы, Дженсен застала конец представления. Герреро, стоя спиной к ней, опускал на пол бьющееся в предсмертных конвульсия тело третьего главаря — молодой парень с татуировкой на лице пытался зажать руками глубокую рану на шее. — Все равно от них толку было бы чуть, — произнес он, не оборачиваясь, словно чувствуя ее присутствие. — Мясники с замашками генералов. — Какого хера, Герреро? Он обернулся — лицо забрызгано кровью, в глазах горели остатки ярости, но в них читалась и странная опустошенность. — Опаздываешь на шоу, Дженсен. Финал уже был. — Мы договаривались на эвакуацию, не на показательную казнь. — Эвакуация — это план «Б». А у меня всегда есть план «А». Эти трое — шестеренки. Парень у ног Герреро уже перестал хрипеть и шевелиться. — Они могли дать показания, — холодно парировала Дженсен. — Показания? — фыркнул Эктор, вытирая лицо рукавом. — Эти пешки? Они ничего не знают. Руководство здесь меняется раз в две недели. Одни трупы заменяют другими. Важны не они. — Данные? — Данные, — подтвердил он. — Расписание поставок, финансовые потоки, списки заказчиков. Все, что связывает эту помойку с большим миром. Это переживет смену руководства, и это единственное, что действительно имеет значение. Герреро говорил спокойно, без тени сожаления. Его личная миссия завершилась, и теперь он вернулся к первоначальной цели. Дженсен смерила его взглядом. — Макриди, прием. Герреро со мной. Направляемся к серверной. — Только поживее, Дженсен, — ответил Макриди. — Местные копы уже на горизонте, придется уступать им лавры. Она кивнула Герреро, все еще не спуская с него глаз. Доверять ему не было оснований, но и явных причин ждать подвоха сейчас, после того как он добился своего, тоже не наблюдалось. — Веди. Он без лишних слов развернулся и пошел короткой дорогой, известной только ему, минуя основные очаги боев, словно знал, что сопротивление уже сломлено. Местный дата-центр оказался в подвальном помещении соседнего здания. Герреро без колебаний приложил карту. Замок щелкнул. Внутри знакомо гудели десятки забитых оборудованием стоек и системы охлаждения, мигали огоньки. Стандартная корпоративная серверная, ничем не примечательная, если не считать контекста. — Прикрой, — бросил он через плечо, подходя к главной консоли и втыкая в нее портативный накопитель. Его пальцы затанцевали по клавиатуре, обходя пароли с легкостью человека, который знал бэкдоры. Дженсен заняла позицию у входа, спиной к стене, чтобы контролировать и коридор, и его. Через несколько минут до них донеслись звуки приближающегося боя — очереди выстрелов, крики, затем мощный взрыв где-то совсем рядом. Потолок содрогнулся, с него посыпалась штукатурка. Герреро даже не вздрогнул. — Еще минута, — пробормотал он. — У нас нет минуты, — парировала Дженсен, слыша, как в соседнем ангаре завязалась перестрелка. Бой прошел мимо подвала, резко сместившись в сторону. Через несколько минут Герреро удовлетворенно хмыкнул. — Готово. Все, что было, теперь у меня. Контакты, транзакции, маршруты. Здесь даже есть адреса их следующих пунктов сбора. Миллер будет пускать слюни от счастья. Герреро отсоединил накопитель и спрятал его во внутренний карман. Они двинулись к выходу тем же путем. Казалось, самое сложное позади. Они были в двух шагах от тяжелой двери, ведущей обратно в гараж, когда мир взорвался белым беззвучным огнем. Система активной защиты Дженсен сработала с запозданием, пытаясь парировать атаку, но импланты захлебнулись. В висках взорвалась адская боль, оптические сенсоры залило статикой, а конечности онемели, перестав подчиняться. Последнее, что она увидела перед тем, как сознание отключилось, — это силуэт Герреро, который дернулся и схватился за голову, но остался на ногах. Очнулась она на холодном бетонном полу коридора. Перед глазами плыли цветные пятна, постепенно складываясь в очертания чьего-то лица. — ...енсен! Эй, Дженсен! Дыши, черт возьми! Герреро стоял рядом на коленях и тряс ее за плечо, держа на прицеле входную дверь. — Ты меня слышишь? Она попыталась кивнуть. — Что... — Не двигайся, — приказал он. — Какая-то хрень с системой безопасности. Сработала с дикой задержкой. Не ЭМИ, что-то другое. У меня тоже все искрит, но у тебя... у тебя всего больше. Он огляделся и кивнул на едва заметный след обугленной проводки над дверным косяком. — Похоже, это была ловушка на выход. Растяжка. Мы ее не заметили. Дженсен медленно поднялась на ноги, отстраняя его руку жестом, который говорил скорее о привычной самостоятельности, чем о неприятии помощи. Мир качнулся, но остался на месте. Импланты подавали первые признаки жизни, системы одна за другой выходили из аварийного режима. Слабость отступала, сменяясь привычной собранностью. Предупреждения исчезли, осталась лишь легкая фантомная пульсация в висках — эхо системного сбоя. — В норме, — выдохнула она, больше для себя, чем для него. — Идем. — В норме? У тебя даже глаза погасли. — Забей. Они вышли из серверной обратно в гараж. Бой на территории базы затихал, перерастая в отдельные короткие стычки. Треск выстрелов доносился теперь лишь с восточного периметра, где, судя по всему, все еще пытались сопротивляться последние отчаявшиеся. Никто не обратил на них особого внимания — Дженсен была своя, а Герреро шел под ее контролем. Они перешагивали через тела в форме «Свалки», пробирались через завалы исковерканной техники и обломков. Сопротивление практически прекратилось. Пару раз им попадались засевшие в укрытиях боевики, но Дженсен нейтрализовывала их быстрее, чем те успевали понять, что происходит. У разрушенного КПП на полпути к точке эвакуации их встретила группа Макриди. Дункан смотрел на приближающуюся пару с глухим раздражением. — Выглядишь помятой, Дженсен. — Временное явление, — отозвалась она. — А ты, Герреро, вообще цветешь и пахнешь, — Макриди повернулся к агенту. — Хочешь рассказать, почему полбазы взлетело на воздух, а командный состав вырезан, как цыплята? У тебя своеобразное понимание слова «эвакуация», парень. Герреро лишь преувеличенно невинно пожал плечами. — Всегда рад твоему нежному вниманию, Макриди, — усмехнулся он, не смущаясь. — Но догадки о моих мотивах можешь оставить при себе. Результат, как видишь, налицо. База обезглавлена и нейтрализована. — Ты хоть что-то полезное добыл, пока устраивал этот цирк? — не отступал Макриди. — Все оперативные вопросы я буду обсуждать исключительно с Джимом Миллером. Считайте это условием моего возвращения в лоно цивилизации. Макриди смерил его взглядом, полным откровенного презрения, но спорить не стал. К воротам базы подъехала колонна — несколько внедорожников с проблесковыми маячками штатной полиции и два бронированных фургона федералов. Двери распахнулись, наружу высыпали люди, принимая участок у оперативников Интерпола. Координатор «Гаммы» уже шел навстречу их командиру. К хаосу боя начал подмешиваться новый — организованный и бюрократический. Основное сопротивление подавлено, начиналась рутинная бюрократическая часть работы: опись, арест оставшихся в живых, оформление протоколов. Американское подразделение Интерпола будет курировать процесс, а «Гамма» обеспечит безопасность до полной стабилизации обстановки. Макриди, покосившись на прибывший конвой, мотнул головой. — Ладно. Транспорт ждет. «Гамма» и ребята из американского филиала доведут дело до конца. Наше дело сделано. Они двинулись к ожидающему СВВП. Патрульные роботы «Свалки» стояли по сторонам, теперь неподвижные и безжизненные. Герреро, насвистывая какую-то беспечную мелодию, словно только что вернулся с пикника, а не с кровавой бойни, устроился на сиденье, всем видом показывая, что он свою часть работы выполнил и никуда сбегать не собирается. Макриди проследовал за ним, буркнув через плечо. — Присмотри за ним. Герреро развел руками с видом оскорбленной невинности. — Я же всегда за сотрудничество. Полет до Праги прошел в гнетущем молчании. Приземлились они на том же частном аэродроме, где начиналась эта операция. Прямо на летном поле под пронизывающим ветром их ждал Джим Миллер. Герреро первым спустился по трапу и, не дожидаясь вопросов, протянул Миллеру накопитель. — Все, что смог найти. Контакты, финансы, схемы логистики. Остальное... пришлось оставить на месте. Миллер взял устройство, не глядя убрал его в карман и жестом указал на ожидающий неподалеку служебный автомобиль. — Поехали, Герреро. Обсудим детали в офисе. Агент под прикрытием кивнул и, не оглядываясь, направился к машине. Перед тем как сесть, он на мгновение встретился взглядом с Дженсен и едва заметно кивнул. Миллер подошел к Дженсен и Макриди. — Хорошая работа. Оба. Жду вас в штабе. Он развернулся и ушел следом за Герреро. Макриди, наблюдая за ними, сдержанно хмыкнул. — Ну вот, начинается великая тайна. Надеюсь, эта его авантюра стоила потраченных патронов и нервов. Он мотнул головой в сторону второго автомобиля. — Поехали, Дженсен. На сегодня зрелищ хватит. Поездка обратно в штаб сначала была такой же молчаливой, как и полет. Лишь когда машина въехала в тоннель, Макриди не выдержал. — Самодовольный ублюдок, — ворчал он. — Сидит, ухмыляется, будто он герой дня, а не тот, кто чуть не угробил половину операции своими фокусами. Никогда не понимал этих игр в кошки-мышки. Бросить агента в стаю волков, а потом удивляться, что он начал кусаться и выть. Дали бы ему вольную, он бы сам всю свою «Свалку» за неделю на ноль помножил, а мы бы потом пришли и готовое взяли. Дженсен, закрыв глаза, сделала вид, что не слышит. Она уже привыкла к его язвительным комментариям. Сегодня он злится на Герреро, завтра — снова на нее. Бесконечный цикл. В штабе их ждала рутина: сдача оружия в арсенал, краткий устный отчет дежурному офицеру, заполнение нескольких цифровых форм. Никто не задавал лишних вопросов — операция завершена, цели достигнуты, потерь нет. Для системы, еле держащейся на плаву последнюю неделю, это был успех. Дженсен последней покинула операционный центр. Вернувшись в свою тихую безликую квартиру, она обнаружила у двери небольшой пакет от курьерской службы. На внутреннюю сторону клапана кто-то аккуратно наклеил небольшую записку — только дата, время и адрес: через неделю, 12:30, Карлов мост. Она узнала этот почерк: точно так же, несколькими неделями ранее Дженсен получила фигурку «пчелки». С одной стороны, это выглядело... трогательно — настоящее физическое послание в мире, где общались шифрами и нейронными подсетями. С другой, Дженсен прекрасно понимала, почему Фарида Малик могла опасаться звонить или выходить на связь открыто — прошло много времени с их последней встречи и все очень сильно изменилось. Фарида перестраховывалась и, возможно, думала, что их прошлое сотрудничество осталось для Дженсен лишь страницей в архиве, работой, не более того. Может, боялась, что ее звонок окажется неуместным. Прошлая посылка могла быть жестом, напоминанием. Вторая, с явным приглашением встретиться, говорила о чем-то большем. Дженсен очень надеялась, что Малик не грозит опасность и ей не нужна срочная помощь, но она будет в указанном месте в указанное время. Готовая вписаться в любую авантюру, если это потребуется.