111. ...с несерьезными последствиями

Дорога уходила в дрожащую от зноя даль. Дженсен выждала около часа, прежде чем связаться с Миллером. — Первый контрольный, — сообщила она. — Я еще не на месте, но в пути. Точка выдачи снаряжения чиста, транспорт в порядке. Выхожу на маршрут к цели. — Принято. Держи темп, не торопись, — ответил Миллер. — Ждем следующего выхода в двадцать два ноль-ноль по местному. И, Дженсен... я кое-что организовал. Нашел запасного пилота. Частного, не по нашим каналам. Он помолчал, будто раздумывая, говорить ли дальше. — Если что-то пойдет не так — с самой базы он тебя, конечно, не выдернет, это невозможно. Но если ты сможешь уйти с территории объекта, он тебя подберет, только дай знать. Миллер не стал договаривать. Дженсен поняла — он нарушал правила, создавая для нее «черный» путь для отступления в обход протоколов и межведомственных договоренностей. Звучало как личная ставка, а не поддержка начальника. Признаваться в этом вслух Миллер все равно не стал бы. — Поняла. Спасибо, — искренне поблагодарила она без обычной сдержанности. — Не за что. Просто будь осторожна. Миллер, конец связи. Дженсен еще несколько километров обдумывала этот новый фактор — запасной выход, шанс, которого у нее официально не должно было быть. Это немного меняло расчеты, добавляя вариантов, если все пойдет наперекосяк. Через полчаса она активировала инфолинк снова, набрав другую частоту. — Я почти на месте. Без приключений, — сообщила Дженсен, как только услышала характерный щелчок. — О, голос с того света, — тут же отозвался Притчард. — Город песков тебя пока не съел, отлично. Успела уже вляпаться во что-нибудь интересное? — Пока нет. Все гладко. Город позади, впереди — сплошные камни. — Скукотища, — хмыкнул он. — Ладно, у меня как раз появилось время поковыряться в их цифровом хозяйстве. Уже подбираюсь к периметру. Пока это похоже на стандартный корпоративный забор, но с сюрпризами. Дам знать, если найду что-то, во что не стоит совать свой любопытный нос. Дженсен представила его: ссутулившегося над клавиатурой в полумраке их пражской квартиры и привычно щурящегося в монитор. — Звучит почти как старые времена, — заметила она. — Только теперь ты работаешь не на одного сумасшедшего миллионера, а на целую кучу сумасшедших бюрократов, — парировал Притчард. — И на себя заодно. Прогресс, не иначе. Ладно, не отвлекай меня. Позвони, когда будешь на точке. — Договорились. Дженсен отключилась. Почти ностальгия: она в поле, он обеспечивает цифровую поддержку, язвит и волнуется одновременно. Только раньше за ее спиной стояла целая корпорация с почти неограниченными ресурсами, а теперь — несколько человек, которым она негласно доверяла, и зыбкая тень «Джаггернаута». Работа на три фронта, да. Но хотя бы фронты эти стали ей немного понятнее. Еще через час Дженсен съехала с главной трассы на грунтовую дорогу, ведущую вглубь пустынного плато. Машина мягко покачивалась на ухабах, ландшафт стал более пересеченным: сухие русла, скальные выступы, редкие пятна выжженной травы. Она свернула в сторону от наезженной колеи и через двадцать минут нашла подходящее место: невысокую гряду темных камней, образующих нечто вроде естественного навеса. Дженсен загнала машину под каменный козырек, заглушила двигатель. Время — чуть больше трех дня. До заката несколько часов. Спешить некуда: лезть на объект средь бела дня было бы самоубийством — ее бы заметили за километры. Оставшиеся до заката часы Дженсен потратила на последнюю проверку систем: заряд аккумуляторов — полный, функции оптического камуфляжа — в рабочем состоянии. Встроенное оружие откликалось на мысленные команды без задержек. Пистолет в кобуре, два магазина в карманах, два гипостима. Все на месте. Сумерки в пустыне наступали быстро, температура резко упала. Дженсен выбралась из машины, захлопнула дверь и пошла пешком, используя неровности ландшафта как укрытие. Объект не пытался скрыть свое присутствие, вырастая из темноты и превращаясь из набора силуэтов в конкретную структуру. За высоким глухим бетонным забором, увенчанным спиралями колючей проволоки и больше напоминающим периметр тюрьмы, чем тренировочного полигона, виднелись крыши нескольких прямоугольных строений. По углам периметра — вышки с прожекторами, уже начавшими выписывать медленные дуги по песку перед забором. Даже на таком расстоянии Дженсен различила темные силуэты на двух из них — снайперы. Она нашла укрытие у подножия небольшого скального выступа в сотне метров от стены. Забор — сплошной, без явных разрывов, канализационных коллекторов или технологических люков. Главные ворота — массивные, стальные, явно с дистанционным управлением. Рядом с ними — небольшое караульное помещение, одноэтажное, с одним входом. Она наблюдала за патрулями. Два человека с автоматами обходили периметр с интервалом в семь минут. Еще один охранник выходил из караулки, курил, смотрел в телефон, затем возвращался внутрь. Цикл повторялся. Дженсен ждала. Она пропустила три патруля, отслеживая движение охранника у двери. Наконец, после очередного перекура, он что-то крикнул кому-то внутри, и направился вдоль стены, вероятно, к другому посту или на смену. Дождавшись, когда фигура охранника растворится в темноте, Дженсен рванула с места и прижалась к бетону рядом с дверью караулки. Электронный замок — модель среднего класса, не военного образца, с цифровой панелью и считывателем карт и явно рассчитанный на то, что физическую защиту обеспечивает сама стена и вышки. Через десять секунд раздался мягкий щелчок. Дженсен приоткрыла дверь, проскользнула внутрь и тут же заблокировала ее за собой изнутри в закрытом состоянии — чтобы снаружи все выглядело как обычно. Караулка ничем не отличалась от сотен таких же — два стула, стол с мониторами, показывающими картинку с камер по периметру, рация на зарядке, шкафчик, тусклый светодиодный светильник. Из помещения нашелся еще один выход — прямо на территорию, простая металлическая дверь с ручкой. Щель в полсантиметра позволила Дженсен оценить обстановку: прямо напротив — глухая стена одного из зданий, влево и вправо уходили проходы между постройками. До ближайшего ангара из гофрированного металла — метров пятнадцать. Прожектор с вышки только что прошел по этой траектории. У нее оставалось примерно сорок секунд до следующего прохода. Дженсен выскользнула наружу, мягко прикрыла дверь, убедившись, что замок снова защелкнулся, и бросилась вперед, сливаясь с глубокой тенью у стены ангара. Прожектор пронесся по песку позади нее. Первая часть выполнена. Она внутри. Теперь можно начинать основную работу: найти пропавшего агента и раздобыть данные о деятельности базы. Командный центр, скорее всего, располагался в трехэтажном здании или под ним. Агента же могли держать где угодно — в подвале любого из бункеров, в изоляторе, а то и вовсе уже успели вывезти или ликвидировать. Дженсен отзвонилась Притчарду. — Я внутри. Ничего не взорвалось. Что по цифрам, есть план? — Работаю, — ответил он. — Их сеть... интересная. Не совсем корпоративная, слишком много военных протоколов. Но кое-что просочилось. Держи. Притчард передал схему — не идеально детальную, но с обозначениями основных строений: ангары, казарма, командный центр, два входа в подземную часть. Один — рядом с казармой, второй, более широкий, — у главного здания. — Судя по энергопотреблению и трафику данных, самое интересное — внизу, — продолжил Притчард. — Там что-то вроде мини-серверной или лаборатории. Камер тоже больше в том районе. На верхних этажах народу немного, в основном охрана и техники. Что по периметру? — Спокойно. Патрули есть, но интервалы большие. Я пойду к центральному корпусу. — Жди, — на том конце послышался интенсивный стук клавиатуры. — Я пытаюсь получить доступ к их внутренней сети через резервный канал связи. Если повезет, смогу на минуту отключить камеры на твоем пути. Дженсен замерла, выискивая купола камер — большинство направлено на забор и подступы. Серверная под командным пунктом — логичное место для хранения данных, но и агента с большой вероятностью могли держать внизу, в изолированной зоне. Решение напрашивалось само собой: сначала спуститься вниз, попытаться получить доступ к данным, а заодно проверить подземные уровни под ним на наличие заключенных. — Готово, — доложил Притчард. — У них сегментированная система. Я отключил блок камер на восточной стороне центрального корпуса и на подходах к нему с твоей позиции. У тебя есть окно в... около трех минут. Потом я их перезапущу. — Принято. Восточная сторона центрального корпуса — трехэтажного утилитарного здания из серого бетона — временно ослепла. Черные купола камер под потолком висели неподвижно, не мигая характерными красными светодиодами. У главного входа стояли двое, но Дженсен и не думала туда соваться. Она обошла здание и нашла технический люк, вероятно, для доступа к тем же кабелям или вентиляции. Патруль вышел из-за угла одного из бункеров, и Дженсен прижалась к выступающему фундаменту. Они прошли мимо, о чем-то разговаривая на языке, который она не понимала, и даже не повернули головы. Проверив, что вокруг никого, она поддела защелку люка и оглянулась перед тем, как спуститься — ее путешествие до сих пор никто не заметил. Прожектор с вышки скользнул по крыше здания рядом. Внизу, на глубине примерно трех метров, начинался узкий коридор, освещенный тусклыми аварийными лампами. По стенам из голого бетона и потолку шли трубы, жгуты проводов. Народу под землей, вопреки ожиданиям от пустынного объекта, оказалось немало: периодически Дженсен слышала шаги, приглушенные голоса за поворотами, лязг металлических дверей. Один раз ей пришлось заскочить в щитовую, когда мимо прошли двое в черной униформе с характерной плавностью движений, выдававшей боевые аугментации. Не разбитые моды каких-нибудь полунищих Джиннов. Профессионалы. Дженсен пропустила их и пошла дальше. Первый отсек, в который она заглянула через приоткрытую гермодверь, напоминал казарму: двухъярусные койки на дюжину человек, тумбочки, но почти без личных вещей. Помещение выглядело обжитым, но не прямо сейчас — как будто его использовали время от времени. Второй отсек был больше похож на изолятор — несколько камер с решетчатыми дверями, но все они пустовали, пол и нары покрылись равномерным слоем пыли: помещением не пользовались неделями, если не месяцами. Третий отсек заставил Дженсен свернуть с первоначального маршрута: стеллажи, до потолка заставленные одинаковыми зелеными ящиками с маркировкой. Она приоткрыла ближайший: внутри, упакованные в пенопласт, лежали компактные автоматы новейшей модели, только что с завода. Следующий ящик — пистолеты-пулеметы. Дальше — плазменные гранаты, взрывчатка, даже переносные противотанковые ракетные комплексы. Рядом стояли несколько опечатанных контейнеров поменьше — для имплантов, судя по пиктограммам на боку. Оружия было много, и все — современное, предназначенное не для местных разборок, а для полноценных боевых действий, и масштаб указывал на поставки для целой частной армии. Торговля им подпадала под статьи, за которые Интерпол обычно откусывал головы, не думая. Дженсен уже собиралась идти дальше, когда Притчард напомнил о себе: — Дженсен, тут что-то не так. — Конкретнее, — отозвалась она. — Тревоги в системе нет. Вообще. Я сижу в их логистической сети, смотрю за движением по датчикам на дверях, за расходом энергии. Паттерн изменился. Резко. Последние семь минут — всплеск активности у всех основных входов на нижние уровни. Как будто начали перегруппировку, тихо, но очень организованно. Дженсен нахмурилась, пытаясь прощупать радаром поверхность. Сигнал с трудом пробивался сквозь толстые бетонные перекрытия, картину выдавал смазанную, но общая тенденция подтверждалась: сверху спускались группы из трех-четырех сигнатур каждая и неспешно занимали позиции на лестничных клетках и в узловых точках коридоров. Бесшумно и незаметно выйти тем же путем уже не получится. Выходы перекрывали. Дженсен не стала тратить время на долгие раздумья, выбирая между двумя вариантами: попытаться прорваться назад, пока кольцо не сомкнулось окончательно, или добраться до цели, раз уж до нее осталось всего два десятка метров. Первый вариант теперь реализовывался с боем в любом случае. Второй — тоже. Но если уж лезть в драку, то хотя бы с ответами на руках. — Вижу, — коротко ответила она. — Значит, меня ждали. Или ждали кого-то в принципе. — Блядь, так я и знал, — прошипел Притчард. — Ладно, делай свои важные интерполовские дела, но, ради всего святого, делай их быстро и вали оттуда. Я попробую создать им помехи в системе контроля доступа, но но не обещаю чудес. — Не рискуй. Держи канал открытым. Теперь скрытность теряла смысл: каждый лишний момент давал противнику время на подготовку, и скорость стала важнее. На первом же повороте в сторону предполагаемой серверной Дженсен нос к носу столкнулась с охранником — крупным мужчиной в камуфляже с аугментированной правой рукой. Увидев ее, он не стал поднимать тревогу, а молча рванулся вперед, пытаясь схватить. Дженсен среагировала быстрее, ударив его в горло. Охранник захрипел, отлетел к стене и осел на пол, потеряв сознание. Она не стала его добивать — время дорого. Следующий поворот вел в короткий тупиковый коридор, в конце которого виднелась укрепленная дверь с маркировкой «Технический отсек. Доступ по авторизации». Рядом стояла охрана. Они еще не видели ее, принимая какой-то приказ через рацию. Дженсен не стала скрываться. Охранники обернулись почти одновременно, потянувшись к оружию. Она выстрелила первой дважды — оба рухнули. Замок щелкнул, дверь в серверную открылась. Здесь было прохладно — работали мощные кондиционеры. По центру — рабочий стол с несколькими мониторами. Дженсен нашла в ящике высокоемкие флеш-накопители, покрутила в руках. Неплохо было бы забрать с собой что-нибудь посущественнее пустых слов... Первые два накопителя не подошли, третий оказался пригодным. На экранах замигали окна, началась автоматическая выгрузка данных. Сама Дженсен в это время вручную пролистывала доступные директории, искала что-то, что выбивалось бы из общей картины, просматривая названия файлов: «Инвентаризация_поставка_22», «Контракт_Босния», «Список_персонала_охраны», «Финансовые_отчеты_Q3». — Время, — предупредил Притчард. — Знаю, — буркнула Дженсен в ответ. Учетные записи поставок оружия — суммы астрономические, география широкая: Ближний Восток, Африка, Юго-Восточная Азия. Нелегальный оборот боевых имплантов — Дженсен нашла папку с маркировками и серийными номерами украденных или контрафактных кибернетических модулей в основном военного образца корейского и китайского производства и файлы с финансовыми транзакциями через подставные фирмы в ОАЭ и на Кипре. Все четко, деловито, масштабно, но... предсказуемо — обычный, пусть и крупный, черный рынок, даже работорговля мелькала — имена, фото, медицинские показатели, контракты на «рабочую силу» для каких-то рудников в Центральной Африке. Ничего, что выходило бы за рамки криминала, с которым Интерпол боролся каждый день: грязный, смертоносный, но всего лишь бизнес, очередные ублюдки, делающие свои темные делишки под чьей-то крышей и с чьего-то молчаливого одобрения. Бесспорно важно, но это не то, ради чего она сюда полезла, и уж точно не то, что оправдывало бы запрос от Мэндерли и такую стремительную организацию ее миссии. Возможно, крыша и была ключом, но здесь, на этом сервере, ее имени не было. Копирование завершилось. Дженсен выдернула флешку, сунула во внутренний карман. В коридоре началась какая-то возня, из дальнего конца доносились приглушенные голоса, шаги — ее искали уже целенаправленно. Она активировала инфолинк, вышла на частоту Миллера. Соединение установилось с заметной задержкой. — План меняется, — сказала она без предисловий. — Объект — крупный хаб нелегального оборота оружия и имплантов. Есть признаки работорговли. Масштабы значительные, прикрытие серьезное, и оно стоит самой суровой проверки и зачистки. Очень желательно действовать максимально быстро. Дженсен замолчала, прислушиваясь к звукам снаружи — в коридоре слышались шаги. — Агента я не нашла, — продолжила она. — И толком не искала — потому что меня здесь, кажется, ждали. Выход перекрыт. Меня сейчас попытаются взять. — Твою мать... Твою чертову мать, Дженсен. Хорошо. Хорошо, я все сделаю... Миллер ругался негромко, но с такой искренней яростью и растерянностью, что стало ясно — он ни при чем. Его подставили так же, как и ее. — Шеф... — Постарайся выйти. Любой ценой. — Ваш «запасной план» еще в силе? — Да, — без колебаний ответил Миллер. — Координаты точки я тебе сброшу через десять секунд. Я... я подниму шум, — он запнулся. — Черт, Дженсен, я даже не знаю, с чего начать. Запрос шел от Мэндерли. Если это подстава... — Это подстава, — холодно констатировала она. — Но сейчас не время разбираться. Вызывайте борт и начинайте придумывать официальные отмазки поприличнее. Потому что выходить я отсюда буду с потенциальным фейерверком. Они не отпустят просто так. Миллер снова выругался, на этот раз более изобретательно. — Понял. Борт будет на точке примерно через час, может, чуть раньше. Дженсен, ради всего святого… Она отключила связь, как только пришли координаты — точка в пустыне в семидесяти километрах к северо-западу от ее текущего положения. Одновременно Притчард перебросил ей свежую схему коридоров с красными метками, обозначавшими полные блокировки. — Народу прибавляется, — сообщил он. — Идут с двух направлений. Через три, максимум четыре минуты твой коридор будет перекрыт. Дженсен посмотрела на схему: прямой путь наверх отрезан. За дверью серверной раздались голоса, уже совсем близко. Кто-то крикнул что-то на арабском, затем ударили по двери. Оставался последний вопрос: как именно они собирались ее брать — живой или мертвой. Ответ, скорее всего, зависел от того, чьи это были люди. И если они действовали по чьей-то указке, то вариант «живой» сулил ей лишь возвращение в Европу в наручниках с последующей передачей в руки Делары Озен и ее хозяев. Дженсен оглянулась, достала пистолет, проверила магазин, подошла к серверным стойкам, нашла главный распределительный щиток и вырубила его. Гул кондиционеров стих, свет погас, остались только тусклые аварийные лампы. В темноте у нее было небольшое преимущество. Выход один — через ту дверь, которую сейчас пытались выбить. Если уж фейерверк — то настоящий. Дверь снова задрожала от удара. Дженсен прижалась к серверной стойке, прицелившись в сторону входа. Шаги снаружи затихли, сменившись приглушенными голосами. Они советовались. — Надеешься, что они сами разойдутся? — раздался голос Притчарда. — Создавай помехи. — Уже. Снаружи кто-то грубо стукнул прикладом в дверь. — Выходи! — прокричал мужской голос на ломаном английском. — Оружие на пол! Дженсен проигнорировала приглашение, ища альтернативы. Вентиляционные решетки слишком малы, а больше здесь ничего и не было. — Получилось, — почти торжествующе произнес Притчард. — Я отправил ложный сигнал тревоги на противоположный конец комплекса. Часть из них, возможно, побежит проверять, но не все. И у тебя есть проблема — они сейчас переведут управление дверью на ручной режим. Когда это случится, мой доступ затрещит по швам. «Когда» наступило через десять секунд. Раздался металлический лязг — тяжелый засов сдвинули снаружи. Дверь дрогнула и начала медленно отъезжать в сторону. Дженсен не стала ждать, открыв огонь через щель, как только дверь открылась чуть шире. Два прицельных выстрела — человек за дверью рухнул, второй отпрыгнул назад с криком. Началась неразбериха, крики, ответные выстрелы. Пули застучали по стойкам, высекая снопы искр. — Выходи из этой мышеловки, сейчас! — зашипел Притчард. — Я открыл путь вправо от двери, по коридору. Там должна быть лестница на уровень выше в соседний склад. Беги! Дженсен выскочила из серверной. — Северный коридор заблокирован! Иди на юг, через вентиляционный отсек! — скомандовал Притчард. — Юг, говоришь? — Дженсен отправила еще две пули в сторону двери, заставляя стрелка отступить, и рванулась в противоположный конец коридора, к решетке в стене. — Там же тупик по твоей же карте! — Карта устарела пять минут назад. Прямо перед тобой, за панелью. Бей сильнее. Дженсен ударила плечом в декоративную пластиковую панель. Та с треском лопнула, открывая за собой узкий лаз. Сзади уже раздавались крики, еще одна очередь прошила стену над головой. Дженсен нырнула в проем. — И как долго ты собирался молчать? — проворчала она, пробираясь по тесному тоннелю. — Пока не понадобилось. Считай, сюрприз. Беги быстрее, они уже обходят. На выходе из тоннеля ее уже ждали. — Двери в главный коридор я заблокировал, но это ненадолго. У тебя слева, через тридцать метров, аварийный выход в вентиляционный тоннель. Видишь? Дженсен отпрыгнула за угол, выкинула пустой магазин и вставила последний запасной. — Не вижу. Ослеплена гостеприимством. — Вот тебе метка. Свежий зеленый указатель, бодро помигивая, наложился на карту схемы. — Уже лучше. Дженсен выглянула, выстрелила дважды, чтобы заставить головы спрятаться, и рванула в указанном направлении. Пули цокали по бетону позади. Она добежала до заветной точки — металлическая решетка в стене прикрывала темный проход. Дженсен дернула ее — безуспешно. В дальнем конце коридора послышался лязг — подкрепление, более серьезное. — Фрэнсис, решетка. — Работаю. Дай секунду. Секунда тянулась бесконечно. Дженсен развернулась, прислонилась спиной к стене и начала методично стрелять по появляющимся вдали силуэтам. Один упал, другие залегли. Последний патрон. — Готово! Решетка с глухим скрежетом отъехала в сторону. Дженсен нырнула в проем, и позади нее что-то громыхнуло — вероятно, бронедверь главного коридора не выдержала. Она побежала по низкому, пропахшему пылью и маслом тоннелю. — Куда я бегу? — выдохнула она, петляя по лабиринту коммуникаций. — На складской блок Б, там сейчас должно быть пусто. Выход на поверхность через технологический люк в полу. Она выскочила в другой коридор, менее освещенный, почти наткнувшись на патруль из трех человек. Ее пистолет щелкнул впустую. Без лишних раздумий Дженсен бросила его в ближайшего наемника, сбив тому прицел, выхватила его автомат, провернула на себе и нащупала спуск, понадеявшись на «Титан». Огонь был плотным и хаотичным. Двое упали, третий успел укрыться за углом и отстрелялся в ответ. Пули звонко щелкали по стене рядом. — Дай вспышку в моем коридоре! Притчард хмыкнул в ответ. Оптический камуфляж активировался. Охранник прекратил стрельбу, выглянул из-за укрытия, пытаясь понять, куда делась цель. В этот момент все светильники в коридоре вспыхнули на полную мощность, а затем тут же погасли, оставив его в кромешной тьме. Этого мгновения хватило. Дженсен, оставаясь невидимой, прошла мимо него, ударив прикладом в затылок. Боец беззвучно рухнул. — Театрально, — прокомментировала Дженсен, деактивируя маскировку. — Другого я от тебя не ждал. Лестница в двадцати метрах прямо! — направлял Притчард. — Справа дверь. Я держу ее открытой, но недолго. Она добежала до двери, открыла ее пинком, ввалилась на узкую бетонную лестницу и тут же захлопнула ее за собой. С той стороны ударили по металлу. — Запираю, — сказал Притчард, и в системе замка что-то щелкнуло. — Но они начнут резать или взрывать. Вперед, наверх! Она взбежала по лестнице, вышла в другой коридор и через него на склад, как и обещал Притчард. Снаружи доносились крики, беготня, но внутри было относительно спокойно. — Мило, — Дженсен выглянула в небольшое грязное окно. До стоянки транспорта — метров пятьдесят открытого пространства. — Их там много. — Ну разумеется. Я постараюсь устроить им светопреставление, чтобы отвлечь. Она осторожно приоткрыла дверь. До главных ворот — метров сто, но эти сто метров освещены как день: прожекторы с вышек, фары нескольких подъехавших джипов, и где-то на крышах сновали снайперы. Свет не погас. Вместо этого Притчард выругался в эфир. — Не вышло, но я нашел кое-что поинтереснее. Дай мне минуту. — У меня ее нет, — отрезала Дженсен и выскочила из укрытия. Она побежала зигзагом от одного укрытия к другому: сначала к грузовику, потом к пирамиде пустых бочек. Сверху щелкнул выстрел — пуля ударила в песок в метре от нее, подняв фонтан пыли. Снайпер. Хороший. Дженсен активировала маскировку — это не делало ее сейчас полностью невидимой, но превращало в размытое едва уловимое пятно, особенно в суматохе. — Минута, Дженсен, черт возьми, дай минуту! — Ты ее получил. Я отвлекаю, — она на секунду выключила маскировку, выскочила из-за бочек, дала короткую очередь из винтовки по группе у ворот, и снова нырнула в тень. Пули просвистели мимо. Они видели ее, но не могли поймать в прицел. Дженсен рванула к стоянке. Цель — любой транспорт с ключами. Пуля ударила в левый бок чуть ниже ребер — бронепластина приняла основную энергию и хрустнула. Дженсен развернуло, но она удержалась на ногах. Адреналин и системы сразу же заблокировали боль, превратив ее в фоновый давящий дискомфорт. Еще выстрел. На этот раз энергощит, активированный на полную, вспыхнул золотым, рассеяв удар. Где-то на другом конце базы раздался глухой мощный хлопок, и несколько прожекторов на вышках погасло, остальные заморгали. На секунду наступила полутьма, и суматоха усилилась. Крики, беготня. Дженсен воспользовалась моментом. Она добежала до ближайшего джипа, рванула дверцу — открыта. Ключи торчали в замке зажигания. Она ввалилась на сиденье, дернула стартер. Бак почти пустой, но до своего внедорожника в укрытии хватит. Она рванула с места, вывернув руль. В этот момент с другой стороны стоянки вырулил небольшой пикап, явно пытаясь перекрыть ей путь. Дженсен, не раздумывая, прибавила газ, тараня помеху. Металл заскрежетал, стекло треснуло. Ее джип качнулся, но проехал, протащив пикап за собой несколько метров. Дженсен сдала назад и ударила снова, на этот раз проламывая себе путь к главным воротам. — Ворота! — крикнула она. — Работаю! — ответил Притчард. Массивные стальные створки главных ворот начали медленно съезжаться — кто-то отдал команду их закрыть. Пули били в заднее стекло, трещины поползли паутиной. Дженсен взяла курс прямо на сужающийся проем. Створки дернулись, остановились, снова поползли — Притчард бодался с автоматикой. Расстояние стремительно сокращалось. — Давай! — прошипела она сквозь зубы. — Вот! — выдохнул Притчард. Ворота замерли и чуть разъехались, открывая путь. Джип втиснулся в щель в самый последний момент, содрав краску с боков. Последнее наружное зеркало с хрустом отломилось о створку. Сразу за машиной ворота с грохотом захлопнулись. — Все, — с горьким удовлетворением констатировал Притчард. — Больше никто никуда не едет, по крайней мере, через эти ворота. — Отлично сыграно, — выдохнула Дженсен, выруливая на грунтовую дорогу и резко меняя направление, чтобы сбить со следа возможных преследователей. Но это не значило, что погоня окончена. С вышек открыли огонь. Пули били по кузову, одна пробила заднее стекло, другая угодила в колесо. Машина дернулась, ее повело в сторону. Дженсен вывернула руль, борясь с заносом и петляя по грунтовой дороге, ведущей от базы, чтобы сбить прицел снайперам. Еще несколько пуль угодили в багажник. Ей удалось отъехать на достаточное расстояние, чтобы выйти из зоны эффективного огня. Спустя еще пятнадцать минут тряски по бездорожью она добралась до скальной гряды, где оставила свой внедорожник. На спущенном колесе и с поврежденным управлением это оказалось непросто. Пересадка заняла меньше минуты. Дженсен завела двигатель и выехала из укрытия, взяв курс на координаты, которые дал Миллер. Только теперь, когда непосредственная опасность миновала, она позволила себе оценить ущерб: бок горел огнем, с каждым вдохом болело сильнее, ткань пропиталась чем-то теплым и липким. Она не стала смотреть. Притчард молчал — видимо, стирал цифровые следы своего вторжения. Дженсен вышла на связь с Миллером. — Выбралась. Еду на точку, — сказала она. Миллер ответил сразу, злой и довольный одновременно. — Принял. Борт уже на подлете. Ты в порядке? — Жива, не более. — Держись. Все обсудим потом. Она отключилась и сосредоточилась на дороге, казавшейся сейчас бесконечной. Через сорок минут с пустынной трассы пришлось свернуть на абсолютно ровный, ничем не примечательный участок песка вдали от любых огней. Координаты сошлись. Дженсен заглушила двигатель и вышла, чтобы не привлекать внимания работающими фарами. Через десять минут в небе появились бортовые огни. Небольшой потрепанный СВВП, похожий на не слишком красивое внебрачное дитя старого бизнес-джета и вертолета, с ревом и вибрацией опустился на песок в двадцати метрах от нее. Дверь открылась, и с трапа спрыгнул молодой парень азиатской внешности в яркой летной куртке. — Эй! Вы Анна? Я Ли! Мистер Джеймс сказал, чтобы я вас срочно вывозил! — он замахал рукой так, как будто она могла его не заметить в этой абсолютной пустоте. — Вы представляете, что тут творится? Я получил сигнал и рванул сюда как ошпаренный! Мистер Джеймс сказал, что вы журналистка и попали в переделку с какими-то бандитами. Это правда? Вы снимали репортаж? Это же опасно! Но очень круто! Дженсен, прижимая ладонь к боку, пошла к нему. Каждый шаг отдавался болью. — Что-то вроде того, — пробормотала она. — Невероятно! — продолжал Ли, помогая ей подняться по трапу. — Вы знаете, я никогда раньше такого не делал! Ну, то есть, сажал в пустыне, конечно, но не так, чтобы спасать кого-то! Мистер Джеймс сказал, что это очень важно, и что вы — герой! И что, может, даже в новостях будет! Представляете? Правда, он просил не говорить никому, но все равно! А вы что снимали? Террористов? Контрабандистов? Дженсен закрыла глаза. Смех превратился в стон. Миллер, старый лис, придумал идеальную легенду — этот парень был в полном восторге от своего приключения и от того, что, возможно, стал частью какой-то большой истории. — Я всегда хотел участвовать в чем-то таком! Настоящая операция по спасению! Про меня же потом, наверное, расскажете? Или интервью дадите? Я, конечно, понимаю, конфиденциальность, но... Она ввалилась в небольшой салон с потрепанными креслами и без сил опустилась прямо на пол, прислонившись спиной к переборке. Боль накрыла с новой силой. В глазах поплыли темные пятна. — Ли, — выдавила Дженсен сквозь зубы. — Аптечка. Или тряпка. Любая. Иначе я тебе тут все залью, герой. Он замер, наконец разглядев ее состояние: разбитый бронежилет, темное пятно, расползающееся по левой стороне, бледное заострившееся лицо. — О, черт! Да, конечно! Сейчас! Ли метнулся к кабине, вернулся с небольшой аптечкой. — Тут есть бинты, антисептик... О, господи, вам точно нужно в больницу! — Не нужно, — отрезала Дженсен, принимая у него коробку. — Просто дай мне минутку. И, пожалуйста... помолчи. Хоть пять минут. Дженсен расстегнула бронежилет, отодвинула ткань, рассматривая неглубокую рваную рану — осколок пластины бронежилета или рикошет, кровь сочилась медленно, но упорно. Она достала из аптечки крупную марлевую салфетку, прилепила покрепче, стиснув зубы. Ли захлопнул дверь, пробежал в пилотскую кабину, и почти сразу двигатели взвыли снова. СВВП плавно поднялся, затем накренился и понесся в сторону моря. Дженсен вспомнила про оставленный в отеле рюкзак с одеждой и расческой и махнула рукой — невелика потеря, потом похлопала себя по карманам. Справа — твердый прямоугольник флешки с данными. Слева — что-то мелкое, звенит. Она потянулась к карману на бедре, нащупала мелкие предметы, вытащила их, разжала руку: четыре брелока — солнце, кинжал, черный камень и сокол — лежали на окровавленной ладони. Не потеряла. Почему-то это было важно. Хоть что-то пошло не совсем наперекосяк. Ли продолжал что-то рассказывать о своей машине, о том, как он летел сюда, как ловко обошел зону контроля, но Дженсен уже не слушала, откинув голову на сиденье — знакомое, но давно забытое чувство удовольствия от хорошо сделанной и чертовски опасной работы, от слаженных действий с тем, кто прикрывает твою спину, даже находясь за сотни километров. От того, что выжила, хотя все шансы были против. И даже от саркастичной перепалки с Притчардом посреди всей этой суматохи. Шум двигателей изменился — СВВП уносил ее из пустыни, из-под огня, из этой безумной ночи под восторженный монолог какого-то болтливого парня, который чувствовал себя героем, спасающим якобы журналистку. В этой абсурдности ощущалась своя, очень горькая ирония. И Дженсен было почти смешно. Почти.