Принятие

      — Леди, ваш лорд ждёт вас к ужину.       — Скажите ему, что я скоро спущусь. — Алиенор лениво расчёсывает золотистые локоны.       Подумать только, всего какой-то год назад она творила самые невообразимые вещи, чтобы сбежать из этого чудесного места, от своего возлюбленного, а теперь… Даже если бы её силком выволокли из замка и увезли в тёмный дремучий лес, она вернулась бы обратно, чего бы ей это ни стоило.       Астарион сидит в трапезной за длинным столом. По своему обыкновению, неизменно безупречен. Алиенор приветствует его сдержанным кивком головы и садится по правую руку.       — Как всегда великолепна, звезда моя. — Комплименты из его уст никогда не надоедают.       — Взаимно.       — Пей быстрее, а то свернётся!       Алиенор берёт бокал с красной жидкостью и делает щедрый глоток.       — Это же тот, которого прислали на прошлой неделе? — Лениво подмечает она, катая тягучую солоноватую кровь по нёбу.       — Он показался мне весьма неплохим, решил оставить для этого чудесного вечера.       — Ты меня балуешь.       — Я готов баловать тебя вечно, любовь моя.       После ужина Астарион берёт её под руку и они вместе идут в сад, залитый серебристым лунным светом. Воздух свеж и прохладен, благоухает ароматами цветов, и даже затхлые запахи тины и рыбы, что ветер иногда приносит с причала, органично вплетаются в эту вечернюю симфонию. Где-то в кроне древнего раскидистого вяза затягивает тихую песню соловей. Даже не имея жизненной необходимости дышать, Алиенор делает глубокий полный вдох, чтобы насладиться моментом. Забавно, но лишь каких-то полгода назад она поняла, что живёт по-настоящему. Как бы иронично это ни звучало в её нынешнем статусе.       Астарион садится на мраморную лавку и тянет её за собой. Потеряв равновесие, девушка неуклюже плюхается ему на колени и тут же ощущает, как крепкие руки обвивают талию, прижимая теснее. Губы щекотно проводят по шее, поднимаясь к мочке уха, мягко зажимают её. Горячий шёпот заставляет кожу на затылке вновь покрыться мурашками.       — Луна сегодня особенно прекрасна.       — Такая красивая, что можно умереть. — чуть слышно выдыхает она в ответ.

***

      — На колени! — Эта игра начинается всегда почти одинаково, а заканчивается… как повезёт.       Алиенор подчиняется, опускаясь на расстеленный у камина потрёпанный походный спальник. Несмотря на обилие роскошных кроватей в замке, её возлюбленный всегда предпочитает заниматься сексом на этом видавшем лучшие времена блохастом куске из кожи, меха и грубой ткани. Иногда он стелет его рядом с огнём, иногда сооружает что-то похожее на палатку из одеял. Странный фетиш, причины которого так же загадочны, как его тёмная душа. Слуги о таком не шепчутся, а сама она всё ещё боится спросить напрямую. Остаётся только гадать, почему этот предмет имеет для него столь сакральное значение.       Лорд с силой толкает девушку на спальник, хищно опускаясь сверху. Хватает подбородок, рассматривает долго и пристально отсутствующим взглядом. В такие моменты надо лежать тихо, Алиенор это знает. И ждёт. Ждёт его вердикта на сегодняшний вечер.       Он начинает с пальцев, медленно покрывает поцелуями каждый, поднимаясь всё выше по предплечью, оставляя мурашки на обнажённой коже. Прикусывает за плечо, ведёт языком прямо к шее.       — Боги, ты совершенство. — Выдыхает он, прежде, чем вонзить клыки в кожу.       Алиенор вздрагивает, когда тело пронзает ледяными иглами, снова и снова. Вздрагивает, но держится, чтобы не закричать. Отодвигая коленом бедро, он входит, пожалуй, слишком резко, вызывая неприятные ощущения. Но ведь он любит её, верно? Её лорд, её монстр, очень огорчился бы, если б узнал, что сделал ей больно. Поэтому Алиенор издаёт вымученный стон, уплывающим сознанием чувствуя, как он двигается всё быстрее.       — Я никуда тебя больше не отпущу, слышишь? Ты моя! Моя! Поняла, сука?       Ей хочется сказать, что она и никуда не собиралась, но девушка молчит, чувствуя что эти слова адресованы не ей. Наконец, лорд дёргается в судорогах, издав финальный протяжный стон, расслабленно опускается на неё почти всем весом и целует свежие ранки на шее.       — Я был великолепен, дорогая?       — Как всегда, любимый! — Она обязательно скажет ему правду, но потом. Сейчас он выглядит слишком довольным, чтобы его расстраивать.