Глава 7

      Мой тёплый серый плащ был почти пошит, осталось немного доработать край и можно носить. Несмотря на то, что сезоны здесь почти не отличались для меня, зима есть зима, и она приближалась. По словам Аяны, здесь мог даже выпасть снег. Во что я пока не верила, но на её памяти это было, правда, он растаял, как только коснулся земли. Ночи становились холодней, это чувствовала и я.       — Иви! Быстрей, мне нужна твоя помощь! — Ребекка почти влетела в дом. Успела только отложить незаконченную вещь, как меня потащили на улицу.       — Бекки, что происходит? — торопясь за подругой, только успела мельком заметить наставницу, что с улыбкой смотрела, как меня почти выволокли из дому.       — Идём быстрее, мне надо тебе кое-что показать.       Блондинка была явно на взводе, и мне пришлось почти бежать за ней, благо недалеко. Холмы за домом подруги были достаточно высоки и далеки, чтобы за ними можно было спрятаться при желании. Именно туда меня и тащили.       — Вот, — ткнув пальцем в лежащее за холмом тело, как раз так, что пока не подойдешь впритык, не видно, нервно сказала Бекки.       — Что вот? — толкнув тело в плечо ногой, чтобы перевернуть и увидеть, кто это. — Это что, Калеб?       — Да, это Калеб, я не знаю, что с ним делать, он позвал меня поговорить. Потом полез с поцелуями, и я отбивалась, и вот, — протараторила блондинка, показывая на неудачного ухажёра.       — Тебе так не понравился поцелуй, что ты его прибила и позвала меня прятать труп?       — Он что, умер? О, Один, что я натворила, что теперь будет, — причитает Ребекка, начиная заламывать руки. — Что делать, Иви?       — Успокойся, дыши, — беру Бекку за голову и заставляю смотреть на меня. — Дыши, Бекки, вдох и выдох, вот так, правильно.       Слежу за тем, как она размеренно вдыхает и выдыхает, успокаиваясь. Стон под ногами раздался так неожиданно, что мы синхронно подпрыгнули и заорали.       — Ахх, — стонет парень, хватаясь за голову.       — Он жив! — радостно восклицает блондинка.       — Ну, одной проблемой меньше, труп прятать не придётся, — выдыхаю и я.       — Иви! — прилетает мне возмущённый удар в плечо.       — Ох, что случилось? — Калеб садится, всё так же держась за голову. Он явно дезориентирован.       Схватив меня за руку, Ребекка отводит меня немного в сторону от потихоньку приходящего в себя парня.       — Иви, сделай с ним что-нибудь, — шёпотом просит она, убедившись, что Калеб не обращает на нас внимание.       — В каком смысле? Что сделать? — не улавливаю, что от меня хотят. Парень жив и вроде не сильно пострадал, радоваться надо.       — Представляешь, какая обо мне пойдёт слава? Меня и так из-за братьев сторонятся, а тут первый, кто рискнул, получил от меня по голове, — начинает уж очень издалека Ребекка.       — А от меня ты что хочешь? Чтобы я его добила, что ли? Тогда уж точно никаких слухов не будет, — судя по округлившимся глазам, блондинка не уловила сарказм в моих словах, совсем.       — Нет, конечно, ты что, — о, это праведное возмущение, — ты же ведьма.       — Иии, — не дождавшись продолжения, подбадриваю её продолжить мысль.       — Заколдуй его, чтобы он забыл обо всём этом, — всплеснув руками, как бы показывая, что именно парень должен забыть.       — Да его проще прибить, — возмущаюсь я, но слежу, чтобы мой возглас не был слишком громким.       — Иви, ну пожалуйста, ради меня.       — Хорошо, я попробую, — видя умоляющую моську, сдаюсь, но ставлю условие, — но без обид, если не выйдет, а если спалю ему мозги в процессе, ты поможешь избавиться от тела.       И я была полностью серьёзна, никогда раньше не копалась ни у кого в мозгах. Нет, с Колом мы пару раз посылали друг другу мысли, это была моя идея — узнать возможность телепатии. Возможно ли это с помощью магии, и у нас получалось, но далеко в этом плане мы не заходили. А тут полноценное, если не стирание памяти, то внушение как минимум.       Подойдя к так и не очухавшемуся парню, что всё ещё сидел на земле и держался за явно больную голову, присела рядом. Обхватив голову подопытного, заставляю его посмотреть мне в глаза. Вот в душе не знаю, что делать. С Колом было проще, мы настраивались друг на друга. Он хотел получить от меня мысль, а я от него, это и сработало. Здесь же придётся действовать практически наугад.       — Калеб, ты помнишь, что произошло? — смотря в чужие карие глаза, желаю уловить, о чём думает их обладатель.       — Да, я пригласил Ребекку и… — договорить он не успевает, я как будто вижу всё его глазами и перехватываю это воспоминание. Чувствуя, как могу сделать с ним всё, что захочу, меняю его, размываю и перекраиваю. Калеб, потерявшись от моих действий, замолкает, не договорив.       — Калеб, ты помнишь, что произошло? — повторяю вопрос, чтобы удостовериться.       — Да, я возвращался из леса и, поскользнувшись, упал, и всё, а потом…       — Очнулся здесь с шишкой на голове, — заканчиваю за него, закрепляя воспоминание.       — Да всё так и есть.       — Вот и хорошо, теперь иди по своим делам, — отдав практически приказ, отпускаю его голову и откидываюсь на землю. Чувствую, как перед глазами всё плывёт и земля крутится практически во все стороны. Закрыв глаза, пытаюсь унять карусель, но это не сильно помогает.       — Иви, у тебя кровь, — Ребекка незаметно для меня оказывается рядом. И я понимаю, что из носа течёт что-то теплое, — тебе плохо? Это я дура виновата, не надо было просить тебя об этом.       — Всё хорошо, — и вправду, я ощущаю, как мне становится легче, — не паникуй. Лучше помоги дойти до дома.       Подруга помогла мне подняться, и мы побрели в сторону дома Аяны. Но далеко уйти не успели.       — Сестра, Иви, — глубоким голосом приветствует нас Никлаус, — Эвелин? Что с тобой? Что с ней?       Видимо заметив моё состояние, блондин оказывается возле меня и задирает мой подбородок вверх, заставляя посмотреть на него. Как оказалось, силы я свои переоценила, и от резкого движения головой в глазах темнеет, и я начинаю куда-то проваливаться.       Очнулась от мерных покачиваний, меня несли и по ощущениям, как принцессу на руках. И помня, что было перед тем, как я, судя по всему, хлопнулась в обморок, несёт меня Никлаус. Если только рядом не было других братьев Ребекки, но что-то подсказывает мне, что не было.       — Может объяснишь, что всё же произошло? — знакомый голос подтверждает мою догадку.       — Ей стало плохо, кровь из носа пошла, — монотонно, видно не в первый раз, говорит подруга.       — Это я и без тебя понял, — раздражённо отзывается парень.       Рискую открыть глаза, помня, как до этого всё в начале кружилось, а тут ещё и покачивает. Да и как бы не было удобно в тепле чужих рук, надо вставать на ноги.       Перед глазами чужое плечо и грудь, обхватываю руками шею Никлауса, чтобы иметь хоть какую-то опору, помимо его рук.       — Ты пришла в себя, — заметив мои шевеления, мой носильщик останавливается.       — Да, поставь меня, — соглашаюсь с очевидным, но моей просьбе следовать не спешат.       — Уверена? Ты только что была без сознания.       — Да, Иви, может не стоит делать лишних движений? — поддерживает брата Ребекка.       — Не стоит появляться в деревне на чужих руках, — возражаю я, видя, что до этой самой деревни, а точнее до дома Аяны, что был чуть в стороне, было ещё достаточно далеко. Похоже, без сознания я пробыла недолго.       В ответ на мою реплику руки, что держали меня, сжались ещё крепче, как-то слишком собственнически.       — Серьёзно, Никлаус, поставь.       — Если скажешь, что случилось и почему ты в таком состоянии.       И что сказать? Взглянув на Бекку, вижу по её мимике просьбу ничего про Калеба не говорить. Да и мне признаваться, что у человека в мозгах копалась, не с руки.       — Перестаралась с магией, — выбираю частичную правду. Ведь по сути это так и есть.       — Хорошо, — меня награждают хмурым взглядом и аккуратно ставят на землю, но руку со спины не убирают. Оказавшись на земле хоть и в импровизированных объятьях, выдыхаю. Попытка уйти от поддерживающей руки не увенчались успехом, со мной просто стали идти шаг в шаг, спустив горячую руку ближе к талии.       — Знаешь, я и сама могу дойти, — да, ноги ещё подрагивают и в душе одно желание — лечь и поспать, но я просто не могла не сказать это.       — Да я заметил, особенно когда ты упала практически мне в руки, — возразив, он с некой обидой в голосе добавляет: — Просто идём, если не хочешь появиться перед всей деревней на чужих руках.       И мы пошли, я больше не стала возражать против помощи, с него станется плюнуть на мою просьбу и опять понести как принцессу. Спрашивать о той интонации, с которой он произнёс последние слова, тоже не стала, боясь скорее не ответа, а тех чувств, что за ним стояли. Не готова копаться в чужих, когда и в своих-то ощущениях не разобралась, хоть и обещала себе подумать о них.       Никлаусу пришлось фактически тащить меня на себе, да, я перебирала ногами, но на этом, собственно, всё. Прежде чем идти в дом, до которого мы на удивление шустро добрались, попросилась завернуть к колодцу. Колодезное ведро было наполовину полным, и это хорошо, иначе не представляю, как в моём состоянии пришлось бы доставать воду или, хуже того, просить мое молчаливое сопровождение. Итак, быть такой беспомощной бесило. Во всём этом хотелось бы обвинить Бекку, но сама дура, согласилась на то, что никогда не делала.       Смыв кровь с лица, зачерпывая воду из ведра и так же немного попив, магия то или прошедший спор, но во рту была сушь. От выпитого и умывания стало в разы легче, но не так, как будто сама дойду оставшиеся пару метров. Благо во дворе дома Аяны был свой колодец и не пришлось топать к центральному. Да, путешествие до дома ясно показало, что вся моя бравада «сама дойду» — та ещё чушь, разве что доползти б смогла к вечеру завтрашнему.       — Бекки, проверь, пожалуйста, дома ли Аяна, — показываться в таком виде наставнице, даже на своих ногах, чревато как минимум расспросами. Она не раз говорила мне не усердствовать в магии, да ещё и в одиночку.       — Хорошо, я быстро, — блондинка чувствовала свою вину, не иначе, в другой ситуации её пришлось бы поуговаривать.       Использовать парня, к которому сама не понимаешь, что чувствуешь, как опору? О да! В другой ситуации мне было бы неудобно, стыдно или ещё что-то в этом роде, но сейчас мне было слишком плохо.       Сжав в кулаках его кожаную безрукавку, ощущаю тёплые руки, что крепко держат мою талию. Хоть вода и освежила меня, слишком сегодня перенапряглась, голова опять кружилась, и, зажмурив глаза, утыкаюсь лбом в мужскую грудь. С моим ростом выше всё равно бы не достала, а так удобно, не надо ни тянуться, ни наклоняться.       Мне бы задуматься, что практически лежу на парне, к которому что-то испытываю, хоть и с его помощью сохраняя вертикальное положение. Или о том, что он, похоже, не против того, что происходит, иначе посадил бы на ту же лавку, что в двух шагах. Но в этот конкретный момент мне было слишком лень думать хоть о чем-то.