Глава 36

      На утро, вспомнив про выключенный телефон и ожидая на нём увидеть минимум сотню пропущенных, была неприятно удивлена. Ребекка не перезвонила, вообще никак не прореагировала на мои звонки. Это было странно, либо на меня за что-то успели еще больше обидеться, либо с ней что-то случилось. Что может случиться с первородной вампиршей, в потенциале неубиваемой? Да что угодно, на самом деле, только ведьм, кроме меня, достаточно сильных в городе для этого нет. А остальное не вариант, кроме одного.       Никлаус.       Но тот не должен был сделать с любимой сестрой что-то страшное, даже если она участвовала в появлении Майкла. Максимум положит обратно в гроб, ну, я надеялась, именно этим объясняется ее странное молчание.       Не собираясь отступать от привычного распорядка дня, отправилась на утреннюю пробежку. Сопровождение даже особо не скрывалось, не имей я возможность чувствовать энергетику и четко знать, что за мной, изображая простых бегунов, следуют минимум двое гибридов, после вчерашнего это можно было понять и так. Только сопровождение от дома на пробежку и обратно домой. Не вызывай это у меня такого раздражения, внимания бы и не обращала.       В школе подруги предсказуемо не было, но и её брат, которого хотелось бы допросить, тоже на горизонте не появлялся. Мое беспокойство не унялось и после тренировки с Джошем, что хвалил мои успехи, а мне бы стоило радоваться моему самоконтролю, но беспокойство побеждало.       После пары спокойных дней, но нервных от ожидания, будто витающего в воздухе, не выдержала.       На очередной утренней пробежке выбрала направление бега в лес, что не делала аж с самой весны, преследуемая паранойей. Удаляясь все глубже по знакомым мне тропинкам в совсем уж необитаемые места, бежала и отчётливо ощущала бегущего за мной гибрида. Подловить его в незнакомой для него местности оказалось просто, довольно молодой парень не ожидал от меня такого финта. Выкрутила ему руку, не причиняя особой боли, просто удерживая, но и он не оказывал какого-либо сопротивления.       — Кто ты такой и зачем бежишь за мной? — задаю вопрос, когда он вскинул рефлекторно голову. Его глаза не были в удобном ракурсе, но это не помешало мне применить магию.       — Я Трой, мне приказано следить и охранять Вас, мэм, — докладывают мне то, что я и без того знала.       — Мэм? — фыркаю я на это обращение, как к тётке. — Передай своему хозяину, что за мной не нужно ни следить, ни охранять. А следующего, кто будет меня раздражать, я прокляну.       Отпустив парня, находящегося под моим внушением, провожаю взглядом, как он убегает от меня. И сама бегу домой. Принесут ли мои слова какую-нибудь пользу? Вряд ли. Но так, может, они станут менее заметны и раздражающи в своих действиях. На появление Никлауса и не рассчитывала, он, видно, занят чем-то более важным, чем я. От последнего меня просто захлестывала все больше раздувающаяся обида. И только то, что не пустила его за порог своего дома, приносило мне маленькое удовлетворение.

***

      Запах разнотравья витал в теплице и настраивал меня на умиротворённый лад. Свечная смесь под моим взглядом закручивалась в водоворот, перемешивая в себе не входящие в стандартную рецептуру ингредиенты. Уже собираясь добавить фитили и начать придавать будущим свечам форму, как трель телефона прервала мою своеобразную медитацию. Но вместо ожидаемого мной незнакомого номера, на дисплее горит вполне знакомое имя.       — Тайлер, неужели соскучился? — подпустив ехидство в голос, интересуюсь я. После лета, во время которого мы в основном изредка переписывались, он был занят Кэролайн и, подозреваю, Ребеккой.       — Иви, я не знаю, что мне делать, — отчаянно произносит брат, игнорируя мое ехидство. Отставив в сторону лишившуюся моего влияния смесь, что стала стремительно застывать, выхожу из теплицы на улицу.       — Расскажи по порядку, с чем ты не знаешь, что тебе делать? — серьёзным тоном задаю вопрос брату. Такой голос не слышала у него давно, последний раз когда он только стал оборотнем.       — Клаус приказал мне снять с Джереми Гилберта вербену, чтобы он мог внушать ему. — почти на одном дыхании вываливает Тай. — Клаус почти убил Джера с моей помощью. Я не хотел этого, Иви, но никто не верит мне. И не понимает, почему я его слушаюсь.       — Что Елена и её компания сделали? — с подозрением спрашиваю я у Тайлера.       — Что? О чем ты? — не понимает моего внезапного интереса он или делает вид.       — Никлаус ни с того ни с сего решил убить младшего Гилберта? — сарказм так и прет из меня. — И вместо того, что бы самолично свернуть ему шею, придумывает многоходовку с твоим участием? Так что они сделали?       — Они украли гробы, в которых его семья, — сдается Тайлер после моей отповеди и поражает меня этой новостью, как пыльным мешком по голове. — Иви, я не хочу, чтобы из-за меня кто-то умер…       Снова…       Слово повисло в воздухе, но не было произнесено, я поняла его и так. Это меня и вывело из небольшого ступора.       — Хорошо, я что-нибудь придумаю. — тяжело вздохнув, сама не зная, что делать в этой ситуации, говорю я. — А ты постарайся пока никуда не лезть, ни к Елене с её компанией, ни тем более к Клаусу.       Просьба глупа, я знаю, особенно если вспомнить, кто его девушка и кто он сам. Но надежда, что ему удастся остаться в стороне, все еще жива.       

***

      Найти огромный особняк на месте пустыря, что ещё несколько месяцев назад принадлежал мне, не составило труда. Как и беспрепятственно войти в него, останавливать меня никто не спешил, хотя многие и поглядывали с любопытством. Не собираясь бродить по всей стройке в поисках, хоть и знала, что он где-то здесь, остановилась в будущем холле. И ждать долго не пришлось.       — Никлаус! — вместо приветствия говорю я, увидев его неторопливо идущего ко мне.       — Какой сюрприз, любовь моя, — недовольство слышалось в его голосе четко.       — Ну, ты не торопился увидеться со мной, я решила это исправить, — не менее недовольно отзываюсь, скорее на его тон, чем на слова.       — Я рад тебе в любое время, — разводя руки в приветственном жесте, он явно не договаривает так и просящееся «но».       — Особенно, когда ищешь гробы со своими родными? — уточняю я и вижу, как он, напрягаясь, становится смертельно серьезен. То, что Ник не хотел, чтобы я знала об этом, так и читается во всей его позе. Обидно.       — Что ты знаешь? — с подозрением спрашивает он.       — Если бы я что-то знала, не пришла бы сюда, — хмыкаю на его подозрение, — Не без твоих разбуженных братьев и сестры уж точно. Почему они пропали и причём тут младший Гилберт?       Не обращая на его сощуренные в подозрении глаза, задаю вопрос и жду ответа. Не то чтобы ожидая именно его. Если Никлаус не захотел делиться со мной тем, что случилось, вряд ли поведает сейчас всё по первой моей просьбе. Сделав знак занимающимся стройкой людям, чтобы оставили нас, он дожидается исполнения своего молчаливого приказа, не спуская с меня мрачного взгляда.       — Откуда ты узнала об их пропаже и об этом месте? — начиная обходить меня по кругу, спрашивает Ник.       — Ты втянул в это Тайлера, он рассказал мне, что ты заставил его снять с Гилберта вербену. — Да, любовь и доверие между нами так и плещет, — А место. Загляни как-нибудь в документы о купли-продажи земли.       — И Тайлер решил пожаловаться тебе. — расплывается он на это в недоброй улыбке, — Я уже почти разобрался с этим делом. Еще немного, и я верну семью, Иви. Не вмешивайся.       — Я бы не лезла, если бы всё было так, как ты говоришь. — складываю в недовольстве руки на груди, — Но вместо этого ты впутываешь левых людей во всё это.       — О ком ты? Угроза Джереми — единственное, что может повлиять на Елену, ради которой Стефан готов на всё, — уверенно декларирует Ник, считая свой план действенным.       — Был готов, до того как ты отключил его чувства. — в пику ему возражаю я, продолжая следить, как он совершает ещё один круг вокруг меня. На мои слова досадливо морщатся, — Почему бы не найти его самого и не заставить вернуть гробы?       — Я бы так и поступил, не прячься он от меня. — как маленькой поясняют мне, — Только не говори, что тебя волнует жизнь младшего Гилберта.       На последних словах он подошёл ко мне опасно близко. Остановившись прямо у меня за спиной, проговорив всё это мне на ухо. Делать резких движений не стала, прекрасно зная — он в разы быстрее меня.       — Нет, не волнует, — соглашаюсь с ним, — я не желаю, чтобы Тайлер участвовал в этом спектакле. И хочу, чтобы ты исполнил своё обещание — вернул семью.       — Это будет скоро, любовь моя, — уверяет Ник всё так же мне на ухо, — и я согласен больше не использовать Тайлера в этом деле, если мне не будут мешать.       Не выдерживаю такого положения и разворачиваюсь к нему лицом. Оценив хитрый блеск его глаз, понимаю, что меня разводят, но вот на что и зачем — непонятно.       — Хорошо, я подожду этого твоего скоро, — собираясь обойти мужчину и выйти из недостроенного дома, но мне не дают, хватая за талию и притягивая к себе.       — Не лезь в это, Эвелин, позволь мне самому разобраться с Сальваторе, — одной рукой прижимая меня к себе, другой он приподнял мое лицо за подбородок, настороженно всматриваясь мне в глаза.       — Я же сказала, хорошо, но помни, что не только тебе они дороги, — выразив голосом лишь толику того раздражения, что испытывала из-за всего этого. Отведя чужую руку от своего лица и выпутавшись из объятий, ухожу из его дома. Известие о пропаже гробов с первородными, хоть и стало объяснением поведения Никлауса, не улучшило моего настроения.

***

      Стоя возле своей машины на школьной парковке, чувствую себя как никогда одинокой. Осень так на меня действует или грустная моська Тайлера, что расстаётся с Кэролайн? Не торопясь иду следом за братом, что тоже не спешит в школу.       — Тайлер, — окликаю его, подходя ближе.       — Иви, привет, — улыбка выходит у него вымученной и неестественной.       — Все хорошо? — зная ответ, все же задаю этот вопрос, не ведая, как поднять ту тему, что меня волнует.       — Нет, мы с Кэролайн расстались из-за моей связи с Клаусом, — поясняет Тай своё не радужное настроение.       — Я слышала, из-за того, что она не может быть у тебя на первом месте, — признаюсь в подслушивании и совании носа в чужие дела.       — Да, — соглашается он, — из-за меня пострадал Джереми, мне нельзя доверять.       — Джереми пострадал из-за того, что его сестра спуталась с вампирами. — возражаю на это я, считая по-другому. — Да, парень не при чем, и его не стоило впутывать во все эти разборки. Но он брат Елены, и у неё должна болеть голова, как оградить его от всего этого. Она прекрасно знала, кто такой Клаус и на что он способен. И ты тоже должен помнить об этом.       Предостерегаю Тайлера, пытаясь донести мысль, что он должен быть осторожен.       — Ты тоже считаешь, что я должен противиться этой связи? Но я не знаю как, — понимает он меня по-своему.       — Нет, не должен. Тебе нужно знать, что Никлаус не прощает предательства, а разрыв связи он может посчитать таковым, — говорю откровенно, не желая, чтобы моему брату оторвали голову из-за желания его девушки быть на первом месте его приоритетов.       — Откуда ты столько знаешь про него? — вдруг задумывается Тай, ведь мы не обсуждали ни его гибридизацию, ни уж тем более мои отношения с его «хозяином».       — Я могла бы тебе сказать, что земля слухами полнится и мало кто из ведьм не слышал про него, но… — замолкаю, беря небольшую паузу перед его возможной реакцией, — но мы с ним, можно сказать, очень древние знакомые. И я знаю его лучше многих. Не стоит его злить, он вспыльчив и мстителен.       — Спасибо, сестренка, ты прям меня успокоила сейчас, — саркастично возмущается на мои слова он и уходит.       

***

      Отправив Амелию во Флориду, думала уже не придется посещать подобные сборища, но приглашение пришло, и игнорировать его не могла. Благо, вечер по сбору средств на реставрацию моста Викерии не был строго официальным, и форма одежды не прописывалась. Джинсы, кофта и жакет все в тёмных тонах, под мое настроение прям.       По сути, мне надо было прийти, выписать чек и свалить, но в отсутствии бабули, что являлась главным представителем семьи на таких мероприятиях, пришлось отдуваться мне. Хорошо хоть неудобных вопросов старые знакомые семьи задавать не спешили, интересуясь в основном, как Амелия проводит своё время во Флориде и всё ли у неё хорошо.       — Какая неожиданная встреча, — прозвучал за спиной знакомый голос, когда я договорила с мистером Уитмором, собираясь уже разобраться со взносом и отправиться домой.       — Да, удивительно, что ты здесь забыл, — оборачиваюсь и, выражая преувеличенное удивление в ответ, говорю я. — Неужели пришёл проверять местный подвал в поисках пропажи?       Предполагаю я, ясно выражая, чем он, по моему мнению, сейчас должен заниматься, вместо хождения по благотворительным вечерам. Мое раздражение от утреннего разговора с братом ещё не успело улечься. Да и видеть Никлауса здесь, в сопровождении гибридов, всего такого разодетого, бесит.       — Нет, я здесь, чтобы договориться с советом о поимке вора, — поясняет он скорее не своё присутствие, а почему не занят поисками. — Благотворительность неплохой способ зарекомендовать себя хорошим соседом и договориться о совместных действиях.       Отставляя пустой бокал на поднос проходящего мимо официанта, Ник делает шаг ближе ко мне. Невольно мой взгляд падает на амулеты, что на фоне распахнутого белого воротника только сильнее выделяются. Желание протянуть руку и, дотронувшись, прощупать, на что они зачарованы, сильно, но вполне преодолимо.       — Зарекомендовал? — чтобы отвлечься, задаю вопрос, продолжая разговор и переводя взгляд. Увидев в его глазах отблески хитрости, уже предвижу очередную гадость, что он подготовил.       — Почти со всеми удалось, — поджимает губы он, выразительно глядя мне за спину. Оглянувшись через плечо, вижу хмурого Деймона Сальваторе, что не сводит с нас глаз. — Прости, мне надо ещё раз кое с кем переговорить.       Меня обходят, а я закрываю глаза в попытке унять поднявшую голову ярость. Получается не очень. Выписав наконец чек на круглую сумму, отдаю его Кэрол, что с того момента, как мы виделись в последний раз, стала значительно мягче.

***

      Поездка по ночному городу с открытыми окнами, что позволяет ночному ветру немного остудить мое раздражение, тоже своего рода медитация. Уже подъезжая к дому, с нехорошим предчувствием принимаю вызов от Тайлера, что в принципе не любит мне звонить, предпочитая переписку.       — Слушаю.       — Я облажался, — в панике произносит он, — я укусил Кэролайн. Что мне делать, Иви?       — Что?! Зачем ты её укусил? — торможу, не доезжая каких-то пары метров до поворота на подъездную дорожку я. Так и знала, что эти волчье-вампирские отношения закончатся чем-то таким.       — Я не хотел, оно само! — в панике кричит он, оправдываясь, — Не знаю, как это получилось. Она теперь умрет, — уже тише и более обреченно добавляет Тай.       — А раньше ты хотел её укусить? — уточняю я, вновь начиная движение и разворачивая машину в направлении дома Форбсов.       — Нет, ты что, до того как Клаус сказал это, я и не думал о таком, — возмущенно говорит Тайлер.       — Клаус сказал тебе это сделать? — вкрадчиво переспрашиваю, уже догадываюсь, откуда что взялось.       — Да, но я отказался, и он принял мое право, — оправдывается брат, — Я так виноват. И не знаю, что теперь делать, Иви.       — Не раскисай, я что-нибудь придумаю, — успокаиваю его, сама не зная, что тут можно придумать, — я перезвоню.       Сбросив вызов, выжимаю педаль газа в пол. Но как бы не торопилась, я опаздываю. Припарковавшись у дома шерифа, уже не спеша выхожу из машины и, захлопнув дверцу, облокачиваюсь о неё спиной. Слушать душещипательный разговор между молодой вампиршей и Никлаусом неожиданно больно. Но повинуясь какой-то проснувшейся у меня мазохистской стороне, продолжаю это делать. Моя помощь не нужна, надо бы позвонить брату, успокоить его и сказать, что все хорошо, и ехать домой. А лучше вообще съездить к нему и внушить свалить из города до лучших времен. Но я стою напротив дома Форбсов и жду.       Видя его самодовольную рожу, как будто прихожу в себя, ощущение совершенной глупости не покидает меня. Никлаус отчётливо меняется в лице, видя меня здесь, становясь серьёзным. И зачем я продолжаю стоять и ждать той оправдательной чуши, что он наверняка попытается мне скормить?       — Эвелин, — стремительно подходя ко мне, спустившись с крыльца, начинает Ник.       — Что-то ты быстро, — перебиваю, не имея желания что-либо выслушивать, — а как же благодарность от спасённой дамы? Надо было пользоваться случаем, пока она была под впечатлением от твоего «благородного» поступка.       — Иви, — укоризненно начинает Никлаус, словно я сморозила глупость, и я в ожидании его дальнейших слов внимательно смотрю на него, — так было надо. Теперь я вхож в дом шерифа и имею её безоговорочную поддержку.       — И заодно узнали, что моя просьба не трогать Тайлера для тебя ничего не значит, — вспоминаю о наших договоренностях, не в силах сейчас обдумывать его слова и действия.       — От чего тебя так волнует благополучие этого волчонка? — вкрадчиво спрашивает Ник, подойдя ко мне вплотную и задрав подбородок, чтобы смотрела ему прямо в сверкающие жёлтым глаза.       — От того, что мне так было надо, — передразниваю я его слова.       — Эвелин, — впервые слышу, как рычат мое имя, но мне сейчас на все плевать, грудь разрывает злость напополам со жгучей обидой. И от наплыва эмоций чувствую, как загораются мои глаза. От этого сверкания Никлаус странно застывает, все так же держа мой подбородок задранным, не давая мне опустить голову.       — Стефан взбесил меня угрозами и убийствами моих гибридов, заставил меня действовать импульсивно, — как-то резко успокоившись, рассказывает он, продолжая заворожённо смотреть в мои затухающие от его тона глаза, — извини.       Последнее слово он говорит скомкано, почти выталкивает его из своего горла.       — Хорошо, — смиряюсь я с ситуацией, чувствуя, как его спокойствие передаётся мне, усмиряя мою злость. Но обида остаётся, не могу принять его оправдания до конца. Закрыв глаза и глубоко вздохнув, чувствую, как мой подбородок отпускают, отходя от меня.       — Ещё немного, огонёк, — это редкое прозвище из его уст заставило меня резко открыть глаза. Но перед домом шерифа кроме меня уже никого не было.       

***

      Поленья потрескивали в камине, и это единственное, что нарушало тишину пустого дома. Это, а ещё возмущённый монолог Эммы, что раздавался из телефона у меня под ухом. Не так я себе представляла свои вечера после встречи с Никлаусом. Но что поделать, если кроме обещания, что всё будет скоро, мне по сути ничего не перепало?       Эмма уже двадцать минут жаловалась на Елену, словно и не живёт на другом конце страны и не пытается жить «нормальной» жизнью. Рассказ был о том, как её сестрица с помощью своих ручных вампиров промыла мозги их младшему брату. Но даже не это приводило подругу в негодование, а то, что обо всём этом она узнала не от Елены, а от Джереми. Как и о том, что он переехал к друзьям семьи в Денвер.       — А у Елены ты не спрашивала, отчего она поступила именно так? — имея в виду, что вместо семьи в Сиэтле парня отправили к каким-то там «друзьям», и мой вопрос понимают правильно. Да и спрашиваю у нее, сама не понимая, зачем мне эта информация. Многовато ненужного мне я знаю о семье Гилберт.       — Она не хотела обременять нас с Дженной. — фыркает в трубку подруга, без слов выражая этим своё отношение к словам сестры. — Как будто Джереми младенец, за которым нужен постоянный уход. И всё это из-за твоего бывшего…       — Это обвинение? — слыша странный намёк в словах подруги, уточняю.       — Нет, просто интерес, что ему ещё понадобилось от нашей семьи? — как-то устало выдыхает вопрос она.       — Бывший парень Елены — Стефан — украл кое-что у него, — не стала вдаваться в не особо нужные подробности про гробы и семью.       — Опять эти Сальваторе. — доносится возмущенное из трубки. — И без моей сестрицы снова никуда. Ладно, оставим эту тему. Что у тебя нового?       — Не поверишь, мой бывший объявился, — со смехом говорю, — валяя дурака.       — Пф, а если серьезно?       — Это серьезно. Он уверил меня, что я — его. Он всё исправит и далее по тексту, — заворожённо следя за пляской огня в камине, признаю я.       — И? Что он сделал? — знакомая с далеко не лучшей стороной Никлауса с опаской уточняет Эмма.       — Ни-че-го, — протягиваю с каким-то мазохистским удовольствием это слово, — его бездействие можно, конечно, списать на поиски Стефана и того, что украдено. Но…       — Тебя это бесит? — предполагает подруга и почти попадает в цель, но опровергать её слова не стала, ведь в чем-то она всё же права. — Может, забить на него? Я понимаю, что это у тебя последний год в школе и помимо личной жизни будет куча проблем. Но оглянись вокруг, наверняка найдется кто-нибудь, кто заинтересует тебя. Не сошёлся же свет клином на нём…       — Я подумаю над этим, — неопределённо отвечаю ей на вполне здравое предложение, если не вспоминать, кем является Ник. Мы еще немного поболтали, но старались больше вампирских и семейных тем не касаться.       Слова Эммы застряли у меня в голове, не давая покоя. Найти кого-то другого? Странная мысль для меня, и только сейчас понимаю, что серьезно этот вариант до этого не рассматривала. Даже соглашаясь идти на танцы с Чедом или флиртуя во Флориде с Чарли, я не задумывалась над отношениями ни с ними, ни с кем-либо другим. Ни банальной интрижки, ни серьезных отношений, это никогда не приходило мне в голову с тех пор, как я вспомнила себя. Словно все это время ждала его. А стоило ли?       Может, плюнуть на все это и пуститься во все тяжкие? Найти хорошего, а в моем случае ещё желательно неубиваемого парня и завести нормальные отношения? Без этого перерыва в тысячелетие, без смертей и несдержанных обещаний. Эта идея начинала мне все больше и больше нравиться. Вот только одно «но».       Где найти парня, отвечающего моим критериям?