Глава XX

— Не переживай, зато проблема с родителями решилась сама собой. Почти сама собой. Все же и Альма, и Гелиодор просто не ожидали, что мы огорошим их подготовкой к скорой свадьбе. Маменька, конечно, рвала и метала. Как это так? Корона на моей голове всего месяц, а я уже успела обострить политическую ситуацию, нажить врага и выбрать мужа, которого никто одобрит. Но спорить было некогда — все понимали, что горячие на голову горцы могут сорваться в любой момент. И пускай Джейми и Дональд имели некий авторитет, сейчас Айсис был по-настоящему уязвим. — Или ты боишься, потому что матушка пригрозила тебя вздернуть, если ты обидишь меня? — весело спросила я. Джэмисон хмыкнул. — Конечно, королева-мать выглядела весьма угрожающе, но куда больше меня беспокоит реакция твоего отца. Я тихонько засмеялась, после чего рассказала о том, как Альма в юности угрожала Гелиодору. А потом подумала и рассказала уже о своей угрозе Гелии. — Так это семейное… Что ж, думаю, где-то в глубине души я это подозревал, — понимающе протянул Джэмисон. — Однако это не объясняет твоего спокойствия. — Зато твой мрачный настрой объяснять не приходится, — отмахнулась я. Моя кобыла, будто в знак солидарности, махнула хвостом, ударив коня Джэмисона по крупу. — Потому что я понимаю, куда мы едем. — А я, по-твоему, нет? — Не знаю, Диаспро. Я уверен в твоем благоразумии, но ты не знаешь наших обычаев и правил. Поверь, ситуация серьезна. — Я не знаю всего. Но если мне удалось повести за собой армию, то и сейчас я смогу утихомирить горстку мужчин. Конечно, мои слова Джэмисона не убедили. И я отчасти понимала его беспокойство. Вернее, понимала во дворце. Стоило выехать за его стены, как внутри разгорелся азарт. Горцы, безусловно, опасны. Но они не Сапфир. Они понятны. А сегодняшняя поездка понятна тем более. Это чистая политика. — Просто пообещай, что не будешь рисковать. Даже ради меня. Я посмотрела на Джэмисона через плечо, подмигнула и ударила лошадь по бокам. Она побежала быстрее. И позади, вместе с тихим стоном, раздались возмущенное ржание и топот копыт.

***

Спустя пару часов мы ехали по горам с конвоем из горцев, что встретили нас у кромки леса. Встреча с ними была типичной. Горской. Стоило им выскользнуть из тени деревьев, как Джэмисон напрягся, вытащил из ботинка новый кинжал, подкинул его несколько раз, словно привыкая к балансу, и прошипел, что хоть мужчины и из его клана, они все также опасны. Так и оказалось. У моей шеи пролетела стрела. Но я давать слабину не стала. И, опередив и Джэмисона, и других горцев, пустила осколки сапфира наглецам в головы. Кристаллы остановились аккурат в миллиметре от их лбов. Мужчины замерли. И видит Дракон, соблазн едва-едва дернуть пальцем и оставить им хотя бы царапину был велик. — Так горцы встречают друзей? А как же ваше хваленое гостеприимство? — язвительно спросила я на их языке. — Отведите меня к вождю, если хотите помощи для раненых. Сейчас же. Джэмисон тогда промолчал. Он молчал всю дорогу до замка Уркхартов. Но его взгляд был столь внимательным и пристальным, что я в конце концов заулыбалась и сказала: — Доказывать горцам свою жестокость из раза в раз утомительно и скучно. Джэмисон опустил глаза. — Прости. — Прости? — За то, что тебе пришлось быть жестокой. — Это неплохо, — отмахнулась я. — В каком-то смысле даже полезно. — И все же… — Я тебе такой не нравлюсь, Джэмисон? Он покачал головой, и этот жест выглядел достаточно естественным, чтобы я поверила. — Меня не отталкивает необходимая жестокость. Но налаживать контакт с горным народом должен я. Разве изначальная договорённость была не такой? Знаешь, я все больше жалею, что так слепо верил предсказанию. — Он грустно улыбнулся. — У меня осталось слишком много незавершенных дел, чтобы умирать так рано. Я усмехнулась. И все же некоторые вещи доходят до мужчин слишком долго. Когда мы въехали во двор, я почувствовала на себе сотню взглядов. До ушей донеслись тихие, полные злости оскорбления. Но я даже не поморщилась. Не дождутся. Не дрогну и не посмотрю на них. Не испугаюсь. Мы слезли с лошадей, и где-то в стороне щелкнуло оружие. Джэмисон тут же закрыл меня собой. На миг напряжение достигло пика. Я замерла, готовая наколдовать щит в любой момент. Но удара не последовало, и мы вошли внутрь. В холле нас встретили Дональд и Джейми. — Не ожидал твоего визита, — вместо приветствия произнес вождь. — Как я могла не приехать? Вы же наши самые преданные союзники. Дональд хмыкнул. — Ты, принцесса, либо очень смелая, либо очень глупая. — Королева, Дональд, — елейно поправила я. — Можешь так и обращаться: моя королева. — Пожалуй, оставлю это брату. Джэмисон прошипел незнакомое мне слово. Судя по тону — вряд ли приличное. А Дональд в ответ лишь растянул довольную улыбку. И кто тут старший и мудрый, скажите на милость? — Буду честен, — не обращая внимания на сыновей, продолжил Джейми, — обстановка сложная. Вечером пройдет голосование, но уже девять кланов объявили о желании начать войну с Айсисом. — Сколько голосов необходимо для начала военных действий? — Восемь, госпожа, — тихо ответил Джэмисон. По плечам пробежали неприятные мурашки. Я посмотрела на вождя в надежде, что Джэмисон ошибся или, может, за годы его отсутствия что-то поменялось. Но Уркхарт кивнул. — Голосование — формальность, поэтому вам лучше уехать. — Зачем? — Зачем? — язвительно спросил Дональд. — Затем, что я не хочу, чтобы мой брат погиб за чужестранку. — Мы погибнем в любом случае. Или ты думаешь, я сбегу из Айсиса? Дональд скривился и, повернувшись, к Джэмисону, заговорил на горском. Но я не поняла ни слова — диалект был другой. — Говори так, чтобы поняла я. — Дональд, как всегда, несет чушь, — холодно сказал Джэмисон. — Чушь? Ты забыл где твое место. — Я на своем месте. — Замолчите оба, — оборвал Джейми. — Дональд, либо говори с братом наедине, либо не ставь нашу гостью в неловкое положение. Дональд недовольно прошипел. — Что касается съезда: Диаспро, вы еще успеете уехать. Твое присутствие может обострить ситуацию. — Вы помните, что я обещала? Джейми прищурил темные глаза. — Помню. — Тогда выделите нам комнату. Я хочу отдохнуть до съезда. И подготовьте арисайд клана Уркхарт. — Я перевела взгляд на Дональда и ядовито добавила: — Что скажешь теперь, брат? Мужчина сжал зубы. И нехотя, через силу выдавил: — Если у тебя получится, то я с удовольствием приму нового члена семьи.

***

Вскоре в замке собрались все кланы. Напряженная тишина уступила место тревоге. Она ощущалась в каждом движении служанок и в редких спорах мужчин. О моем приезде все уже знали. Я слышала под окнами оскорбления. Приставленная к нам девушка успела выкинуть пару кукол, подброшенных под дверь. Мне, честно говоря, было все равно. Как гостья, я была в относительной безопасности. А вот Джэмисон злился. Очень злился. Около девяти часов пришла служанка с плащом, но я не взяла его — смысла скрываться не было. Когда мы с Джэмисоном зашли в зал, разговоры стали заметно тише. Я обвела присутствующих равнодушным взглядом. И, заметив мужчин, что привели нас к замку, подумала, что, возможно, шансы не так уж малы. Особенно если они рассказали, как легко убивает магия кристаллов. Все же горцы уважают смелость и силу. Мы заняли места рядом с Дональдом. И тогда поднялся шум. Вожди вскрикивали и стучали о стол рукоятями топоров в знак протеста. Их голоса смешались в общий грубый вой, среди которого я понимала лишь отдельные слова. Чужачка. Предательница. Убийца. А еще… Предатель. И позор гор. Джейми Уркхарт встал. И несмотря на то, что меня прожигала сотня недовольных взглядов, в зале повисла оглушительная тишина. А мне вспомнился съезд значимых государств. Горцы, которых так легко называли дикарям, мало отличались от «великих» правителей. — Сегодня мы собрались здесь не для решения споров. Над нашими землями нависла беда. Враг ударил нам в спину, ранив женщин, детей и стариков. Оставить его безнаказанным — значит предать тех, кто пострадал. Однако, как бы ни горели наши сердца яростью, будет справедливо выслушать обвиняемого. Джейми подал знак рукой, и я поднялась. Но вместе со мной поднялся один из вождей. — Зачем нам слушать чужачку? Ее речи годами лились, точно мед. Уверен, и сейчас она найдет, чем усыпить нашу ярость. — Я пришла к вам не как чужачка, а как друг. С надеждой на справедливое решение. На горы напал маг кристаллов, но действовал он без моего ведома. Если вы сравняете Айсис с землей, настоящий враг останется безнаказанным. — Разве не ты дала эти камни? Так почему не тебе отвечать за последствия? Мужчины за столом закивали. — Если присутствующие захотят наказать меня после того, как наш общий враг будет повержен, я не стану противиться. А до тех пор Айсис готов помочь раненным. С вашей стороны нужна лишь гарантия безопасности для моих лекарей. Но если вы действительно хотите наказать виновного, я нужна вам. Этот маг силен настолько, что даже мне тяжело с ним тягаться. А что противопоставите ему вы? — Любого мага можно убить! — воскликнул другой вождь. — Все они смертны! — Этого нельзя, — отрезал Джэмисон. Он достал из-за пояса искореженный Сапфиром кинжал и бросил его на стол. — Я попытался перерезать ему горло, но он не потерял ни капли крови. Вид поплавившегося металла заметно остудил горячие головы. Мужчины передали оружие по кругу, и тот, кто со мной говорил, продолжил: — Зачем ему это? Я сжала кулак. Мотивы… Отвратительный вопрос. — Он просто ненавидит горцев. Мужчины зашумели. И уже другой вождь поднялся с не менее отвратительным вопросом: — То есть ты утверждаешь, что этот маг, взорвал кристаллы без твоего ведома? — Да. — Тогда получается, это под силу любому магу из Айсиса? Да у вас же их сотни! Не сотни. Единицы. По крайней мере, пока. — Значит, нам могли навредить в любой момент! — выкрикнул кто-то в толпе. — Они ненавидят нас! Всегда ненавидели! — Нет. Не любой. Только потомок моей семьи. — Я зажмурилась на мгновение и нехотя добавила: — Он бастард. Я не знала о его существовании и думала, что только мне под силу такая магия. То, что я не уверена, что смогу повторить сделанное Сапфиром — неприятная правда, о которой им лучше не слышать. — Ты представляешь свою семью, — процедил вождь. — Если ты взяла на себя ответственность, то должна отвечать. Перед глазами как наяву встал образ Гелии. Он просил дать шанс Сапфиру. Он верил, что еще не все кончено. Но я не верила. — Я уважаю законы гор и клянусь, что наш общий враг ответит за то, что совершил. Я найду его и убью собственными руками. К моему облегчению некоторые вожди посмотрели на меня по-другому — с уважением. Но не все… Далеко не все. — Ты якобы уважаешь наши обычаи и говоришь на нашем языке, но ты все еще чужачка. И всегда будешь такой. Сегодня тебе удобно играть в наши обычаи, но что если завтра, ты точно так же уничтожишь кристаллы и нас вместе с ними? — Мужчина разве руками и обратился к присутствующим. — Кто-то готов поверить ее словам так же, как словам каждого из нас? На мгновение все внутри замерло и тут же умерло — горцы доверять мне не хотели. Один за одним вожди качали головой. Кто-то уверенно, кто-то все еще сомневаясь. Люди в зале тоже шептались. Они не знали правильно ответа: лучше ли худой мир, прежняя дистанция или война с Айсисом и Эраклионом. Но они твердо знали, что больше видеть магию не хотят. Я вспомнила прошлую жизнь: как мы спорили, ругались, но все же сражались бок о бок. Да, еще тогда я чувствовала, что не принадлежу их миру. Но наши миры будто соприкасались, сживались друг с другом. А сейчас — нет. Сейчас Сапфир превратил меня из сильного союзника в возможного врага, до слова которого никому нет дела. Одно необдуманное действие привело к таким последствиям и свело на нет все мои старания. Разве это справедливо? — А что насчет моего слова? — Джэмисон поднялся. — Многие из вас меня считают, что я изнежился в чужой стране. Возможно, это так. Но я все еще Уркхарт и мое слово все еще слово горца. — Джэмисон взял меня за руку. — Диаспро Падпараджа станет моей женой и породнится с кланом Уркхарт. И я готов дать вам слово: пока я жив, Айсис будет на стороне гор. На этот раз вожди в мрачном ожидании обратились к Джейми Уркхарту. Я знала, что причиной тому была серьезность слов Джэмисона. Ведь если я предам, его убьют. Вероятно, не только его, но и всех Уркхартов. Вождь дал свое согласие. И тогда полный зал мужчин, что еще несколько минут назад хотели крови, признали, что готовы дать нашему союзу шанс. Но меня все равно кольнули обида и разочарование. Ведь если бы ко мне относились как к равной, не нужно было бы никаких клятв. И быть может, несмотря на действия Сапфира, мое слово значило бы для горцев хоть что-то.

***

Женщины молча готовили меня к свадьбе: одна заплетала тугую косу, другая срочно подшивала платье, третья выбирала украшения и думала над макияжем. В общем, подготовка ко второй свадьбе мало отличалась от предыдущей. Разве что атмосфера была иной. Женщины смотрели в пол, хмурили тонкие брови и кусали бледные губы. Напряжение витало в воздухе, но стоит отдать им должное — никто из них не позволил в мой адрес и толики грубости. А атмосфера… Дракон с ней. Как-нибудь переживу. В дверь постучали. И на мгновение мне показалось, что в комнату войдет Джэмисон. Но незваной гостьей оказалась девушка с пшеничными волосами. Жаль — я бы хотела увидеть его прямо сейчас как когда-то Гелию. Но, увы, обычаи здесь иные. — Госпожа, я принесла вам немного еды и чая. — Благодарю, но я не голодна. Служанка нервно облизала губы. — Вы, должно быть, волнуетесь перед таким важным мероприятием. Я бросила на нее равнодушный взгляд. Девица была симпатичная. И, в отличие от других женщин, в пол не смотрела. — Я заварила вам успокаивающих трав. Попробуйте. Еще и так добра? Удивительно. Хмыкнув, я потянулась к кружке и открыла характеристику.

Отравленный чай [6 ур.]

Легкой рукой напиток превратился в смертельный яд.

Характеристики:

При употреблении напиток с вероятностью в 99,99% наложит

дебаффы «Аритмия», «Гипотония», «Тошнота», с вероятностью в 76,74% — дебаффы «Боль в животе», «Гипотония», «Рвота», с вероятностью в 52,35% — дебаффы «Судороги», «Паралич», «Внутреннее кровотечение».

Я заулыбалась. Какая кровожадная девчонка. А так и не скажешь. — Твоих рук дело или кто-то приказал? Служанка дрогнула. Вместе с ней дрогнули и все присутствующие в комнате. — Я не понимаю вас, госпожа. — Чай. — Я повернулась к ней. — Он отравлен. Ты добавила туда аконит? Или что-то другое? — Госпожа, Линда бы никогда… — Чай отравлен, — отрезала я. — И лучше бы Линде признаться. Девица сорвалась с места, но добежать до двери не успела — кристаллы покрыли ее ноги и пригвоздили к полу. Она взвыла, и служанки в комнате запаниковали. — Не двигайся и больно не будет. Я встала и медленно подошла к девушке. Она, все еще продолжая дергаться, морщилась от боли. Острые грани царапали ее щиколотки, и по кристаллам уже потекли тонкие струйки крови. Но повторять я не собиралась. Имя: Линда Керр Здоровье: 1220/1220 Мана: — Опыт: нет доступа Возраст: 17 Уровень: 10 Раса: человек Класс: — Специализация: — Очки характеристик: нет доступа Характеристики: Сила 10 Ловкость 18 Интеллект 17 Выносливость 22 — — Достижения «Мечтатель» «Сирота» «Сторонник традиций» «Мать поневоле» — Хм… — задумчиво протянула я. Схватив ее за щеки, заставила посмотреть глаза в глаза. Красивая девушка. Молодая. Здоровая. Мать поневоле? Что это значит? Такого достижения не было даже у меня. — Что с тобой не так, Линда? — Госпожа, ее младший брат… — Заткнись! — вдруг закричала Линда. И тогда все стало понятно. — Твой младший брат пострадал от кристаллов? Он еще жив? Жи-и-ив. Но зачем тогда мне вредить, Линда? Неужели ты не слышала, что после свадьбы я пошлю сюда лекарей? — Да пока вы приведете своих лекарей, он умрет! — И ты решила так отомстить? Идиотка. Я фея Энчантикса. Я могла бы помочь ему хотя бы продержаться до приезда лекарей. Но теперь… Кристаллы на ее ногах треснули, и девушка упала на пол. В повисшей тишине раздался глухой всхлип, и мне стало тошно. — Пошла вон, пока я тебя не убила. К Линде подбежала женщина. Торопливо, дрожа от паники, она помогла Линде встать и повела ее к двери. А я вернулась к зеркалу и приказала продолжать подготовку к свадьбе. Как же Сапфир меня подставил! Нет, он точно мой сын. Пускай я бы так не поступила, но как же умно было ударить по больным и детям! Трудно придумать более болезненный удар. — Что с ее братом? — Он потерял много крови. Наши травницы остановили кровотечение и обработали раны, но его организм и так был ослаблен болезнью. Сейчас он не справляется. — И много таких? — Много, госпожа. Очень много. «Как я тебя ненавижу, Сапфир, — подумала я, глядя в зеркало. На мгновение в отражении мелькнули голубые глаза, и меня передернуло. На висках выступил холодный пот, и тошнота подступила к самому горлу. — Показалось. Просто показалось. Здесь не осталось ни одного кристалла». Надо мной склонилась женщина. — Развернитесь ко мне, пожалуйста. Я нанесу вам румяна. Я выставила руку. — Не нужно… Лучше… Лучше отведите меня в лазарет.