Конец

Янтарный огонь, только что бушевавший в глазах Кейла, медленно стабилизировался, превращаясь в глубокое, лихорадочное свечение. Его дыхание — прерывистое, чувственное и рваное — заполняло прохладную тишину потайной комнаты. В его поведении не осталось прежней привычной холодности или отстранённого безразличия. Сейчас, вернувшись из лап смерти, он выглядел уязвимым, но невероятно экспрессивным и открытым в своих бушующих эмоциях. Этот Кейл не пытался спрятаться за маской ворчливой Лисы; его янтарный взгляд горел чистой, почти осязаемой привязанностью к своей стае, а пальцы слабо, но отчаянно и крепко цеплялись за ладони мужчин. Колоссальное, давящее присутствие Высших сущностей не исчезло бесследно. Напротив, трещины пространства вокруг кровати продолжали испускать фиолетовое и золотое марево. Богиня Солнца Анжелика из Вброскравской семьи, Верховный демон Килиан, Бог Смерти Ник, Ария и Богиня Равновесия не собирались так просто оставлять их в покое. Будучи их великими, первобытными предками, они затаили глубокий, собственнический интерес к этой безумной команде. Нити судеб были связаны слишком туго. Родственники и Боги безмолвно застыли на границе реальности, их тяжёлые, всевидящие взгляды обещали лишь одно: они вернутся. Это спасение было лишь началом их игры, и они ещё не раз вмешаются в жизнь корейского трио и Северо-Востока. Но прямо сейчас, в этой хрупкой передышке, земной мир принадлежал только им. Чхве Чон Су, судорожно вздохнув, опустил голову на грудь Кейла, чувствуя, как под тонким шёлком рубашки, залитой темнеющей кровью, ровно и жарко бьётся сердце. Наглый Гепард мелко дрожал. Его рассечённая ладонь, из которой сочилась кровь, намертво переплелась с пальцами Кейла. — Живой... — сорванным, удушающим шёпотом выдохнул Чон Су, утыкаясь лицом в измятую ткань. Его антрацитовые глаза блестели от невыплаканных слёз облегчения. — Ты здесь, Лис. Не смей больше так пугать меня, слышишь? Я с ума сошёл, пока тебя вытаскивали. Ли Су Хёк медленно, дюйм за дюймом ослаблял свою жёсткую, контролирующую хватку. Его ладони, покрытые ожогами от багровой магии Клода, заметно подрагивали. Волк тяжело, хрипло выдохнул, опускаясь на край ложа, и его широкая ладонь бережно коснулась щеки Кейла. Его пальцы нежно стёрли каплю крови с припухших, искусанных губ Хитрой Лисы. В бархатном голосе Лидера звенела глухая, собственническая и страстная нежность: — Мы вырвали тебя у них, Ким Рок Су. Больше я не отпущу тебя ни на секунду. Ты полностью наш. Кейл, чья чувствительная натура сейчас полностью обнажилась перед ними, не стал закрываться или язвить. Его янтарные глаза, полные лихорадочного блеска и глубокой, чувственной привязанности, до предела искренне смотрели на Су Хёка и Чон Су. Он приоткрыл зацелованные губы, ловя ртом воздух, и его голос, тихий и дрожащий от переполняющих его эмоций, прозвучал открыто, ранимо, но отчаянно громко: — Мне... мне было так страшно, что я больше не увижу вас, — выдохнул Кейл, и его пальцы судорожно сжали руку Чон Су, а щека сильнее прижалась к ладони Лидера. Он не скрывал своей слабости, его сердце бешено колотилось от переизбытка чувств. — Су Хёк... Чон Су... Не отпускайте меня. Пожалуйста. Ваши руки... вы все в крови из-за меня. Мне больно смотреть на ваши ожоги. Обработайте их... я прошу вас, побудьте со мной. Чон Су от этой пронзительной, горячей искренности лишь сильнее задохнулся, прижимаясь губами к его ладони, а Су Хёк мягко, но настойчиво притянул Кейла ближе к себе, делясь своим волчьим теплом и успокаивая его дрожь. Амиру, сидевшая у постели, обессиленно опустила голову на край одеяла, её плечи продолжали вздрагивать. Эрик Ульсман, полностью потерявший аристократическую спесь, опустился рядом с ней на каменный пол Башни. Его рука по-прежнему уверенно, жестко и по-хозяйски сжимала талию Волчицы, фиксируя её рядом с собой. Он уткнулся подбородком в её волосы, переводя дыхание и глядя на Кейла глазами, полными преданности Северо-Востока. Лукас, опёршийся о массивный алтарный стол в углу, утерев кровь со своего бледного лица, нагло ухмыльнулся, глядя на эту цену. Чернокнижник прекрасно видел, как тени предков — Килиан, Ник, Анжелика и Ария — медленно растворяются в фиолетовом дыму рун, оставляя за собой тяжёлый шлейф неминуемого возвращения. — Ну и ну, — хрипло прокомментировал маг, переводя взгляд на тяжело дышащего, эмоционально обнажённого Кейла. — Рано радуетесь, банда. Ваша семейка Богов и Верховных демонов ясно дала понять, что они от вас не отстанут. Но на сегодня... на сегодня игра окончена. Лис дышит, а Клод пускай считает обломки своего трона