Взгляд в бездну

8 ноября 1983 года Сегодня Хоукинс окончательно перестал быть тем уютным городком, где самая большая проблема — это проигрыш школьной команды. В воздухе висит какая-то тяжесть, как перед грозой, которая всё никак не начнется. В школе атмосфера была просто паршивая. Все только и делают, что шепчутся по углам. Джонатан Байерс — этот фрик, который вечно таскается со своей камерой — сегодня выглядел как живой мертвец. У него под глазами такие мешки, будто он не спал с тех пор, как пропал его брат. Мы пересеклись с ним в коридоре возле шкафчиков. Обычно я бы выдал какую-нибудь колкость, ну, знаешь, чтобы поддержать статус «короля», но сегодня слова застряли в горле. В его взгляде не было страха. Там было что-то другое... какая-то ледяная, концентрированная ненависть ко всему вокруг. Томми уже набрал воздуха, чтобы ляпнуть какую-то гадость про «пропавшего мальчика и его сумасшедшую мамашу», но я просто толкнул его в плечо и заставил заткнуться. Он посмотрел на меня как на дебила, но мне было плевать. Какой смысл издеваться над тем, кто и так уже в аду? Нэнси... с ней всё еще сложнее. Она избегает меня. Весь день она шепталась с этим Байерсом. Я видел, как они рассматривали какие-то фотографии в библиотеке. Ревную ли я? Раньше я бы сказал «да» и полез бы драться. Но сейчас я чувствую только странную зависть. Они что-то знают. Они действуют, пока я просто катаюсь по городу на своей тачке, надеясь, что реальность вернется в норму. Вечером я не выдержал и поехал к дому Байерсов. Я припарковался подальше, в тени деревьев, чтобы меня не заметили. В доме творилось настоящее безумие. Сквозь окна было видно, как всё здание светится изнутри. Гирлянды. Тысячи гребаных рождественских огней, развешанных по стенам в ноябре. Джойс Байерс металась по комнате, что-то выкрикивая пустоте. Все в городе говорят, что она сошла с ума от горя. Но я вспомнил ту слизь в своем бассейне. Я вспомнил того парня в костюме химзащиты у школы. Джойс не сумасшедшая. Она — единственный человек, который видит правду, пока мы все делаем вид, что ничего не происходит. Я сидел в машине, сжимая руль так, что побелели костяшки. Моя бита лежала на пассажирском сиденье. Гвозди, которые я вбил в неё, блестели в свете уличного фонаря. Я просидел там часа два, просто глядя на темную кромку леса за их домом. Туман там казался живым. Он медленно перетекал между деревьями, и мне казалось, что из этой черноты на меня смотрят сотни глаз. В какой-то момент я услышал звук. Не птица и не олень. Это был резкий, сухой треск ломающегося дерева, а потом — тихий, хлюпающий звук, будто кто-то наступил в глубокую лужу сырого мяса. Я схватил биту и уже готов был выскочить из машины, но всё стихло. Только гирлянды в доме Байерсов на мгновение вспыхнули ярче обычного и тут же погасли. Я вернулся домой с одной мыслью: завтра я найду способ поговорить с Нэнси без свидетелей. И если она не расскажет мне, что происходит, я сам пойду в этот лес. Потому что лучше сдохнуть, сражаясь с монстром, чем сидеть в своей идеальной комнате и ждать, когда эта тварь придет за мной. Король Хоукинса... какая же это чушь. Сейчас я просто парень с куском дерева в руках, который до смерти боится темноты за окном.