Глава 6 Испытание лабиринтом / Лицо страха / Видение портала.

Полночь. Зал для занятий был погружён в полумрак, лишь десяток свечей очерчивал круг, в центре которого стоял Акакий. Его фигура казалась частью теней, словно он сам был порождением тьмы. — Вы здесь, потому что выбрали силу, — его голос эхом разносился по залу. — Но сила без понимания — безумие. Сегодня вы узнаете первое правило: тьма — не враг и не слуга. Она — отражение вас. Он взмахнул рукой, и свечи вспыхнули ярче, высветив два каменных пьедестала. На каждом лежал чёрный кристалл, пульсирующий в такт невидимому ритму. — Ваша задача — пробудить кристалл. Но не силой воли, а принятием. Позвольте тьме стать частью вас. Я подошла к своему пьедесталу. Кристалл холодил пальцы, но под кожей тут же заструилось тепло метки. Закрыла глаза, вспоминая слова сущности: «Мы — одно». Дыхание замедлилось. Я представила, как тьма из кристалла вливается в меня, сплетаясь с моей энергией. Сначала — лёгкое покалывание, затем — волна силы, от которой задрожали веки. Кристалл засветился багровым светом. — Номер 17 справилась, — сухо отметил Акакий. — А ты, Номер 18? Геральд сжимал свой кристалл, но тот оставался тусклым. На его лице проступила испарина. — Не сопротивляйся, — прошептала я. — Прими её. Он взглянул на меня, глубоко вдохнул и расслабил пальцы. Кристалл дрогнул, затем вспыхнул лиловым пламенем. — Приемлемо, — кивнул Акакий. — Но это лишь начало. Завтра вы узнаете, что тьма требует жертв. Когда мы вышли из зала, Геральд тихо произнёс: — Она становится сильнее. Я чувствую… что‑то чужое в себе. Я коснулась своей метки. Она пульсировала ровно, но в глубине души зрело предчувствие: первые уроки — лишь прелюдия к испытаниям, которые изменят нас навсегда. Следующие дни слились в непрерывную череду уроков и испытаний. Каждое утро начиналось с медитации у чёрного кристалла, каждое полнолуние — с ритуалов, от которых кожа покрывалась ледяными мурашками. Мы учились чувствовать тьму не как чужеродную силу, а как продолжение себя. На пятом занятии Акакий привёл нас в подземелье — лабиринт из переплетённых корней древнего древа, проросшего сквозь каменные своды. — Здесь вы встретите свои страхи, — произнёс он, исчезая в тени. — И либо преодолеете их, либо станете их пищей. Геральд и я обменялись взглядами и шагнули в лабиринт. С первых же шагов пространство начало меняться: стены оживали, принимая очертания лиц — знакомых и незнакомых. Они шептали, обвиняли, угрожали. «Ты погубишь их всех…» — прошипел образ матери. «Ты — ошибка рода!» — рявкнул силуэт отца. Я замерла, сердце колотилось о рёбра. Геральд схватил меня за руку: — Это не они. Это — ты. Прими и отпусти. Закрыв глаза, я представила, как тьма поглощает эти образы, превращая их в пепел. Когда открыла глаза, коридор был пуст. Мы продвигались глубже. С каждым шагом корни становились толще, оплетая пространство, словно щупальца. В одном из тупиков я увидела себя — другую Катрин, с горящими угольными глазами и улыбкой, от которой стыла кровь. — Ты думаешь, что контролируешь тьму? — засмеялась она. — Она уже владеет тобой. — Нет, — я шагнула вперёд. — Мы — одно. И я решаю, как использовать эту силу. Двойник рассмеялась, но смех оборвался, когда я коснулась его груди. Тьма внутри меня вспыхнула, поглощая иллюзию. В центре лабиринта мы нашли каменный алтарь с двумя чашами, наполненными мерцающей жидкостью. — Пить? — спросил Геральд, разглядывая содержимое. — Или это испытание, или ловушка, — ответила я, но всё же подняла чашу. — Но мы уже зашли слишком далеко. Жидкость обожгла горло, но вместо боли я ощутила ясность. Видения нахлынули волной: древние маги, ритуалы, карты неведомых земель. А затем — образ огромного портала, пульсирующего на границе миров. Когда я очнулась, Геральд смотрел на меня широко раскрытыми глазами. — Ты светилась, — прошептал он. — Как будто внутри тебя зажгли звезду. Акакий возник из тени. — Вы прошли испытание. Теперь вы знаете: тьма — это знание. Но знание требует платы. Он протянул нам два свитка. На каждом — руны, пульсирующие в такт нашему дыханию. — Ваши первые задания. Вы должны найти артефакты, скрытые в трёх мирах. Один — в мире людей, другой — в царстве теней, третий — там, куда не ступала нога смертного. — Зачем? — спросила я, разворачивая свиток. — Чтобы понять истинную природу своей силы. И чтобы Совет убедился: вы достойны стать их оружием. Геральд сжал свой свиток. — А если мы не хотим быть оружием? Акакий улыбнулся — впервые за всё время. — Тогда вы должны стать чем‑то большим. Но для этого придётся рискнуть всем. Когда мы вышли из подземелья, небо над школой пылало багровыми всполохами. Метка на моём запястье пульсировала, словно вторя этому зареву. — Что теперь? — тихо спросил Геральд. — Теперь мы начинаем искать ответы, — ответила я, сжимая свиток. — И на этот раз — по своим правилам.