Часть 2

Холодный вечерний воздух резанул горячую кожу, стоило Гермионе выбежать на улицу. Она отлично слышала его крик. И чувствовала ровно ту же безнадёжность.  Чёртов Драко! Чёртов Снейп! Чёртово отсутствие рабочей магии! Совершенно растерянная, Гермиона направилась к тому, кто, как ни странно, стал единственным человеком в мире, принимающим её даже с этой зависимостью от Снейпа. Пришлось проехаться автобусом с одного конца города в другой, что, собственно, позволило немного успокоиться и не выпалить в лицо лучшему другу: «Я вновь переспала со Снейпом!» Как она и думала, входную дверь ей никто не открыл, поэтому Гермиона направилась к теплицам на заднем дворе. Во второй она смогла найти того, кого искала, и едва не расплакалась, когда невероятно проницательный Невилл просто раскрыл свои объятия, приглашая её вырыдаться вдоволь на его возмужалой груди.  От него жутко несло удобрениями, но это ничто по сравнению с той мазохистической раной на душе, которую она раз за разом себе наносила.  — Гермиона, в последний раз ты была так разбита после того случая в Малфой Мэноре, не говори мне, что вы опять?.. — Девушка громко заплакала, подтверждая мысли друга. Невилл же крепче обнял её. — Ну, тише, тише. Испугаешь юную мандрагору. Она теперь весьма чувствительна к внешним звукам.  — Прости, — отстранилась Грейнджер, вытирая заплаканное лицо, — я правда думала, что успокоилась, пока ехала сюда.  Лонгботтом кивнул, направившись к стеллажу за её спиной. — Вам следует поговорить. Снейп вряд ли стал бы вступать с тобой в любую физическую связь, не чувствуй он того же, что и ты.  — Я сломала его жизнь! Он меня ненавидит, Невилл! Тяжело вздохнув, юноша снял с верхней полки стеллажа коробку нового удобрения и спросил: — Хочешь покажу новую находку? Он не дождался ответа, просто направился в следующую теплицу. Грейнджер поплелась следом, пытаясь выискать взглядом некое страшное растение, которое Невилл точно счёл милым. Однако друг привёл её к с виду весьма безобидным цветочкам. Фиолетовые лепестки расходились острыми кончиками в разные стороны. Никакого специфического запаха она не учуяла и спросила: — Это ночные колокольчики?  — Не совсем. Это колокольчики, ты права, обычно их использовали в качестве салата, а корни — для готовки. Но после смены магии я случайно заметил нечто. Вот, смотри. Невилл провёл пальцем по фиолетовому лепестку, и тот начал переливаться разными оттенками.  — И я решил рассмотреть под микроскопом, выкопал немного и принёс сюда. Смотри.  Гермиона наклонилась над окуляром. Дышать стало трудно, она отпрянула от микроскопа, спрашивая: — Как такое возможно? — Как, по-твоему, я узнал о тебе и Снейпе? Я решил съесть цветок и теперь, хоть и ненадолго, могу пользоваться магией совершенно интуитивно. Вот как прочитать твои мысли к примеру.  — Что это? — Ты могла слышать название «Рапунцель».  — Как в сказке? — Как в сказке.  Они молчали некоторое время, а затем Гермиона подлетела к растениям, взволнованно залепетав: — Дай мне один образец, я должна… — Показать Снейпу, да, я уже приготовил.  Невилл указал на рабочий стол и с улыбкой кивнул. — Беги, Грейнджер, может, ещё успеешь. 

***

Дверь кабинета, естественно, была закрыта. Гермиона никогда не приходила во внерабочее время и внезапно осознала, что у неё даже ключей нет. Колокольчик в горшке словно поддакивал, отвечая на её мысли о том, что стоило идти домой. Однако снизу послышались шаркающие шаги и голос Снейпа почему-то заставил девушку вздрогнуть от ужаса: — Люциус, если ты поссорился с Цисси, то хотя бы помни номер этажа, я не мальчик, знаешь ли, по ступеням за тобой… — он замер, заметив Грейнджер, — бегать.  Цветок в горшке показался ему смутно знакомым. Нахмурившись, Северус устало спросил: — Дай угадаю, образец от Долгопупса? — Да, — выдохнула Гермиона, не двинувшись с места.  Он явно быстро соображал, что делать. Отправить её домой было опасно в такое время. Хотелось как следует отчитать самодовольную девчонку за поздние визиты. Но она вряд ли знала, что этажом ниже его квартира.  — Пойдём ко мне, не стоит здесь ночевать.  — Я… Северус, я… — У меня есть гостевая комната.  Грейнджер молча спустилась на негнущихся ногах за ним. Проходя в его квартиру она удивлённо вскинула брови, ожидая почувствовать сигаретный дым, но, очевидно, Снейп ценил свежий воздух. Дверь закрылась на несколько замков, и хозяин дома прошёл вглубь, предлагая ей чай.  Оказаться в маленькой комнатушке с двумя мягкими креслами и горами книг казалось чем-то очень знакомым. Ведь её собственная гостиная мало чем отличалась от этой.  Северус застал её за рассматриванием книг, чему вовсе не удивился, скорее, она подтвердила своё реноме.  — Рассказывай. Гермиона отдала ему образец и начала пересказывать всё, что услышала от Невилла, кроме факта чтения мыслей и того, что Лонгботтом знает о них. Она вновь чувствовала себя на своём месте, полезной и нужной ему. И это одновременно злило и тревожило Грейнджер.  Снейп молча слушал, рассматривая растение, пока Гермиона неспешно попивала предложенный чай. За роящимися мыслями о Рапунцель он даже не сразу заметил, что девушка замолкла.  — Я, наверное, пойду, — неуверенно пролепетала Гермиона, поднимаясь с кресла.  — Там бродит убийца, который работает прицельно по волшебникам. Если ты думаешь, что я тебя отпущу в ночь, то ты совершенно сошла с ума.  Северус поднялся со своего кресла, подходя к ней вплотную. Он провёл большим пальцем по её искусанной в кровь нижней губе и тихо промолвил: — В другом мире и при других обстоятельствах я бы жаждал сделать тебя моей. Но в реальности есть жестокая правда, Гермиона. У тебя впереди блестящая жизнь, я лишь буду тёмным пятном на твоей репутации.  — Может, проблема не в нас, а в обществе?  — Ты права, но это знаем мы с тобой, да ещё несколько людей с мозгами.  Гермиона судорожно выдохнула: — Что же мне делать с этим притяжением? Снейп прикрыл глаза, горько усмехнувшись.  — Не строй из себя жертву обстоятельств, Грейнджер.  Он заглянул в яркие янтарные глаза, чтобы поймать там спрятанную улыбку. И лишь тогда Снейп мягко коснулся своими губами её губ, быстро разрывая поцелуй, не давая ему поглотить их. Отойдя на несколько шагов, Северус указал на дверь одной из комнат и тихо усмехнулся: — Комната в твоём распоряжении. И я выстирал твои носки и трусы, найдёшь в ванной. Румянец вновь затопил кожу краснотой. Гермиона быстро направилась к гостевой спальне, надеясь на убежище. Ей нужно было подумать обо всём. 

***

Оказалось, она вовсе не была готова к пробуждению в доме Снейпа.  Он молча вошёл в комнату, уселся на кровать рядом и тихо произнёс: — Я вспомнил, откуда мне знакомо растение.  — Что? — сонно протянула Грейнджер, протирая глаза.  Когда до неё наконец-то дошёл смысл его слов, Гермиона резко села, вовсе забыв о своей наготе. — Откуда? Снейп снисходительно улыбнулся и снял с себя расстёгнутую рубашку, чтобы накинуть ту ей на плечи. Стоило тёплой ткани коснуться кожи, Грейнджер прикрыла глаза, понимая, что это вовсе не помогает с их договором о «непродолжении».   Прикрыв грудь, она осмелилась взглянуть в глаза своему худшему желанию. — Рапунцель любила использовать жена Салазара Слизерина. Если ты знаешь магловскую сказку, то помнишь: она украла девочку после рождения. И не просто так. Это особенный вид Рапунцель, который наделяет магией даже вовсе немагическое существо. Поэтому, когда сказка о злой ведьме и Рапунцель дошла до ведома магического сообщества, дом Слизеринов лишился всего. Это было жестокое нарушение Статута о неразглашении. Тем не менее башня, в которой содержалась девочка, до сих пор существует. Вероятно, чтобы добиться прощения, нам нужно разрешить некую давнюю злобу? — Или мы сможем найти другие образцы и найти им применение. Северус кивнул. Однако что-то явно его смущало.  — Что такое?  — Мы не можем об этом говорить никому. Более того, сначала нужно заняться убийцей.  По позвоночнику пробежал холодок. Гермиона поёжилась, кутаясь в тонкую рубашку Снейпа. Ещё одна тема, которой она пыталась избегать.  Они уже это проходили много раз. И напряжение между ними лишь расло. Что может случится в этот раз, если учесть вчерашний срыв? — Я сделаю образцы для анализа, а тебя попрошу взять сегодня выходной. Учитывая вчерашний секс, думаю, нам стоит немного побыть порознь. Так что увидимся в понедельник. До тех пор убедительно прошу не искать на свою задницу очередные неприятности.  Он поднялся с кровати и будто вспомнил о чем-то, указал на рубашку. — Оставь себе, на улице достаточно свежо. 

***

Внеплановый выходной казался отличным поводом наведаться к Биллу. Быстро переодевшись в голубое платье без рукавов и с высокой горловиной, Гермиона встала перед зеркалом, дабы взглянуть на себя. Память предательски подбросила воспоминание, которое разлило по низу живота мягкую истому.  Пальцы Снейпа развязывают бант на шее, и верх голубого платья оголяет налитую грудь его взору, его губам и рукам. Совершенно не нежные касания распаляют нечто неизведанное и первобытное, доставляя ей порочное удовольствие. Шершавые пальцы подтягивают подол платья выше. Они же проникают под шёлковую ткань белья и заставляют её извиваться на дубовом столе Малфоя. И лишь когда первая волна удовольствия обезоружила Гермиону, она почувствовала его внутри. То желание, с которым ей хотелось отдаться этому гнусному и упрямому Снейпу, обжигало своей страстью рассудок. Кажется, именно его, а не стыд и совесть Грейнджер потеряла на рабочем столе Люциуса.  В тот раз вся голубая ткань сосредоточилась на её талии. Снейп не мог насытиться ею, а она — им. И стоило ему бурно кончить в неё, как тёмные глаза с пониманием и ужасом уставились в напуганные янтарные напротив.  Магловская экстренная контрацепция немного успокоила их нервы. А платьице отправилось в шкаф на многие месяцы.  Гермиона прикрыла глаза, пытаясь выкинуть из головы эти воспоминания. Ведь это её любимое платье.  — Надо создать новые! Меня ждёт Билл — в любом случае некогда переодеваться.  Заверив себя ложью во благо, Грейнджер выбежала из дома, прихватив тёмно-синюю мантию.  Поздний август, к всеобщему удивлению, оказался довольно жарким. Обычно в это время лето понемногу уступает осени и вечера становятся невероятно холодными.  Лёгкий ветер играл с подолом голубого платья, игриво поднимая в воздух ленты банта на шее. Гермиона смеялась над очередной шуткой молодого мужчины рядом. Их прогулка явно затянулась на несколько часов, и мысленно она поблагодарила сама себя, что прихватила мантию.  — Как ты проводишь целые дни со Снейпом? Если бы мы все не знали Снейпа, да и тебя, то подумали бы, что между вами что-то есть.  — Мы? — раздражённо выпалила Грейнджер, резко останавливаясь.  — Да ладно, Гермиона, Скиттер уже писала о вас грязные статьи по меньшей мере раз пять.  Опустив взгляд, девушка медленно выдохнула. На коже выступили мурашки — хорошо, что холодный ветер дал ей возможность спрятаться в длинной мантии.  — Билл, ведь так и о нас говорят.  Он рассмеялся и приобнял её за плечи, чтобы шумно зашептать у самого уха: — Лично я здесь проблемы не вижу. Мы с тобой совершенно точно отлично проводим время, во всяком случае насколько я могу судить.  — Да, это так, — растерянно промямлила Грейнджер, чувствуя, как сердце в груди ускорило ритм. Билл повернул её к себе, заглянул в глаза девушки, явно нервничая. Он облизнул губы, и лишь тогда до Гермионы начало медленно доходить. Уизли наклонился к ней, останавливаясь у самых губ. Цитрусовый аромат настолько был другим, непохожим на Северуса, что она почти отшатнулась. Но Билл шепнул ей: — Кажется, это да..? Его губы были другими. Гермиона отвечала на поцелуй, отчаянно цепляясь за его плечи в надежде, что это неким магическим образом заставит её забыть об умопомрачительных касаниях Снейпа.  Она запустила пальцы в длинные рыжие волосы, притягивая его ещё ближе. Грейнджер чувствовала желание Билла, и, как бы совесть не орала на неё за бессовестность, ей хотелось нашкодничать и почувствовать себя независимой от чёртового Снейпа.  Вот только чей-то смешок рядом будто бы отрезвил их, заставив отпрянуть друг от друга.  — Простите, что помешали, но вам явно лучше переместиться в более уединенное место.  Джинни весело подмигнула Гермионе. Луна же озадачено рассматривала её, пока не проронила: — Мне кажется, я не видела тебя в платье больше года.  Гермиона чувствовала, как краска отливает от лица. Единственное, что она сообразила, это схватить руку Билла и улыбнуться. — Захотелось чего-то лёгкого на свидание.  Джинни расхохоталась, кинув: — Легкодоступного? — Джин, — с напором обратился к сестре Билл, — нам пора, хорошего вам вечера.  У неё и в мыслях не было приглашать его к себе, однако те самые мысли вновь были забиты Снейпом и этим самым голубым платьем. Так что, оказавшись в собственной квартире с явно увлечённым ею ухажером, Гермиона несколько испугалась. Напряжение между ними накалялось, хотя и по разным причинам. Вдруг резкое желание воспользоваться палочкой прошибло руку током. Вот только смысла в этом не было. Вся боевая магия была безнадёжно закрыта от них. Ещё никогда со времён пыток во время войны Грейнджер не чувствовала себя такой уязвимой.  — Чаю? — нервно спросила она. — Пожалуй, откажусь. — У меня нет кофе, — выдохнула девушка. Но Билл медленно подходил к ней. Она знала, что может отказаться, но вдруг решила взять бразды правления в свои руки.  Отвечать на его поцелуи казалось чем-то чужим и неправильным. Тело реагировало на Уизли совсем иначе, чем на Снейпа. Ощущение новизны и опасности, хоть это и был лишь старый добрый Билл, взбушевалось, затопив её адреналином.  Вот только она не могла предвидеть, что Билл повторит движение Северуса, развязав бант на её шее. Словно одно это движение разблокировало нужное воспоминание.  Понимая, что нужно создать воспоминание помощнее, чтобы это платье не вызывало вожделение, а белье оставалось сухим, придётся попотеть.  Билл осыпал её грудь нежными поцелуями, мягко посасывая напряжённые соски. И это было не то, чего она жаждала.  Уверенно вцепившись в его ремень, Грейнджер зашагала вперёд, заставляя его отступать. Она остановилась у самой кровати, стаскивая с юноши джинсы вместе с бельём. Сам Билл снял с себя рубашку, показывая поджарый торс, словно ожидая от неё некой реакции. Но Гермиона лишь толкнула его на кровать. Сама же сняла трусики, залезла на него сверху и засунула их ему в рот. Голубые глаза Билла полыхнули азартом. Он завёл руки за голову, давая понять, что принял правила игры.  Гермиона задрала подол платья — её тело мгновенно среагировало на воспоминание. Между ног уже было жарко, поэтому, прикрыв глаза, она мысленно сказала себе: «Я могу быть с другим».  Аккуратно пристроив его головку к своему входу, Грейнджер медленно насадилась. Но даже в этом умудрилась сравнить их размеры. Чёртов Снейп! Она с бешеной скоростью насаживалась на Билла, совсем позабыв о том, что это он. Все мысли были о Северусе. И от единственной фантазии, что она в этот раз трахнула Снейпа, а не наоборот, Гермиона громко застонала, содрогаясь в экстазе.  Вот только Билл не чувствовал её так, как это мог Снейп. Он убрал трусики изо рта, перевернул их, вколачиваясь в неё с такой силой, что фантазии вновь вернули Гермиону к недавнему сексу. Даже со всем своим желанием, Биллу было далеко до изящной грубости Северуса.  Грейнджер однако не хотела сдаваться — оттолкнув от себя юношу, она встала на четвереньки, понимая, что ей нужен оргазм. Взобравшись на него сверху, Гермиона уселась ему на лицо, командуя ровно до тех пор, пока Билл не нашёл нужный ей темп. И лишь тогда она сама наклонилась к его стояку.  В голове пролетела мысль, что вот оно — нечто, чего никогда не было со Снейпом.  Её губы захватили головку, прежде чем насадиться на него настолько, насколько могла. Гермиона была невероятно близка к разрядке, когда почувствовала его дрожь.  Билл вдруг прижал её голову к своему паху рукой, заставляя всё проглотить. Она послушно прекратила вырываться, хоть на мгновение и испугалась. Уизли же почувствовал своё первенство и решил использовать пальцы.  Он прекратил посасывать её клитор за мгновение до оргазма, изменив стимуляцию. И, хоть в результате Гермиона получила свой оргазм, ей было совершенно непонятно, что такого знает о ней Снейп, чего не смог понять за столько месяцев общения Билл.  Заперевшись в уборной, Грейнджер включила душ, пока её рвало спермой.  — Придурок… Дрожащей рукой она вытерла рот, оглядываясь на дверь, искренне надеясь, что, когда выйдет из ванной, его уже не будет. Естественно, этого не случилось.  Приняв холодный душ, Грейнджер вышла в одном полотенце и с мокрыми волосами, чтобы сказать: — Думаю, тебе пора идти.  — Что? Гермиона, я не понимаю… — Билл, мне нужно побыть наедине. Будь добр, иди домой.  Нечто опасное проскользнуло в его взгляде, но он быстро взял себя в руки. Одевшись, Билл ушёл, пожелав ей приятных сновидений. Вот только приятными они больше не бывали. А без зелья сна без сновидений казалось, что скоро она сойдёт с ума.  Оставшись наедине со своими демонами, Гермиона начала искать одежду, но взгляд зацепился за белую рубашку, что была слишком велика ей.  Поднесла ткань к носу, вдыхая именно тот запах мужчины, который будоражил её, вызывая искреннюю жажду его присутствия. Скинула влажное полотенце и надела Снейпову рубашку на голое тело, отправляясь спать с мокрыми волосами. Хуже уже точно не будет.