Эпизод 4. Ночь рационализма

Пак Соён объявила войну сну. Квартира была залита холодным электрическим светом. На столе стояла третья чашка крепчайшего кофе, хотя кофеин уже бил дрожью в пальцах и учащенным сердцебиением. На экране телевизора бездумно сменяли друг друга кадры какой-то дорамы, диалоги сливались в монотонный гул. Главное было — не закрывать глаза, не давать ему шанса. «Это не сон, — твердила она себе, переводя взгляд в темное окно, во тьме которого всё еще чудился насмешливый шепот. — Он реален и он придет». Мысль о том, чтобы снова оказаться в беспомощной ситуации, где незнакомец вламывается в самое интимное пространство — её сон, — заставляла её сжимать кулаки от гнева, перебивавшего страх. Страх она могла пережить, а вот потерю контроля над собственным разумом — нет. Она почти победила, но глаза слипались, сознание уплывало, когда время на электронных часах перевалило за четыре утра. И в этот миг, на грани провала, воздух в комнате снова заколебался. Он появился не в облаке дымки, а как будто вышел из самой тени в углу комнаты. Более материальный, более настоящий, чем в прошлый раз и остановился, прислонившись к стене. Его руки были скрещены на груди, а на лице играла сложная смесь досады, любопытства и ледяного раздражения. — Ты не спишь, — голос был тихим, но он резал тишину, как лезвие. — Ты борешься со мной, истязая себя бодрствованием. Это... трогательно. И глупо. Соён вздрогнула, сердце ушло в пятки, но она не закричала. Вместо этого она медленно, с преувеличенным спокойством, потянулась за кружкой с остывшим кофе, сделала глоток и поставила её обратно со звонким стуком. — А ты настойчивый, я тебе отдаю должное, — сказала она, переводя взгляд на экран, где героиня дорамы рыдала в подушку. — Но твои методы нуждаются в доработке. Явление в спальню к незнакомой женщине — это моветон и, если честно, уже наскучило. Тэхён оттолкнулся от стены. Его золотые глаза сузились. — Ты думаешь, это простое вторжение? — он сделал шаг вперед, и воздух стал гуще, тяжелее. — Это честь. Я выбираю лишь тех, чьи сны могут быть достойны меня. — О, какой комплимент, — парировала Соён, с силой нажимая на кнопку пульта и выключая телевизор. Внезапная тишина стала оглушительной. — Мои сны состоят из отчетов, списков покупок и тревоги, что я не выключила утюг. Ничего, что могло бы заинтересовать такого... выдающегося гурмана, как ты. В её усталых глазах горел вызов, не страх, а раздражение и усталость: — Послушай, призрак, кошмар, суккуб, кто ты там еще... Мне это неинтересно. Я не верю в сказки, у меня нет времени на романы, даже вымышленные. Я работаю, плачу по счетам, и мне нужно спать. Настоящим сном. Без тебя. Тэрри замер. Его чары, его аура соблазнения, которую он испускал волнами, разбивались о неё, как морская пена о бетонный волнолом. Он видел её физическое истощение, но её воля, её упрямый, не поддающийся логике рационализм стояли несокрушимой стеной. Он попытался поймать её взгляд, чтобы проникнуть в её мысли, но она демонстративно уставилась в свой телефон, листая ленту новостей. — Все боятся темноты, — прошептал он, вкладывая в слова всю свою силу, заставляя тени в комнате шевелиться. — Все боятся одиночества. Я вижу это в тебе. Позволь мне... — Мое одиночество — мое личное дело, — перебила она, не глядя на него. — И сейчас я предпочитаю его твоей компании. Уходи. Впервые за многие века Тэрри почувствовал себя абсолютно беспомощным. Он мог бы материализовать у её ног алмазы, мог бы наполнить комнату ароматом райского сада. Но что это изменит? Она, скорее всего, потребовала бы справку от ювелира и пожаловалась бы на аллергию. Он проигрывал. Снова. И на этот раз — абсолютно трезвой, сознающей себя женщине, которая просто сочла его... неудобством. Его гордыня истаяла, оставив лишь горький осадок недоумения. Он медленно отступил в тень. — Ты ошибаешься, Соён, — его голос прозвучал уже без прежней уверенности, почти приглушенно. — Это не конец. — Для меня — да, — ответила она, наконец подняв на него взгляд. И в её глазах он увидел не страх, а... скуку. Это было хуже всего. — Спокойной ночи. Или доброго утра. Не важно. Просто уйди. Тэрри исчез. Не эффектно, не с облаком дымки, а просто растворился, как тень при включенном свете. Соён сидела еще несколько минут, вслушиваясь в тишину. Адреналин отступал, сменяясь ватной усталостью. Наконец, когда первые солнечные лучи окрасили небо в серо-голубой цвет, она, не раздеваясь, повалилась на диван и накрылась пледом. На этот раз сны её не беспокоили. Не было ни томных фантазий, ни жутких образов. Был только глубокий, пустой, как колодец, сон уставшего человека. А в мире между мирами Тэрри, Повелитель Снов, сидел в своем измерении и наблюдал за спящей Соён. Он не чувствовал ни капли её энергии. Она снова победила. И он понял, что обычные методы здесь не сработают. Чтобы поймать эту добычу, ему придется... научиться мыслить как она. Или сломать её рационализм самым нерациональным способом.