Глава 21. Хищники и падальщики

Майя После принесения Риасом клятвы ко мне снизошёл покой. И даже счастье. Я не потеряла его, своего единственного друга. Ему не всё равно на мои чувства, ему не плевать, какими будут наши взаимоотношения. Увы, за весь день я видела его только за завтраком. Он сам приплыл и вытащил меня в сад завтракать. Потом, как обычно, у него дела, у меня скука. Решив не терять времени зря, попросила служанку, заплывающую ко мне с едой и узнать, нужно ли что, принести книг из библиотеки. В этот раз меня интересовали легенды этого мира. Больно уж впечатлил гномий каменный сад. О том, чем закончилось его посещение, предпочитала не думать. Я глупо надеялась, что Риас ещё появится. Хотя бы вечером, поболтать, как он часто это делал. Не сбылось. И ложась спать, я искренне надеялась, что скоро мы снова отправимся на сушу. Пусть там опасно, но не так смертельно тоскливо, как здесь. Мои надежды разбил старший принц, которого я встретила утром, решив поплавать по саду. Подводный король не собирался отпускать нас раньше чем через две недели. Аргументировал он это тем, что Риас мог не до конца оправиться от ранения. Чушь. Я видела Риаса, он даже колдовал при мне и выглядел более чем здоровым. Скорее всего, его отец просто не хочет подвергать сына риску или надеется за это время выявить и изловить врага. Разумно. Только вот мне с такого совсем не легче. Сам Риас объявился после обеда. Ввалился в комнату какой-то непривычно умиротворённый, распространяя вокруг себя ауру довольства. Хоть кому-то здесь в кайф. Впрочем, странно, будь оно иначе, это же его родной дом. — Поплыли, — объявил он. — Куда? — не могла я не поинтересоваться. — Дворец тебе показывать буду, — улыбнулся он. — Зачем? — удивилась я. Мне казалось, он шутил, когда говорил об этом недавно. Или уже давно об этом забыл. — Ты здесь провела уже столько времени, а ничего при этом толком не видела. — Всё равно не понимаю, зачем, — призналась я. — Мне здесь не жить. Плавать в одиночку я тут тоже не стану, мало ли что. — Ну хотя бы затем, что здесь есть на что посмотреть, — нахмурился Риас, недовольный отсутствием у меня энтузиазма. — Во время наших визитов на сушу ты всегда стремишься посетить всякие выставки и знаковые места, а тут настоящий дворец подводного правителя. А ведь он прав. Пусть океанские красоты мне приелись ещё с тех времён, как я была здесь пленницей-гостьей, но когда ещё мне предоставится возможность осмотреть настоящий дворец подводного короля? И вообще, видел ли его целиком хоть кто-то с суши, или мне предоставлена уникальная возможность, недоступная остальным? Тут правда было на что посмотреть. Внутри хватало красивейших залов разных размеров, окон, украшенных фресками, стен с водорослями, напоминающими земной вьюн, на которых цвели яркие цветы. Кованые, будто кружевные клетки, в которых плавали яркие красивые рыбки, резные арки и перила, статуи, изображающие различных подводных существ. Полы и потолки, отполированные настолько, что кажутся зеркальными, огромные люстры, сияющие ярче любого хрусталя с осветительными кристаллами. Роскошно, ярко, красиво. Дворец короля Каншира рядом с этим кажется большим, но скромным по отделке домом. Какими же убогими должны казаться Риасу все места, где мы жили, когда выбирались на сушу? — Не выдумывай, — улыбнулся он, когда я, не утерпев, спросила об этом. — Личные комнаты, как правило, оформлены без лишнего пафоса и этой крикливой роскоши. Вспомни свою комнату, разве она такая? А ведь находится в крыле, где живёт наша семья. На миг возникло желание попросить его показать мне его собственную комнату, но быстро отогнала эти мысли прочь. Это уже слишком — напрашиваться в личные апартаменты мужчины. Это звучит слишком двусмысленно, и легко можно неправильно истолковать. Пусть Риас и дал недавно клятву, но не стоит так сразу проверять её действие. — Эл! — услышала я звонкий женский голос. — Вот же дразг, — пробормотал находящийся рядом Риас. К нам плыла очень красивая руалса. Белокурые волосы развевались в воде, лицо будто светилось одухотворённостью. А ещё оно поражало правильностью черт. Чуть вздёрнутый нос, чувственные алые губы и огромные зелёные глазищи в обрамлении неожиданно тёмных ресниц. Фигура тоже была на уровне: пышная грудь, тонкая талия и округлые бёдра. Ну, то место хвоста, что их руалсам заменяет. Сразу ощутила себя невзрачной замарашкой и вообще критически чужой в этом месте. — Ты вчера повёл себя со мной отвратительно, — промурлыкала она, подплывая, — но я всё понимаю. Ты обижен, потому я готова тебя простить. Затем девица, ничуть не смущаясь моего присутствия, обвила шею Риаса руками и жадно поцеловала в губы. Я же пыталась осознать ею сказанное. Вчера? Отвратительно поступил? Получается, вот где он был — развлекался с этой девицей, пока я, как дура, ждала его. Иррациональная обида затопила сознание. Это просто глупо! Риас — взрослый парень, он имеет право делать что угодно, не отчитываясь передо мной. Да и я не ребёнок, чтобы мне сопли подтирать. Отчего же тогда такое чувство, будто меня предали? И смотреть, как он лобызается с этой хвостатой куклой было… мерзко. Хотелось сделать хоть что-то, чтобы это прекратилось. Да какого чёрта?! — Кто сказал, что мне нужно твоё прощение? — оттолкнул он девушку после недолгой заминки и демонстративно вытер губы. — Я вчера получил своё, и больше мне от тебя ничего не нужно. — Вот как? — поджала она губы. — Ладно, я подожду, пока приступ твоего безумия пройдёт. Ты любишь меня, и сам это знаешь. Познакомишь меня со своей зве… спутницей? Это она, пришлая? Пусть она успела исправиться, но я отлично поняла, что она хотела сказать. Зверушкой, вот кем считает меня эта руалса. А возможно, и не только она. Стало мерзко, захотелось поскорее отсюда убраться. — Следи за языком, Асмариана, — проговорил Риас, недобро прищурившись. — И любил я тебя в далёком прошлом, которое давно илом заросло. — Так давай расчистим его, — не отступала руалса. Рассматривая её, я отчасти понимала Риаса. Пусть ведёт себя нагло, но в красоте ей не откажешь. Кого ещё мог полюбить красивый и надменный принц, как не такую красавицу? И сейчас, пусть он и говорит, что всё в прошлом, но почему тогда вчера именно к ней поплыл? И они там явно не о культуре беседовали. — Асмариана, — посмотрел Риас на неё пристально, — плыви домой. Нам не о чем разговаривать. — Так можем не разговаривать, — произнесла руалса, одарив его таким откровенным взглядом, что мне аж неловко стало. — Ты хоть понимаешь, где находишься? — начал Риас злиться. — И что вообще несёшь? — Ладно, поняла, — подняла она примирительно руки, а взгляд стал воплощением невинности, — не место и не время. Подзабыла я, что ты всегда был правильным мальчиком. — Асмариана! — прорычал он. — Так ты познакомишь меня со своей человечкой? — посмотрела она на меня. — Не думаю, что моей гостье нужны такие знакомства, — отозвался Риас. — Как её зовут? — проигнорировала руалса его слова. — Она немая? Она нас вообще понимает? Эй, тебя как зовут? — Ну, Майя, и чё? — мне надоело молча слушать эту бабу. Да и вежличать с ней не тянуло. А вот позлить… Почему бы и нет? Жвачки только не хватает, чтобы окончательно натянуть образ наглой гопницы. Возможно, вскоре я об этом пожалею. Может, сам Риас потом отчитает за хамство его любовнице. Но сейчас я была слишком зла. — А я Асмариана Баирисни, — обворожительно улыбнулась руалса, то ли не заметив моего хамства, то ли игнорируя его. — Его высочество прав, вряд ли мне пригодится это знакомство, барби, — продолжала я выделываться. В любой момент я ожидала сердитого окрика Риаса, но, скосив глаза поняла, что он, отвернувшись, бессовестно ржёт. — Барби? — нахмурилась руалса. — Нет, я Асмориана. — Даже не буду пытаться запомнить этот набор звуков, — ухмыльнулась я в ответ. — Да как ты смеешь! — дошло до неё наконец, что я нагло издеваюсь. — Кто ты такая, чтобы так со мной разговаривать? Глупая и уродливая человеческая девка! — Да я тоже не в восторге от тебя, чика, — мне отчаянно хотелось расхохотаться. — Эл! Скажи ей! — потребовала она, как маленькая. — Что? — отозвался он, светясь ненормальной краснотой из-за сдерживаемого смеха. — Ты сама хотела познакомиться с Майей. — Она ужасна! — голосила руалса. — Она меня оскорбляет! — Не заметил, — прикинулся глухим Риас. — Она… — Эл, тебя отец зовёт, — прервало новую жалобу на меня появление старшего принца. — Говорит, срочно. Он в кабинете. Тут взгляд Риаса стал растерянным и каким-то беспомощным. Он посмотрел сначала на меня, потом на свою любовницу, затем вперил напряжённый взгляд в Регаларса. — Проводишь Майю до комнаты? — то ли спросил, то ли попросил он. — Конечно, — улыбнулся Ларс. — Не дергайся, доведу в целости и сохранности. Плыви давай, пока он сам не начал тебе искать. Риас уплыл, а Ларс посмотрел на руалсу, что в момент растеряла всю свою самоуверенность. И посмотрел так, что мне стало не по себе. Тёмный это был взгляд, не обещающий ничего хорошего. Таким я старшего принца ещё не видела. Передо мной сейчас был не обаятельный и прекрасный принц, а хищник, что узрел в своих водах тварь, которую жаждал сожрать. — Подождёшь немного? — спросил он меня, взгляд при этом значительно смягчился. — Конечно, — кивнула я. — Без проблем. Не желая, чтобы я слышала разговор, он довольно грубо оттащил руалсу в сторону и начал что-то ей выговаривать. Она в ответ тоже что-то говорила, в момент растеряв всю свою привлекательность, став похожей на загнанную в угол крысу. Наконец, спустя минут пять, руалса, резко плеснув хвостом, двинулась к выходу, а Ларс подплыл ко мне. На лице его вновь красовалась доброжелательная улыбка. До самой моей комнаты он болтал о всякой ерунде, пытаясь меня развлечь. Я улыбалась, но ни на миг не теряла бдительности. Ещё при первой встрече я поняла — он опасен. Сегодня стала чуть ближе к пониманию, насколько. Возможно, эта Асмарина, или как её там правильно, и считала себя хищницей. Как подозреваю, сексуальной. И наметила своей жертвой Риаса, с которым их когда-то связывали отношения. Но она явно не рассчитывала на столкновение с Ларсом, который был гораздо более опасным хищником, способным её уничтожить. Потому она предпочла убраться сейчас. Но она ещё вернётся, в этом я не сомневалась. И когда это случится, хватит ли Риасу сил ей противостоять? Захочет ли он это делать? И не стану ли я сама жертвой этой хищной белобрысой рыбины? Элуриас Настроение с самого утра было шикарным. Немного поработав с отцом, решил не отказываться от мысли показать Майе дворец. Она не особенно обрадовалась. Стало даже как-то обидно. На всякие выставки она бежит с горящими глазами, а мой родной дом у неё не вызывает никакого интереса? В итоге пробудить мне его удалось, а наблюдая, с каким восторгом она осматривает убранство залов, остатки моего недовольства размылись, как муть в воде течением. Ей хотелось посмотреть поближе то и потрогать это. Увы, плавать лучше с момента нашего знакомства она не стала, и мне приходилось подрабатывать извозчиком. Для меня, рождённого в воде, вообще было дико смотреть на такую неуклюжесть в моей родной стихии. Я же научился ходить, и почти так же хорошо, как рождённые на суше, так почему Майя так ужасно плавает? Ах, точно, у неё ноги не сменяются хвостом, когда она под водой, оттого и получается всё не так. И всё равно, нужно будет попробовать как-нибудь поплавать с ногами. Не верю, что это столь сложно. Оставалось последнее крыло дворца, где располагались кабинеты министров, залы переговоров и библиотека. Не самое интересное место, но и там было на что посмотреть. Уже собирался вести Майю туда, как по нервам ударил хорошо знакомый голос. Дразг! Какой волной её сюда занесло? Асмариана подплыла, как царица, но стоило ей открыть рот, как захотелось провалиться сквозь дно. Ахинею несла она, а стыдно было мне. Стыдно и за её самоуверенную глупость, и за открытое заявление, где я был и чем занимался. Почему-то просвещать Майю в это мне совершенно не хотелось. Да и её реакция озадачила. Лицом она ничего не показала, но где-то по краю царапнуло обидой и недовольством. С чего вдруг? Заявление, что я её люблю, ошарашило, едва нашёлся с ответом. Она вообще адекватна? Я повёл себя с ней подчёркнуто гадко, а она говорит о моей к ней любви? Прав был Кансорис, не нужно было с ней связываться. Но мне так отчаянно хотелось проверить себя. Убедиться, что всё осталось в прошлом. Да и её задеть, что совсем уж глупо и недостойно. Идиот! Вот теперь завис в воде и понятия не имею, как избавиться от Асмарианы. Ей мало меня достать, нужно ещё и Майю задеть. В итоге Майя, не испытывающая к ней ни капли симпатии, не выдержав, начала открыто хамить и издеваться, используя словечки своего мира. Всё: интонация, тон голоса и выражение лица кричали: Майя над ней глумится. Меня разобрало на откровенный хохот, когда наблюдал, как Асмариана даже понять не может, что человечка её ни во что ни ставит. Когда, наконец, дошло, что над ней открыто смеются, Асмариана подняла вой, а мне стало только смешнее. Всё веселье испортило появление Ларса. Отправился искать отца, искренне надеясь что Ларс просьбу сдержит и Майю проводит. Асмариану он не полюбил с самого начала. Мы только начали отношения, а брат её уже терпеть не мог, хотя причин не было. А уж когда вскрылись её измены… Мы ссорились регулярно. Даже пару раз дошло до драки. Он отказывался принимать моё желание верить в лучшее, мою готовность прощать. Ларс считал Асмариану лживой шлюхой. По итогу, он оказался прав, но это осознание пришло далеко не сразу. И сейчас, уплывая, я неожиданно поймал себя на мысли — мне всё равно. Всё равно, что он ей скажет или сделает. Тогда как раньше я боялся оставлять их наедине. Ну а Майю Ларс не обидит, к ней он с самого начала удивительно хорошо расположен. По итогу, отца у кабинета пришлось ждать, а когда он появился, пришло осознание — брат меня намеренно спровадил. Помянув дразга, бросился обратно, но там уже никого не было. За Асмориану или Ларса я не боялся. Им ничего не грозит, а вот Майя… Она обнаружилась у себя и спокойно рассказала, что брат мою просьбу выполнил. — А твой брат опасен, — неожиданно выдала Майя. — Что? — удивился я такому выводу. Ларс? Опасен? Каким образом и с чего такие выводы? — Ещё при первом знакомстве я подумала, что он не так прост, несмотря на всю показную доброжелательность, — ответила она задумчиво. — А сегодня я поняла, насколько он может быть опасен. На твою подружку он смотрел, как хищник на жертву, готовый броситься и порвать её на куски при любом неверном движении. — Ну, ты ему нравишься, — произнёс я вместо ответа. Потому что банально не знал, что на это сказать. Мне Ларс всегда казался умным, расчётливым, но довольно безобидным. — Надеюсь, — протянула Майя. — Не хотела бы я иметь подобного врага. — Ларс тебе не враг, а вот Асмориана может им стать, — решил я сменить тему. Говорить об Асмориане не хотелось совершенно, но хотелось, чтобы Майя поняла — нужно быть осторожнее при общении с подобными ей. — Мне охренеть как страшно, — ничуть не впечатлилась Майя. — Зря, — мне не нравилась её беспечность. — Асми — дочь не последнего руалса… — О, уже Асми, — ухмыльнулась она. Невольно сорвавшееся с губ сокращение из прошлого меня самого озадачило. Действительно, ну какая Асми?! Всё это осталось там же, где и глупые мечты о совместном счастье с ней. — Не цепляйся к словам, — огрызнулся я, дизориентированный своей оговоркой. — Риас, я ничуть не соврала — мне тут не жить, — вздохнула Майя и пристально посмотрела на меня. — И бояться твоих любовниц, равно как и изображать почтение, которого нет, я не собираюсь. — Да каких любовниц… — заговорил я, чувствуя, как краснею. — Обычных, — ответила она. — Таких как эта. Или ты станешь утверждать, что накануне ракушки с ней собирал? — Нет, — окончательно смутился я, сам не понимая, почему. — Но я взрослый парень… И вообще, это что за сцена ревности? А от Майи правда ощущалось что-то неприятное. Тяжко-горько-тоскливое. Невнятная обида и даже нотки стыда. — Парень, а ты ничего не перепутал? — склонила она голову набок. — Это я боялась, что ты можешь начать вести себя неадекватно и распускать руки с другими частями тела. Меня сама перспектива подобного ужасала. А теперь ты мне про ревность говоришь? Где логика? — Вот и я пытаюсь её отыскать, — признался честно. — Нет никакой ревности, Риас, — вздохнула Майя и посмотрела, как на кретина. — Просто мне неприятно, когда какие-то расфуфыренные девицы пытаются смешивать меня с грязью, как уже выяснилось, из глупой ревности. Поясни своим подружкам, сколько бы их у тебя не было, что я на тебя совершенно не претендую. — Некому пояснять, — отозвался я. — Мне пока не до подружек. А самому стало как-то тоскливо. Майе совершенно наплевать, где я и с кем. Я её ни капли не привлекаю даже в теории, и это замечательно! Идеально правильно. Именно так и должно быть, когда речь о разных видах. Но почему-то всё равно на душе стало муторно. — Отлично, — подытожила она. — Может, в картишки? — А давай, — ответил я. Отвлечься не помешает, и это хороший вариант. Майя Поверить не могу, что позволила уговорить себя на это безумие. Когда Риас предложил сплавать на крошечный островок водопадов, отказалась без раздумий. С недавних пор море, которое так манило раньше, пугает меня до дрожи. Пусть здесь океан, сути это не меняет. Да и самый жуткий кошмар я пережила как раз здесь. Во время выходов на сушу было не так страшно. Нас всё же сопровождала вооружённая охрана, но Риас предлагал плыть вдвоём. За пределы города, в воды, где никто не живёт. А я слишком хорошо помню, кого там можно встретить, каких жутких тварей. И я сейчас не про морских хищников вроде акул. А про падальщиков, коих руалсы прозвали отречёнными. — Майя, перестань трястись, — укорил меня Риас. — Ты своим состоянием Ро нервируешь. Легко сказать! Уплывать из города, где была хоть какая-то иллюзия защиты, мне совсем не хотелось. Да и то, что он заставил меня забраться на этого жуткого монстра, которого они называют даримами, спокойствия не добавляло. Этого он ласково звал Ро и обходился с ним, как с нежно любимым домашним животным. И сейчас я сидела на этой опасной твари впереди Риаса, вцепившись в него, как в родного. — Не могу, — ответила я. — Мне страшно. Давай вернёмся? — Хватит трусить, — судя по интонации, он надо мной посмеивался. — Тебе нечего бояться. Я же с тобой. А бояться Ро и вовсе глупо. Он добрейшее в мире существо. Да? С такими-то зубами? Может, ещё скажет, что этот Ро вегатарианец? Вопреки моим страхам, до острова мы добрались без происшествий. Он действительно был крошечным, этот островок. Наверное, меньше километра в диаметре. По сути, даже не остров, а скальный выступ с минимумом суши вокруг него. Зелени тоже было совсем немного. Но зато из этого скального выступа аж в нескольких местах низвергались водопады. Удивительное по красоте зрелище. — Это прекрасно, — прошептала я заворожённо. — Спасибо, что показал мне это место. И стоило так бояться? Такая красота стоит тех потерь нервных клеток, что пришлось пережить. Удивительное место! — Сюда Лем любил приплывать, когда чувствовал, что его всё достало, а к полноценному выходу на сушу готов не был, — отозвался Риас, сидя на берегу и любуясь на водопады. — Ему не нравилось находиться в собственном доме? — удивилась я. — Он говорил, мы окружили себя морем условностей и глупых обязательств. Погрязли в предубеждениях. Всё это душило его. И когда ему становилось совсем уж невыносимо, он уплывал сюда, чтобы побыть в тишине и покое. Отдохнуть от проблем. И однажды он показал это место мне. Голос Риаса был тихим, в нём звучала отчётливая тоска. Прошло уже больше года, как он лишился брата, но больно ему было по сей день. — Мне жаль, — произнесла я искренне. — Уверена, он был славным парнем. — Ты даже не представляешь насколько, — отозвался он. — Лучшим. Мне всегда хотелось быть похожим на него. А в итоге я стал тем, кому бы он и руки не подал. — Перестань, — попыталась я его ободрить. — Все мы ошибаемся… — Цена моих ошибок — разочарование близких, позор на всю Ореаниду и твоё физическое и психическое здоровье. Или ты уже забыла, как мы встретились? Тут мне уже ответить было нечего. Забыла? Такое невозможно забыть. Простила? С этим тоже проблемы. Остаётся только задвинуть ужас случившегося как можно глубже и постараться жить дальше. — Прости, Майя, — повинился Риас. — Я не должен был тебе напоминать. — Да ничего, — улыбнулась я слабо. — Само это плавание — одно огромное напоминание. И тем не менее, я не жалею. Тут фантастически красиво. — Давай о чём-нибудь приятном, — решительно заявил Риас. — Расскажи мне что-нибудь ещё о своём мире. Про машины и всякую технику для улучшения быта и качества жизни я уже рассказывала. Сейчас решила поведать Риасу о самолётах и начале освоения космоса. Знала, к сожалению, я весьма немного. Никогда специально не интересовалась. Но Риасу было достаточно и этого. Он слушал меня, затаив дыхание, для него всё это было чем-то невероятным. Сказочным. Как магия для меня. А я ощущала тянущую тоску по потерянной родине. Здесь у меня, вроде, неплохие перспективы. В теории. Сам морской принц и его семья заинтересованы, чтобы я нашла себя, дом, занятие по душе. Обрела счастье. Жаль, что только я сама пока представления не имею, где моё место и чем мне заниматься. Дома никогда не было просто. Всё приходилось буквально выгрызать у судьбы. Зато я чётко понимала, чего хочу. У меня были цели, к которым я стремилась. — Поразительно, — произнёс Риас, когда я замолчала. — Машины, летающие по воздуху. Машины, летающие за пределы планеты. Не верится, что такое может быть. — Думаешь, я всё выдумала? — поинтересовалась я. — Нет, — покачал он головой. — Просто сложно представить нечто подобное. Мы ещё немного поговорили о всякой ерунде. Побродили по островку, любуясь водопадами. Даже отсутствие штанов на Риасе не раздражало так, как раньше. Хотя всё равно несколько смущало. А если эта повязка расстегнётся? Да и прикрывает она только самое сокровенное. Но клятва, данная им накануне, заставляла верить, что даже случись подобный казус, максимум последствий — нам обоим будет неловко. И всё. День упрямо клонился к вечеру, нужно было возвращаться. Покидать это место не хотелось, но было нужно. — Можем потом как-нибудь сюда вернуться, — пожал плечами Риас, когда я сказала ему об этом. Когда плыли сюда, мне было слишком страшно, чтобы думать ещё о чём-либо. Сейчас страх несколько отступил, и я ощущала неловкость от столь близкого контакта. Чтобы разместиться на этом рыбозвере и не свалиться, приходилось сидеть впереди Риаса. Держаться за него, прижимаясь вплотную. А ведь на нём всей одежды — разнесчастная повязка. Руалсы, как я заметила, вообще не больно жалуют избыток одежды. Увидеть руалса-мужчину вообще без клочка ткани — обычное дело. Ведь их тела устроены так, что всё сокровенное скрыто от посторонних глаз. Думаю, и женщины бы с радостью не носили свои туники и подобие лифчиков, если бы не грудь, которую они предпочитали прикрывать от бесстыжих мужских глаз. Осознание, что, по сути, сижу в объятиях почти обнажённого парня, наполнило смятением. Да таким, что он это почувствовал. — Майя, что такое? — спросил Риас, чуть замедлив своего Ро. — Ничего, — отозвалась я, чувствуя, как пылает лицо, и мечтая провалиться сквозь землю. — Правда? — не поверил он мне. — Да, — закивала я. — Долго нам ещё плыть? — Не очень, — сдался Риас, поняв, что ничего от меня не добьётся. Мы продолжили путь. Я отчаянно пыталась призвать расшалившиеся эмоции к порядку. Мне просто вредно думать! Вот зачем мне было это глупое понимание его неодетости?! Сама себе проблему нашла на ровном месте! — Проклятье! — вдруг выругался Риас. — Дразг их подери! — Что случилось? — его резко возникшая нервозность передалась и мне. — Отречённые, — выплюнул он с ощутимым отвращением. — Проклятые падальщики. Одно слово, а у меня внутри всё резко оборвалось. С глубин сознания начала подниматься паника. Животная, неконтролируемая. — Уйти не успеем, — выдал Риас, словно решив меня добить. — Один бы я успел, но двое для Ро слишком тяжелы, чтобы он мог развить нормальную скорость. — И что делать? — пролязгала я зубами. — Ждать гостей, а после принимать бой, — выдал он мрачно. — И надеяться, что боги будут на нашей стороне. Не сразу я осознала, что мы плывём к скальному выступу. А стоило ему оказаться ближе, как навалилось узнавание. Здесь всё произошло в прошлый раз. Здесь он сначала издевался, требуя съесть гадкие ягоды, а потом бросил на растерзание отречённым. Неужели снова? Опять скинет меня сюда и удерёт? Сам ведь говорил, что один он успеет. — Думаю, лучше тебе будет посидеть здесь, — произнёс Риас, останавливаясь у выступа. — Так у меня будут развязаны руки. Он не спрашивал, а констатировал факт. Спокойно, игнорируя моё вялое сопротивление, снял со спины дарима и запихнул на камень. На проклятый выступ, где я пережила самое чудовищное в жизни унижение. Где провела бесконечные часы, наполненные болью и отчаянием. — Пожалуйста, не надо, — прошептала непослушными губами, а предательские слёзы всё же брызнули из глаз. — Ты чего? — растерялся Риас, глядя на меня обескуражено. — Здесь всё случилось, — всхлипнула я в отчаянии, — здесь и закончится, да? — Что здесь случилось? — нахмурился он, потом в глазах мелькнуло понимание и застыло чистейшее изумление. — Вот же… Майя, успокойся и постарайся не думать о плохом. Не вспоминай. — Ты уплывёшь, — бормотала я себе под нос, трясясь от страха. — Бросишь здесь, как тогда. — Ты чего несёшь? — уставился на меня Риас. — Совсем сдурела? — Сам говорил, в одиночку успеешь уйти, — отозвалась я тихо. — И что? — фыркнул он. — Это же не значит, что я собираюсь так поступить. Наш диалог прервало появление отречённых. До боли и бесконечного ужаса знакомых! Как и в прошлый раз, их было четверо. Впереди плыл, похоже, лидер это мерзкой шайки, урод с бугристой рожей. Тот самый, забравший мою невинность… — Нет-нет-нет, — зашептала я в отчаянии. — Только не снова. Не они. Не снова. Я не этого не вынесу! Не могу. Не хочу. Только не снова. — Ради богов — успокойся! — долетел, как сквозь вату, голос Риаса. — Твои эмоции мешают мне, Майя! Но мне уже было всё равно. Зажав уши руками, я сжалась в комок и мечтала лишь об одном — испариться отсюда. Исчезнуть. Не быть. Что угодно, только бы не возвращаться в этот ад. Потому что лучше умереть, чем пережить это снова.