Выстрел

      Привыкнуть к собственному дару никак не выходит. Да это даже осмыслить с трудом получается. Доставать пистолеты из глотки. И на словах же тоже звучит странно. На словах всё, что касается способностей, в принципе, до жуткого непонятно. И не особо в голове укладывается. В особенности то, как вообще эту силу было бы возможно применять во имя благой цели. Ведь о какой добродетели может идти речь, когда дело касается оружия? Вот и сама Даша не знает.       Иногда в голове проносится такая сумбурная мысль, что с этой способностью вполне себе можно было поддаться в какую-нибудь преступность и особо не волноваться, собственно. Вот только каждый раз все эти глупые размышления заканчиваются одинаково. Это, безусловно, до невозможного лёгкий путь, если вообще не самый простой, собственно. Но кем тогда станет она сама? Последним отродьем, исполнявшим всевозможную грязь направо и налево? Палачом, что вершит откровенный самосуд? И чем в таком случае будет отличаться от того ублюдка, который был её мучителем? — Мне нужно видеть, как ты контролируешь свою способность, — голос Нины наконец прерывает очередной поток мыслей и плутания по лабиринту размышлений.       Контролирует способность. Даше с этого хочется даже слегка хмыкнуть с капелькой нервозности. Потому что, о каком именно контроле может идти речь, она понять никак не может. Ведь все те разы, что ею были предприняты попытки воспользоваться даром, всегда заканчивались ослепительной вспышкой, которая в первые пару раз даже заставили вскрикнуть обладательницу сей силы. В последующие немногочисленные разы этот гадкий свет уже просто едко обжигал сетчатку глаз, вынуждая те болеть. И привыкнуть к этим ощущениям никак не выходит. — Вот так? — достаёт пистолет из глотки, а потом видит, как старшая болезненно похрипывает. — Прости! Сильно больно? — Нет, что ты. Пару секунд фонариком в глаза посветили просто, — недовольно цокает языком, а затем вздыхает, — У самой глаза выжигает? — Немного? — Значит, нужно придумать, чем их прикрывать, — протягивает светловолосой чёрные очки, — Держи. Дарю от чистого сердца, — видит, как на неё смотрят с тем ещё непониманием, — Надевай их, когда дело доходит до использования способности. А ещё ты могла бы пользоваться вспышкой, как отвлекающим манёвром, раз уж все от неё слепнут, — теребит языком в попытках вспомнить, что ещё хочется сказать, — Хорошо, давай теперь к самому соку. Стреляй. — А я не умею..       Это было правдой. Очень тупой, но всё-таки правдой. Ведь пользоваться оружием Даша действительно не умеет. Хоть и пыталась тренироваться. Но из раза в раз так и не могла понять, а как с этой штукой, собственно, управляться-то. И куда смотреть. Как смотреть. Когда смотреть. Тоже непонятно. С этими пистолетами вообще ничего непонятно, мать вашу. Да почему ей вообще достался именно такой дар, как пользоваться которым она сама не сильно-то понимает? — В смысле, не умеешь? — усмехается, а потом трёт переносицу. — Допустим. Тогда просто выстрели. Максимально по-тупому, — растерянный взгляд младшей только добивает, — Ладно, давай начнём со стойки. Вообще в будущем она не так сильно тебе обязательна, но сейчас нужно, чтобы ты хоть к чему-то привыкла, — подходит ближе и начинает поправлять, — Оружие мы держим либо двумя руками, либо одну из них прижимаем к телу или убираем за спину. И корпус. Чуть вперёд наклонись. Теперь целься. — Оно всё равно мыльное какое-то всё, — хмыкает Даша, прижмуриваясь. — Потому что смотришь не туда, — выдыхает с некоторой тяжестью, — Взгляд у нас фокусируется на мушке. А мишень с целиком всегда будут слегка размытыми, — покачивает головой после раздавшегося выстрела, — Скажи честно, наобум целишься?       Вся сжимается от этого вопроса. А в голове непроизвольно начинает прокручиваться одна навязчивая мысль. Даша всё делает не так. И ни черта у неё не выходит. Ни с какого раза. Неидеально. Неправильно. Она на нечто настолько жалкое право не имеет. Значит, за подобным проколом вот-вот последует наказание. Неважно какое. Физическое или эмоциональное. Но страшнее будто бы даже не это. В ней разочаруются. Точно разочаруются. И от этого будет ещё хуже. Разум невольно заставляет видеть множество тревожных кадров, что сопровождаются учащённым дыханием и заставляют резко прикрыть глаза в некотором ужасе, который существует исключительно только в её черепной коробке. — Ты чего? — чуть не вскрикивает от голоса старшей. — У тебя взгляд такой, будто бы я тебя бить собираюсь, — всё ещё не может успокоиться до конца, — Я же просто спрашиваю, ну.. И не кусаюсь вроде бы. — У меня не получилось.. — слова звучат так, будто их произносят, находясь в некотором трансе. — И? Разве в этом есть гигантская проблема? — всё ещё искренне не понимает, в чём именно дело, но в глубине чувствует, что что-то не так. — Ни у кого с первого раза идеально не выходит. И ты же учишься. Это просто ошибки. Всё, — прокашливается и задаёт вопрос ещё раз, — Давай заново. Ты не задумываешься, куда целишься? Потому что не понимаешь, да? — получает в виде ответа положительный кивок головой. — Мушка у нас должна быть по центру. Ты же по бокам просветы видишь, ага? Вот между ними расстояние должно быть одинаковое, — чуть усмехается от последующих выстрелов, — Уже лучше. Но только ты почему-то всегда руку вверх вздёргиваешь, когда стреляешь. — Значит, ниже? — И хватку чуть усиль, — чуть было не прикусывает щёку в раздумьях, — Значит, в ближайшее время будем учиться стрелять. А то иметь такую способность и ни черта ею не пользоваться — звучит как выстрел себе в ногу.. — Только толку от неё, если руки связаны, — с долей тревоги буркнула Даша. — Значит, научись их развязывать, — пожимает плечами и вновь о чём-то задумывается, — Знаешь, даже некоторые из нас далеко не всегда знают и чувствуют, как вести себя при похищении или пыт.. — Мы прошлое не обсуждаем. Забыла? — тут же с некоторой грубостью в голосе пресекает то, что ей хотят сказать.       От такого ответа Нина только ступорится на месте. Ведь как бы это маленькое «нечто» в костюме не ощущалось для неё самой тем ещё балластом и дополнительным грузом, который повесили насильно, был один факт, который оставался неизменным. Дашу ей жаль. Чисто по-человечески жаль. Особенно, когда приходится вот так видеть, как та травма неосознанно пробивается наружу. И отчитывать за подобные выходки младшую как будто бы и не хочется. Словно совершенно ни к месту. И лучше уж будет тихо злиться каким-нибудь подобным образом, чем проглатывать всю боль целиком. — Точно, — только кивает головой, попутно пытаясь вспомнить, какие мысли были до, но взгляд падает исключительно на колени младшей, что вот-вот подкосятся по причине, о которой Горланова догадывается уже давно, — Ты вся тощая. — Чего? — Питаться тебе нормально нужно, я говорю. Ты же не ешь ничего толком, а нагрузки у нас большие. Поэтому так дело далеко не пойдёт.       Это было правдой. После произошедшего около года назад Даша и впрямь сильно схуднула. Потому что порой еда действительно в горло не лезла. И это становилось всё чаще и чаще. Иногда до такой степени, что она вообще не могла есть твёрдую пищу. Отчего приходилось заставлять себя есть насильно, что времени могло закончиться даже непроизвольной тошнотой и последующей рвотой. Поэтому вариант лишний раз не наедаться стал более лёгкий путём, которого Даша старалась держаться. Ровно до того момента, пока не начала работать и в её жизни не появилась эта несколько противная старшая, которую, к великому сожалению, приходилось слушаться во всём. — Я просто не привыкла набивать желудок. — А я не привыкла к подросткам, у которых проблемы с питанием. И что теперь? — по взгляду своей подопечной понимает, что разговор опять сводится к тупику. — Короче, это не обсуждается. Есть теперь будем вместе. И готовить тоже буду на двоих. — Мило? — Цени мою щедрость, пока я добра, — еле слышно усмехается и поправляет очки, — Тем более, скоро уже на задания начнём ходить, поэтому нужно поднапрячься, чтобы ты стрелять нормально могла. — Что за дело? — Есть придурок со способностью, благодаря которой он создаёт что-то вроде чудовищ, которые в свою очередь грызут людей. Поймать его никак не выходит уже некоторое количество лет, так что приходится тупо устранять этих тварей. И недавно как раз были обнаружены новые точки, где они могут быть. Без работы не останемся. — Звучит жутко.. — Тогда привыкай, — пожимает плечами, на пару секунд заставляя уголки губ образовать слегка ехидную ухмылку, — Здесь всё так. Или приблизительно хотя бы. Но, как говорится, добро пожаловать во взрослую жизнь, наверное? Возможно, тебе даже понравится немного. — Я на это и надеюсь.. — Вот и славно, — хлопает Дашу по плечу и сама же слегка удивляется от данного действия, но тут же старается держать лицо, — И нечего так смотреть на меня. Мы ещё тренироваться не закончили. По-новой давай. Время нас ждать не будет.       Не хочет признаваться в чём-то большем, но как-то по-глупому всё равно проникается к этому ещё совсем ребёнку. Ведь поведение у Даши, как бы ей самой не хотелось казаться старше, и впрямь детское. Отчего даже чуть смешно видеть, как её глаза на пару мгновений, кажется, даже загораются от первого удачного выстрела. И как затем вслед она так забавно смущается от своей же реакции на данное достижение. В голове возникает желание обратить на это и её внимание тоже, но вместо уймы слов вылетает только одна мысль.. — Выходит неплохо.. Молодец..