Глава 25. Дырявый котел

Брок старался не выдать себя и понять, откуда на них смотрят. То, что это точно не человек, он осознал сразу — кошачье тело чувствовало подобное слишком хорошо. Но кто тогда? На другой стороне улицы мелькнула тень. Шустрая. Только что была — и вот уже исчезла. Не человек. Животное. Пёс. Рамлоу продолжал прислушиваться к болтовне Гарри, но всё его внимание теперь было приковано к тёмным участкам улицы. И вскоре он снова заметил его. Большой чёрный пёс стоял на другой стороне дороги. Худой, почти тощий, с грязной спутанной шерстью. Он держался на расстоянии: не приближался, но и не отставал. Двигался слишком тихо и осмысленно для обычной бродячей собаки. Выбирал тень, обходил фонари, не задевал мусор под лапами. А стоило почувствовать на себе взгляд — скрывался в кустах или за припаркованными машинами. Брок остановился. Посмотрел прямо на него. Пёс тоже замер. Видимо, решил, что прятаться уже поздно. Несколько долгих секунд они просто смотрели друг на друга. Рамлоу напрягся, готовый в любой момент броситься защищать воспитанника, если эта псина рванёт к ним. Но пёс не двигался. Просто стоял, чуть опустив голову, и смотрел. Слишком осмысленно. «Кто ты?» Ответа, конечно, не было. «Кто ты?» — повторил Брок, не отводя взгляда. — «Сделаешь шаг — пожалеешь». Пёс будто понял. Медленно мотнул головой — словно хотел сказать, что сейчас не время и не место. Затем развернулся и одним прыжком исчез в тёмном проулке рядом с тем местом, где стоял. Гарри, увлечённый собственным монологом, всё же заметил, что Мистер Лапка вдруг застыл. Проследил за взглядом кота и увидел чёрного пса, почти скрывшегося в переулке. — Просто собака… Дворняга какая-то, — тихо сказал он. — Видимо, такой же, как мы с тобой. Бродяга без дома. На этих словах пёс вздрогнул. Всего на мгновение. Но Брок заметил это. И в его голове окончательно сложилась мысль: это далеко не просто собака. И уж точно не просто животное. «Следил», — отправил он мысль воспитаннику. Гарри нахмурился. Не верить коту причин у него не было. Он пошёл медленнее, постоянно оглядываясь через плечо. Из кармана появилась палочка — просто на всякий случай. Гарри держал её крепко, готовый в любой момент сорваться с места и бежать. Брок шёл рядом. Именно поэтому никто из них не заметил выступающий кирпич на тротуаре. Гарри споткнулся. Не прошло и секунды, как рядом громко загудел мотор. Будто прямо из ниоткуда перед Гарри, его чемоданом и Мистером Лапкой возник трёхэтажный автобус. На боку золотыми буквами было выведено: «Ночной рыцарь». Автобус затормозил так резко, что Броку на миг показалось: сейчас колёса свернут асфальт в рулон, как в одном странном детском мультике, который он видел однажды. Гарри же смотрел на транспорт с настоящим восхищением. Он читал о «Ночном рыцаре» в книгах. Но одно дело — читать, и совсем другое — стоять перед этой огромной, грохочущей махиной. Пока двое «бродяг» с любопытством разглядывали автобус, из дверей выскочил молодой парень в форме. Позже он представился как кондуктор Стэн Шанпайк. Говорил он быстро. Чересчур быстро. Что-то бодро объяснял, махал руками и почти не делал пауз. Не прошло и минуты, как Гарри, кот и чемодан уже оказались внутри. Когда кондуктор спросил, куда их отвезти, Гарри заметно растерялся. Покидая дом Дурслей, он думал о чём угодно, только не о том, где будет ночевать. Хорошо, что за время их блужданий по вечерним улицам Брок успел прикинуть варианты. Маглы вряд ли сдадут комнату на ночь двенадцатилетнему — ладно, почти тринадцатилетнему — мальчишке без взрослых. Значит, оставался магический квартал. Как минимум — «Дырявый котёл». А дальше будет видно. Об этом Рамлоу и сообщил воспитаннику. Стэн вопросов задавать не стал. Только назвал цену проезда, забрал деньги — и автобус рванул с места. Из пригорода Лондона до центра они добрались за считаные минуты. Когда их наконец высадили, Брок понял, что его кошачьему телу такой транспорт совсем не понравился. Судя по зелёному лицу Гарри, мальчик был с ним полностью солидарен. Парочке потребовалось несколько минут, чтобы прийти в себя после поездки на «Ночном рыцаре». Гарри всё ещё выглядел слегка зеленоватым, а Брок с удовольствием бы высказал всё, что думает о трёхэтажных автобусах, способных так двигаться вместе с пассажирами. Но для начала нужно было найти ночлег. Открыв дверь «Дырявого котла», они тут же погрузились в настоящую какофонию звуков. В зале было полно волшебников: кто-то сидел за столами и ужинал, кто-то пил, кто-то громко спорил о квиддиче, политике или ещё чём-то, что Брок не успел разобрать. Повсюду звенела посуда, скрипели стулья, раздавался смех. Кое-как протиснувшись к барной стойке — что с чемоданом и котом было задачей не из лёгких, — Гарри обратился к бармену. — Простите, сэр. — Да? Чем могу помочь? — Том улыбнулся мальчику. — У вас можно снять комнату? — Конечно. Семь сиклей за ночь. Гарри быстро отсчитал нужную сумму и передал её бармену. Стоило монетам исчезнуть в руке Тома, как рядом с ними с тихим хлопком материализовался домовик. Маленькое существо низко поклонилось, подхватило чемодан Гарри и жестом предложило следовать за ним. Комната оказалась небольшой, но чистой и вполне уютной. Две кровати, тумбочка, шкаф, старое кресло у окна и умывальник в углу. После ночной улицы и сумасшедшей поездки даже это казалось почти роскошью. Не прошло и пяти минут, как в дверь постучали. Брок мгновенно напрягся. На пороге стояли люди из Министерства магии. Видимо, новости об инциденте на Тисовой улице разлетелись быстрее, чем Гарри мог предположить. Однако сильнее всего Рамлоу удивило не само появление министерских сотрудников. С воспитанником пришёл разговаривать не рядовой служащий и даже не глава какого-нибудь отдела. В «Дырявый котёл» лично явился министр магии. Да уж. Полезно иметь связи в высших кругах власти. Но Брок предпочёл бы, чтобы его воспитанник не заводил подобные знакомства в тринадцать лет — и уж тем более не при таких обстоятельствах. Корнелиус Фадж оказался приветливым и даже чересчур добродушным человеком. Он много улыбался, говорил мягко, успокаивающе. Сообщил, что инцидент уже улажен, что всё в порядке и Гарри не о чем беспокоиться. Вот только, добавил министр, мальчику всё же не следовало сбегать из дома. Броку было что сказать по этому поводу. Очень многое. Но он помалкивал, не отвлекая Гарри от разговора, и старался лишний раз не отсвечивать. Кот, сидящий за стулом мальчика, вряд ли должен был казаться министру угрозой. Хотя Рамлоу знал: при желании он вполне мог ею стать. «Соглашайся со всем. Кивай. Не перечь», — отправил он мысль воспитаннику. Именно этому совету Гарри и следовал. Он кивал, соглашался, обещал не покидать «Дырявый котёл» без необходимости и благодарил министра за помощь. Фадж, судя по всему, остался доволен разговором. Напоследок он ещё раз заверил Гарри, что всё под контролем, после чего удалился вместе со своими сопровождающими. Возвращаясь в комнату, Рамлоу заметил, что в зале осталось несколько сотрудников Министерства. Они слишком внимательно следили за Гарри и при этом постоянно сканировали взглядами помещение. Что-то здесь было нечисто. — Фух… Повезло, — Гарри плюхнулся на кровать. — А ведь могли наказать. Даже министр со мной говорил. Интересно, он со всеми так? «Нет. Ты — Мальчик-Который-Выжил». — Ну да, — невесело усмехнулся Гарри. — Видимо, опять слава героя помогла избежать наказания. Хотя я рад, что в этот раз она хотя бы пригодилась. Он лёг на спину и уставился в потолок. Но Броку доводилось общаться далеко не с одним политиком. Он прекрасно понимал: министр не станет лично тратить время на перепуганного подростка, сбежавшего от родственников, если дело действительно настолько простое, как он пытается показать. «Что-то произошло», — мысленно произнёс Рамлоу. — «Слишком много суеты. Внизу полно людей из Министерства». — Да вряд ли, — с сомнением отозвался Поттер. «Держи палочку наготове». — Да понял я, понял, — буркнул Гарри. Верить в это не хотелось. Но Мистер Лапка никогда не ошибался. Особенно после прошлогоднего фиаско. И тут на Гарри нахлынули воспоминания. О сегодняшнем инциденте. О Тисовой улице. О том, что произошло в конце учебного года. О страхе, злости, бессилии — обо всём, что он так старательно пытался не замечать последние месяцы. Ещё секунду назад перед Броком сидел спокойный, пусть и уставший подросток. А потом его прорвало. Слова полились одно за другим. Вместе с ними — эмоции, обиды, тревога, гнев. Гарри говорил и говорил, почти не останавливаясь. О Дурслях. О школе. О случившемся в подземельях. О том, что ему страшно, что он не понимает, почему всё всегда происходит именно с ним. Брок слушал. Не перебивал. Иногда задавал короткие вопросы, иногда просто молчал, позволяя мальчику выговориться. Незадолго до рассвета ему наконец удалось успокоить Гарри. Рамлоу пообещал, что днём они обязательно поговорят обо всём нормально и без спешки. После этого мальчик просто отключился. Прямо в одежде, поверх покрывала, не успев даже снять обувь. Брок устроился рядом и решил сторожить сон воспитанника. Ощущение опасности не покидало его ни на минуту. Как и неприятное чувство, что вокруг происходит что-то неправильное. Гарри проснулся только к обеду. Глаза у него были красными, лицо — помятым, а сам он выглядел так, будто всю ночь не спал, а участвовал в очередной битве с тёмным лордом. Брок не стал его трогать. Дал спокойно привести себя в порядок: умыться, почистить зубы, переодеться. Затем Гарри спустился вниз и заказал еду в номер — для себя и для Мистера Лапки. Как и обещал вчера министру, покидать «Дырявый котёл» он не собирался. Да и желания куда-то идти у него не было. Тем более Брок предупредил: люди из Министерства всё ещё сидят внизу. Вернувшись в комнату и поев, Гарри какое-то время молча сидел на кровати, то и дело поглядывая на Мистера Лапку. Он явно ждал. Хотел услышать мнение своего «наставника». Возможно — утешение. Возможно — подтверждение, что во всём виноваты обстоятельства, взрослые, Дурсли, Министерство или кто-нибудь ещё. Рамлоу его не подвёл. Но и гладить по голове не стал. События первого года в Хогвартсе Брок решил не затрагивать. Они уже не раз это обсуждали, и возвращаться к истории с философским камнем сейчас не было смысла. Зато второй курс требовал отдельного разговора. «Не всё, что случилось, было твоей виной», — начал Рамлоу. Гарри слегка расслабился. «Многое действительно оказалось стечением обстоятельств. Некоторые обвинения были несправедливыми. А отдельные последствия даже пошли нам на пользу». — Например? — настороженно спросил Гарри. «Из-за того, что на тебя косо смотрела половина школы, мы избавились от тренировок по квиддичу». — Это не совсем то, что я назвал бы плюсом, — пробормотал Поттер. «Зато у нас появилось больше времени на нормальные тренировки». На это Гарри ничего не ответил. Брок продолжил: «Но главные проблемы возникли не из-за случайностей. Они возникли из-за твоих друзей, твоей импульсивности и привычки действовать, не подумав». Гарри нахмурился. «Быть хорошим другом — правильно. Но брать на себя вину из солидарности за историю с оборотным зельем было глупо». — Я не мог их бросить, — тут же возразил Гарри. «Мог. И должен был». — Но Рон и Гермиона… «Получили бы наказание за собственную глупость. А ты получил три месяца отработок за чужую». Гарри отвёл взгляд. «А если бы вас поймали позже? Если бы вам предъявили обвинение в нападении на слизеринцев? Гермиона и Рон усыпили двоих учеников, чтобы добыть волосы для зелья. Пусть они не хотели никому навредить — это не отменяет того, что они сделали». — Они бы не стали… «Неважно, стали бы или нет. Важно, как это выглядело бы со стороны». Мальчик тяжело вздохнул и сжал край покрывала. Брок помолчал несколько секунд, прежде чем перейти к главному. «А потом был василиск». Гарри заметно напрягся. «Почему вы не позвали преподавателей? Почему решили, что двое второкурсников справятся там, где оказались бессильны взрослые волшебники?» — Джинни могла умереть, — тихо ответил Гарри. «Именно поэтому нужно было привести помощь». — Но времени почти не было! «А если бы ты погиб в той комнате? Джинни это помогло бы? Рону? Гермионе?» Гарри промолчал. «Зачем ты полез в дыру вслед за Роном?» — Потому что он мой друг. «Я знаю. И бросать друга — плохо. Но прыгать в неизвестное место, где может находиться чудовище, способное убить взглядом, не оценив ситуацию и не вызвав подмогу, — ещё хуже». — Ты не понимаешь, — наконец выдохнул Гарри. — Я не мог просто уйти. «Я понимаю лучше, чем ты думаешь». В комнате повисла тяжёлая тишина. «Верность друзьям — хорошее качество», — продолжил Брок уже спокойнее. — «Но геройствовать ради геройства — нет. Ты не обязан в одиночку спасать всех вокруг. И не обязан постоянно доказывать, что заслуживаешь прозвища Мальчик-Который-Выжил». Гарри поднял на него взгляд. «Ты вообще этого хочешь? Хочешь быть героем? Хочешь оправдывать ожидания людей, которые ничего о тебе не знают?» Ответа не последовало. По лицу мальчика было видно: многое из сказанного ему совершенно не нравилось. Некоторые слова явно задели. Однако спорить с каждым аргументом он не стал — потому что с частью из них был согласен. Правда, когда Рамлоу в очередной раз напомнил ему о необходимости думать, прежде чем бросаться в опасность, Гарри всё-таки не выдержал. — Да я понял уже! Не надо повторять, будто я полный идиот! Брок посмотрел на него долгим, тяжёлым взглядом. «Это не потому, что ты идиот». Гарри сразу сдулся, но всё ещё выглядел раздражённым. «Тебе тринадцать. Организм меняется. Гормоны, эмоции, перепады настроения — всё это нормально. Но это не повод позволять злости, страху или обиде управлять твоими решениями». — Легко тебе говорить, — буркнул Гарри. «Мне легко говорить именно потому, что я не собираюсь позволять тебе снова оказаться в такой ситуации, как вчера». На этот раз Поттер не возразил. Из-за того, что Брок не мог говорить вслух, а Гарри приходилось читать каждую его картинку, которую Рамлоу отсылал, их разговор затянулся надолго. Они сделали перерыв на поздний ужин, после чего снова вернулись к обсуждению — уже более спокойному. Гарри задавал вопросы. Иногда спорил. Иногда нехотя соглашался. Лишь далеко за полночь он наконец лёг спать. Рамлоу устроился неподалёку и почти сразу понял: воспитанник не спит. Гарри лежал неподвижно, отвернувшись к стене, и явно обдумывал всё услышанное. Брок не стал его трогать. Пусть думает. Ночью город за окном окончательно затих. В «Дырявом котле» давно перестали хлопать двери, смолкли голоса внизу, а редкие звуки с улицы почти не пробивались сквозь стекло. Рамлоу сидел на подоконнике и смотрел на звёзды. Именно тогда его накрыло ощущением опасности. Прошла всего секунда. Дверь в комнату бесшумно открылась и тут же закрылась. Брок мгновенно сорвался с места. Одним прыжком он оказался на кровати Гарри, лапой расталкивая мальчика и не сводя взгляда с двери. Шерсть на загривке встала дыбом. Рамлоу зашипел. «Палочка. Опасность». Гарри резко проснулся и машинально потянулся к оружию. В дальнем углу комнаты, туда, куда не доставал свет луны и звёзд, кто-то стоял.