Глава 10. Проверка готовности

Billie Eilish – Bad Guy

Orange Sector — Farben

      Почему вот я? Почему именно я!? Нет, надо скорее заканчивать с этим, заставить искать решение, и всеми силами увеличивать скорость.       Я зажала в пальцах одеяло и сердито натянула его на лицо, полностью скрывшись от внешнего мира.       То есть, единственное решение, какое ты принял и метод, чтоб расшевелить своего брата - это спровоцировать на мордобой? Отлично, просто прекрасно.       Взгляд нахальца, начиная с утреннего разговора, постоянно говорил мне одно и тоже “попробуй что-то другое, свое”.       Но почему я? На моем лбу что, написано “почетный альтруист”?       Очертания моей комнаты во мраке теперь размывались, вертелись из стороны в сторону. Я перекатывалась на кровати и никак не могла принять удобное положение.       Как я вообще стала замешана в этом? Он же сам всегда настаивал, что они в состоянии разобраться со своими проблемами без моего никому не нужного участия. Не я устроила это шоу после клуба, а теперь Данте просто уйдет завтра на работу, оставив меня с братом.       Честно говоря, так далеко я не загадывала и все мои морально-волевые силы ушли на тот разговор с Вергилием, когда я выдавила из себя просьбу о помощи.       Что это за план вообще такой!? Отправить меня что-то печь с парнем, который только и умеет, что поджаривать неугодных.       Не хочу.       Я перестала укладыватся и, спохватившись, села на кровати.       Может, я слишком буквально его поняла? И это была его очередная шутка с двойным дном….или с двойным смыслом?       Но он говорил в сердцах. Откровенно и искренне. После такого шутить было бы в высшей степени неуместно.       Успокоив себя, я легла и уставилась в потолок.       Ладно, приготовлю я тебе твою чёртову пиццу, если это действительно то, что ты подразумевал. Но, если твой братик опять начнет выделываться и не будет слушать моих инструкций - я за себя не ручаюсь. Достали оба!       Я повернулась набок, обхватила себя руками и прикрыла глаза. Брови сами построились домиком.       Ох, Данте, если б ты знал, насколько невыносимо грустно было смотреть, как Вергилий избивал тебя. Как ты там говорил - “сами разберемся по-мужски”? Это глупо и скорее “по-детски”, а не “по-мужски”. Удары уже совсем не детские, вы больше не маленькие мальчишки.       А твое лицо, все опухшее и в крови... Нет моих сил видеть такое… Надеюсь, больше не придется. Не хочу быть очевидцем насилия между вами, а своими словами ты только подтвердил, что это повторится, и ещё не раз. Потому, как одного разговора для улаживания застарелого конфликта не достаточно, так же не будет достаточно и одной драки. Но я так же понимаю, что это ваша природа, ваша суть. Так она прописана, и так проявляется. И раны заживут. В любом случае. Только не те, какие нужно.

***

      - Ну что за картина - две моих любимых девчонки хозяйничают на кухне. Даже не знаю какая из них красивее.       Перебирая пальцами края пакетиков приправ и прочих сыпучих добавок в маленькой нише на нижней полке верхнего шкафа, я вспоминала какие ингредиенты будут нужны для нашей работы. Вергилий забился в угол кухонного гарнитура, облокотившись о столешницу и, скрестив руки на груди, думал о своем с отрешенным взглядом.       - Твой юмор по утрам хромает на обе ноги, милый. - сразу парировала я, чтобы уход любителя пощекотать чужие нервы не оборвался очередной стычкой.       В качестве ответа, он извлёк невесть откуда маленькую зелёную игрушку‑антистресс. С щенячьем восторгом он поманил брата, словно предлагая хрупкий мир разъярённому псу, который дрожит на грани срыва и уже приоткрыл пасть, чтобы оглушительно гавкнуть.       - А гляди-ка, что у меня тут ееееесть. - Данте метнул пищалку точно в руки Вергилию. Тот поймал ее и взорвал в руке. Я подскочила на месте. Ярко-белая сфера, окружившая предмет, схлопнулась и только малькая горстка пепла осела на ладони. Он тут же вымыл руки под краном, не меняясь в лице, и испепеляя взглядом младшего брата.       - Ну воооот, четыре бакса коту под хвост! - с досадой махнув рукой, он упер вторую в бок и склонил голову, прищурив один глаз.       Я заметила, что этот его прищур то появлялся, то исчезал уже раз десять за нашу недолгую перепалку, походя на нервный тик.       - Ты как-то странно выглядишь.       - Я не спал 34 часа. Полагаю, это мой новый рекорд. А сегодня инвентаризация, что бы это не значило, я готов. Ну, а если нет, то чтож, значит “вызов принят”. А то знаешь…накладывать одни и те же ингредиенты ... на одно и то же одинаково круглое тестооо… Просто копия, снятая с копии, снятая с копии….       - Ты болен, Данте. - констатировал Вергилий, оттолкнулся от столешницы, и упёрся руками об обеденный стол перед собой, нависнув над ним.       - Да, - хихикнула я, - вызывайте дурку.       - Вот это настрой! Нраааавится.- Данте выпрямился, подпрыгнув на носках подтянул штаны, и направился к выходу. - Оставьте только кухню целой, пожалуйста, мне ещё здесь мою домашнюю пиццу есть.       Гостиная теперь выглядела убитой. На стенах зияли две огромных вмятины от великовозрастной детины, что впечатался сюда со всего маха, воображая себя героем дешёвого боевика, после сцены которого, декорации, видимо, должны были волшебным образом смениться на новенькие или починиться сами по себе. Не представляю, что сказать ремонтникам на этот раз. Полки комодов теперь пустовали, а картины исчезли.       Данте трогательно попрощался со своим мечом, висящем на стене и остановился у входной двери, взвинченным движением распахнув ее настежь. Звуки птиц и теплый воздух мигом заполнили помещение.       - И не забывайте, дети мои, только самый хороший повар может заморозить брокколи. - Данте нацелил в нашу сторону палец, словно дуло пистолета и, пока перед лицом у меня летали формулы для разгадки уравнения, которое он задал, он продолжил, чуть не оставив свою последнюю мысль на сегодня не услышанной. - Зайчик, ты же помнишь? Мы все ждём, что ты прискачешь к нам на выручку сегодня. Сама знаешь - выходной, и будет полная посадка уже в 4 часа.       Я с глубоким и искренним обещанием кивнула ему, сложив губы трубочкой, и он наконец скрылся за дверью.       - Респект таким парням, даже в столь плачевном состоянии - они идут выполнять свою нелегкую работу. - я продолжила свое занятие, как сзади послышался приглушённый высокопарный голос.       - Если ты думаешь, что я соглашусь готовить эту постыдную “еду” - Данте пожалеет, если проглотит хотя бы кусок.       - Именно поэтому я не собираюсь готовить пиццу. Меня только от одного ее вида уже воротит. Самое последнее, что я хочу видеть в свой выходной после смен в пиццерии - очередное пошлое месиво, раскиданное по раскатанному тесту. Мы будем готовить пирог.       Молчание - знак согласия. Может у нас все и получится.       - Знаешь, я удивилась когда Данте сообщил, что ты согласился на сию авантюру.       - Порой не всё, что необходимо, бывает желанно. Хотя ты права, это не в моих правилах.       - Как он достал уже своими манипуляциями... - во мне должно быть сработал снова инстинкт уподобиться тому, на кого хочется произвести впечатление и сгладить углы. А сглаживать здесь было ой-как-много. И теперь я пыталась, став на его сторону, внушить, что меня его брат тоже иногда раздражает.       Окончательно убедившись, что план Данте не был эвфемизмом для чего-то другого, я принялась сосредоточенно доставать посуду и приборы для замешивания теста, потянувшись к верхним полкам. Присутствие Вергилия вдруг стало слишком близким, рука дернулась и глубокая пластиковая миска, выскользнув, полетела вниз. Парень выставил руку надо мной и успел ее поймать.       - Ты говоришь о моем брате.       - И?       - Во многом благодаря ему ты все ещё стоишь на ногах.       Я закусила щеку и не стала продолжать свой фарс. В конце концов, чтобы врать - надо верить в собственное враньё. А мое даже прозвучало слишком неубедительно.       Я переложила на его половину столешницы все, что было необходимо для приготовления теста.       - Убери волосы.       Я хотела надеть свой крабик с самого начала. Он охватывал зубцами ручку дверцы шкафа под Вергилием, и я тут же отбросила эту идею. Но раз он сам настоял… Я наклонилась и чуть подвинула его ногу постучав по ней костяшками пальцев.       Меня не покидало ощущение, что я снова на работе, посреди огромной кухни, но в тесноте. Сейчас Камия окликнет меня и попросит вернуться на кассу.       Выпрямившись и сгребая волосы на затылке, я скомандовала ему включить печь.       Маленький акт власти над потусторонним необузданным существом разогрел во мне некое расползающееся чувство восторга и, пока он не видел мою физиономию, я с удовольствием зажмурилась, запечатлевая в памяти это мгновение и скромно давая выход своим эмоциям.       Я не переставала дивиться - что такого мог сказать Данте, что заставило Вергилия заняться готовкой со мной. Это я расчувствовалась после его рассказа, ведь я девчонка. А их отношения, и тем более задушевные беседы, для меня оставались за кадром, исключая их бесконечный обмен колкими фразами в моем присутствии и не менее колкими ударами. Наши с Вергилием совместные действия сегодня после недавних событий казались натужными и неестественными. И потому меня не покидало ощущение, что братья снова что-то задумали.       Перебирая фрукты, я наблюдала за старшим близнецом. Не напрямую, только бросая короткие взгляды в его сторону. Он взбивал смесь венчиком в миске, но продолжал смотреть мимо пустым взглядом.       Взял пачку муки и начал просеивать. Вены …       - Сколько отсыпать?       … на тыльной стороне ладони были хорошо видны при этом свете. Я невольно залюбовалась.       Руки Данте всегда сводили меня с ума своими изысканными изгибами, но у Вергилия они были рельефнее на кистях. Щеки вспыхнули. Я моргнула, когда он резко остановился, сфокусировав взгляд, и пришла в себя. Ответом провела ногтем по ёмкости на необходимой отметке.       Надо отвлечься как следует.       - Я на секунду, только звук прибавлю.       Начало положено, только вот … о чем с ним говорить в процессе - не могу придумать. И надо ли говорить вообще? Раньше мы обходились без этого, особо не общались. Но сейчас неловкое молчание меня напрягать все же будет, если случится. Накануне был тяжёлый разговор. Даже не разговор - я ведь просто наорала на него. Но он выдержал, даже сказал, что подумает, над моим предложением. Не то, что в тот раз, когда застукала в моей комнате. Тогда ему было всеравно - отказался наотрез. А вчера….все было не как обычно. Что-то изменилось.       В колонках над камином как обычно тихо играл плейлист. Вот только не мой. Данте включал свой и каждое утро перед уходом забывал его выключить. Ну, или делал это намеренно, чтобы все могли насладиться его превосходным музыкальным вкусом.       Ну допустим. Моя музыка мне сейчас не нужна, ато опять начну беситься и буду отвлекаться.       Фрукты для начинки были вскоре выложены на стол и я принялась их перемывать.

White shirt now red, my bloody nose

Sleepin', you're on your tippy toes

Creepin' around like no one knows

Think you're so criminal

      Вот же любитель поп музыки. Этого он в клубе понахватался. Ритм, вынуждающий танцевать. Но признаться, композиция прикольная и подействовала на меня.       Руки сами стали стучать по столу ножом, нарезая фрукты, в такт песне.       Бум - клубника нарезана.       Тук тук хлоп - отряхнула с лезвия остатки в посуду.       Хлоп - вторая миска клацнула о поверхность столешницы передо мной.       Хлоп хлоп хлоп щелк - Обе пятки отъехали влево - шаг. И обратно.       Следующими вступили плечи. Одно вверх, другое вниз. Колени слегка стукнулись о нижние дверцы. Носок отвела назад и развернулась к столу, поставив на него миску с готовой начинкой.       Забыла разрыхлитель. Пока открывала пакетик, глянула на своего со-повора. Вергилий сосредоточено домешивал тесто и невозмутимо ждал пока я, отбивая ритм одной ногой в паре сентиметров от его, всыпаю белый порошок в миску.

I'm the bad guy

      Получилось, надо сказать. Все лишние мысли исчезли и я занималась конкретной задачей. В воздухе витала мелкая пыль от муки и вскоре кухня наполнилась запахом сырого теста и разноцветным ароматом начинки.       Когда этот этап был пройден, Вергилию поступил приказ вылить то, что у него получилось в форму, а самой - приготовиться накладывать фрукты в центр этой вкуснятины.       Мелкие четвертинки клубник тонули в пухлом тесте.       Надеюсь, Данте будет доволен но не настолько, что не оставит и нам кусочка.       Угрюмый парень сложил руки возле блюда в кулаки и пристально наблюдал за моими движениями. Взяв одну самую большую клубнику воткнул ее в самый центр. Тишина этого момента была такой приятной. Возражений на мои команды так и не последовало и дело было сделано. Так не хотелось возвращаться к реальности.       Соберись. Финишная прямая. Блюдо готово и пора в печь, а мне - вон из кухни.       - Уф, шустрые мы. - заключила я, закрыв будущий пирог в печи. Вместо 10 минут на которые я рассчитывала, вышло от силы 5. Отлично. Пора валить.       Вытерев руки о штаны, я, нагоняющим шагом обойдя стол, направилась к выходу.       - Оставляешь меня самого следить?       - А что за ним следить? Все само спечется.       Вергилий вмиг оказался передо мной. Та самая рука, оперевшаяся об косяк двери, не позволяла выйти из кухни. Вторая развернула меня к владельцу лицом и вдавила мое плечо в стену. Заметно выступающий крабик, сдерживающий волосы, стукнулся о преграду и не давал мне смотреть выше, чтобы видеть лицо нападавшего. Поэтому я повернула голову направо.       Что я опять не так сделала?       Интересно, существует ли реальность, где я бы просто спокойно покинула это помещение и отправилась по своим делам?       Что на этот раз? Придется оправдываться за то, что я сделала все не так правильно, как он ожидал?       Правая ладонь не спешила покидать мое плечо, давая слабое утяжеление, чтобы я оставалась на месте. А левой он сделал странную вещь.       Она настолько резониовала с его обычным поведением. Сухим, не терпящим излишне тесного контакта с посторонними.       Кончиками двух пальцев он проскользнул под ткань, таким образом закатив и без того короткий рукав моей футболки, а затем нежно, но вольно, провел линию сверху до места на руке где был ожог. На пару секунд остановился на нем.       Моя кожа отозвалась лёгким покалыванием и неожиданно более острым, когда пальцы остановились на центре шрама. Я проигнорировала это, лишь едва заметно поморщив нос.       Обхватив руку, Вергилий поднес ее к себе ближе, развернув внутренней стороной. Та, в свою очередь, свечением не реагировала.       Его взгляд на крошечную долю секунды проиграл осознанием неизбежной необходимости в проявлении мягкости и осторожности. Пальцы, сжимающие мою руку не имели ничего общего с тем грубым захватом, каким он стискивал мне локоть прежде. Сейчас он больше походил на коллекционера, бережно осматривающего предмет, который ему вручили на оценку.       Большой палец погладил шершавую поверхность шрама, слегка надавив.       Челюсти были крепко сжаты - напряжение в скулах выдавало это. Между бровями вновь возникла морщинка.       Я поджала губы и просто и ждала когда все это закончится, позволяя удерживать себя на месте. Но в мыслях была готова в любой момент отдернуть руку и стремглав рвануть на выход. Бежать, пока не закончится дорога. Подальше от того, кто угрожал мне эту самую руку оторвать.       На самом деле я, в конце концов, вообще не восприняла то, что было всерьез. Прокручивая в голове произошедшее, я поняла, что он не мог мне тогда ничего сделать, в итоге и сорвался на Данте. Но все же, в тот самый момент я была абсолютно уверена, что он действительно мог это сделать.       А потом ещё и это перевоплощение.       Дурочка я, раз не боюсь его. Не знаю, что со мной. Просто слишком долго они мелькают у меня перед носом, и я уже выучила все их повадки, привычки и привыкла к поведению. И это пугает меня гораздо сильнее, чем все его грозные слова. К чему это все теперь может привести…       Голова всё ещё смотрела в сторону выхода, и я терпеливо изучала узоры на полу. А вот и две вмятины, которые оставил тот трехпалый монстр.       Терпение. В конце концов, я же сама накануне предложила поизучать руку.       - Сделка. Я согласен на нее.       Я взметнула взгляд на полудемона. Глаза округлились, я не могла поверить в то, что слышу. Спине наконец дали отлипнуть от стены.       - Вот только……Каковы условия?       - Ка… У-условия?       - Договор без условий скушен и не имеет величины. Что будет, если ты его нарушишь?       - Я? Я не нарушу. Зачем мне это?       - И все же? - он приподнял одну бровь, явно ожидая от меня ответа сию же секунду. Но у меня напрочь вылетело все из головы. Как будто это пари, чтобы условия ставить.       - Я ведь говорила уже - я помогаю разобраться с чертовщиной, а ты не даешь мне сдохнуть, если снова полезут твари. Что помимо этого ты от меня ожидаешь?       - Любые контракты есть риск нарушить. Нужно обговорить детали.       - Я вся во внимании.       - Скажем … каждый день, ровно в 8 вечера ты должна быть в кабинете, а я гарантирую полную защиту от демонов из моего мира 24 часа в сутки.       - И что будет, если что-то пойдет не так?       Заметив мою настороженность и то, что я уже пару минут стою напряжённая всем телом, он позволил себе коротко рассмеяться. В почти белых глазах полыхнул огонек.       - Не бойся, душу твою я не заберу, она почти ничего не стоит. Наказанием за нарушение договора будет твое полное подчинение. Больше никакого своеволия. Ты сама преклонишь передо мной колени.       Я едва сдержалась, чтобы не рассмеяться. В моей реальности подобные бахвальства были в ходу чуть ли не два столетия назад, а сейчас это уже стало пережитком прошлого. Но ему ведь этого не объяснишь. А вот, если вспомнить его рассказ про то, как воспринимают его и его отца в их мире - это обретает смысл.       - Пфх-хорошо. Если я хоть немного пострадаю от демонов - ты тоже станешь на колени передо мной и попросишь прощение за все обидные слова, что наговорил в мой адрес за эти дни!       Нет, на улицу я не пойду, там слишком жарко, мне нужно место попрохладнее.       Мы подали друг другу руки и я, не размыкая контакта, аккуратно проговорила, будто объясняла маленькому ребенку, выделяя каждое слово:       - Я иду в кабинет почитать книгу и вернусь через 30 минут проверить пирог.

***

      Спустя 35 минут, в течение которых я валялась в углу кабинета, окунув голову в подушку и закинув ноги на пустую полку стеллажа с книгами, я услышала нарастающий гул музыки.       Она и до этого продолжала играть, даже после того, как мы закончили баталию с пирогом, но тихо. А сейчас прохладные стены кабинета сотрясались от боя из колонок, доносящегося из гостиной.       Книгу, которую я без интереса листала все время, пришлось отложить. Протянув руку, я заглянула в свою кружку - на дне плавал заварник в маленькой луже остывшего чая. Быстро найдя предлог, чтоб вернутся на кухню, я, отбивая каждым шагом нарастающий бит, вышла из кабинета.       Ракета “земля - эстетика” вылетела и врезалась прямо в меня.       Поле для внеплановой тренировки было расчищено. Странно, я даже не слышала как мебель двигалась, обычно с заметным скрежетом, скрепя ножками о паркет.       Вергилий выполнял ряд приемов, направленных на разогрев. Каждая часть тела была задействована. Японский меч летал, описывая полукруги вокруг его тела. То с одной стороны. То с другой.

Rot ist die Liebe,

Rot ist das Blut

      Сначала наклон вперёд, затем разворот. Плавно крутанувшись на пятке, боец демонстрирует разящий удар - чёткий и неотвратимый. Свист клинка не должен быть мной услышан, но я слышу. Он взывает ко мне. Я снова чувствую, как хочу потянуться к нему.       Вергилий двигался медленно по демоническими меркам, а по человеческим достаточно быстро, но не настолько, чтобы я не могла разобрать каждый шаг.

Schwarz ist die Trauer,

Schwarz ist der Tod

      Более того, каждое движение было с точностью синхронизировано с ритмом музыки, громыхающей на весь дом. Он был этой музыкой, полность слившись с ее динамикой. Басы, отражающиеся от стен, без остановки били по мне.

Farben markieren dich

      Искры света, будто нити молний, срываясь с лезвия, разрезали пространство, которое он подчинил себе без остатка.

Sie färben Himmel und Hölle,

das Leben und den

Tod

      То, что он сейчас делал, не было похоже на тренировку. Я видела ее много раз. Они с Данте серьезно подходили к этому занятию и оттачивали каждый удар с упорством настоящего мастера, но делали они это в полной тишине, и в ней был слышен лишь лязг металла и их короткие характерные выдохи. Мечники никогда не позволяли себе расслабления и всегда дрались серьезно, хотя у каждого серьезность проявлялась по-своему.       Глаза закрыты. Ноги не ступали резко, а очень даже мягко. Плечи, обычно твердые, в идеальной осанке, были полуопущены и расслаблены. Это были не упражнения для совершенствования навыков - это был самый настоящий танец.

Farben,

es regieren farben

      Я сама не заметила, как замедлила шаг. Пока не поравнялась с ним, изо всех сил старалась не подать виду, что слежу и не позволила себе повернуть голову в его сторону. Широкими размашистыми шагами быстро добралась до кухни.       Чайник щёлкнул и я развернулась. Через проём снова увидела его.       Мышцы на руках и под одеждой, перекатывались, словно клавиши фортепиано, ведущие партию в оркестре силы и ловкости.       Смиренность в лице и спокойствие бешено контрастировали с не самым целомудренным аккомпанементом.       Чувствую как уши начинают гореть.       Крутанувшись обратно, цепляюсь за край столешницы. Ногти, диктуя свою волю, вонзаются в поверхность и скаблят по ней, в конце с силой впиваясь в ладони.

Weiß ist der Glaube,

Weiß die Religion

      Печь. Спасительная печь.       Ради тебя я здесь.

Gold sind die Götter,

Gold ist der Thron

      Поверхность теста взялась румяной аппетитной коркой. Я считала проверку готовности путем протыкания этой красоты зубочистками - кощунством и, приоткрыв крышку, просто надавила на пирог двумя пальцами.       Кажется готов.       Как и чай, уже налитый в кружку.       Я понюхала свои волосы, которые давно освободила от оков - они полностью впитали запах пирога и я, вдыхая аромат, двинула обратно из кухни.

Farben markieren dich

Sie färben Himmel und Hölle,

das Leben und den

Tod

      Кто-нибудь, пожалуйста, окатите меня ведром с ледяной водой. Прямо чтобы кубики плавали на поверхности и вместе с водой, падая мне на голову, побили меня по ней хорошенько, чтобы я пришла в себя наконец. Хотя даже если вы это сделаете - думаю они сразу испарятся, унося пар высоко к самому потолку.       Гармония и притягательность помноженные сами на себя многократно.       Не смотри!       Не смей!       Не поворачивай в голову!       Нет!       Сердце уже стучит в унисон с синхронным ритмом моих шагов, шагов Вергилия и подталкивающей музыки. Не быстро но гулко, что меня аж подрагивает.       На волне со стойкими приказами голова мотнулась таки влево и наши взгляды встретились. Будто только этого он и ждал.

Farben,

es regieren farben

      Рот приоткрыт. Лёгкий оборот, катана показалась из-за спины и в очередной раз рассекла воздух, прокрутившись у него в руке.       Меня обдало жаром. Я резко затормозила. Левую ногу, занесённую для очередного шага, повело в сторону и я оступилась, качнувшись.       За входной дверью кто-то стоял.       С одной стороны облегчение от того, что мою замешканность можно было теперь списать на удивление от внезапного обнаружения, а с другой - за входной дверью, сквозь мутное стекло действительно виднелась тень неизвестного! Это явно был не Данте, а больше я никого не ждала.       Вергилий заметил сразу мой испуг и проследил за моим взглядом. Вся показная расслабленность исчезла, сменившись острой сосредоточенностью. Спина ощетинилась и напряглась.       Мои ступни будто примагнитило к полу и я не могла пошевелиться.       Кого могло принести нелегкая? Органы опеки - нет, я в их списке последняя, к которой они вообще будут захаживать. У меня всегда было все в порядке с их точки зрения. Курьер - с чего бы?       Перебирав варианты, я медленно обошла Вергилия и жестом попросила его убавить музыку.       Он занял место за дверью, которую я резко открыла, перед этим услышав, как скрипнула перчатка на рукояти Ямато.       - Вы боитесь постучать или ошиблись дверью?       - Ох, н-ну что вы, я просто подумал - у вас тут в-вечеринка.       Кто бы ты не был - ты угадал. Тортик как раз готов. Осталось только остыть.       - Мисс, я из ФБР. - он показал на секунду удостоверение. - Мы в данный момент расследуем ряд н-недавних тревожных инцидентов…       И тут я узнала его.       Темные волосы заплетены в хвост сзади. Очки в тонкой золотой оправе. Смуглый тон кожи.       Он приходил тогда в кафе и допрашивал Данте. Сейчас снова начнет за терракт. Эта тема уже поднадоела слегка. Вроде и город не маленький, но такое событие, как тот самый взрыв досихпор было на слуху.       - …Серия происшествий н-началась со взрыва на заброшенной библиотеке. Вы наверняка много слышали о нем. Мы д-д-допрашиваем всех, кто живёт поблизости… А также студентов вашего вуза. Мне сообщили….Вас давно… - он поднес кулак ко рту и быстро откашлялся, далее проведя по воздуху рукой. -... не было на занятиях по причине плохого состояния здоровья.       Мужчина все время поправлял очки и изо всех сил пытался отчеканить каждое слово, прерываясь под конец каждого предложения. Наверное, волновался. На нем был строгий деловой костюм и галстук. Парфюм это был или дезодорант, но запах был такой въедливый, что с самого начала диалога дёрнул в нос и мои внутренности сжались ещё сильнее. Он был достаточно молод для агента ФБР и по всей видимости приступил к службе недавно. Меня немного пробрало от того, как резко он растянул рот в улыбке, вобрав воздух, прижал голову и бесшумно хлопнул в ладоши.       - Если позволите, я бы хотел задать пару вопросов. - он намеревался уже шагнуть внутрь, но я его остановила.       - Сейчас не подходящее время, простите, не могу вас впустить. - я сделала услужливую извиняющуюся улыбку и дернула на себя дверь. - Больничный скоро закончится, я выйду в универ и с удовольствием приму участие в вашем ... расследовании. Вместе со всеми моими однокурсниками.       Улыбка детектива спала так же быстро, как и появилась. Взгляд упал на мою ладонь, которая отталкивала его назад. Радужные глаза наполнились удивлением и с нескрываемым ехидством вновь зацепились за мои.       - Я буду ждать вас в кафе.       Стало уже по-настоящему страшно.       - Я работаю рядом и частенько бываю в вашей забегаловке.       - ...Да я там … подрабатываю …приходится … даже на больничном, туго с финансами. - голос предательски стал скрипеть, и я старалась перебить этот дефект жестами, показывая, что гость меня отвлекает от очень важных дел и мне уже пора к ним возвращаться.       - До скорой встречи, мисс. - сжатые ладони он поднес к губам и кивнул, не сводя с меня глаз.       Я поспешила закрыть дверь и прислонилась к ней спиной.       Вергилий, натянутый как струна, следил в окно за удаляющимся незваным посетителем.       Голова запрокинулась и воздух тяжело вышел из груди.       - Ну что там ещё…