Глава 4

Глава 4

Стать моим другом? Ты не пожалеешь.

Александр подыграл Уильяму Уайклифу его «понтам». Хотя, когда он увидел имя контакта на экране, даже он слегка удивился. Он и правда не ожидал, что тот сразу потянется к Вивьен. — Привет, папочка... — раздался ласковый, обольстительный голос. Александр уловил его краем уха, когда звонок соединился. Уильям тут же отдёрнул телефон обратно к уху. — Детка, скучала по мне?... Ха-ха... Ладно, ладно, не ной. Ты знаменита всего несколько дней. Если режиссёр говорит, как играть, просто слушайся. Он мой старый друг, он о тебе заботится... Александр взял чашку чая и тихо потягивал её, пока слушал, как Уильям болтает с Вивьен Блейк. Он не слышал, что именно говорила девушка, но было ясно — она флиртовала. Если бы кто-то другой оказался в комнате в этот момент... скажем, фанат Вивьен... Если бы этот фанат понял, кто этот сальный, неопрятный, жирный мужик на другом конце провода, и ЧТО он говорит... Он бы просто слетел с катушек. Выколол бы себе глаза и отрезал уши. А особо ярые фанаты могли бы и в окно сигануть. Навязчивые обожатели — те ещё безумцы. Потому что это просто не укладывалось в голове. Вивьен Блейк, даже по строгим стандартам Александра, была на твёрдую девятку из десяти. Природная красота, светлая кожа, длинные ноги, а внешность и обаяние — высшего класса. Могла сыграть и леди из высшего общества, и наивную школьницу. Она воплощала мечту 99,9% мужчин! А её мужчина вот уже десять лет — самый обычный Уильям Уайклиф, сидящий перед Александром. И дело не только во внешности — черты у него были не самые ужасные, и да, он был толстым, но не в этом суть. Дело в его образе, в его ауре! Они выглядели так, будто принадлежат к разным мирам. Поставь их рядом — и «Красавица и Чудовище» покажутся милой сказочкой. Это было бы как «богиня и куча собачьего дерьма». Без малейшего преувеличения. Уильям производил настолько отталкивающее первое впечатление, что на его фоне любой безызвестный чувак казался благородным джентльменом. Но! Всё это — вопрос восприятия. А восприятие можно сознательно формировать. Александр знал: Уильям делал это намеренно. Даже отбросив вопрос денег — по мнению Александра, Вивьен не заслуживала Уильяма, а не наоборот. Если бы не он, Вивьен давно бы канула в небытие. В лучшем случае стала бы любовницей какого-нибудь богатея, в худшем — была бы заперта в золотой клетке, навсегда лишённая шанса выйти в свет, не говоря уже о статусе суперзвезды. За десятки тысяч лет бесконечных воскресений Александр сталкивался с Уильямом не раз. Он даже видел фотографии Уильяма десятилетней давности… Тогда тот был высоким, подтянутым, в возрасте тридцати двух лет — ухоженный, уверенный в себе, с острым умом и живым взглядом. Но та автокатастрофа десять лет назад, что едва не убила его, всё изменила. Точнее... дала повод всё изменить. Он надел маску — маску распущенности. Начал переедать, собирать вокруг себя женщин, потакать им во всём, бросаться деньгами, спонсировать актрисулек и вести себя развязно и вульгарно. Всё это — продуманная маскировка. Способ выжить. Прошлые десять лет его жизни можно описать одним словом: терпение. Он терпел. Ждал. Искал момент, когда сможет нанести ответный удар и перевернуть игру. Хотя в глубине души понимал... возможно, такого момента не будет никогда. Ведь тот, кто хотел его смерти, был не каким-то внешним врагом. Это был его родной брат — первенец семьи Уайклифов, Харрисон Уайклиф. Уильям проиграл в жестокой внутрисемейной борьбе за власть. Ту самую автокатастрофу десять лет назад устроил именно Харрисон. Трое погибли. Один — тяжело ранен. Уильям выжил один. Среди погибших была его жена, с которой они прожили два года. Он проигрывал брату не потому, что был слаб. Александр считал, что оба были умны — по крайней мере, равны. Но у Харрисона было одно огромное преимущество — возраст. Он был старше на восемь лет. В 1900-х ранние браки были в порядке вещей. Их отец, Джулиан Уайклиф, женился в восемнадцать, а Харрисон родился, когда ему было девятнадцать. А Уильям появился на свет, когда отцу было уже двадцать семь. Он был неожиданным ребёнком. К шестому классу Уильяма, Харрисон уже окончил колледж и устроился на работу в Ironworks. Когда Уильям окончил колледж, Харрисон уже был правой рукой отца и топ-менеджером компании. Возрастная пропасть не оставляла места для братской близости. Наоборот — Харрисон с детства питал злобу к младшему брату. Она началась в день его рождения — тот же день, когда их мать умерла от послеродового кровотечения в районной больнице. Её не успели спасти. Хотя, разумеется, именно эта старая трагедия не стала настоящей причиной кровной вражды. Катастрофа случилась потому, что Уильям слишком быстро набирал влияние в компании. Он укреплял позиции и завоёвывал благосклонность Джулиана. Джулиан даже публично заявил на собрании акционеров, что хочет, чтобы оба сына управляли компанией вместе после его ухода. Рост Уильяма стал угрозой для Харрисона. И всё свелось к вечной теме: борьба за наследство. После аварии в Ironworks началась масштабная чистка. Люди исчезали. Происходили кадровые перестановки. Когда Уильям вышел из больницы, он приехал на виллу Харрисона с пистолетом — едва не пристрелил его на месте. Его еле успели остановить. Спустя четыре месяца всё затихло. Харрисон вышел сухим из воды. Доказательств не было — но все всё понимали. Некоторые вещи не требуют доказательств. Все просто знают. В итоге Джулиан встал на сторону старшего. Не потому, что слепо любил его. Он думал о компании. На тот момент Харрисону было сорок — вице-президент. Уильяму — тридцать два, десять лет в компании. А Джулиан старел. Он не знал, сколько ещё сможет быть у руля. Нужно было передавать пост генерального директора. Старшему сыну? Или младшему? Он мог выбрать только одного. Вместе они бы не справились. И он выбрал зрелого, опытного и влиятельного Харрисона. Так Уильям оказался в тени. Затаился. Пережидал. Терпел. Когда Александр впервые столкнулся с Уильямом в одной из временных петель, тот не произвёл на него впечатления. Просто незаметный богач, ведущий затворнический образ жизни. Но чем глубже он копал в делах миллиардеров Нью-Йорка, тем яснее становилось: у многих были связи с Уильямом. Личные. Никаких общих сделок, мероприятий, проектов. Но приватно? Они общались регулярно. И всё равно — никаких деловых пересечений. Это было странно. Подозрительно. Александр почувствовал неладное. Начал копать глубже. И тогда он выяснил всё про Уильяма. В ходе расследования он даже ездил в Лос-Анджелес — штаб-квартиру клана Уайклифов. Пришлось многократно возвращаться во времени, чтобы выследить Харрисона Уайклифа, похитить его и допросить. Два города были не так уж далеко — по крайней мере, в этом мире. Это было ещё одно напоминание: он находился в альтернативной реальности. Города, что раньше были далеко, теперь ближе. Некоторые — с тем же названием, но в других странах. Были и новые государства, которых раньше не существовало. Культуры всего мира стали куда более консервативными. Свободные отношения были редкостью. Казалось, что общество застряло в нравах 1900-х, хотя календарь уже показывал 2024 год. Александр не стал досконально изучать различия. Бесконечные воскресенья не позволяли уходить дальше, чем на сутки пути. Тем не менее, ему удалось выяснить всё, что можно, о Харрисоне. — Ха-ха-ха... — Уильям внезапно расхохотался. Что бы там Вивьен ни сказала, это его явно развеселило. — Ладно, ладно, малышка. Слушай... мне нужно, чтобы ты взяла паузу и вернулась в Нью-Йорк. Я сам позвоню режиссёру. — Да, это срочно. Я нашёл для тебя рекламную сделку — косметика. — Я знаю, ты уже подписала контракт с другой компанией... Не переживай из-за штрафа — я сам всё оплачу. — М-м. Давай, поцелуй... умница. Пока. Он повесил трубку и с довольной ухмылкой посмотрел на Александра: — Она уже бронирует билет на ближайший рейс. Будет здесь к одиннадцати или двенадцати ночи. Ну что, как тебе? Думал, я понтуюсь, да? ХА-ХА-ХА! Он снова расхохотался — гордо и громко. Дело было сделано! — Впечатляет, — сказал Александр с улыбкой, но в глазах его промелькнула острая искра. Уильям проявил такую искренность... Пошёл на такие шаги. Пожалуй, пора отплатить тем же. Пожалуй... пора рассказать ему кое-что о Харрисоне Уайклифе. На самом деле, изначально Александр собирался довести всё до взаимовыгодного обмена. Знакомство через игру — лишь завязка. Хотя у Уильяма было много женщин, и он поддерживал не одну актрису, та, что действительно была ему дорога — это Вивьен, которую он опекал с самого начала. Простых сообщений в игре было недостаточно, чтобы Уильям поднял трубку и выдернул её из Европы. Александр поставил себе личный срок: Два часа. В течение двух часов после встречи с Уильямом Александр собирался уладить всё. Его план был прост: использовать кое-какие сведения о старшем брате Уильяма как «валюту» для обмена на Вивьен Блейк — чтобы она стала лицом продуктов Magical Glamour. Но Александр и подумать не мог, что всё решится меньше чем за час! Это было благодаря звонку Жасмин — божественная подмога! Те несколько слов, что он произнёс во время короткого разговора с Жасмин, полностью изменили восприятие Уильяма. Александра изначально наняла Жасмин, чтобы найти ей амбассадора, но он ловко использовал ситуацию в свою пользу. Если бы не тот звонок, Александр считал, ему пришлось бы ещё час или больше уговаривать Уильяма «пойти на сделку». Но эффект звонка на этом не закончился! Он полностью изменил характер и позицию отношений между Александром и Уильямом после их встречи! Вивьен Блейк уже имела эксклюзивный контракт на косметику — а значит, не могла подписывать другой в той же категории. Нарушение контракта грозило штрафом. Даже несмотря на то, что тот контракт был подписан три года назад, когда Вивьен ещё не была так популярна, и гонорар был невысоким, штраф всё равно исчислялся миллионами. Но Уильям только что сказал по телефону, что сам заплатит штраф! Это значило, что вернуть Вивьен ради Magical Glamour — не просто звонок, не пустяковая услуга Александру. Он тратил миллионы, чтобы помочь Александру, и после звонка даже не намекнул на то, что ждёт возврата. Это… не то, что сделал бы обычный человек. Это была не мелкая услуга! Почему? Да потому что! Уильям сам хотел подружиться с Александром. И тайное выстраивание связей с влиятельными людьми — этим Уильям занимался десять лет. Он любил, когда ему остаются должны. Он был мастером в таких делах. За эти десять лет он наладил связи с множеством людей в Нью-Йорке. Его слова «В Нью-Йорке нет того, что я не решу» — это была не бравада! Он держался подальше от семьи, играл дурачка, тайно строил сеть знакомств, ждал подходящего момента для реванша. Десять лет. Он не переставал притворяться, жить тяжёлой жизнью, скрывая за этим страшную стратегическую глубину. При этом он не дружил с кем попало. Например, он не сближался с Данте Дораном — не потому, что тот не влиятельный, а потому, что тот слишком на виду. Зато у него были хорошие личные отношения с Фрэнком Делани, одним из богатейших людей города, с которым он был знаком давно. Фрэнк любил заводить знакомства, и пусть Уильям не был самым заметным среди его друзей, но уж точно оставлял сильное впечатление. Тайно создавая сеть, чтобы в будущем использовать влиятельных людей, он уже чувствовал: Александр — тот, с кем стоит дружить. Он даже не знал о происхождении Александра. Именно звонок Жасмин вызвал у него ложное впечатление. Александр честно не ожидал такого исхода. Они ведь только познакомились! Для него было бы достаточно взаимовыгодного обмена и знакомства. Но теперь — это Уильям активно, с энтузиазмом пытался стать другом. — Эй, что случилось? — заметил Уильям, что Александр смотрит на него молча несколько секунд. — Мы действительно с вами встретились не просто так, — улыбнулся Александр. — Конечно! Ха-ха-ха! Давай выпьем за нашу особую судьбу! — рассмеялся Уильям. Они чокнулись чашками чая, как бокалами. — Мистер Уильям, есть кое-что… — Александр поставил чашку и заговорил снова. — А, Мистер Уильям? Да мы с тобой почти друзья. Я не слишком то тебя старше — не перебор, если ты будешь звать меня «брат»? — с жестом предложил Уильям. Никакого перебора. «Не слишком то» Конечно нет. На самом деле, Уильям был старше Александра аж на двадцать лет — всего на два года моложе его отца. Зная Уильяма, даже если тот всё делал безупречно, Александр понимал его мысли и ощущал его жажду укрепить сеть союзников. — Хорошо, брат! — улыбнулся Александр. — Отлично! Так что ты хотел сказать? — оживился Уильям. — Считай это напоминанием, — улыбка Александра исчезла, лицо стало серьёзным: — Брат Уильям, когда я впервые тебя увидел, я подумал вот о чём. Ты пообещал найти мне амбассадора. Я знаю, что для тебя в шоу-бизнесе найти топ-звезду — дело одного звонка. — Но ты сделал больше: ты отправил свою женщину, топ-звезду, чтобы она рекламировала продукт компании моей женщины. Это было неожиданно. Уильям слегка не понял, что он имеет в виду. — А что не так? Мало? Вивьен ведь действительно знаменита. Я и не думал отказываться и не передумаю. Разве этого недостаточно? — спросил Уильям. — Дело не в том, что мало, — Александр серьёзно продолжил: — Ты сейчас ввязываешься в разборки между мной, Жасмин, Джеймсом, семьёй Сазерленд и Доран. Ты обидишь Джеймса Сазерленда, обидишь Сазерлендов. — Хотя вряд ли он настолько глуп, чтобы повторить свои методы. Вивьен слишком знаменита — если с ней что-то случится, будет огромный скандал, который не замять. Она в безопасности. — Но! А что насчёт тебя, брат? Этот безумный Джеймс Сазерленд способен на всё! Александр изложил всё прямо. Это было не столько напоминание, сколько предупреждение. Он всё обдумал и должен был сказать заранее. Потому что, если Уильям внезапно окажется втянутым в этот клубок, даже просто пытаясь помочь, это может обернуться для него неприятностями. Сказать это прямо — значит, совсем другой уровень откровенности. Уильям прищурился, держа чашку. Он понял, что имеет в виду Александр. — Решение за тобой! Брат Уильям, я на самом деле не хочу, чтобы ты ввязывался. Это не твоё дело. Так что… ты можешь снова позвонить Вивьен и сказать ей не приезжать. Мы найдём кого-то другого... Александр спокойно закончил, внимательно глядя на Уильяма. Это был одновременно выбор и проверка. Шанс для Уильяма выйти из игры и способ проверить, насколько он искренен. Бах! Уильям с силой поставил чашку на стол и взревел: — Да чтоб тебя! Ты думаешь, я боюсь этого ублюдка Джеймса?! К чёрту! Вивьен! Завтра с утра она будет в Magical Glamour! Контракт обязаны подписать! Она станет амбассадором! Если Джеймс Сазерленд посмеет сунуться — я его разорву! Гнев, ярость! Маска безупречна. Импульсивность! Безрассудство! Актёрское мастерство Уильяма было великолепным — за десять лет он в нём преуспел. Он принял решение. Ради Александра, а также ради Жасмин и даже ради контактов Данте, он собирался встретить Джеймса Сазерленда лицом к лицу. Просто выражал это по-своему. Его показная безрассудность была на самом деле тщательно просчитана. — Спокойно, брат, спокойно, садись. Я не смотрю на тебя свысока, просто сделал тебя злым... Ладно! Раз ты не боишься Джеймса Сазерленда, не буду тратить слова, чтобы тебя уговаривать! — сказал Александр. Он успокоил Уильяма, помог ему снова сесть. Потом посмотрел на него серьёзно и улыбнулся: — Уильям, брат! Я заставлю тебя понять: подружившись со мной, ты сделал лучший выбор в своей жизни! Мы с тобой и правда судьбой связаны! Уильям почувствовал что-то странное. Слова Александра звучали необычно, его тон и взгляд как будто что-то намекали. Даже вся его аура словно изменилась. — Брат… ты говоришь «судьбой»? Что ты имеешь в виду... — Уильям не был уверен. Хотя первым сказал о судьбе он сам, Александр повторял это слишком часто. Александр не ответил, а быстро что-то напечатал на телефоне одной рукой. — Смотри это сообщение, — сказал Александр, отправляя. Уильям взял телефон и увидел сообщение с номером. «Найди владельца этого номера. Возьми его. Он расскажет тебе всю правду о твоей автокатастрофе десять лет назад!» — с улыбкой сказал Александр. Уильям резко вскочил, глаза расширились! Александр раньше упоминал, что он боится быть убитым старшим братом. Уильям догадывался: Александр, должно быть, ключевой человек какой-то суперсильной семьи — иначе откуда такие сведения? Даже внутри IronWorks только узкий круг топ-менеджеров знал хоть что-то об этом деле. Новость была намертво замята. Чтобы кто-то со стороны знал — даже крохи — это было невероятно. А потом Жасмин сама ему позвонила, а Александр прямо её прервал… это было косвенным доказательством: догадка Уильяма верна. Александр — не простой человек. После этого они больше не возвращались к теме беспорядков в семье Уайклиффов. Последнее впечатление Уильяма об Александре было таким: это молодой человек с мощной поддержкой, выдающимися способностями и поразительными средствами влияния. Он не думал, что Александр может знать слишком много о внутренней кухне их семьи — максимум, слышал парочку сплетен. Но сейчас… Александр протянул ему номер телефона! И сказал, что по нему можно выйти на правду о той самой аварии десятилетней давности?!! Уильям не мог сохранять хладнокровие. Та авария десять лет назад… это было единственное в жизни, что действительно могло задеть его до глубины души! — Ты сам это сказал! Мы с тобой и правда… судьбой связаны! — глядя в глаза Уильяма, Александр снова повторил это слово — судьба. Глаза Уильяма дрогнули. Он ничего не сказал, ничего не спросил — просто медленно опустился обратно в кресло. Только теперь он окончательно понял, что имел в виду Александр, говоря о судьбе. Встретились они, конечно, случайно — играли на одном приватном сервере. Но судьба в его словах означала совсем другое. Это значит, что Александр узнал его с первого взгляда. Значит, он не только знал, кто такой Уильям, но ещё и — совершенно «случайно» — знал некоторые тёмные секреты семьи Уайклиффов. И, возможно… мог помочь. Вот это и была настоящая судьба! Уильям вспомнил то странное выражение лица Александра, когда тот впервые вошёл в комнату. Он понял, что тогда неправильно истолковал его. Это было не просто узнавание — это было знание. Настоящее. Размышляя об этом, Уильям снова посмотрел на экран телефона. На номер... — Изначально я не собирался вмешиваться в дела семьи Уайклиффов, — спокойно произнёс Александр, поднимая чашку с чаем, но не делая глоток. — Семейные дела — такие, как ваши — даже если кто-то со стороны и что-то знает, вмешиваться не в его праве. Он на секунду замолчал, затем продолжил, глядя прямо в глаза: — Но… Брат Уильям, сегодня я почувствовал, что сама судьба с тобой несправедлива. Мужчина, потерявший мать при рождении, жену — в автокатастрофе… или, быть может, её убили. И в придачу — боль, когда родной брат поворачивается против тебя… Александр покачал головой, тяжело вздохнув — словно действительно сочувствуя тому, как сурова оказалась к Уильяму судьба. Он сделал глоток чая и сказал: — Сегодня ты помог мне — чужаку, оказал мне огромную услугу. Так что я отплачу добром за добро. Тот номер он изначально хотел использовать как разменную монету — для сделки, чтобы получить амбассадора бренда. Но теперь это дар. Ответная благодарность за добровольную помощь Уильяма. Александр не привык быть в долгу — он предпочитал, чтобы в долгу были перед ним. Из его слов Уильям понял — он действительно знает многое. Даже то, что Уильям потерял мать при рождении… А ведь это было сорок два года назад! Он снова взглянул на номер в сообщении, потом поднял глаза: — Чей это номер? — Почему бы тебе самому не проверить? — Александр с лёгкой улыбкой уклонился от прямого ответа. — С твоими возможностями, брат Уильям, вычислить владельца номера — дело нескольких минут. Уильям помолчал, потом нажал на экран и переслал сообщение своему самому надёжному помощнику. Он уже собирался сделать звонок, когда... — А, да. — добавил Александр, будто невзначай. — Этот человек сменил имя. У него два паспорта, с разными номерами. Старую личность он давно не использует. Так что пусть твои люди ищут по прописке, по фото, привязанному к актуальному паспорту. Прошло десять лет, но я думаю, ты его узнаешь. Он сделал паузу и добавил предостережение: — И ещё одно — пока ты не найдёшь его, никто не должен звонить по этому номеру. Людей, которые о нём знают, можно по пальцам пересчитать. Если мы его спугнём — он может сразу же сбежать. В ту же ночь. Уильям крепко сжал телефон, слушая каждое слово, не перебивая. Затем… наконец, позвонил. Связь установилась мгновенно. — Я только что прислал тебе номер. Нужно полное досье на владельца. Всё. Конфиденциально. В первую очередь — фото. Остальное подождёт. Он тут же отключился — и снова уставился на Александра. А потом… это каменное, хмурое лицо вдруг расплылось в широкой, совершенно искренней улыбке. В расслабленном тоне он сказал: — Александр, ты просто нечто. Теперь понятно, почему даже Жасмин Доран у тебя как на ладони! — Так, ничего особенного, — спокойно отозвался Александр с лёгкой улыбкой. — Ну, скажи честно… — Уильям подался вперёд. — Откуда ты знаешь так много о нашей семье Уайклиффов? Ты же, чёрт возьми, каждый уголок будто изнутри видишь! Он умел разрядить обстановку — одним выражением лица, одной улыбкой он менял атмосферу вокруг. — Брат Уильям, ты же сам всё понимаешь. Есть вещи, о которых я просто не могу говорить. Не потому что хочу что-то скрыть… но, думаю, ты меня поймёшь. В тоне Александра прозвучала лёгкая, намеренная загадочность. Но после всего, что произошло — Уильям ни на секунду не подумал, что это игра. Он ясно понял: за Александром стоит сила. Великая, скрытая сила. Фракция, о которой обычным людям и не мечтать. Есть тайны, которые нельзя разглашать. Есть правда, которую нельзя озвучивать. На самом деле — никакой силы за Александром не стояло. Его семья держала обычную мелкую лавочку. Но Уильям никогда бы не поверил в это. Александр был уверен: позже Уильям его пробьёт — и решит, что всё, что он найдёт — это фальшивый след. Подставная история. Он может копать глубже — но ничего не найдёт. Потому что находить нечего. И чем меньше он найдёт — тем более устрашающей и загадочной будет казаться настоящая сущность Александра. В глазах Уильяма он станет таинственным, как башня, вершины которой никто не видел. — Понял, понял. Тьфу, ты… из таких вот… — Уильям запнулся и резко сменил тему. — Ладно, забудь. Лучше вот что… Александр, я вчера слышал: кто-то едва не сцепился с Фрэнки в ресторане, но парой слов всё прекратил. Говорят, это был парень Жасмин Доран… Это был ты? Фрэнки — это Фрэнк Делани. Тот инцидент уже разлетелся по всему городу — особенно после того, как Фрэнк влепил пощёчину своей любимой жене. Такая драма взбудоражила весь деловой Нью-Йорк в течение одного дня. — Да, это был я, — с улыбкой подтвердил Александр. — Всё сильно преувеличили. Просто недопонимание между мной и братом Фрэнком. Всё уладили, ничего серьёзного. После этого они перешли к лёгкой болтовне. В основном — местные сплетни по Нью-Йорку: кто с кем связан, кто чем владеет и так далее. Уильям явно зондировал почву. Но по правде — даже если бы Уильям прожил в Нью-Йорке сто лет, он бы всё равно не знал и половины того, что знал Александр! Динь! Телефон Уильяма завибрировал. Он поднял его, взглянул на экран — и… лицо мгновенно изменилось! Вены вздулись на лбу. Глаза налились кровью. Ярость — кипящая, но подавленная. Та, что гораздо реальнее любой, которую он показывал с начала их встречи. Он долго смотрел в экран. — …Александр, — наконец произнёс Уильям. Голос спокойный, но смертельно серьёзный. — На этот раз… я в долгу перед тобой. Что бы ни случилось — хоть огонь, хоть лезвие — стоит тебе сказать, и если я не разберусь… можешь снять с меня голову. Александр понял. Он получил информацию о владельце номера. Скорее всего — фото. Потому что он просил в первую очередь прислать именно его. Это было легко — если знаешь нужных людей. И Уильям его узнал. — Это был тот человек. Тот, кто сидел за рулём того самого грузовика. Тот, кто врезался в их машину — убил троих, тяжело ранил одного. Тот, кто убил его жену. Ту ночь десять лет назад… Уильям не забудет никогда. Рев грузовика… ослепляющий свет фар… Удар был настолько мощным, что машину перевернуло и отбросило на десятки метров. Через секунды она взорвалась. Из четырёх человек в салоне трое погибли на месте. Уильям выжил… по чистой случайности. Потому что он не был пристёгнут ремнём безопасности, его выбросило из машины в момент аварии. Тело швырнуло на обочину, в зелёную полосу. Уильям получил больше десятка переломов, а шея была изуродована огромной раной от ветки дерева. Он истекал кровью, пока не приехала скорая… … но не умер. Семнадцать дней он провёл в реанимации, затем почти три месяца в дорогой палате для восстановления. Но он выжил! Пока Уильям лежал в больнице, внутри IronWork Industries начался хаос. Перестановки, борьба за власть — сплошное безумие. Старший брат Харрисон уже шесть месяцев был с ним в открытой конфронтации. Они оба тянули одеяло на себя, ещё не порвавшись в клочья, но уже стоя на пороге. Так что внутри IronWork слухи разлетелись мгновенно: это дело рук Харрисона. Уильям неоднократно давал показания полиции. Его доверенные люди тоже держали его в курсе. И он знал — никто не решался мешать расследованию. Потому что любой, кто попробовал бы его затормозить, тут же стал бы главным подозреваемым. Но… правду так и не нашли. Водитель грузовика сбежал. Сам грузовик нашли той же ночью — машину, заявленную как угнанную за два дня до этого. Настоящего владельца допрашивали всю ночь, но в итоге отпустили — он действительно был ни при чём. Что до настоящего водителя — следов нет. У полиции осталась только одна зацепка: запись с дорожных камер. Через лобовое стекло удалось на секунду заснять его лицо: Мужчина Чёрная кожаная куртка Чёрная бейсболка Белая маска Видны только глаза — и кадр слишком размытый, чтобы опознать. И всё же… Уильям был уверен. За этим стоял его старший брат, Харрисон. Доказательств не было, но он верил в это без тени сомнения. У него не было таких глубоких конфликтов ни с кем другим. Обычные споры не оправдывали убийства. И он тогда не руководил компанией — у конкурентов не было стимула его устранять. Его уверенность окончательно укрепила ссора за четыре дня до аварии. Харрисон тогда припомнил смерть их матери — и тот взгляд, которым он окинул Уильяма, уходя из кабинета… Взгляд, который кричал: «Хочу, чтобы ты сдох». После выписки Уильям несколько раз был на грани срыва, но его удержали. Он переключился на собственное расследование. Он проверил не только окружение Харрисона, но и всех, кто хотя бы косвенно к нему примыкал, кто старался втереться в доверие. Он слишком хорошо знал брата. Тот доверял только людям, с которыми работал годами. Людям, которых знал досконально. Харрисон был смел, да. Но ещё он был крайне осторожен. Так что если он и организовал удар, то вряд ли через наёмных убийц или случайных людей. Слишком рискованно. Уильям тогда уже видел направление. Но после месяца изнуряющего копания — пусто. Нити, которые казались перспективными, внезапно обрывались. Снова и снова. В конце концов, когда все методы исчерпались, он прибегнул к грубому, но действенному способу. Сравнение фотографий. Глаза к глазам. Используя запись с дорожной камеры, он сверял видимые глаза с личными делами сотрудников. Это было всё, что у него было — глаза. Если совпадение казалось хотя бы отдалённым — человек попадал в список подозреваемых. Особенно он смотрел на тех, кого перевели или кто уволился сразу после аварии. И тогда он нашёл его. Маркус Холл. На момент аварии — заместитель начальника службы безопасности IronWork Group. Через пять дней после катастрофы его тихо перевели начальником охраны на второй завод группы в далёком городке. Понижение. Наказание. Ещё через двенадцать дней — на семнадцатый день после аварии — Маркус уволился. Причина? Он утверждал, что ни в чём не виноват и не мог смириться с тем, что его вышвырнули из штаб-квартиры. Совпадение ли это, что семнадцатый день после аварии совпал с днём, когда Уильям пришёл в сознание в реанимации? Может, просто совпадение. Но больше всего Уильяма убедило… После увольнения Маркус исчез. Как будто его стёрли с лица земли. Даже его бывшая жена и сын не знали, где он. Конечно, он был не единственный, кто ушёл после аварии. Не единственный, кто пропал. Но он был единственным, кто сходился сразу во всех подозрительных признаках: Похожие глаза Внезапный перевод Внезапное увольнение Исчезновение без следа И… он всегда пытался подлизаться к Харрисону. Уильям не думал, что брат его убил. Это было не в стиле Харрисона. Он не стал бы убивать того, кто сделал ему такую услугу. Если помощь означала бы смертный приговор, кто бы тогда ему помогал? Так что Уильям предполагал: Маркус получил жирный откат и исчез где-то далеко. Он даже не помнил, как долго гонялся за Маркусом. Не помнил, когда наконец сдался. След остыл. Ничего. Ни крупицы новой информации. В конце концов, он даже начал сомневаться. Может, Маркуса всё-таки убрали. Может, его кости гниют в безымянной горе… Десять лет. До сегодняшнего дня — до встречи с Александром — он не слышал о Маркусе Холле ни слова. Никаких доказательств. Никакой возможности ткнуть брата носом. До сих пор. В этот момент — он «увидел» Маркуса снова. Пусть это всего лишь фото… Пусть прошло десять лет, Маркус располнел, его лицо округлилось… Уильям узнал его мгновенно. Сидя напротив Александра, Уильям чувствовал, что Бог наконец открыл ему глаза. Казалось, невидимая рука судьбы нарочно поставила Александра перед ним. Он всегда ждал этого момента — почти невозможного шанса повернуть всё вспять. Отмстить за жену. И приход Александра превратил невозможное… в возможное. — Брат, если тебе когда-нибудь что-то понадобится, только скажи! Не считай меня чужим! С этого дня ты мой названый брат — родная кровь! — Уильям не дал Александру сказать ни слова и тут же выдал своё обещание. Потом вскочил. — У меня дела. Я тебе перезвоню. Он развернулся и поспешил к двери, всё ещё сжимая телефон. Даже по пути от комнаты к выходу он дважды взглянул на это фото. Александр провожал его взглядом со странным выражением. Дело было не в том, что реакция Уильяма казалась странной. Просто… Александр понял, что всего за два дня своей «новой жизни» он уже обзавёлся двумя «побратимами». Вчера это был Фрэнк Делани. Сегодня — Уильям Уайклифф. Интересно, сколько ещё таких «братьев» у него появится?.. Уильям ушёл. Но Александр не спешил. Он поднял чашку с чаем и медленно, размеренно отпил. Поставив её обратно, взял телефон. Пора было сделать звонок. Жасмин Доран.