Глава 5. Эшли.

В ушах звенело, голова в месте удара пульсировала — я чувствовала, как ручеёк крови спускается по виску. Без резких движений, стараясь не привлекать внимания, я пыталась оценить своё положение и понять, нет ли других повреждений. Очень медленно напрягая мышцы, попыталась открыть глаза. В горле пересохло, глаза будто засыпали песком — каждое движение отдавалось острой болью. Я подняла голову — слишком резко: волна боли накрыла с новой силой. — Смотрите, кто проснулся, — раздался знакомый голос. Шаги приближались — их было несколько, или это просто последствия удара? Чья‑то рука властно схватила меня за подбородок, заставляя поднять взгляд. Перед глазами расплывались смутные очертания лица Джеймса, но его глаза я видела отчётливо — холодные, изучающие. — Доигралась, охотница? — он, похоже, улыбался — я пока плохо различала черты его лица, глаза ещё не привыкли к свету лампы. — Чего тебе нужно, Джеймс? — выдавила я хриплым голосом. — Того же, чего и тебе, — он отпустил мой подбородок и отошёл. — Мне нужно знать, кто устраняет людей Фальконе. Эти слова мгновенно привели меня в чувство. Я выпрямилась, взгляд стал ясным. Боковым зрением уловила ещё одного человека, но он не имел значения — всё моё внимание было приковано к Нельсону. — То есть в бандах Фальконе тоже пропадают люди? — теперь голос звучал ровно. Джеймс бросил взгляд на своего помощника: — Оставь нас, - проговорил он на русском. — Знаешь русский? Похвально, — я не удержалась от усмешки. Когда помощник вышел, Джеймс продолжил: — Не притворяйся дурой, ты всё прекрасно знала, — он скрестил руки на груди, облокотившись на колонну. Я нахмурилась от его ребяческого тона, окинула его фигуру взглядом. — Я не знала, что у Карло пропадают люди. Если бы кто‑то мог мне об этом рассказать, так это отец. Но Этана волнуют только его люди, — резко ответила я. — Ну, тут два варианта: либо ты обманываешь меня, либо твой драгоценный папочка тебя. Потому что Карло лично разговаривал с Этаном об этом. Кстати, из‑за этого у них и возник небольшой конфликт. — Когда была встреча? — я старалась сохранять спокойствие. — Вчера. Я замерла. Вчера? Отец сам вечером проклинал Фальконе, обвиняя его в пропажах наших людей. Но если пропадают не только наши… Почему он не сказал мне? Почему велел пытать Нельсона, чтобы получить ответы? «Что‑то не сходится. Либо отец скрывает от меня правду, либо Джеймс врёт. Но зачем Джеймсу врать? У него нет причин… Или есть?» — Бедняжка Эшли чувствует себя обманутой. Какая жалость, — Джеймс скорчил гримасу сочувствия. — Засунь свою жалость куда подальше и прибереги её для кого‑нибудь другого, — я рванула руками, проверяя прочность пут. — Отпусти меня! — взгляд — твёрдый, вызывающий. — Ситуация повторяется, Эшли. Снова просишь отпустить тебя, но мне дорога моя жизнь. А ты имеешь некое свойство: целиться в безоружного или распускать руки, — он остановился рядом. Я фыркнула, опустив взгляд в пол. В голове рой мыслей, но одна не давала покоя — жужжала, как надоедливая муха. «Что, если он правда не причастен? Что, если нас обоих используют?» Нахмурившись, взвесила все «за» и «против». Затем подняла глаза на мужчину, возвышавшегося надо мной. — У меня для тебя предложение, — произнесла я. — Интересно послушать, — он скрестил руки на груди. — Мы можем объединиться. «Докатились. Объединяюсь с врагом. Да ещё и сама предложила. Что со мной? Но логика подсказывала: это единственный способ докопаться до правды.» — С чего бы нам объединяться? — его взгляд — скептический. — Во‑первых, для собственной безопасности. У нас заказы друг на друга. Чтобы избежать смерти, заключим перемирие. — Ты слишком самоуверенная, милая. Карло не воспринимает тебя как угрозу, — слишком уверенно произнёс он. «Врёт как дышит.» — Да что ты? — усмехнулась я. — Тебе напомнить, что никто не знает о твоём существовании? Что? Папочка‑дон постарался скрыть своё детище? — ядовито улыбнулась. Я увидела, как Джеймс удивился. Он не знал, что для всех он — призрак. «Чёрт. Если так подумать, это прекрасная возможность делать всё, что вздумается, зная, что тебя не найдут, а все записи о тебе будут стёрты. Позавидовала бы ему, если бы была в другом положении… а не привязанная к стулу.» — Ну так что? — с нажимом спросила я. — Не вижу ничего хорошего в том, чтобы работать вместе. — Кто‑то явно хочет нас стравить. Если объединим усилия, узнаем это быстрее. — И без тебя справлюсь. — Я нашла всю информацию о тебе за сутки, — я посмотрела на него с вызовом. — Уверен, что не хочешь работать со мной? Джеймс задумался. Брови нахмурились, желваки заиграли на скулах. Он сомневается. Это шанс. — Допустим, я соглашусь на это сомнительное сотрудничество. Откуда мне знать, что ты меня не предашь? — спросил он. — Тогда откуда мне знать, что меня не предашь ты? — Справедливо, — он прищурился, размышляя. — Если я тебя развяжу, кидаться не будешь? — Не буду. Он подошёл ко мне со спины и развязал руки. Затем, встав спереди, опустился на корточки, чтобы освободить ноги. Я растирала затекшие запястья. — Неужто тебе так хотелось меня привязать? — спросила я. — Могу передумать. — Молчу, — буркнула я. Встав со стула, я отошла в сторону. Потирая переносицу, пыталась собраться с мыслями, но каждая из них отдавалась болью в голове. Я устала. Ещё и дружок Нельсона приложил меня чем‑то тяжёлым. Прикоснувшись к ушибу выше виска, я посмотрела на пальцы — они были в крови. — Твою… — Вот, держи, — я обернулась. Джеймс протягивал платок. — Иди ты к чёрту со своей заботой, — оттолкнула его руку. — Ну извини, — словно выдавил он слова. — Что мне оставалось? Я не мог позволить тебе выстрелить в меня. — Можешь сказать спасибо своему приятелю — благодаря ему ты жив. Где моё оружие? — я огляделась и посмотрела на него с вызовом. — Чуть дальше, на столе, — кивнул он. Я подошла, взяла пистолет, проверила магазин. — Не суйся на нашу территорию, — предупредила я. — Если отец узнает, что ты всё ещё жив… — Аналогично, красотка, — перебил он. — Так может, оставить пару синяков для пущей правдоподобности? — улыбнулась я, подходя ближе, глядя ему в глаза. — Сомневаюсь, что это нужно. Ведь твоё личико никак не пострадало, — он провёл пальцами по моей скуле. Я прильнула к его уху и прошептала на русском языке: — До новых встреч, мистер Нельсон, - Резко развернувшись, я направилась к выходу. *** Дабы избежать лишних вопросов со стороны друга, я, едва выйдя из здания, набрала Джереми. Короткий разговор — «всё в порядке, потом обсудим» — не дал ему шанса на расспросы. Но в глубине души я понимала: это лишь отсрочка. Джереми не отступится, пока не узнает правду. Дома я встала под душ, надеясь смыть с себя усталость последних дней. Тёплые струи били по плечам, но напряжение не отпускало. В висках стучало: «Поступаю ли я правильно?» Никогда я не шла против отца. Никогда не обманывала его. Мы всегда были командой: он — мой наставник, я — его преданный агент. Но теперь доверие пошатнулось. «Почему он скрыл от меня встречу с Карло? Зачем велел пытать Нельсона, если сам знал о пропажах в обеих группировках?» Варианты крутились в голове, как лезвия гильотины: отец защищает меня. Возможно, он сознательно ограждает меня от правды, считая, что так безопаснее. Но от кого? Кто может причинить мне вред хуже, чем я сама? Отец использует меня. Может, он намеренно направил меня к Нельсону, чтобы через меня получить информацию? Но зачем тогда скрывать встречу с Карло? Отец не доверяет мне. Что, если он считает меня недостаточно зрелой для таких решений? Или, хуже, видит во мне угрозу? Как я дошла до того, чтобы встретиться с Нельсоном? Зачем предложила работать вместе? Сейчас это звучало безумно. «Работать с Джеймсом — значит доверять ему. Но как доверять человеку, о котором знаешь лишь имя?» Вся информация, что я собрала, могла быть ложью от начала до конца. Его биография, связь с Фальконе — всё могло оказаться мистификацией. «Этот чёртов сукин сын вынудил меня пойти на сделку, будто с самим дьяволом.» — Чёрт… — простонала я, упираясь лбом в прохладную плитку. Мысли о самобичевании прервал звук телефона. Выключив воду, я вышла, обмоталась полотенцем и прошла в комнату. — Слушаю, — ответила я на звонок отца. — Доченька, завтра будет приём у четы Винсонов. Ты мне там нужна, — мягко проговорил он. — Как кто? — уточнила я. — Как моя дочь. Я не смогу присутствовать — поздняя встреча с инвестором. — А инвестор знает, что поздний ужин больше походит на свидание? — улыбнулась я, подходя к окну и глядя на ночной город. — Если бы он был девушкой, возможно, — услышал я ответную улыбку в его голосе. — Просто он не может прилететь раньше, поэтому придётся идти на такие меры. Джереми и Руби тоже будут там, так что тебе не будет скучно. — Хоть что‑то. Ладно. Ты придёшь сегодня? — Нет, останусь в офисе. Много работы, — короткая пауза. — Секунду! Мне пора идти. Доброй ночи. — И тебе, — тихо проговорила я, сжимая телефон в руке. Разговор закончился, но вопросы остались. «Что, если Нельсон соврал мне? Что, если он намеренно пошатнул моё доверие к отцу, чтобы я предложила сотрудничество?» Я мысленно перебрала все факты: Джеймс знал о встрече Карло и Этана. Откуда? Если он действительно работает на Фальконе, то должен был сообщить Карло о моих расспросах. Но он не сделал этого. Он не убил меня. Хотя мог. Даже после того, как я направила на него пистолет. Почему? Из милосердия? Вряд ли. Значит, ему что‑то нужно от меня. Его слова о пропажах. Он не отрицал, что в бандах Фальконе тоже исчезают люди. Это совпадает с тем, что говорил отец. Но если оба говорят правду, почему они не объединятся? Столько вопросов, столько противоречий… «Кто же поможет мне во всём разобраться?» Я села на край кровати, глядя в темноту. В голове крутились теории, одна безумнее другой. Заговор против обеих группировок. Кто‑то намеренно стравливает нас, устраняя ключевых людей. Цель — ослабить обе стороны, чтобы захватить власть. Но кто этот «кто‑то»? Игра внутри игры. Отец и Карло знают больше, чем говорят. Возможно, они ведут двойную игру, используя меня и Джеймса как пешек. Джеймс — двойной агент. Он может работать на третью сторону, собирая информацию и провоцируя конфликты. Тогда его предложение о сотрудничестве — лишь способ контролировать меня. «Как отличить правду от лжи? Где грань между доверием и предательством?» Я закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться. Завтрашний приём у Винсонов мог стать ключом к разгадке. Если отец не придёт, значит, он действительно занят. Или… он боится встретиться со мной лицом к лицу? В любом случае, я должна быть начеку. Джереми и Руби — мои союзники, но даже им я не могу рассказать всё. Слишком много тайн. Слишком много рисков. Поднявшись, я подошла к столу, где лежали мои записи. Развернула карту города, отметив места пропаж. Где связь? Где закономерность? Взгляд упал на фото Джеймса, которое я сделала во время нашей встречи. Его глаза — холодные, но в них было что‑то ещё. Что? — Кто ты, Джеймс Нельсон? — прошептала я в пустоту. Ответа не было. Только тишина и мерцание городских огней за окном.