Часть 3 или Клыки паутины

Лавка Хокуса встретила её привычным запахом пыли и тайны, но сегодня в воздухе висело ещё и напряжение. Старик не копался в ящиках, а стоял за стойкой, будто ждал. Его взгляд, обычно острый и насмешливый, был прищурен и недобр. — А, наша маленькая деловая монголка, — проворчал он, не предлагая зайти. — Ты сегодня принесла больше, чем перевод, не так ли? Уже строчишь доносы в Министерство на своих соседей? Эрдэнэ замедлила шаг. Его тон был неестественным, слишком громким, будто он говорил не только для неё. — Я принесла перевод второй главы о ветрах пустыни, мистер Хокус, — ответила она ровно, выдерживая паузу. — И пришла обсудить наши деловые перспективы, как и договаривались. — Деловые перспективы! — он фыркнул, но его глаза метнулись куда-то за её спину, вглубь лавки. — В твоём возрасте нужно думать о куклах, а не о бизнесе. Ладно, давай свой перевод и проваливай. Задняя комната сегодня занята. Это была ловушка. Грубая и очевидная. Кто-то заставил его играть по этой схеме. Кто-то, кто наблюдал сейчас из темноты. Страх, холодный и скользкий, сжал её горло, но разум тут же начал анализировать. Если бы они хотели её схватить, сделали бы это уже. Если хотели запугать — сработало. Но они хотели чего-то другого. Проверить? Узнать, на кого она работает? Или… увидеть её реакцию? Эрдэнэ сделала то, чего от неё точно не ждали. Она не настаивала, не пыталась заглянуть за стойку. Она просто кивнула, с видом слегка разочарованного ребёнка. — Как скажете. Перевод принесла. — Она положила аккуратно сложенные листы на прилавок. — Когда комната освободится, дайте знать. Удачи с вашими… другими посетителями. Она развернулась и вышла на улицу, не оглядываясь, но каждым нервом чувствуя тяжелый взгляд в спину. Её шаги были размеренными, пока она не свернула за угол. Только тогда она прислонилась к холодной стене, позволяя дрожи вырваться наружу. Сердце колотилось как бешеное. Это был не Гаррот. Слишком сложно. Это была другая лига. Вечером она не стала возвращаться в свою комнату сразу. Вместо этого, используя знание каждого закоулка, каждого прохудившегося водостока, она устроила наблюдение за своим же домом. Спрятавшись в нише напротив, под навесом, выброшенным кем-то плащом, она замерла. Терпение — вот её главный ресурс сейчас. Понадобилось два часа. Тени уже полностью поглотили переулок, когда к её двери подошли двое. Не обитатели трущоб. Они двигались слишком тихо, слишком организованно. Один — высокий, сутулый, в плаще с капюшоном, скрывавшем лицо. Второй — коренастый, с тяжёлой поступью. Не палочек на виду, но от них веяло холодной, дисциплинированной угрозой. Коренастый что-то негромко сказал, и дверь в её комнату отворилась беззвучно — Алохомора, и мастерски исполненная. Они скрылись внутри. Эрдэнэ затаила дыхание. Они не ломали, не взрывали. Они исследовали. Профессионалы. Через десять минут они вышли. Высокий что-то держал в руке — один из её исписанных листов с теоретическими выкладками по магической защите. Он передал его напарнику, тот бегло просветил палочкой (она всё-таки была!), пробормотал что-то и бросил лист в лужу. Разочарованный жест. Они ничего не нашли. Ни гримуара, ни пробирок с экстрактом, ни её тайников с монетами. Её паранойя и привычка прятать всё по кирпичикам оправдались. — Пустая трата времени, — донёсся до неё ворчливый голос коренастого. — Сиротка-умница, которая слишком много читает. Никаких связей, никакого покровительства. Обычный мыслящий грызун. — Наш «друг» в лавке перепугался слишком сильно, — ответил высокий голосом, в котором звучала ледяная насмешка. — Видит конкуренцию в каждом ребёнке. Ладно. Отметим и забудем. Здесь нечего ловить. Они растворились в темноте, не оставив следов. Но они оставили нечто более ценное — информацию. Эрдэнэ ещё час сидела в укрытии, переваривая услышанное. «Друг в лавке». Хокус. Он испугался её потенциала? Или его заставили испугаться? Возможно, его проверяли так же, как её. Эти двое были кем-то вроде… аудиторов. Или силовиков. Не министерских, слишком тёмные и прямые методы. Подпольные энфорсеры. Те, кто следит за порядком в тени. Кто не допускает появления непланируемых переменных. Та самая скрытая иерархия, о существовании которой она догадывалась. Она была для них «мыслящим грызуном». Не угрозой, а странностью. Это было и оскорбительно, и… безопасно. Пока. Только под утро, убедившись в полной тишине, она прокралась в свою комнату. Всё было перевёрнуто, но аккуратно, методично. Они искали что-то конкретное. Документы? Контрабанду? Связи? Её рисунок цветов был смят и брошен в угол. Они не оценили искусства. Самый важный вывод был ясен: её план «тихо и постепенно» треснул по швам. Её заметили. Даже если сейчас сочли незначительной, файл на неё был заведён. Одна ошибка, один неверный шаг — и «грызуна» прихлопнут без раздумий. Нужно было менять тактику. Не просто зарабатывать. Нужно было обзаводиться союзниками. Вернее, активами. И не среди таких же отбросов, как она, а среди тех, у кого уже была хоть какая-то сила, но не было перспективы. Искать таких же «грызунов», но с зубами. И ещё. Сила. Ей отчаянно не хватало реальной, магической силы. Не для нападения, а для защиты. Для создания щита, который не позволит вот так просто вломиться в её жилище. Для создания «глаза», который увидит врага первым. На следующий день она не пошла ни к Гарроту, ни к Хокусу. Она отправилась на свалку магического хлама на окраине переулка — место, куда свозили сломанные палочки, треснутые кристаллы, испорченные зелья. Место, кишащее отбросами и отчаянием, но иногда способное выдать алмаз в грубой оправе. Целый день она копалась в грудах мусора, игнорируя насмешки и угрозы таких же обитателей дна. Она искала не целое, а части. Особенные части. Кусок зеркала, не утративший магических свойств. Осколок обсидиана с резонансом к теневой магии. Серебряную проволоку от сломанного амулета. К вечеру, заплатив за находки последними кнатами от сделки с Гарротом (теперь она понимала, что деньги — это ещё и расходный материал на безопасность), она вернулась домой. Используя знания из гримуара о шаманских охранных тотемах и вычитанные в книжках базовые рунические связки, она начала собирать свою первую настоящую защиту. Это был не щит, который отразит заклинание. Это была сигнализация. Паутина в прямом смысле. Тончайшие нити серебряной проволоки, заряженные каплей её собственной силы и закреплённые на подходах к двери, окну, у тайников. Прикосновение к ним посторонней магической ауры должно было вызвать тихий, не слышимый ухом, но болезненный для неё укол в сознание. А осколок зеркала, спрятанный в щели под порогом и связанный с обсидианом, должен был на секунду показывать образ нарушителя. Работа была кропотливой, изматывающей. Три раза связка рун распадалась, вызывая лишь дымок и головную боль. Она чувствовала пределы своего нынешнего могущества — крошечного, едва теплящегося. Но она упрямо, с титаническим терпением, начинала снова. Её губы были поджаты, чёрные глаза горели фанатичной целеустремлённостью. На рассвете система была готова. Примитивная, ненадёжная, но её. Она активировала её, вложив последние капли сил, и почувствовала, как тончайшая сеть дрогнула и натянулась, став частью пространства комнаты. Она рухнула на кровать, обессиленная, но с чувством странного удовлетворения. Она не стала могущественнее. Она стала сложнее. Опаснее для поимки. Её паутина теперь имела невидимые нити. Лёжа, она смотрела на потолок и строила новые планы. Хокусу нельзя показывать страх. С ним нужно сыграть в другую игру — показать, что она может быть ему полезна не как поставщик, а как… информатор? Нет, слишком прямо. Как независимый агент, который видит и слышит то, чего не видит он. Нужно «случайно» обронить при нём какую-то незначительную, но полезную новость о его конкурентах. Восстановить отношения, но с новой дистанции. Гаррот — её стабильный, но ненадёжный доход. Нужно искать ещё один, независимый канал сбыта. Может, через бродячих торговцев? Рискованно. А главное — нужно учиться. Не просто теории. Нужно найти того, кто сможет научить её реальной, прикладной, нешкольной магии. Старого, сломленного, но ещё не утратившего знаний волшебника. Или ведьму. Такие в Лютом переулке должны быть. Их нужно вычислить, подобрать к ним ключ, предложить сделку. Её путь к империи только что столкнулся с первой настоящей стеной. И вместо того, чтобы разбиться об неё, Эрдэнэ начала искать зацепки, чтобы медленно, неумолимо карабкаться наверх. Она поняла главное: она не умнее и не сильнее всех. Пока. Но у неё есть то, чего нет у этих закулисных силовиков и у запуганного Хокуса — абсолютная, всепоглощающая жажда. Жажда не просто выжить, а владеть. И время. У неё ещё есть время. Но каждый шаг отныне должен быть выверен, как ход в шахматах, где противника пока даже не видно. Игра началась по-настоящему. И первая партия была за противником. Со счетом «0:1». Эрдэнэ усмехнулась в темноте. В долгой игре важен только результат