Часть 1. Глава 5.

5 глава     понедельник, 26 августа, 1985 Обеденная перемена проходит шумно. Длинная очередь первокурсников тянется из столовой в коридор. Похоже, мы все слишком задержались со своими наставниками. Мы все были ими так увлечены — или это только со мной так? Я вливаюсь в поток суетящихся учеников, вытягиваю шею поверх чужих голов, пытаясь разглядеть Майка, Дастина или Макс. Я замечаю причёску Дастина и его футболку раньше, чем понимаю, что они с Майком уже в столовой. Они сидят за столом вдвоём, одни. Оглядываются по сторонам — вероятно, ищут меня, а может, и Макс тоже. Я машу рукой, тянусь, чтобы они меня заметили, но они не видят. Дастин слишком занят — что-то пишет в своей папке, а Майк крутит в руках потёртый двенадцатигранный кубик из старого набора для D&D. Я выхожу из очереди и направляюсь к ним. Может, смогу оставить вещи на столе и вернуться за едой. Когда я подхожу ближе, мимо их стола лениво проходит группа парней — по виду старшеклассники. От них веет неприятностями. Один что-то шепчет другому, поглядывая на Дастина. Тот передаёт слова следующему, и вскоре все они начинают хихикать. Потом один из них наклоняется к Дастину — тот слишком занят письмом, чтобы заметить, а Майк слишком сосредоточен на том, как крутит кубик, чтобы увидеть, что происходит. — Классная химия, — говорит парень Дастину прямо в ухо и дёргает его за волосы. Дастин вздрагивает. Парень начинает ерошить ему волосы, Дастин отмахивается, пытаясь убрать руки. Вмешивается Майк, и его кубик слетает со стола, катится по полу. Один из парней пинает его в противоположный угол зала. Люди за соседними столами смеются. Я замедляю шаг, в третий раз за сегодня сжимая кулаки. Воспоминания из средней школы всплывают и накладываются на происходящее передо мной: как меня избивали за победу на научной ярмарке, за участие в AV-клубе, за то, что я был «фриком». Будто мы никуда и не уходили, будто застряли в мире без выхода. Больнее всего то, что никто не одёргивает этих парней. Смех только усиливается, когда всё больше людей начинают смотреть. Может, они думают, что мы это заслужили. В конце концов, мы всего лишь кучка ботаников. В конце концов парень отпускает волосы Дастина и, смеясь, уходит со своей шайкой. Майк прожигает их взглядом, но остаётся на месте — они реально крупные, реально высокие. Даже Дастин, который обычно первым открывает свой большой рот, долго смотрит им вслед и решает ничего не говорить. Уверен, сейчас у них обоих в голове одна мысль — Эл здесь нет, и на этот раз она их не спасёт. Для Майка это, наверное, бьёт ещё сильнее, ведь он понимает, что она может быть потеряна навсегда. Мне становится ещё более неловко из-за того, что я подошёл к столу только после того, как старшеклассники ушли. Дастин уже пригладил волосы, и их вытянутые лица успели принять более спокойное выражение. — Эй, — говорю я, стараясь звучать бодро. Им не обязательно знать, что я видел всё происходящее, и мне не нужно заставлять их чувствовать себя неловко из-за этого. — Чего такие длинные очереди? Как вы вообще успели взять еду? — Пришли пораньше, — отвечает Дастин, снова становясь невозмутимым. — Говорят, это единственный способ не простоять всю перемену в очереди. Твой наставник тебе этого не сказал? Мой сказал. Я не успеваю ответить, как Дастин уже перескакивает на другую тему. — В общем, я как раз говорил Майку, что слышал: главой «Хэллфайр» является какой-то торчок по имени Эдди Мансон. Говорят, он… жёсткий тип. — Твой наставник и это тебе рассказал? — Ага, — говорит Дастин. — Я задал все нужные вопросы. Короче, слушай, с этим Эдди я думаю, нам надо сразу, типа, обозначить свои намерения. Он не похож на человека с огромным запасом терпения. У нас, возможно, не будет роскоши ждать до следующей недели, чтобы записаться на ярмарке кружков. — Он наклоняется вперёд. — Я вот о чём думаю: а что если мы впишем свои имена заранее? Типа… сегодня? — Не будь глупым, Дастин, — говорю я. — «Хэллфайр» вряд ли в ближайшее время переполнится. Скажи ему, Майк. Майк лишь пожимает плечами. Какая-то часть меня даже рада этому угрюмому Майку — тени того задиристого, резкого Майка, которого я знал всю жизнь. Унылый Майк — это как его версия из Изнанки, с полным комплектом негативных вибраций, даже когда он просто сидит и ничего не делает. Но ускоряя, я понимаю: мой друг всё ещё где-то там внутри. Он может быть слишком упрямым, чтобы признать это, но ему нужна наша помощь, чтобы справиться со всей этой историей с переездом Эл и Уилла. Я накрываю рукой каракули Дастина, останавливая его. Я люблю Дастина, но, боже, иногда он бывает таким оторванным от реальности. — Почему бы нам просто… не выдохнуть на минуту? — я изображаю, как делаю вдох и выдох. Оба смотрят на меня с недоумением. — Слушайте, а как насчёт большого киновечера на этих выходных? Твой папа ведь наконец поставил телевизор и VHS-плеер в подвале, да, Майк? Дастин, ты мог бы сходить в Family Video и взять что-нибудь хорошее — два фильма, например. Мы с Макс купим газировку, а ты, Майк, возьмёшь попкорн. Только мы и кино — всю ночь. — Я хлопаю в ладоши. — Ну что скажете? — Да мой папа вряд ли это одобрит, — говорит Майк. — Твоему папе вообще ничего не нравится, — говорю я. — Это правда, — соглашается Майк. — Но я не уверен, что моя мама тоже будет довольна. Она не разрешит Макс остаться с ночёвкой. Говорит, девочкам нельзя. — Ну, думаю, мы можем поспорить с этим, — нас же четверо, так что если они переживают из-за поцелуев и всякого такого, этого ведь точно не будет, да? В ответ они просто уставились на меня. — Это уже тебе решать, шеф, — говорит Дастин. — Фу, Дастин, мерзость, — говорю я. — Я бы никогда не стал целоваться посреди киновечера. Это было бы отвратительно. — Я поворачиваюсь к Майку. — Так что, мы в деле? — Возможно, — наконец говорит он. — Я спрошу у Нэнси, может, она поможет смягчить моих родителей. Правда, её придётся подкупить. — Ладно, я заплачу, — говорю я. — Если только ради одной весёлой ночи. — Ребята, — говорит Дастин. — Не хочу портить праздник киновечера, но, по-моему, к записи в «Хэллфайр» стоит отнестись серьёзно— — «Хэллфайр» подождёт, Дастин, — перебиваю я. — К тому же, если мы туда не попадём, это не конец света. Просто найдём что-нибудь другое. Майк и Дастин переглядываются, а потом разражаются смехом. — Ты шутишь, — говорит Дастин. — Ты же не серьёзно. — В смысле? — говорю я, и слова Джея вдруг всплывают в памяти. — Мы можем пробовать новое. Разве не в этом смысл старшей школы? Типа… а что если я, например, захочу попробовать попасть в баскетбольную команду? Теперь они смеются ещё громче. Папка Дастина падает на пол, а Майк вытирает слёзы с глаз. Они смеются надо мной, но я уже давно не слышал, чтобы они так смеялись. Особенно после того, что произошло всего пять минут назад, кажется, что они это заслужили, поэтому я позволяю им сделать меня объектом шутки.