2.36. Истоки: старообрядцы в структуре НКВД

Кабинет начальника Особого отдела ОГПУ был залит холодным светом люминесцентных ламп — новомодное изобретение, которое Сталин велел установить в важнейших кабинетах. За массивным столом, покрытым зелёным сукном, сидел Яков Агранов — человек с лицом уставшего интеллигента и глазами, которые видели слишком много, чтобы удивляться чему-либо. Напротив него, на стуле с прямой спинкой, замер старец Амвросий — последний из Совета старцев, тот самый, которого нашли в алтайском скиту. Семьдесят лет, седая борода до пояса, глубокие морщины, но взгляд ясный, почти молодой. Рядом с ним — двое его учеников, молодых людей, прошедших школу в сибирской тайге и согласившихся сотрудничать с новой властью. — Товарищ Амвросий, — начал Агранов, — мы приняли решение. На базе ваших людей и наших специалистов создаётся особое подразделение. Формально — для борьбы с «церковно-сектантской контрреволюцией» . Реально — для того, чем вы занимались всегда. Только теперь — с государственной поддержкой. Амвросий молча кивнул. Он знал, что выбора нет. Или они работают на власть, или власть их уничтожит. — Структура будет двойной, — продолжил Агранов, разворачивая карту. — Центр — здесь, в Москве, при Секретном отделе ОГПУ. Формально вы будете проходить как 6-е отделение, занимающееся религиозными организациями . Реально — получите отдельное финансирование, отдельные казармы, отдельные программы подготовки. Ваши люди будут иметь оперативные псевдонимы, легенды, документы прикрытия. — А люди? — спросил Амвросий. — Нам нужны люди. Молодые, здоровые, с даром. — Людей найдём, — Агранов усмехнулся. — У нас вся страна. Комсомольцы, спортсмены, красноармейцы. Лучших отберём. Ваше дело — обучить их тому, что знаете вы. Через неделю в подмосковном пансионате, переоборудованном под режимный объект, собрались первые двадцать человек. Все — проверенные, с чистыми анкетами, но главное — с тем самым «видением», которое старые дозорные умели распознавать с первого взгляда. Амвросий стоял перед ними в простом чёрном подряснике, без всяких знаков различия. Рядом — инструкторы из ОГПУ в военной форме. — Забудьте всё, чему вас учили, — начал старец. — Забудьте про классовую борьбу, про материализм, про то, что нет ничего, кроме материи. Всё это — для других. Для вас есть только одна правда: тьма существует. Она реальна. Она здесь, рядом. И ваша задача — видеть её и уничтожать. Молодые комсомольцы переглядывались. Некоторые усмехались. Но когда Амвросий начал показывать — как светится крест в его руке, как тает тьма от молитвы, — смех прекратился. — Будете учиться, — сказал он. — Год, два, десять. Пока не научитесь. А потом пойдёте в бой. К 1933 году структура нового отдела окончательно сформировалась. Формально он числился как 6-е отделение Секретного отдела ОГПУ, занимающееся «церковно-сектантской контрреволюцией» . Начальником отделения номинально был назначен Евгений Тучков — опытный чекист, много лет проработавший с религиозными организациями . Но реальное руководство осуществлял Амвросий, получивший оперативный псевдоним «Старец». В 1934 году, когда ОГПУ было преобразовано в НКВД, отдел получил новый шифр — «Спецотдел 13» (по легенде — для борьбы с «мистическими группировками»). Он подчинялся непосредственно наркому и имел право действовать без согласования с территориальными органами. Структура отдела выглядела следующим образом: — Аналитическое бюро — обработка информации о магических угрозах, изучение архивов старого Ордена, перевод древних текстов. — Оперативные группы — пять отрядов по 20–30 человек, базировавшиеся в Москве, Ленинграде, Киеве, Новосибирске и Хабаровске. — Научно-исследовательская лаборатория — изучение артефактов, разработка новых методов борьбы. — Учебный центр — подготовка новых кадров. Вся деятельность отдела была покрыта тройным слоем легенд. Для большинства сотрудников НКВД «Спецотдел 13» был просто одним из многих подразделений, занимавшихся церковниками. Для высшего руководства — секретной программой по изучению «нетрадиционных угроз». И только несколько человек знали истинную правду. Документы отдела хранились в отдельном сейфе, к которому имели доступ только Амвросий, Агранов и лично Сталин. Отчёты писались в двух экземплярах: один — официальный, о «ликвидации контрреволюционных групп», другой — настоящий, с описанием реальных событий. выносливость, боевые навыки. Второе — психологическая устойчивость, умение не поддаваться панике. Третье — самое главное — наличие того самого «видения», которое старые дозорные называли «даром». Для выявления дара использовались методы, разработанные ещё в XIX веке. Кандидатам показывали ряд предметов, среди которых были и настоящие артефакты. Те, кто реагировал на артефакты — бледнели, начинали дрожать, испытывали беспричинный страх — отсеивались. Те, кто просто не замечал ничего необычного, тоже отсеивались. Оставались те немногие, кто мог видеть разницу между обычным предметом и заряженным. — Их мало, — говорил Амвросий Агранову. — Один на тысячу, может быть, один на десять тысяч. Но они есть. В 1934 году под Москвой, в районе Малоярославца, был создан секретный учебный центр. Официально — «санаторий НКВД для ослабленных сотрудников». Реально — полигон, где молодые дозорные учились бороться с тьмой. Программа включала три основных блока: Духовная подготовка. Старцы учили молитве, посту, медитации. Комсомольцам, привыкшим к атеизму, приходилось тяжело. Многие ломались, уходили. Но те, кто оставался, постепенно начинали чувствовать то, что раньше было скрыто. Из дневника курсанта, 1935 год: «...Третий месяц учусь молиться. Вчера, когда читал "Отче наш", впервые увидел свечение вокруг креста. Старец сказал, что это начало. Что настоящий свет придёт потом. Не знаю, верю ли я в Бога. Но в то, что эта сила работает, — верю точно». Физическая подготовка. Курсанты проходили усиленный курс рукопашного боя, стрельбы, выживания в экстремальных условиях. Тренировки были жесточайшими — из двадцати человек к концу года оставалось двенадцать. Специальные дисциплины. Распознавание нечисти, методы очищения, работа с артефактами, основы экзорцизма. Учили по старым книгам, которые удалось найти в тайниках и архивах. В 1936 году состоялся первый выпуск. Сорок два человека получили удостоверения «сотрудников спецотдела НКВД» и — тайно — благословение старца Амвросия. Они были готовы к работе.

***

В подвалах Лубянки, в помещениях, где когда-то хранились архивы царской охранки, были оборудованы тайные мастерские. Сюда свозили всё, что удалось найти: старые кресты-мощевики, иконы, сосуды с миром, древние книги. Работой руководил старец Никодим — единственный оставшийся в живых мастер-оружейник старого Ордена. Ему было под восемьдесят, он с трудом передвигался, но руки его помнили тайны, утерянные для остальных. — Серебро, — говорил он молодым ученикам, — должно быть чистым, без примесей. Каждую пулю надо освящать особой молитвой. И крест — не просто знак, он должен быть наполнен силой. За два года удалось восстановить производство основных артефактов: — Кресты-мощевики — по образцу тех, что носили ещё дозорные Петра Великого. В перекладины вплавлялись частицы мощей, сохранившихся в тайниках. — «Огненные иконы» — небольшие образки, которые в минуту опасности начинали светиться. — Освящённые пули — серебряные, с гравировкой молитв. — Сосуды с «огненной водой» — святой водой, освящённой по особому чину. Параллельно с возрождением старого началась и работа над новым. При отделе была создана научно-исследовательская лаборатория, где физики и химики пытались понять природу «проклятой энергии». Особый интерес вызывали опыты по взаимодействию этой энергии с материей. Выяснилось, что некоторые металлы (особенно серебро и золото) могут накапливать её, а затем отдавать. Что определённые частоты звука способны разрушать магические структуры. Что человеческий мозг при определённой стимуляции начинает видеть то, что обычно скрыто.

***

Из отчёта лаборатории, 1937 год: «...В ходе экспериментов установлено, что воздействие освящённых предметов на подопытных, подвергшихся магическому заражению, даёт стабильно положительный результат. Разработана методика очищения помещений с помощью комбинированного применения ультразвука и освящённой воды. Требуются дальнейшие исследования».

***

ПРОЕКТ «ЗАРЯ» В 1936 году, на волне успехов первых операций, у Сталина возникла новая идея. Если магия существует, если ею пользуются враги, почему бы не создать солдат, которые будут защищены от неё на физическом уровне? — Товарищ Сталин, — докладывал Агранов, — у нас есть информация, что немцы работают над созданием идеальных солдат с помощью химии . Японцы используют своих магов. Мы можем пойти дальше. Объединить магическую защиту с физическим усилением. — Конкретнее, — потребовал Сталин. — Мы можем отбирать людей с высоким природным даром, усиливать их тренировками, вооружать лучшими артефактами. Но главное — мы можем попытаться изменить их физически. Сделать так, чтобы они были неуязвимы для обычного оружия. Сталин задумался. — Риск большой, — сказал он. — Но если получится... Сколько нужно времени? — Годы, товарищ Сталин. И люди. — Людей найдём. Время есть. Работайте. Проект получил кодовое название «Заря». Руководителем назначили профессора Александра Барченко — известного учёного, занимавшегося изучением паранормальных явлений и оккультизма . Барченко уже имел опыт работы в спецотделе Глеба Бокия, где занимался исследованиями телепатии и психоэнергетического воздействия. В рамках проекта были созданы две группы: — Медико-биологическая — под руководством профессора Кажинского, занималась вопросами воздействия на мозг . — Магическая — под руководством старца Амвросия, занималась усилением природных способностей. Для экспериментов отобрали триста добровольцев — комсомольцев, спортсменов, военных. Им объявили, что они участвуют в программе по созданию «идеального бойца». О настоящей цели знали только единицы.

***

Из документов проекта «Заря» (совершенно секретно): «...Испытуемому № 217 вживлены золотые электроды в область гипофиза. Предполагается, что это позволит снизить болевые ощущения и повысить устойчивость к психологическому воздействию. Испытуемый перенёс операцию удовлетворительно». «...Испытуемому № 88 произведена замена фаланг пальцев на титановые протезы. Ожидается, что это повысит эффективность в рукопашном бою. Послеоперационный период проходит нормально».

***

Параллельно с физическими изменениями шла магическая подготовка. Испытуемых учили видеть невидимое, защищаться от проклятий, использовать собственную энергию для усиления организма. Не все выдерживали. Многие сходили с ума, не выдерживая нагрузки. Некоторые кончали жизнь самоубийством. Старец Амвросий, глядя на это, всё чаще хмурился. — Мы создаём монстров, — сказал он Агранову после очередной смерти. — Это неправильно. Так нельзя. — Надо, старец, — ответил Агранов. — Война на носу. Если мы не создадим, немцы создадут. А нам потом с ними воевать. — Немцы создают бездушные машины, — возразил Амвросий. — А мы пытаемся создать людей. Но если мы убьём в них душу, чем они будут отличаться от машин? Агранов не ответил. К 1938 году первые двадцать испытуемых прошли полный курс. Они действительно стали сильнее, быстрее, устойчивее. Пули, попадавшие в конечности с титановыми протезами, не причиняли серьёзного вреда. Психологическое воздействие на них почти не действовало. Но цена была высока. Почти все они страдали психическими отклонениями. Некоторые впадали в беспричинную ярость. Другие, наоборот, становились апатичными, теряли интерес к жизни. — Это не готовый продукт, — доложил Агранов Сталину. — Требуется доработка. — Дорабатывайте, — ответил Сталин. — Война близко. Нам нужно успеть.

***

К 1938 году «Спецотдел 13» представлял собой мощную, разветвлённую структуру. В его составе числилось: — 240 оперативных сотрудников (из них 120 — бывшие члены старого Ордена или их ученики) — 180 курсантов в учебном центре — 50 научных сотрудников в лабораториях — 300 участников проекта «Заря» (из них 20 — «готовые образцы») Отдел имел филиалы в Ленинграде, Киеве, Новосибирске и Хабаровске. На Сахалине была создана тайная база для наблюдения за японцами. За пять лет отдел провёл 87 операций по ликвидации магических угроз. Были уничтожены десятки опасных культов, обезврежены колдуны, помогавшие врагам. На Дальнем Востоке удалось сорвать несколько японских операций по использованию магии против советских войск. Но главное — отдел доказал свою полезность. Сталин, получая доклады об успехах, всё больше убеждался в правильности своего решения. Цена была высока. Из 240 оперативных сотрудников 38 погибли при исполнении. Ещё 17 сошли с ума. В проекте «Заря» умерли 12 человек, ещё 9 были списаны по инвалидности. Старец Амвросий, видя это, всё чаще уходил в себя. Он понимал, что возродил Орден, но цена этого возрождения — кровь и страдания. — Мы делаем нужное дело, — говорил он ученикам. — Но цена... цена иногда слишком высока. В конце 1938 года, когда в Европе запахло порохом, Сталин вызвал Агранова. — Ваши люди готовы? — спросил он. — Готовы, товарищ Сталин. Но их мало. Очень мало. — Значит, будем беречь. Но использовать по максимуму. Война будет не только на полях сражений. Она будет везде. И мы должны быть готовы. Агранов кивнул. Он знал, что впереди — самое страшное. Но выбора не было. ИЗ АРХИВОВ НКВД Из отчёта о деятельности «Спецотдела 13» за 1932–1938 годы (совершенно секретно, хранить вечно): «...За отчётный период отделом проделана следующая работа: — создана структура, позволяющая эффективно бороться с нетрадиционными угрозами; — подготовлено 240 оперативных сотрудников; — разработано и внедрено 15 типов специального вооружения; — проведено 87 успешных операций; — уничтожено 124 очага магической активности; — потери личного состава — 38 человек убитыми, 17 — списанными по состоянию здоровья. Проект «Заря» находится в стадии активной разработки. Получены обнадёживающие результаты. Требуется дальнейшее финансирование и расширение экспериментальной базы. Отдел готов к выполнению задач в условиях надвигающейся войны». Из личного дневника старца Амвросия, 1938 год: «...Сегодня смотрел на молодых, которых мы готовим. Сильные, смелые, верят в дело. А я смотрю и думаю: сколько из них останется в живых через год-два? Война близко. И мы, старики, не убережём их. Но иначе нельзя. Тьма не дремлет. Она ждёт. Мы должны быть готовы встретить её».